В чёрном-чёрном городе

Так и не дождавшись ответа на своё предложение, Хёнджин кивнул самому себе и отправился изучать содержимое полок. Феликс же хмурился и цедил маленькими глотками приторно-сладкий кофе, пока Хван деловито рассматривал упаковки с рамёном, вчитываясь в их состав. Так и подмывало выкрикнуть из-за кассы, что если он искал здоровую еду, то точно пришёл не по адресу, но Ли упрямо держал рот на замке и наблюдал за мужчиной с расстояния. Постепенно корзина Хвана заполнялась продуктами. Блондин старался не показывать заинтересованности, но всё равно продолжал коситься на выбранные следователем товары, мысленно их критикуя. Как можно было взять самую острую лапшу из всех возможных? Её даже извечные любители рамёна старались обходить стороной, а Хёнджин не сильно походил на человека, злоупотребляющего вредной едой. Йогурт он тоже умудрился схватить из тех, срок годности которых заканчивался в ближайшие дни. Неужели нельзя было засунуть руку поглубже и выцепить тот, что был свежее? Ну, а шоколадный батончик с орехами? Выбрал самый дорогой, хотя остальные не сильно отличались по вкусу, а стоили в два раза дешевле. К тому моменту, когда Хёнджин вернулся к прилавку, Феликс успел допить кофе и выбросить стаканчик в урну под столом. Слойки продолжали скромно лежать у клавиатуры и ждать своего часа, хотя Ли так и подмывало разодрать упаковку и вгрызться в ароматное слоёное тесто зубами, настолько голодным он себя чувствовал. Взяв в руки сканер, Феликс принялся пробивать товары. Сыр, стакан со льдом, вишнёвый сок, упаковка куриных сосисок. Цифра на экране продолжала расти, а список продуктов увеличивался. — Вообще, этот рамён очень острый. По вкусу словно лава, всё внутри обжигает, — прежде чем пробить лапшу, всё же не удержался от комментария парень. — Правда? — растерянно вскинул голову Хван. — А я наоборот искал что-нибудь не слишком острое. Красноречиво закатив глаза, будто был неимоверно раздосадован чужой невнимательностью, Феликс схватил шуршащую пачку и вышел из-за прилавка. Изо всех сил стараясь казаться раздражённым, он вернул острую лапшу на её законное место, вместо неё схватив две другие упаковки и показав их увязавшемуся следом заинтересованному мужчине. — Вот эта сырная, на вкус очень нежная и совсем не острая. А вот эта напоминает мне чаджанмён, она с густым соевым соусом, но отдельно сыр в неё лучше не добавлять. Так какую будешь брать? — склонив набок голову, выпалил Ли. Мужчина прищурился, переводя изучающий взгляд с одной лапши на другую и словно бы мысленно пробуя каждую на вкус, а затем аккуратно вытащил из чужой руки упаковку сырной. Прежде чем вернуться за прилавок, Феликс подошёл к соседнему стеллажу и прихватил банку свежего йогурта, а ту, что ранее выбрал Хван, отложил в сторону. Брюнет, заметив эти манипуляции, изумлённо вскинул бровь, а Ли не спешил облегчать его задачу и как-то комментировать свои действия. — А с йогуртом что не так? — не дождавшись объяснения, хмыкнул мужчина. — Этот свежее, — скрепя сердце пробив дорогущий батончик, холодно отрезал Феликс. — Итого тридцать тысяч вон. Оплата будет картой? Хёнджин потряс зажатым в руке телефоном и приложил его к пискнувшему терминалу. После чего, подхватив корзину с товарами, он выудил из неё ореховый батончик и протянул его озадаченному, совсем не готовому к чему-то подобному Феликсу. — Это тебе для настроения! И то ли очаровательная улыбка мужчины сделала своё дело, то ли блондин слишком устал дуться на него, но, помедлив, он всё же робко взял протянутую шоколадку и тут же сунул её в карман куртки. Подойдя к до блеска отмытому Феликсом столу, Хёнджин выложил на него купленные продукты и первым делом заварил в миске лапшу. Сунув в микроволновку сосиски, он стянул пальто, оставшись в чёрной водолазке, и осмотрелся в поисках места, куда бы мог его повесить. Вешалок в магазине никогда не стояло, а со спинки стула, куда Хван попытался его повесить, оно упорно съезжало. И Ли, неотрывно наблюдавший за отчаявшимся мужчиной, вновь не смог остаться в стороне. — Давай сюда своё пальто, я его в подсобке повешу, — подошёл