В чёрном-чёрном городе

— Бля, может такси вызовем? — выглядывая в залитое дождём окно, уныло предложил Джисон. Часы показывали шесть утра и даже крепкий чёрный кофе, сваренный в турке профессионалом своего дела, не мог сделать Феликса бодрее. — Давай, — продолжая клевать в кружку носом, покорно согласился блондин. Будь Хан чуточку поумнее и расчётливее, то раскрутил бы его в этом состоянии на что угодно — попробуй потом Ли отказаться от своих слов и обещаний. Но проблема заключалась в том, что и сам Джисон выглядел немногим более энергичным. Это была их обоюдная ошибка — не спать добрую половину ночи. И началось-то всё банально — с просмотра лиричных видео, посвящённых Джиуну, что создавались фанатами со скоростью света. А закончилось открытием спрятанной глубоко в памяти телефона папки с их совместными селфи, снятыми не в эру дружбы, а любви. Они там были совсем другими — более яркими и счастливыми. Воодушевлёнными. Полными надежд. И если Джисон надеялся на пресловутое «долго и счастливо», то Феликс надеялся хотя бы немного его полюбить. И это была уже только его ошибка — вступить в отношения с тем, к кому никогда не питал романтических чувств. И он не имел никакого права оправдывать своё равнодушие жгучим желанием сбежать от одиночества — даже перед самим собой. Это ведь не Джисон был виновен в том, что у Ли никого не осталось, но почему-то боль принимал именно он. И было столь невыносимо слушать многочисленные, сказанные с восторгом «а помнишь?..» Конечно, Феликс помнил, но его воспоминания были окрашены в иные, тёмные цвета. И то, что Хану чудилось незамутнённым счастьем, для самого Ли являлось испытанием. Он заставлял себя широко улыбаться, выглядеть восторженным, нежным, влюблённым — буквально каждый день. Ему быстро наскучило играть роль бойфренда для друга, но вот порвать с ним оказалось настолько страшно, что проще было нацеплять эту маску вновь и вновь, притворяясь тем, кем никогда не был. И страх этот произрастал не только из-за боязни навсегда потерять Джисона, но и обыкновенного нежелания причинять боль тому, кто был по-настоящему дорог. Уже гораздо позже Феликс понял, что куда больнее было мучить его фальшивой любовью, чем просто взять и поговорить по душам. — Спасибо, что пришёл вчера, — проходя к раковине, Хан мимолётно коснулся плеча парня. — И извини, что тебе пришлось встать из-за меня в такую рань. — Да ладно, я на работу тоже на рассвете встаю, — протянув другу грязную кружку, отмахнулся Ли. — К тому же, у меня выходной, а тебе ещё целый день на ногах стоять и пончиками торговать. — И ещё, между прочим, варить самый вкусный кофе на районе! — с важным видом подняв указательный палец, хрипло хохотнул Джисон. Они успели уйти до того, как его мама встала по сигналу будильника — женщина просыпалась немногим позже сына. И хотя Феликс хорошо к ней относился, но старался лишний раз не пересекаться — было иррационально стыдно смотреть ей в глаза, словно это именно он сбил её сына с правильного пути. Даже накануне их общение ограничилось обоюдным приветствием и предложением поужинать. Феликс вежливо отказался и Соён, понятливо кивнув и напомнив про запасной матрас в шкафу, бесшумно вышла из комнаты сына. Догадывалась ли она, что Ли не всегда приходился ему только другом? Блондин предпочёл бы никогда не узнавать ответа на этот вопрос. Забравшись на заднее сиденье подъехавшего к подъезду такси, сонные парни молча доехали до кофейни, в которой работал Джисон. Пожав на прощание протянутую ладонь Феликса, брюнет накинул на голову капюшон куртки и шустро выскочил под ледяной ноябрьский дождь. Ли видел в мутной пелене ливня, как сгорбленный друг, пробежав по лужам, открыл ключом стеклянную дверь и скрылся в помещении. Даже успел заметить, как за широкими окнами вспыхнул мягкий свет, но таксист уже вернулся в пока ещё не особо плотный поток машин и увозил его всё дальше, размывая картинку, превращая её в смазанную кляксу на заднем стекле — контрастно-жёлтую на фоне прозрачных капель. В тот момент, когда автомобиль остановился у дома Феликса, дождь прекратил хлестать, сменившись туманным серым маревом и повышенной влажностью, от которой длинные волосы на кончиках закручивались в кольца. Поблагодарив на прощание водителя, парень выбрался на мокрый асфальт и внимательно осмотрелся — во дворе не было ни души, но во многих окнах уже горел свет и мелькали неясные тени. И как ни крути, это всегда казалось ему чертовски странным — засыпать в тот момент, когда город ещё только просыпался.

***

Феликс проснулся от настойчивого жужжания над ухом. Что-то вибрировало совсем рядом, только руку протяни, но шевелиться было лень, поэтому он предпочёл вновь сомкнуть глаза и провалиться в сон. Впрочем, спустя короткое время звук вновь повторился, и даже Луло раздражённо зашевелился, поудобнее гнездуясь в ногах хозяина. — Да чтоб вас всех, — измученно простонал Ли, приняв сидячее положение и широко зевнув. Он ненавидел спать в светлое время суток — дневной сон делал его слабым и вялым, вынуждал теряться в пространстве. Проблема заключалась лишь в том, что возможность отдыхать ночами редко ему выпадала. Покосившись на настенные часы, показывающие половину третьего, Феликс со вздохом взял в руки телефон и даже ни капли не удивился, прочитав на экране имя босса. И ему даже не нужно было принимать звонок, чтобы знать