он к мужчине. — Спасибо! — плавно обернувшись, мягким голосом поблагодарил его Хёнджин. С трудом дотащив тяжеленную вещь до комнаты для персонала, Феликс без раздумий скинул с плечиков клетчатый пиджак Мёнсу, который тот надевал время от времени, чтобы казаться солиднее, повесив вместо него угольно-чёрное пальто. Аккуратно смахнув с ткани пылинки и разгладив все складки, Ли оставил плечики висеть на крючке и вернулся в зал. Пройдя мимо пустующей кассы, блондин осторожно выглянул из-за стеллажей и нашёл взглядом Хёнджина — тот успел слить воду из рамёна и теперь посыпал его тёртым сыром. Пользуясь тем, что мужчина его не видел, Феликс полюбовался лишнюю секунду широкими плечами и мускулистой, явно проработанной в спортзале спиной, и вежливо кашлянул в прижатый к губам кулак, привлекая к себе внимание. — Поставь в микроволновку секунд на тридцать, чтобы сыр получше растаял, — посоветовал он. — Как скажешь, — не стал спорить Хван. Возвращаться за прилавок не хотелось, стоять рядом с Хёнджином было неловко, поэтому блондин принялся переставлять товары на полках — абсолютно хаотично, но с максимально уверенным видом, чтобы Хван ни в коем случае не догадался, что Феликсу просто важно было дышать с ним одним воздухом. — Если честно, то я теперь такое нечасто ем, — дождавшись писка микроволновки, вдруг произнёс мужчина. — Вот в студенчестве обожал рамён, но желудок на нём посадил конкретно. — И зачем тогда ты его купил? — развернулся на пятках Ли. — Совсем на здоровье плевать? — От одной порции точно ничего не случится, — опустившись на стул, беззаботно отмахнулся Хван. Тщательно перемешав дымящуюся лапшу, брюнет нетерпеливо потёр ладони и принялся есть — с явным аппетитом, чуточку жадно и явно наслаждаясь насыщенным вредным вкусом. Феликс же, устав имитировать бурную деятельность, отодвинул соседний стул и опустился на самый краешек, с повышенным интересом глядя за стекло, за которым не было видно ничего, кроме светящихся окон соседних домов и фонарей вдоль притихшей на ночь дороги. В болезненно гудящую голову вновь полезли мысли о навязчивом бывшем. Если Джисон в очередной раз устроил слежку, то они с Хёнджином сейчас были буквально у него на ладони. Даже страшно было представить, что творилось в мыслях у Хана и на что увиденное могло его спровоцировать. Но с другой стороны, если бы Феликс пошёл у него на поводу и поддался грызущему изнутри беспокойству, сознательно отрезая себя от любых контактов с другими мужчинами, то всё стало на порядок хуже. Тогда бы Хан, следуя законам психологии и чувствуя растущую власть над Ли, пошёл на куда более отчаянные шаги. — А ты, кстати, хорошо готовишь? — неожиданно нарушил тишину Хван. Феликс с усилием сбросил с себя накатившую задумчивость и тут же смущённо вспыхнул — мужчина открыто и без стеснения его рассматривал. Даже жевать на время перестал. — Да не очень, честно говоря, — собравшись с мыслями, искренне признался парень. — В основном я или заказываю доставку еды, или рамёном питаюсь. Знаешь, я бы даже мог написать книгу рецептов под названием «Сто способов заварить лапшу». — Ну, конкретно за этот способ, — Хёнджин указал палочками на свою изрядно опустевшую миску, — я бы поставил тебе десять баллов из десяти! Блондин не удержался и отвесил ему шутливый поклон, а когда Хван хрипловато рассмеялся, то и себе позволил короткую улыбку. — А как у тебя дела с готовкой обстоят? — решив вернуть разговор в прежнее русло, поинтересовался Ли. — Сколько баллов поставишь своим навыкам? — Я бы сказал, что делаю это вполне неплохо. Твёрдые семь баллов! — подцепив новую порцию лапши, хмыкнул брюнет. — Но готовлю не слишком часто, под настроение. Обычно сил после работы хватает только до душа доползти, какое уж тут стояние у плиты? — И то верно, — согласился с ним Ли. — А какое у тебя коронное блюдо? Вот которое всегда получается из разряда «пальчики оближешь»! Хёнджин откинулся на спинку стула, подняв взгляд к покрытому подтёками потолку, и крепко задумался. Феликс же бессовестно завис на разглядывании его профиля — как ни силился, а глаз отвести так и не смог. Рассматривал нагло, дотошно, мысленно обводя пальцем гладкий лоб, длинную переносицу с едва заметной горбинкой и зависая на излишне пухлых для мужчины губах. Покрасневших от приправы и вишнёвого сока. Потрескавшихся от промозглого осеннего ветра. Прогорклых от выкуренных сигарет. Чувствовал ли Хван на себе этот взгляд? Придавал ли ему значение? Было ли ему приятно столь пристальное внимание, или всё в нём мелко дрожало от возмущения? Ли не знал точного ответа, но чужая расслабленность казалась хорошим знаком. — Ты, наверное, будешь удивлён, но мой конёк — выпечка, — спустя целую вечность заговорил мужчина. — Я обожаю печь домашнюю пиццу. В ней много начинки, сырные борта и хрустящая корочка. Клянусь, перед ней ещё никто не устоял! — Звучит, как вызов! — щёлкнул пальцами Феликс, и они одновременно рассмеялись. Так, словно Ли уже получил приглашение на территорию Хвана. Так, словно это, в принципе, было возможно в реальности. Разговор между ними ожидаемо затих. Брюнет вернулся к остывающей лапше и сосискам, а Феликс продолжил глазеть в окно, подперев подбородок руками. Конечно, он мог продолжить засыпать Хёнджина вопросами — вряд ли бы тот их проигнорировал — но даже молчать в его присутствии оказалось приятно. В магазине было тихо и по-домашнему уютно, и даже подспудный страх, что тяготил парня все последние дни, на время притупился. Ну вот кто бы сунулся сейчас сюда по своей воле? Джисон, слетевший с катушек от ревности? Кровожадный маньяк, размахивающий топором? Вооружённые до зубов грабители в масках? Ха, у Феликса под боком сидел самый настоящий следователь, который мог не просто в два счёта разобраться с любыми обидчиками, но ещё и бросить их гнить в тюрьму. Нет, рядом с Хёнджином можно было расслабиться и ничего не бояться. — Завтра тоже работаешь? — потянувшись к напитку, уточнил мужчина. То ли не смог придумать иной темы для разговора, выбрав ту, что лежала на поверхности наравне с обсуждением погоды за окном, то ли ему действительно было интересно. — Ага, у меня штраф от босса — работаю три ночи подряд, — Феликс наморщил веснушчатый нос и не сдержал тяжёлого вздоха. — А за что тебя оштрафовали? — удивился Хван. Блондин задумчиво прикусил губу и покосился на Хёнджина — рамёна в его миске осталось совсем чуть-чуть. Ещё пять минут, максимум десять, и он бы ушёл из магазина, а оставаться наедине со своим беспокойством совсем не хотелось. Так стоило ли попытаться задержать Хвана, да ещё и такой ценой? Делясь с ним чем-то настолько личным? Не говоря ни слова, парень вскочил и бегом помчался в подсобку за телефоном. На обратном пути он успел отыскать видео с собой и Чонином, и поставил его на паузу. Показавшись из-за стеллажей, Феликс улыбнулся озадаченному Хвану и опустился на прежнее место. Не говоря ни слова, протянул ему телефон и запустил ролик. Мужчине хватило пары секунд, чтобы понять, между кем и где именно вспыхнула ссора. Он на мгновение поднял взгляд на Феликса и вновь перевёл его на экран. Даже звук прибавил, чтобы лучше слышать. Не удержавшись, Ли чуть наклонился к его плечу, словно хотел в стотысячный раз посмотреть видео, и Хёнджин тут же сдвинулся в его сторону, буквально на пару сантиметров, и чуть повернул экран для удобства. Сердце глупо забилось, захотелось заглянуть в чужое лицо, чтобы отследить реакцию, но Феликс боялся пошевелиться — вдруг всё происходящее исчезло бы без следа, оказавшись сном? — Вот козёл! — цокнул языком Хван, когда Ян во всеуслышание предложил отравить котов. — Это ваш постоянный покупатель? — Да! Он… Феликс резко замолчал и вскинул испуганный взгляд на распахнувшуюся дверь. Заметив его замешательство, Хёнджин подозрительно нахмурился и изучающе уставился на позднего покупателя, застывшего на пороге магазина. Не снимая с головы капюшона, тот взял корзинку и размашисто зашагал вглубь зала. С трудом сдержав полный облегчения вздох, блондин оставил Хвана наедине со своим телефоном и метнулся на кассу. В конце концов, он всё ещё мог пережить кого угодно, кроме Джисона. И уж тем более пусть и не слишком хорошо, но всё же знакомого охранника со