об истинной его причине. — Кто не вышел на этот раз? — вновь упав головой на подушку, прохрипел он в трубку вместо приветствия. — Какое счастье, что ты ответил! Я звоню тебе в пятый раз! — с ощутимым облегчением выпалил Мёнсу. — Ты там живой вообще? Блондин невнятно промычал и позволил тяжёлым векам вновь опуститься — спать хотелось до жути. — В общем, у нас проблема — Сонхо заболел, а Юра никак не может остаться в ночь, у неё с дочерью некому сидеть. Может быть выручишь, а? — заискивающе обратился к парню босс. Хитрый лис всегда умел находить к нему подход — как словесно, так и финансово, если решать проблему простыми уговорами не получалось. Но конкретно сегодня, когда за наглухо зашторенными окнами вновь хлестал проливной дождь и завывал ветер, выходить из дома совсем не хотелось. Даже за все деньги мира. — Может, Бомгю попросишь? — не особо надеясь на успех, предложил Феликс. — Да он и так две ночи подряд отработал! — Ну, сам останься, — по-детски надул губы Ли. — Я и так сегодня в день работаю, Юра одна не справляется. И вообще, — что-то зашуршало в трубке, и голос босса стал звучать чуть тише, — с меня повышенная премия. Только выручи, а? Конечно, Феликс мог заупрямиться и отказать — Мёнсу бы не стал ни штрафовать его, ни тем более увольнять. Сам бы остался в ночь, как делал это время от времени, и ни разу за это не упрекнул. Вот только подводить его не хотелось. Босс ведь действительно всегда шёл ему навстречу, щедро платил и давал такие бонусы, о которых другие продавцы могли лишь мечтать. И пока Феликсу хватало сил, пока желание уволиться и покончить со всем этим сверхурочным беспределом не перевешивало, то почему бы и не согласиться? — Ну же, ты ведь так любишь работать в ночь! — продолжал увещевать его Мёнсу, даже не подозревая, что Ли уже определился с ответом. — Хоть всю смену сериалы смотри, я тебе и слова не скажу! Блондин вскользь подумал о том, сколько всего мог пообещать ему Пак в ожидании положительного решения — всё же в искусстве переговоров тому не было равных. Вот только тянуть больше не хотелось, а закончить разговор — вполне. — Ладно, так уж и быть, выручу тебя в очередной раз! — выдохнул Феликс и крепко зажмурился, когда услышал в динамике торжествующий вопль. — Спасибо-спасибо-спасибо! Я твой вечный должник! — тут же рассыпался в благодарностях мужчина. — Всё, отдыхай, не буду больше беспокоить! Как блондин и думал, уснуть ему больше так и не удалось. Поворочавшись с боку на бок ещё немного, он скатился с дивана и отправился в душ. После заварил лапшу и насыпал корма Луло. Шторы так и не стал открывать, чтобы не видеть опостылевшую серость. Поедая утонувший в расплавном сыре рамён, парень дотошно пролистал ленту новостей, к счастью, не отыскав ничего нового по поводу зверств неизвестного маньяка. Конечно, плохо, что того так и не поймали, но и хорошо, что он не выбрался на охоту и не убил очередную невинную жертву. Из дома Феликс вышел в половине седьмого вечера. Такси вызывать не стал — и так изрядно потратился за минувшие сутки. Раскрыв над головой зонт нелепой аляпистой расцветки, он сжал потёртую рукоятку и смело шагнул под ливень — тот всё ещё не думал заканчиваться, стекая по тротуару бурным и мутным потоком воды, тут же залившейся в кроссовки. Зонт, что нещадно трепал и выворачивал ветер, когда-то принадлежал его бабушке. Феликс мало чего забрал с собой из её дома, но его первым положил в коробку. Старый и выцветший, с проржавевшими спицами, он почему-то навевал приятные воспоминания. Неизменно приходило на ум, как он выходил из школы и судорожно осматривался в поисках красно-зелёного зонта — это других детей родители встречали на машинах, бабушка же всегда приходила за ним пешком. И хотя он никогда в этом не признавался, страшно было однажды выйти и не увидеть её в толпе. — Ба, ну зачем ты пришла? — вышагивая навстречу, нарочито хмурился он. — Я ведь уже большой, не нужно меня встречать! — Так ты же свой зонт с утра забыл, — возражала она, протягивая ему его собственный, угольно-чёрный. Феликс никогда его не раскрывал, нырял под бабушкин, и они шли домой плечом к плечу, неизменно заходя по пути в крохотный магазин, где он, взрослый и самостоятельный, просил купить приторно-фруктовые леденцы и жвачки с наклейками, чтобы заглушить ими свою тоску и ненависть к осени. И пусть их отношения с бабушкой нельзя было назвать идеальными, и плохого в них случалось куда больше, чем хорошего, но всё же рядом с ней, тёплой и живой, проживать осени было проще. Сейчас — вообще никак. Магазин встретил Феликса духотой и небольшой очередью на кассе. Мёнсу, пробивающий товары, с улыбкой кивнул ему в знак приветствия, а Юра, протирающая тряпкой стол, вяло помахала рукой. Блондин сразу же прошёл в подсобку, где неспешно переоделся и собрал влажные волосы в пучок. Вытащив из кармана бомбера ручку следователя, взвесил её на ладони и устало вздохнул — нужно было переложить вещицу в стакан на кассе и уведомить об этом в рабочем чате всех остальных. — Вечернего привоза товаров сегодня не будет, так что смена должна быть лёгкой! — заглянул в помещение Мёнсу. — Ещё раз спасибо, что выручил. — Да не за что, — спрятав ручку в карман форменной куртки, кивнул Феликс. — Кофемашину починили? — Почти! — довольно щёлкнул пальцами босс. Он отошёл в сторону, пропуская Юру в подсобку. Та, заметно торопясь, сменила форму на серое пальто, вытащила из шкафчика сумочку и закинула длинный ремешок на плечо, после чего испытующе уставилась на босса. Даже брови приподняла, мол, чего застыл? — Ах, да, поехали! — резко опомнился Мёнсу, чуть виновато покосившись на Феликса. — Подкину её до автобусной остановки. Блондин не имел привычки лезть в чужие отношения, но, провожая взглядом спешащих к машине коллег, не мог не хмуриться. Он понятия не имел, куда именно подвозил Мёнсу девушку — может действительно до остановки, а может до ближайшего мотеля. Ли плохо знал Юру — она работала в магазине чуть больше трёх месяцев, но почему-то именно в её смену босс неизменно оказывался на подхвате. Почему он, Бомгю и Сонхо справлялись, а Юра нет? Потому что она девушка или потому что этих двоих связывало нечто большее, чем просто работа? И какого чёрта Феликс вообще об этом думал? Это же не он, в конце концов, был женой Мёнсу, совсем недавно родившей второго ребёнка. Тряхнув головой, чтобы выкинуть из неё посторонние мысли, Ли постарался сосредоточиться на работе. Хотелось верить, что в такую жуткую погоду никому бы не приспичило тащиться в круглосуточный магазин. Ну, или хотя бы таких ненормальных должно было оказаться достаточно мало. Первым делом Феликс прошёлся между стеллажей. Опытным взглядом пробежался по полкам, машинально поправляя товары и ценники, тщательно проверил чистоту обеденной зоны, и, довольный увиденным, вернулся за кассу. Чуть опустив кресло, чтобы сидеть было удобнее, уткнулся в телефон. Полистал ленту новостей, ответил на несколько сообщений от Джисона, пришедших ещё днём, и покосился на время — от начала смены прошло всего лишь пятнадцать минут, а ему уже невыносимо хотелось домой. Подождав для приличия ещё несколько минут, Феликс уже хотел сходить в подсобку за захваченной из дома книгой, как услышал странные шорохи со стороны чёрного входа. Настороженно замерев, он обернулся к двери и недоумённо нахмурил брови. Ключи от неё были только у продавцов, Мёнсу и Сынмина, но босс уже уехал в компании Юры в неизвестном направлении, продавцы находились на выходных, а Кима здесь вообще не должно было быть. Напомнив себе про тревожную кнопку, на которую он мог нажать в любой момент, Феликс огляделся в поисках чего-нибудь тяжёлого — просто на всякий случай — и тихо вскрикнул, когда дверь резко распахнулась. — Ты чего? — озадаченно округлил глаза застывший на пороге Сынмин. Блондин нелепо приоткрыл рот и привстал на стуле, осмотрев Кима с головы до ног — это всё ещё был он, их грузчик, а не маньяк с дико выпученными глазами, пеной у рта и увесистым топором в руке. Впрочем, одна его ладонь всё же не была пуста и сжимала рукоятку небольшого чемодана с инструментами. — А ты чего здесь делаешь? — прищурился Ли. — Мёнсу сказал, что привоза товаров не будет. — Я знаю, — обогнув прилавок, сухо кивнул Сынмин. Остановившись напротив безнадёжно сломанной кофемашины, он поставил звякнувший внутренностями чемодан на пол и деловито поднял крышку, выбирая нужную по размерам отвёртку. — Серьёзно? Ты будешь сам её чинить?! — встрепенувшись, обратился к нему Ли. — Ну да, — слегка удивлённо кивнул Ким. Облокотившись на стойку, Феликс с любопытством принялся наблюдать за тем, как Сынмин деловито разбирал машину и рассматривал многочисленные детали. Что-то подкручивал, что-то заменял — вдумчиво, явно отдавая полный отчёт своим выверенным действиям. И как можно было, имея в наличии столь золотые руки, растрачивать себя на таскание паллетов с товарами, да мусорных мешков? — А почему её чинишь именно ты? — подперев подбородок рукой, поинтересовался Ли. — Я думал, что Мёнсу кого-то вызовет. — Он сказал, что мастера из сервиса берут слишком дорого и к ним большая очередь, поэтому я предложил ему свою помощь, — устанавливая на место заднюю стенку, на удивление не ушёл от ответа Ким. — И что, за бесплатно делаешь? — задумчиво прикусив щёку, хмыкнул парень. — Почему? За премию. Не удержавшись, Феликс вышел из-за прилавка и подошёл ближе, любопытно выглянув из-за плеча Сынмина. Брюнет же, внимательно изучив панель с десятком индикаторов, нажал на кнопку включения и случилось чудо — кофемашина вспыхнула огнями, ожила, загудела. Ли не удержался и даже в ладони захлопал, радуясь этому, как ребёнок — больше никакого негатива от недовольных утренних покупателей, только дурманящий запах кофе. — Ну что, выпьем по чашечке? — шутливо пихнув Кима в бок, предложил парень. — Ты какой любишь? — Никакой, — сложив инструменты обратно и с лёгкостью подхватив чемодан, помотал головой коллега. — Я пошёл. До завтра. Проводив Кима разочарованным взглядом, Феликс дождался, когда за ним захлопнется дверь, и тут же скривился, по-ребячески передразнивая его. Сам себя Ли бы тоже не назвал образцом дружелюбия, но поведение Сынмина и вовсе выходило на какой-то запредельный уровень. Существовал ли в этом мире хоть кто-то, кто был способен вызвать в этом камне тёплые чувства и желание произнести больше десяти слов в час? Впрочем, в отличие от Кима, Феликс себя дураком не считал и отказываться от бесплатного кофе в его планы не входило. Выбрав самый большой стакан, он наполнил его доверху сладким капучино, с наслаждением вдохнул дурманящий аромат, а затем отправился на поиски десерта. Остановив выбор на хрустящих булочках с персиковым джемом, он вернулся на своё рабочее