склада по соседству. Мужчина подошёл к прилавку спустя минуты две, поставив на него корзину, полную хлеба, куриных сосисок и большой упаковки питьевой воды — весьма скудный и однообразный ассортимент, чтобы питаться им каждый день. А судя по объёмам, есть его можно было как минимум неделю. Постаравшись ничем не выдать своего удивления, Феликс быстро пробивал товары и складывал их в самый большой пакет, найденный на кассе. Покупатель же, не снимая капюшона, нетерпеливо переступал с ноги на ногу, словно спешил куда-то. И всё же, зачем ему понадобилось столько хлеба, воды и сосисок по акции? Может, у него денег было мало или он не хотел тратить время на готовку? Вот был бы этот тип чуть более разговорчивым, и Ли бы непременно задал эти вопросы вслух — так, с шутливой интонацией, которой всегда приправлял природное любопытство. Но мужчина выглядел редкостным молчуном, да и своей угрюмостью успешно отпугивал, так что и от вопросов Ли решил предусмотрительно отказаться — не его это дело, в конце концов. — Пожалуйста, — протянув пакет вместе с чеком, Феликс поблагодарил типа за покупку и проводил его подозрительным взглядом. — Всего доброго! Ожидаемо не услышав в ответ ничего, кроме звона колокольчиков, блондин мысленно послал покупателя куда подальше и чуть ли не вприпрыжку бросился обратно к Хёнджину. Но не успел он поравняться с ним, как мужчина вскинул руку с телефоном, демонстрируя поставленный на паузу кадр, и тепло рассмеялся. — Ты что, назвал котёнка в честь меня? Феликс затормозил резко, словно на стену налетел, и схватил воздух возмущённо приоткрытыми губами. Нахмурившись, он выдернул мобильник из тёплой ладони Хвана и тут же погасил экран. — Ты рылся в моём телефоне?! — обиженно протянул он. — Не очень-то красивый поступок! — Извини, я просто листал комментарии и случайно увидел твой. И когда переходил к тебе на аккаунт, то понятия не имел, что ты тоже выкладываешь видео, — покусывая зубами соломинку, торчащую из стакана, без тени вины признался Хёнджин. — М-м-м, — многозначительно протянул Феликс, но развивать тему не стал, равно как и отвечать на вопрос про имя котёнка. Опустившись на стул, он вновь инстинктивно уставился на пустынную дорогу и на секунду задержал дыхание. Хёнджин бы не просидел с ним всю ночь, он бы всё равно рано или поздно ушёл, сколько его не задерживай, и Феликс бы остался здесь один. Что бы он стал делать, если в магазин ввалился разъярённый Хан? Как бы защищался от его нападок — словесных и физических? Как он в принципе должен был теперь жить, находясь в состоянии перманентного страха? — Можно вопрос, как к человеку, знающему законы? — набравшись мужества, хрипло выдохнул Ли. — Спрашивай, — тут же растеряв всю беззаботность, отставил в сторону стакан Хван. Блондин растерянно коснулся пальцами лба, не зная, как лучше подступиться к столь скользкой теме. Спрашивать напрямую было нельзя, равно как и врать с три короба — мужчина бы сразу заподозрил неладное. Нужно было лишь чуть изменить действительность, обезопасив себя от глупых домыслов и подстелив спасительной соломы. — Я не для себя спрашиваю, а для подруги, — наткнувшись на внимательный взгляд, неуверенно протянул Феликс. — Дело в том, что её преследует бывший, и она не знает, что делать. — Вот как? — откинувшись на спинку стула, прищурился Хёнджин. — А можно подробнее? Что ты подразумеваешь под преследованием? — Ну, он следит за ней, устраивает сцены ревности. Недавно вот в квартиру ломился, переполошив всех соседей. Ей страшно, — инстинктивно поёжился Ли. Блондину хотелось верить в то, что он был достаточно убедительным и отвёл от себя любые подозрения, но по выражению лица Хвана нельзя было судить наверняка — раскусил он его ложь или наивно поверил всему рассказанному. Потерев гладкий подбородок, мужчина сложил руки на груди и сел к Феликсу вполоборота. — По недавно принятому закону за преследование другого человека можно получить срок до пяти лет. Естественно, для такого приговора нужно собрать приличное количество доказательств и показаний свидетелей. Но чаще всё ограничивается штрафом, пусть и весьма