место и развалился в кресле — раз уж эту ночь он должен был провести вдали от дома, то просто обязан был взять от неё всё хорошее. Ли как раз доедал вторую булочку, когда дверь магазина впервые за всю его смену распахнулась, впустив поток ледяного воздуха. Сделав большой глоток кофе, парень поднялся на ноги и устремил взгляд на позднего посетителя, лицо которого было надёжно скрыто капюшоном. Тем не менее, он всё равно смог безошибочно его узнать — этот хмурый мужик работал ночным охранником на складе неподалёку и часто заходил в магазин. Иногда он ужинал прямо здесь, не снимая капюшона и хмуро глядя в одну точку, но чаще просто забирал еду с собой. И сегодня, судя по всему, он предпочёл второй вариант. Пробив нехитрый набор из пачки рамёна, куриных сосисок и бутылки сока, Феликс назвал окончательную сумму и чуть боязливо всмотрелся в чужие черты лица, надёжно скрытые тенью от ткани. — Кофе не хотите? У нас аппарат, наконец, починили, — вежливо предложил он. — Не хочу, — приложив карту к терминалу, сквозь зубы процедил мужчина. Придя к невесёлой мысли, что этот угрюмый и немногословный тип наверняка приходился дальним родственником Сынмину, Феликс едва дождался его ухода и отправился в подсобку за книгой. Он специально оставил дверь приоткрытой, чтобы не пропустить появление очередного покупателя, и вжикнул молнией на рюкзаке, запустив руку в его бездонную глубину. В ладонь, как назло, тыкалось совсем не то, что нужно — то бумажник, то зарядник для телефона, то бесцветный бальзам для губ. Колокольчики над дверью уже звякнули, застучали подошвы ботинок по полу, а Ли, чертыхаясь, всё ещё не мог найти злосчастную книгу. Плюнув на это бесполезное дело, он запихнул рюкзак обратно в шкафчик и вернулся в зал, тут же растерянно застыв — возле стойки возвышался никто иной, как следователь Хван, и он явно осматривался в поисках отсутствующего на рабочем месте продавца. — О, Феликс, добрый вечер! — заметив его, Хёнджин приподнял в кривой полуулыбке уголок губ. — Здравствуйте, — машинально нахмурив брови, кивнул в ответ парень. Стараясь не смотреть на мужчину, вся одежда которого была насквозь пропитана дождём и ветром, он встал за прилавок и вытащил из кармана ручку. Стиснув вещицу в ладони в последний раз, Ли аккуратно положил её на стойку и подвинул к следователю — чтобы на этот раз он точно её заметил и забрал с собой. — Спасибо, — произнесли покрасневшие от холода губы мужчины. Он подхватил ручку и убрал её во внутренний карман пальто, вот только уходить по своим делам почему-то не спешил — так и стоял на прежнем месте, размеренно дыша и рассматривая низко опустившего голову Феликса. — О! Кофемашину починили? — вдруг указав на аппарат, весело уточнил мужчина. — Могу я… — Конечно! — выпалил Феликс, по-прежнему стараясь не смотреть ему в глаза. — На улице такая погода, что порция горячего кофе точно не повредит. — Это точно, — изучая меню, согласился Хван. Пока он терпеливо ждал приготовления выбранного напитка, блондин изловчился и незаметно глянул в его сторону из-за плеча. Следователь явно попал в магазин не из салона машины, уж слишком влажной для этого выглядела его одежда. Капли воды на чёрном пальто причудливо переливались серебром в свете ламп; пряди волос были мокрыми, будто мужчина совсем недавно выбрался из душа; а на коже ботинок уродливыми коричневыми кляксами расползалась грязь. Интересно, откуда он здесь взялся, да ещё и в столь позднее время? Наверняка рабочий день следователей нельзя было назвать нормированным, но даже для них казалось странным бродить по улицам под ледяным дождём в девятом часу вечера — то ли собирая в ночи улики, то ли ища опасных убийц. — А у вас тут и поужинать можно? — сделав глоток горького даже на вид напитка и покосившись на полки с рамёном, любопытно хмыкнул Хёнджин. Не только губы, кончик его заострённого носа так же покраснел от холода, равно как и пальцы, надёжно сжимающие стакан. — Да, можно, — мысленно приказав себе прекратить разглядывать красавца-следователя, кивнул парень. — А вы проголодались? — Есть немного. Хван поставил стакан на стойку и свободным движением головы откинул назад длинную чёлку. Он совершенно точно смотрел на него в упор — Феликс отчётливо чувствовал это и задыхался от бегущих по телу мурашек. И пусть с его стороны казалось чертовски подозрительным упрямо отводить взгляд, но почему-то посмотреть в глаза следователю было откровенно страшно. По многим причинам, и прямо сейчас Ли не хотел в них вдаваться. — Так мы можем посмотреть видео? — спустя долгую паузу, вкрадчиво поинтересовался Хёнджин. — Что? — не удержавшись, всё же уставился на него изумлённый блондин. — Какое видео?.. Почему-то первым, о чём он подумал, были чёрно-белые ролики под слезливую музыку, смонтированные преданными фанатами Джиуна. Вторыми в этом списке шли их совместные видео с Ханом, на которых они улыбались друг другу, нежно целовались в губы и вообще творили чёрт знает что. Вот только откуда бы Хёнджину о них знать и зачем смотреть? — А что, вас разве не предупредили? — причудливо изогнув густую тёмную бровь, уточнил Хван. Глупо взмахнув ресницами, Феликс наощупь потянулся к лежащему рядом телефону и разблокировал экран. И, чудо, действительно увидел одинокое сообщение от босса, пришедшее чуть более, чем пятнадцать минут назад — как раз в тот момент, когда он наслаждался вкуснейшим капучино и выпечкой. Я совсем забыл сказать, что к тебе сегодня придёт тот следователь. Покажешь ему видео с камер наблюдения, ок? — Отлично! — проворчал блондин себе под нос. Он наивно мечтал, что Хван должен был навсегда испариться из его жизни, оставив после себя лишь тонкий шлейф горьковатого парфюма, а Мёнсу просто взял и подложил ему свинью — жирную такую, ярко-розовую. Обтекай, Феликс. Наслаждайся. Запоминай голос, запах, движения мужчины, который никогда тебе не обломится, даже в самом прекрасном сне. — Всё в порядке? — явно расценив замешательство парня по-своему, чуть подался вперёд Хёнджин. — Конечно, — убрав телефон в карман, натянуто улыбнулся ему Ли. Повесив на дверь табличку «Закрыто» и заперев её изнутри на замок, он жестом пригласил следователя идти за собой. Лишь открывая дверь кабинета Мёнсу, Феликс вскользь задумался над тем, как же чертовски доверял ему босс, единственному из всего персонала магазина вручив запасной ключ и сообщив пароль от компьютера. Конечно, Паку и самому перепадали от этого весомые плюсы — Ли всегда мог сделать за него какой-нибудь пусть и дурацкий, но важный отчёт, или взвалить на себя все финансовые дела, если Мёнсу отсутствовал на рабочем месте несколько дней. И всё равно, такое поразительное доверие с его стороны не могло не удивлять. Пока блондин включал чужой компьютер и вводил нужную комбинацию цифр, Хёнджин возвышался в центре тесного кабинета, больше напоминающего подсобку, и медленно цедил кофе. Ему повезло, что Феликсу не раз доводилось проверять записи с камер — они с Паком одно время постоянно вычисляли воришек и сдавали их полиции. Это быстро принесло свои плоды и уровень краж в магазине стал минимальным. Вот и сейчас Ли быстро открыл нужную программу и, откашлявшись, предложил Хвану присесть. Даже встал с кресла, уступая место, но следователь поступил по-своему. Он подхватил стул, одиноко стоящий у стены, и поставил его рядом с Феликсом, после чего принялся стягивать влажное пальто, ясно давая понять, что они здесь собрались надолго. — Вы бы осторожнее с этим стулом, у него спинка ненадёжная, — на всякий случай предупредил Ли. — Ничего страшного, падать будет невысоко, — не придав значения чужим словам, отмахнулся Хван. Они сели одновременно, на одно короткое мгновение соприкоснувшись плечами. Хёнджин тут же закатал до локтей рукава чёрной водолазки, обнажая крепкие запястья и кожаный ремешок часов, и небрежно отодвинул в сторону высокую стопку папок, раскрыв перед собой уже знакомый блокнот. — Итак, сколько всего в магазине установлено камер? — щёлкнул он ручкой. — Четыре, — нахмурил лоб Ли. — Две в зале, и ещё по одной над главным и чёрным входом. — Отлично! Чем больше, тем лучше, — что-то быстро и неразборчиво записывая, кивнул следователь. — Мы можем посмотреть записи с каждой из них? — Да, без проблем! — Что ж, — задумавшись, прикусил нижнюю губу Хван. — Меня интересует ночь убийства Чхве Джиуна. Давайте начнём, скажем, с девяти часов вечера. — Хорошо! — с трудом отведя взгляд от профиля сосредоточенного мужчины, кивнул Феликс. Чуть подрагивающими пальцами он застучал по клавиатуре, а затем вывел на экран картинку. Та была не очень чёткой, даже мутноватой — Мёнсу сознательно экономил на камерах, направляя средства на более важные по его мнению статьи расходов. Но даже так Ли прекрасно рассмотрел бездельничающего Бомгю, посмевшего закинуть ноги в грязных ботинках прямо на стол. А он за ним, между прочим, не только усердно работал, но ещё и кушал. — Да уж, хороший у вас напарник, — словно прочитав его мысли, мягко усмехнулся Хёнджин. — Можно мне мышку на минуту? Блондин поспешно отдёрнул руку, опасаясь соприкоснуться со следователем пальцами — право, они же не были героями сопливого сериала для девчонок, чтобы подобные глупо-романтичные моменты, избитые до невозможности, могли между ними происходить. Хван, уткнувшись носом в монитор, принялся со знанием дела перематывать запись. Он пропускал те кадры, на которых Бомгю зевал, дремал, чесался, сидел в телефоне, останавливаясь лишь тогда, когда в магазин заходил очередной покупатель. Сверяясь со временем, мужчина тут же тянулся к ручке и блокноту и вносил одному ему понятные записи. Уточнял, знал ли Феликс этого человека, и если знал, то что именно. Покупателей в ту ночь было не слишком много, и приходили они в основном до полуночи. А после того, как зарядил подобный сегодняшнему ливень, и вовсе никого не появилось. Грёбаный Бомгю битых четыре часа дремал прямо под камерами, и лишь под утро его разбудили явно возвращающиеся с вечеринки парень с девушкой — оба пошатывались и глупо смеялись, таща к кассе целую кучу энергетиков. Из тех же, кто приходил до полупьяной парочки, Феликс узнал почти всех. Был среди них дедушка, страдающий Альцгеймером — стоило только внучке, присматривающей за ним, ненадолго отвернуться, как он сбегал из дома и начинал бесцельно гулять по району. Абсолютно безобидный, он часто приходил в их магазин и просто сидел за столом, глядя в одну точку влажными, выцветшими за время долгой жизни глазами. У Феликса даже номер его внучки был — он иногда ей звонил и предупреждал о местонахождении старика, облегчая мучительные поиски. Приходил грёбаный Ян, мать его, Чонин. Тыкал указательным пальцем в неработающую кофемашину, вредно бухтел, но Бомгю вывести на эмоции