большим. — Вот как? — Ли представил безутешно рыдающего Хана за решёткой и передёрнул плечами. Как бы сильно бывший его ни напрягал, но тюремного заключения для него блондин не желал. Это же не просто месть за все косяки. Это сломанная на годы вперёд жизнь. Возможно, Феликс мог бы просто использовать это как рычаг давления на Джисона? Мол, если не отвяжешься, я тебя засужу? Это бы сработало, верно? И никому бы не пришлось быть по-настоящему наказанным по закону. — Передай своей подруге, чтобы была осторожна, — не меняя тона, вновь заговорил Хёнджин. — Сталкеры начинают с малого, но если чувствуют безнаказанность, то постепенно слетают с катушек. — Ясно, — чуть замешкавшись, кивнул Феликс. — Не нужно вестись на провокации, пусть игнорирует его по максимуму. Ни в коем случае не впускает на порог, не отвечает на звонки и сообщения. Будет нелишним установить камеру слежения, чтобы та фиксировала все попытки незаконно проникнуть в дом. Пусть записывает на диктофон, как он угрожает ей и оскорбляет, — неотрывно глядя на нервно ёрзающего блондина, перечислял Хван. — Все близкие должны быть в курсе личности преследователя, знать его внешность и имя, чтобы в случае чего дать показания. Но лучше всего — это пойти и написать заявление в полицию, собрав необходимый минимум доказательств. Чем раньше такое будет пресечено, тем лучше. Феликсу хотелось истерично рассмеяться прямо в лицо мужчины. Это на словах было просто сказать, а как сделать? Ну пришёл бы он в отдел, написал заявление. Полицейский спросил бы его о том, кем ему приходился Джисон. И что Ли должен был ответить? О, это мой бывший. Мы оба геи, которых вы так ненавидите и презираете, приятно познакомиться! Да он даже Хвану не смел признаться в том, что речь шла не о мифической подруге, а о нём самом, что уж говорить про посторонних людей? — Если что, звони. Помогу, чем смогу, — мимолётно коснувшись его плеча, ободряюще улыбнулся Хёнджин, а Феликса словно током ударило. Не от прикосновения, а от осознания того, что эта фраза была прощальной. Что Хван уже мысленно готов был встать и уйти. Он и так провёл в магазине почти час, приехав сюда после рабочего дня. Он наверняка хотел принять душ, отдохнуть и выспаться. А Феликсу что было делать? Ещё час назад он был убеждён в том, что готов был поставить в этой истории жирную точку. Но Хёнджин приехал, вновь всё спутал в его мыслях и сердце, и оборона Ли треснула, и он дал слабину, вновь открывшись и потянувшись к нему. На что ему теперь было надеяться? Пакет с лекарствами лежал за прилавком, от расследования его отстранили, и даже по поводу случая со сталкерством позволили звонить, если что. А если не что? Если бы просто захотелось услышать его голос и поболтать о мелочах? Тогда нельзя было, выходит? Так зачем тогда было нужно всё это? Этот ужин, разговоры и советы. Что ж Хван сразу-то не ушёл, зачем разыграл виртуозный спектакль для единственного зрителя? Неужели нравилось смотреть на то, как Феликсу было больно? И самым обидным во всём этом было то, что блондин всё ещё не имел права что-либо требовать от мужчины. Чем бы помогла очередная истерика? Всего лишь испортила впечатление от по-настоящему тёплого вечера — по-своему уникального среди вереницы однотипных серых будней. — Тебе пора уезжать? — тихо уточнил Феликс и, дождавшись кивка, скрылся в подсобке. Аккуратно сняв с вешалки пальто, он вернулся в зал и протянул его Хвану. Тот, успев убрать за собой мусор, поблагодарил его и неспешно оделся. Похлопал по карманам, проверил уведомления на телефоне, а Ли, боясь выдать своё состояние, занял привычное место за кассой. Нужно было потерпеть всего минуту, а потом бы он налил себе ещё один стакан капучино, выпив его в прикуску с дорогущей, чертовски вкусной шоколадкой. И пусть бы она не залатала дыру в груди, но хотя бы просто подсластила его горе. — Когда у тебя выходные будут? — Хёнджин глянул на парня из-под растрепавшейся чёлки и прищурился. — Не знаю. Послезавтра, наверное, — опустив голову, пожал плечами Феликс. Он взволнованно замер, когда услышал медленно приближающиеся шаги, но поднять взгляд на