было ещё сложнее, чем Феликса — он в открытую заткнул ухо наушником и уткнулся в телефон. И почему-то на этот раз постоянный покупатель не вызверился и не побежал жаловаться Мёнсу, видимо, решив оставить почётную роль груши для битья исключительно Феликсу. Приходила девчонка — типа — блогер. С порога включала камеру на телефоне, снимая свой поход по магазину и процесс покупок. Занимала место за столом, разогревала купленную еду, медленно ела, чавкала, демонстрировала в камеру оттопыренный большой палец. Джисон, когда её видел, всегда втихую ржал, не обращая внимания на тычки со стороны Феликса. Он даже умудрился найти её аккаунт, а вместе с ним и новый повод для шуток — у девчонки было всего лишь около тридцати подписчиков. — Короче, подписались мама, школьные друзья и собака, — вытирая выступившие от смеха слёзы, острил он. — А стараний столько, будто её нелепых мукбангов миллионы ждут! Ли не разделял мнения друга. Девчонка не вызывала у него ни негатива, ни желания похохотать над её незамысловатым хобби. В конце концов, какая разница, сколько подписчиков у неё было, если дело, которым она занималась, доставляло ей радость и никому не приносило вреда? Самым подозрительным из всех покупателей на удивление оказался Чанбин. Он зашёл в магазин одним из последних, уже после одиннадцати часов вечера — Феликс даже не узнал его сразу из-за накинутого на голову капюшона. Зайдя в помещение, мужчина бегло осмотрелся, ненадолго остановил свой взгляд на Бомгю, а затем свернул к стеллажу с водой. Схватив первую попавшуюся бутылку и поставив её на прилавок, он потянулся в карман штанов за картой, вместе с этим незаметно натянув на пальцы рукав толстовки. — Стоп! — ударил по пробелу Хёнджин. — Мы можем замедлить и увеличить изображение? — Да, — вздрогнув, пришёл в движение Феликс. Парень только сейчас заметил, что за те полчаса, что они уже потратили на изучение записей, Хван начал сидеть к нему гораздо ближе. Мужчина даже успел закинуть левую руку на спинку его кресла — благо, самого Ли она не касалась. Стараясь не зацикливаться на терпком запахе парфюма, подобного аромату хвойного леса после проливного дождя, парень немного промотал видео и сделал картинку крупнее. — Так нормально? — уточнил он, покосившись на нависающего сбоку Хёнджина. — Да, только сделайте руку на весь экран, — цепко прищурился следователь. Феликс щёлкнул мышкой несколько раз и вновь запустил запись. И теперь даже он заметил то, что по невнимательности упустил в первый раз — костяшки Чанбина были густо выпачканы в чём-то тёмном. — Это кровь?! — воскликнули они одновременно, только блондин вопросительно и со звенящим на кончиках связок ужасом, а Хван твёрдо, без всяких допросов и экспертиз. Вновь что-то черкнув в блокноте, он взглянул на растерянного Феликса и мотнул подбородком. — Что расскажете о нём? — О нём? — блондин попытался собраться с мыслями и унять бешеное биение сердца. — Его зовут Чанбин и он работает в фитнес-клубе неподалёку. Иногда поздно вечером выходит на пробежки в парк. Я не очень хорошо его знаю, но кажется, что у него не самые простые отношения с девушкой. — Ясно, — жирно обведя ручкой имя тренера, коротко кивнул Хёнджин. Впервые за всё то время, что они с Хваном провели в кабинете, Феликсу стало по-настоящему страшно. Да, Чанбин был абьюзером по отношению к несчастной Харин, бесячим прилипалой в общении с самим Ли. Он много и не по делу говорил, вечно лез с расспросами и пытался обратить на себя внимание. Но неужели он действительно был способен убить тех несчастных парней? Взять и лишить их жизни, а на следующий день прийти в магазин и улыбнуться Феликсу — так, словно ничего и не было. Будто это не он минувшей ночью смывал следы чужой крови со своих рук. — Вы думаете, что Чанбин убийца? — в священном ужасе прошептал Ли. — Нет, я ничего такого не думаю. Нельзя делать выводы на основе одной лишь записи. Я просто с ним поговорю, как когда-то с вами, — щёлкнув ручкой, задумчиво ответил Хван. — Не волнуйтесь так, Феликс. Посмотрим видео с наружных камер? — Да я и не волнуюсь, — спрятавшись под козырьком бейсболки от пронизывающего насквозь взгляда, сердито проворчал блондин. Записи, что были сделаны с камеры над главным входом, ничуть не прояснили ситуацию. В основном, это были те же самые люди, что заходили в магазин. Они не совершали ничего подозрительного — даже Чанбин, открывший бутылку и выпивший залпом чуть ли не половину воды. По дороге проезжали машины, номера на которых можно было рассмотреть лишь с большим трудом. Их было много, каждую не проверишь. И даже если одна из них и принадлежала загадочному убийце, то владельцами остальных были местные жители, что возвращались с работы или, напротив, уезжали на ночь глядя по своим делам. Хёнджин это понимал ещё лучше Феликса, потому и попросил его довольно скоро переключиться на последнюю камеру. Та, установленная аккурат над чёрным входом, захватывала в объектив крыльцо, мусорные баки и небольшой клочок земли между ними. Освещения там почти не было, если не считать стоящего в десятке метров фонаря, и ничего интересного, по большому счёту, не происходило. Дверь не открывалась, не подъезжала машина с товарами, сигналя на всю улицу. Не ходили непонятные типы, пугая прохожих одним своим видом. Лишь бездомные кошки бродили между контейнерами, вынюхивая что-нибудь съестное. — Вроде