мужчину так и не решился. — Тут такое дело, — Хван, замешкавшись, запустил пальцы в тёмные волосы и нервно их разворошил, — мне тут Нишимура отдал два билета в кино. Блондин, отказываясь верить услышанному и стараясь ничего заранее не додумывать, вцепился пальцами в край стола, почти не чувствуя предательски дрожащих коленей. — Он хотел с девушкой идти, но та неожиданно свалилась с простудой, — Хёнджин переступил с ноги на ногу, и Феликс неуверенно на него посмотрел. — В общем, пойдёшь со мной? Парню стоило неимоверных усилий, чтобы проглотить глупую улыбку, упрямо наползающую на губы. И несмотря на то, что больше всего на свете ему хотелось закричать «да-да-да!» и, перевалившись через прилавок, повиснуть у Хвана на шее, он продолжал тянуть с ответом. Забавно, но мужчина так переживал, сам того не осознавая, что на его лбу пролегла глубокая складка, а брови почти сошлись на переносице. — Послезавтра? — зачем-то уточнил Ли. — Да, вечером! — мгновенно оживившись, тряхнул головой мужчина. — Какое совпадение, — ковырнув пальцем кнопку на клавиатуре, робко отозвался блондин. — Ну, планов вроде никаких нет, так что можно сходить… Спустя секунду тишины, понадобившуюся на осознание ответа, мужчина шумно выпустил воздух из лёгких и расслабленно улыбнулся. Помедлив, он попятился в сторону двери, не отрывая взгляда от Феликса и покусывая губы. — Давай позже спишемся и обо всём договоримся? — с вопросительной интонацией произнёс он. — Ага, пока, — пряча под козырьком бейсболки горящие щёки, попрощался Ли. — Пока, Феликс! Глупо хотелось попросить мужчину написать, как доберётся домой, но это уже было слишком для этого вечера и для них двоих. Хван и так сделал гигантский шаг в сторону их потенциальной дружбы. Да, именно её, потому что на что-то большее Ли и вовсе не смел возлагать никаких надежд. Стоило только за мужчиной закрыться двери, как Феликс повернулся к окнам спиной и крепко зажмурился, выпуская из груди тихий, но полный счастья вопль. Планировал ли Хёнджин всё это заранее или произошедшее было не более, чем импровизацией? Как бы то ни было, но он сделал это сам, по своей инициативе, и одна только мысль об этом распирала Феликса с такой силой, что он самому себе напоминал воздушный шар. Так и хотелось оттолкнуться ступнями от пола и взмыть под самый потолок. И кружить там, пока голова не взорвётся от переизбытка эмоций, а сердце не лопнет разноцветным конфетти. Когда Феликс вновь повернулся к окнам, машина Хёнджина уже выруливала с парковки у магазина. Вряд ли мужчина это видел, но парень всё равно робко махнул ему рукой и тут же, сгорев от смущения, метнулся в туалет. И лишь там, умывшись ледяной водой, смог немного успокоиться и взять себя в руки. Рано было загадывать наперёд и мечтать о чём-то большем. Хван по-прежнему не хотел отношений, Ли по-прежнему ничего не знал о его предпочтениях. Но даже дружить с кем-то настолько надёжным и сильным казалось парню классной перспективой. И это всё ещё было лучше, чем ничего. Вернувшись в зал, парень решил сосредоточиться на работе. Тем более, что выгруженные Сынмином товары занимали большую часть коридора и мешали свободно передвигаться. Подхватив верхнюю коробку, блондин перетащил её к нужному стеллажу и вскрыл канцелярским ножом. Закатав рукава, он принялся вытаскивать рыбные консервы, как вдруг почувствовал вибрацию телефона в заднем кармане. И пусть вряд ли это был Хёнджин, но проверить всё равно стоило. Вернув консервы на место и отряхнув ладони, Феликс вытащил мобильник и ткнул на уведомление, почти не удивившись тому, что увидел. Как он и предполагал, их с Хваном, мило болтающими за столом, было видно издалека, так стоило ли удивляться присланной Джисоном фотографии? Судя по ракурсу, он сделал её с противоположной стороны дороги, наведя камеру прямо на ярко-освещённое окно. Даже подписи никакой не оставил. Феликс не ощутил ни страха, ни тревоги — эйфория после общения с Хёнджином всё ещё была слишком сильна, чтобы он беспокоился из-за подобных вещей. К тому же, Хван дал указания о том, как стоило себя вести, и глупо было не воспользоваться рекомендациями. Усмехнувшись, парень без раздумий внёс номер бывшего в чёрный список, попутно заблокировав его во всех соцсетях. И, удовлетворённый результатом, вновь вернулся к работе.

***

С трудом разлепив слипшиеся ресницы, Феликс зашарил рукой по дивану в поисках надрывающегося на всю квартиру телефона. Как назло, того не оказалось ни под подушкой, ни в складках одеяла. Растревоженные шумом коты спрыгнули на пол и отправились завтракать, а сам Ли, чертыхаясь, полез под журнальный столик, под которым и лежал злосчастный мобильник. Увидев на экране имя своего новоиспечённого тренера, блондин взвыл и откинулся обратно на подушку. И угораздило же его связаться с Чанбином, да ещё и дать ему свой номер телефона. Стоило ли теперь удивляться звонкам в одиннадцать утра? Да Феликс лишь пару часов назад лёг спать после ночной смены, а его уже бессовестно разбудили. Так и не ответив, парень задремал с орущим в руках смартфоном. Вскоре тот замолчал, подарив мгновение блаженной тишины, но спустя несколько секунд опять затрезвонил, да так настырно, что Ли показалось, будто в его разморённый недолгим сном мозг вонзилась визжащая на бешеной скорости дрель. — Да! — прохрипел он в трубку, больше не имея сил слушать это дребезжание. — Доброе утро, Феликс! Как дела? — издевательски бодро поприветствовал его Со. — Хочу напомнить, что у нас с тобой сегодня первая тренировка. Жду тебя к двум часам, как мы и договаривались! Проведя рукой по помятому лицу, Ли проглотил резкие слова о том, что вообще-то он помнил об этом и даже завёл будильник на час дня. Уж слишком Чанбин был полон энтузиазма, чтобы на ровном месте портить ему настроение и настраивать против себя. — Я обязательно приду, — изо всех сил борясь со вновь накатывающей сонливостью, пообещал блондин. — Я просто после смены и очень хочу спать. — Конечно, отдыхай! — тут же всполошился Со. — Я тебе скину сообщение с рекомендациями. Ну, там, что лучше надеть, какие вещи с собой взять. Этого должно быть достаточно на первое время! — Угу. Мужчина говорил что-то ещё, поэтому Феликс молча отложил телефон в сторону и зарылся носом в одеяло. Плевать ему было и на тренировку, и на рекомендации. Одно лишь желание — спать. Сны ему снились странные и запутанные. Длинные коридоры незнакомого здания были полны людей. Все куда-то бежали и громко кричали, перебивая друг друга. И Феликс по инерции бежал вместе с ними. Открывал двери, а за ними ничего не было, только непроглядная темнота и кто-то копошащийся в её глубине. И он отдёргивал руку от чёрных полупрозрачных клубов, тянущихся за пальцами, и нёсся дальше, к очередной двери, чтобы вновь ничего за ней не найти. В следующий раз парень проснулся сам, за несколько минут до будильника. Совсем не чувствуя себя отдохнувшим, он открыл единственное сообщение — от Со — и прочитал длинный список требований. — Удобная спортивная форма, пара сменных кроссовок, бутылка с водой, полотенце, душевые принадлежности, запасное нижнее бельё, — читал вслух Феликс, всё сильнее округляя глаза. — И зачем я только во всё это ввязался… Почистив зубы и приняв душ, Ли принялся собирать необходимые вещи, скрупулёзно сверяясь со списком. Ради такого случая даже отыскал в кладовке коробку с новенькими кроссовками, купленными ещё летом, но так и не распакованными. — Ну всё, пацаны, буду теперь спортивным и сексуальным, — набивая желудок лишними калориями в виде очередного сырного рамёна, разговаривал с котами блондин. Те продолжали невозмутимо вылизываться и всячески игнорировать его присутствие в квартире. Словно пытались дать ему понять — хозяин, ну не понимаем мы по-человечески, так что если хочешь поболтать, то поищи себе кого-нибудь другого. А Феликс о них, между прочим, заботился. Прошлым вечером, например, записал Джинни на приём к ветеринару, выкроив время между окончанием тренировки с Чанбином и началом рабочей смены. Конечно, он ещё в первый день появления котёнка в доме скормил ему необходимые витамины и дал средство от глистов, но проверить питомца у врача всё равно лишним не было. И это он ещё не упоминал о том, что сделал из