всё тихо, — быстро перематывая запись, заметил Феликс, и резко подпрыгнул на месте, когда Хван без предупреждения ударил по пробелу. — А это ещё кто? Они одновременно всмотрелись в размытую тень, промелькнувшую на самой границе экрана. Человек, а тень явно принадлежала ему, прошёл по узкой тропинке, изредка останавливаясь и будто прислушиваясь к чему-то, а затем бесследно исчез. Всё, что попало в кадр, это рукав чёрной куртки, и пойди разберись, кому именно она принадлежала. — Я полагаю, что человек, совершивший убийство Джиуна, хорошо знает этот район и расположение камер в нём. Я изучил десятки записей — с дорожных и домовых камер, со всех магазинов поблизости. Ничего подозрительного. Абсолютно, — развёл руками Хёнджин. — Сейчас у меня появились хоть какие-то зацепки, так что с ними и буду работать. Феликс понятливо кивнул и робко взглянул на следователя из-под ресниц. Если хорошо присмотреться к мужчине, то можно было заметить, каким осунувшимся он выглядел. И дело было не только в тёмных кругах под глазами и проступившей к ночи щетине на скулах. Усталость читалась в его замедленных движениях. В том, как мимолётно он морщился, поводя затёкшими от сидячего положения плечами. Как зависал на несколько секунд, увязая в своих мыслях. — Могу я попросить вас оставить подробности нашей сегодняшней встречи в секрете? — в очередной раз вынырнув из размышлений, обратился к парню Хван. — Не говорите ничего Чанбину и постарайтесь вести себя с ним, как обычно. Договорились? — Да я и не думал ничего ему рассказывать! — вытянувшись по струнке, поспешно выпалил Ли. Будь его воля, он бы вообще держался подальше и от этой мутной истории, и от её участников. — И ещё. Я буду вам очень благодарен, Феликс, если вы скинете мне на почту эти записи, — захлопнув исписанный блокнот, попросил следователь. — Без проблем! — предчувствуя скорое окончание встречи, расправил плечи парень. — Только… можно мне вашу визитку, а то я прошлую потерял? Хёнджин взглянул на собеседника с лёгким удивлением, после чего, проглотив вспыхнувшую было на губах усмешку, потянулся к висевшему на спинке стула пальто. — Интересный вы человек, Феликс. Ручку сохранили, а визитку потеряли, — протягивая ему кусок картона, всё же не удержался он от короткой ремарки. Ли набрал полную грудь воздуха, тщетно пытаясь придумать себе какое-либо оправдание, и Хёнджин, которого явно забавлял сложный мыслительный процесс на веснушчатом лице, расслабленно откинулся на спинку стула, напрочь позабыв об озвученном ранее предупреждении. Вначале раздался треск — жалобный и громкий, а затем, нелепо взмахнув руками, следователь начал падать со стула. Феликс среагировал так быстро, как только мог. Он потянулся пальцами за ускользающим Хёнджином, даже успел схватиться за водолазку на его груди, но тонкая ткань с лёгкостью выскользнула, хотя и замедлила скорость падения. Секунда, и Хван валялся на полу вместе с перевёрнутым стулом, а нависший над ним Ли тяжело дышал, не понимая, что стоило делать в столь нелепой ситуации — это не по-киношному пальцами сталкиваться, потянувшись одновременно к одной и той же компьютерной мыши. — Вы живы? — на всякий случай уточнил он. — Я — да, а вот вы арестованы, — сменившись в лице, холодно отчеканил мужчина. — Это же было покушение на убийство, не так ли? Видимо, Хёнджин прочитал что-то на резко побледневшем лице отшатнувшегося парня, потому что тут же смешливо фыркнул и покачал головой. — Эй, это шутка! Я всё время забываю, что не все ценят подобный юмор. Проглотив вязкий ком в горле, мешающий свободно дышать, Феликс расплылся в идиотской, абсолютно фальшивой улыбке и вскочил на ноги, протянув следователю руку — шутки шутками, но предложить ему помощь лишним не было. Хван уверенно схватился за протянутую ладонь — его пальцы оказались горячими, будто раскалённый металл — и, гибко изогнувшись, вновь принял вертикальное положение. Помотав явно гудевшей от удара головой, на всякий случай он ощупал затылок, а затем принялся отряхивать брюки и водолазку от пыли. — Всё в порядке, — успокоил он молча мнущегося в стороне взволнованного Феликса. — Руки-ноги целы, и даже спать расхотелось! Пока мужчина надевал пальто и распихивал обратно по карманам блокнот и ручку, Ли подобрал окончательно покосившийся стул и вынес в коридор, чтобы утром выкинуть в мусорный контейнер. Давно нужно было это сделать, а не ждать, пока кто-то убьётся, свалившись с него вниз головой. Вернувшись в пустынный зал, Феликс первым делом снял табличку и щёлкнул замком на двери. Он даже выглянул наружу, но ожидаемо не нашёл за ней нетерпеливых покупателей — залитая дождём улица была совершенно пуста, а температура, судя по ощущениям, успела заметно понизиться. — Ещё раз спасибо за помощь, Феликс. Вы меня очень выручили! — остановившись рядом с прилавком, благодарно выдохнул Хван. — Всегда пожалуйста! — не став отходить от двери, слегка смутился парень. — А можно вопрос? — Конечно. Ли обернулся к окну, выходящему на парковку — там, в темноте, щедро отмытый дождём от пыли и грязи, одиноко стоял уже знакомый чёрный автомобиль. Ну не мог же следователь так сильно промокнуть, преодолевая короткое расстояние от машины до двери круглосуточного магазина? Наверняка он был где-то ещё, но имел ли Феликс право задавать подобные вопросы и совать свой нос в чужие дела? — Вы когда