своих котов самых настоящих звёзд — их совместное видео за неполные сутки собрало почти пятнадцать тысяч лайков и несколько сотен комментариев. К тому же, цифры росли каждый раз, стоило только выйти из приложения и через минуту вернуться в него вновь. И ведь слова писали сплошь положительные — с поддержкой, восхищением и просьбами о новых роликах. Интересно, а Хёнджин сидел в тиктоке? Вряд ли, конечно, учитывая его занятость. Но вдруг он листал ленту, пока стоял в очередной пробке или когда не мог подолгу уснуть? Забавно хрюкал от смеха над каким-нибудь смешным видео, удивлялся познавательным фактам, умилялся непоседливыми котиками. Подписался бы он на его аккаунт? У Феликса тоже были котики, даже целых два, и он бы сделал всё возможное, чтобы они рассмешили Хвана и прогнали его бессонницу. Покосившись на молчащий телефон, парень на мгновение перестал жевать и нахмурился. Сейчас, при свете дня, всё случившееся накануне казалось ему выдумкой. Одной из тех фантазий, что он разыгрывал в голове перед тем, как провалиться в сон. Иронично, но лучшим доказательством реальности всего произошедшего была фотография, отправленная Джисоном. Ли даже сохранил её себе и успел открыть бесчисленное количество раз. Рассматривал её под разными углами, то приближая изображение, то возвращаясь к исходному размеру. Любовался профилем Хвана, что-то рассказывающего ему. Не мог не видеть пляшущих искр в собственных глазах, направленных на брюнета. Вот так они выглядели со стороны? Взрослый мужчина и влюблённый в него парень, младше на целых семь лет. Заключённые в рамку одинокого кадра, обрамлённого тёплым сиянием ламп и черноты накрывшей город ночи. Когда стрелки часов приблизились к двум дня, Феликс нехотя выбрался из-за стола. Он не боялся опоздать — фитнес-клуб находился в пяти минутах ходьбы от его дома. В трёх, если не идти, а бежать. Прежде чем покинуть квартиру, парень подошёл к окну и проверил обстановку — Джисона ожидаемо не было видно. Более того, он совершенно точно работал сегодня в кофейне, а это значило, что до окончания его смены можно было расслабиться. И всё же заблокировать его повсюду казалось Ли отличным решением. Можно было не вздрагивать от звонков и звуков уведомлений. Не бояться зайти в очередную соцсеть, ведь там бы не высвечивались непрочитанные сообщения от Хана. А если сознательно отретушировать память, то можно было представить, что Джисон и вовсе никогда не появлялся в его жизни. Единственным, что напоминало о нём, был букет пресловутых незабудок, поставленный в вазу самим Ханом. Он возвышался в центре обеденного стола, источая волшебный аромат, и нежно-голубые лепестки казались Феликсу настолько чистыми и невинными, в отличие от их полных грязи отношений, что выкинуть их не поднималась рука. В конце концов, цветы ни в чём не были виноваты и имели право достойно прожить свою короткую жизнь, прежде чем навечно увянуть. Понимая, что тянуть время и дальше было нельзя, парень лениво обулся и накинул куртку, решив не застёгивать её на молнию — на улице, вроде как, выглянуло из-за туч солнце и было теплее обычного на пару-тройку градусов. Поочерёдно погладив за ушками подошедших к нему попрощаться котов, Феликс закинул на плечо лямку рюкзака и с опаской вышел в подъезд. Поёжился, услышав щелчок замка за спиной, и облизнул пересохшие от волнения губы. Феликс понимал, что волноваться не стоило. Всё было нормально. Площадка оказалась совершенно пуста, как он и ожидал. Не раздавались ничьи шаги, не долетали отголоски чужих разговоров, не срывалось ничьё дыхание за углом. Джисона здесь не было. Ну, не маньяк же он какой-то был, чтобы преследовать его круглосуточно. Как минимум, ему всё ещё было нужно отвлекаться на работу. Со свистом выдохнув воздух и позволив себе слабую улыбку, блондин обернулся к двери, чтобы убедиться в том, что та была надёжно закрыта, и тут же ощутил, как вокруг его горла наждачной верёвкой обернулся жгучий животный страх. Всё ещё не веря своим глазам, Феликс сделал шаг назад и сорвал приклеенный к двери бледно-голубой стикер всего лишь с одним коротким словом. Перезвони:)