пришли в магазин, то были мокрым от дождя. Вы искали преступника? — набравшись смелости, поинтересовался он и тут же затаил дыхание. Блондин довольно плохо представлял себе работу следователей, но именно лёгкий флёр загадочности, что её сопровождал, делал Хвана в его глазах ещё более статным и мужественным. И он искренне надеялся, что заданный им вопрос не прозвучал глупо. А если он и являлся таковым, то пусть бы Хёнджин не поднял его на смех, как Джисон ту несчастную девчонку с мукбангами на тридцать подписчиков. — Можно сказать и так, — облокотившись на стойку, неожиданно серьёзно ответил мужчина. — Как я уже говорил, скорее всего убийца — один из местных жителей. Мне хотелось восстановить цепочку событий, поэтому я прогулялся по району и ещё раз посетил место убийства. Изучал улицы, расположение камер, все тёмные закоулки, что есть неподалёку. Это очень помогает в работе. Лучше один раз увидеть что-то своими глазами, чем сто раз заглядывать в карту. Феликс в красках представил, как Хёнджин бесшумно передвигался по тёмной безлюдной улице, следуя по давно смытым дождём следам преступления. Как нападал на верный путь подобно обученному хитрой науке псу и подмечал детали, недоступные простым смертным. Как подбирался всё ближе и ближе к самой сути. Как почти касался её своими раскалёнными огненными пальцами. — Знаете, я о работе следователей знаю только из сериалов. И если раньше мне казалось, что это просто опасно, то сейчас видится ещё и чем-то захватывающим, — потерев кончик носа, робко признался Ли. — Увы, это не всегда так, — спрятав руки в карманах пальто, с грустью рассмеялся Хёнджин. — В нашей работе много бумажной волокиты, требований от начальства. Такие же планы, сроки, горящие дедлайны — всё, как у всех. Пока ищешь одного преступника, появляются двое новых. И убийства, бесконечные убийства. Калейдоскоп жестокости, бесчеловечности и кровожадности. И ему никогда не будет конца. Феликс инстинктивно кивнул, давая понять Хвану, что внимательно слушал его. В голове не укладывалось, сколько зверств успел увидеть мужчина, при этом умудрившись сохранить себя. Не превратившись в камень без эмоций и чувств. Не став зверем, подобным тем, которых он ловил на улицах столицы. — Ладно, я пойду, — бросив взгляд на наручные часы, протяжно вздохнул Хёнджин. — Время уже позднее, а мне завтра рано вставать. — Да, конечно! — Феликс отошёл в сторону, открывая путь к двери, и устремил взгляд себе под ноги, призывая больше не смотреть на Хвана. Хватит, насмотрелся уже. И без того совершил сегодня много ошибок — на недели вперёд. Теперь бы вытравить всё лишнее из головы, выскрести из влажной почвы все семена, успевшие пустить тонкие росточки — Ли это не было нужно. — До свидания, Феликс, — плавно пройдя мимо и потянув на себя ручку двери, прощально звякнул колокольчиками мужчина. — До свидания! — глухо отозвался блондин. Парень видел в окно, как следователь, подняв воротник пальто, быстро дошёл до автомобиля и забрался в салон. Видел, как моргнули фары, и машина, попятившись задом, выехала на дорогу. И лишь дождавшись, когда она скроется из виду, он вытащил из кармана телефон и набрал номер Мёнсу, глубоко в душе наплевав на позднее для звонков время. — Что такое, Феликс? Что-то случилось? — спустя три гудка, уточнил запыхавшийся босс. Что он там делал вообще? Устроил себе ночную пробежку, как Чанбин, или отлично проводил время в компании любимой жены? — Мёнсу, что за дела? Почему ты мне сразу не сказал про следователя?! — принявшись агрессивно нарезать круги по залу, проворчал в трубку Ли. — Я и так с ним общался в прошлый раз. Ну сколько можно! — Прости, Ликс, я совсем замотался! Да и этот коп тоже мутный какой-то, — понизив голос, таинственным тоном сообщил босс. — В каком смысле? — настороженно замер Феликс, принявшись на автомате переставлять бутылки с колой на одном из стеллажей. Он что, чего-то не знал о Хван Хёнджине? Хотя, стоп, он ничего о нём не знал, но всё равно позволил этому типу втереться в доверие. — Ну, — Мёнсу помолчал, явно формулируя мысль, — он позвонил мне ещё днём и спросил о том, можно ли посмотреть записи с камер. Я сказал, что да, конечно, я в магазине до семи вечера, приходите. Тогда он сказал, что сегодня не сможет, и уточнил, когда работаешь ты. Ну, я и сказал, что ты выходишь в ночь. И он сразу заявил, что, возможно, и сможет приехать! Нелепо округлив губы, Феликс едва не схватился за бешено застучавшее сердце, совершенно не понимая, как можно было расценивать подобный поступок со стороны следователя. Наверняка всё дело было в злосчастной ручке. Он просто хотел увидеться с ним лично и вернуть дорогую для себя вещь. Ну, конечно, иного варианта просто не существовало. — Слушай, — ворвался в его хаотичные размышления осторожный голос Мёнсу, — я тут подумал… А что, если он тебя в чём-то подозревает? — Чего?! — подпрыгнув на месте от неожиданности, возмущённо воскликнул Ли. — А в чём меня, интересно, можно подозревать? — Да мне-то откуда знать? Я просто предположил! — тут же пошёл на попятную босс, всё же успев посеять смуту в чужой душе. — Просто будь с ним осторожнее и не говори ничего лишнего, вот и всё. Не желая больше слушать нелепые предположения Мёнсу, Феликс сбросил вызов и вернулся за прилавок, вот только фантомная дрожь так никуда и не исчезла, надёжно поселившись в кончиках пальцев.