Звенья одной цепи

Дни проходили однообразно, почти неотличимые друг от друга. Вару пытался следовать привычному ритму жизни, раз в два дня убирался по дому, но чаще просто бездумно слонялся по комнате, которую ему выделил Пик. Единственным разнообразием в его новой реальности были моменты, когда мужчина считал нужным "вознаградить" его по своему усмотрению. Вару не мог сказать, что был против, но всё это казалось чуждым, непривычным, неправильным. Прошёл месяц, а он всё ещё каждое утро просыпался с ощущением, что вот-вот надо собираться в школу, но стоило пошевелиться, как холодный звон цепи на ноге возвращал его в реальность. Сначала он почти не выходил из кровати, большую часть времени либо спал, либо просто лежал, уставившись в потолок. В комнате было лишь самое необходимое, ничего лишнего, ничего, что могло бы хоть как-то скрасить его существование. Однако со временем Пик, видимо, заметил, насколько ему скучно, и сделал цепь длиннее, позволив передвигаться по дому, хотя подойти к выходу всё равно не представлялось возможным. Теперь Вару хотя бы мог включать телевизор, иногда даже брать книги с полок. Правда, особой радости это не приносило — у Пика был весьма специфический вкус в литературе. Открывая очередной том, Вару неизменно сталкивался с описаниями чёрного рынка, криминальных схем или же чего-то ещё более мерзкого, чего ему даже не хотелось касаться. В итоге он почти не читал, лишь время от времени листал книги с рецептами, когда скука становилась невыносимой. Готовкой всегда занимался Пик, и даже если ему приходилось уходить по каким-то личным делам, он заранее оставлял еду для Вару, заботливо предусмотрев обед на одного. Вару, впрочем, давно потерял аппетит и старался не заглядывать в холодильник — после прошлого раза он боялся даже открывать его дверцу. Там, среди привычных продуктов, могло обнаружиться что-то такое, чего видеть он точно не хотел. Ему хватило одного взгляда на те "продукты". Большую часть времени Пик проводил в своём кабинете, занимаясь работой, и Вару знал, что ему туда лучше не соваться. Даже когда мужчина просто был внутри, он старался обходить дверь стороной, не привлекать к себе внимания. В принципе, Вару вообще не нравилось, когда Пик находился в доме, хоть это и было странно — ведь снаружи его ждал только мир, куда ему не позволяли выйти. Но даже так он чувствовал себя свободнее, когда оставался один, пусть вместо Пика за ним и наблюдали камеры, не давая расслабиться. Вару сидел на краю дивана, прижимая ноги к себе и невольно сжимаясь в комок, словно стараясь занять как можно меньше места. На экране телевизора шло очередное шоу экстрасенсов — недавно вышел новый эпизод, и он включил его просто от скуки. Готический зал, вечные скандалы участников, драматичные реплики... Всё это было чем-то далёким, чуждым, но хотя бы отвлекало. — Вару. Знакомый голос раздался за спиной, заставив его вздрогнуть и резко обернуться. Пик стоял в дверном проёме, и Вару тут же насторожился, вопросительно глядя на него. Он не знал, стоит ли отвечать, но всё равно молчал, ожидая продолжения. — Завтра начнём тренировки, — спокойно произнёс Пик, и от этих слов внутри что-то неприятно сжалось.

***

Изначально Вару не до конца понял, что именно Пик имел в виду под «тренировками». Он не стал уточнять сразу, но тревожное предчувствие закралось в голову, а позже, когда мужчина всё же соизволил объяснить, страх лишь подтвердился. Вару вовсе не хотел брать в руки оружие — сама мысль об этом вызывала отвращение и панику, он даже не хотел задумываться, зачем ему это могло понадобиться. Но, увы, выбора у него не было. Чем дольше Пик рассказывал о тонкостях, деталях, целях предстоящего обучения, тем сильнее Вару ощущал, как внутри медленно, но уверенно разливается липкий, тягучий ужас, охватывая его целиком. Вару, возможно, смог бы смириться с той жизнью, что у него была последний месяц. Он бы привык, научился подчиняться, принял бы всё, как есть, если бы Пик позволил ему просто оставаться в этой привычной, пусть и мрачной, реальности. Но, похоже, у мужчины были совсем другие планы. Они ехали в машине, за окном мелькали размытые пейзажи, но Вару почти их не видел, сосредоточенный на собственных мыслях. Голова гудела от напряжения, и он старался не смотреть в сторону Пика, хоть взгляд мужчины всё равно ощущался кожей. — Ты всё понял? — вдруг раздался голос Пика, отразившись в замкнутом пространстве салона. Он даже не обернулся, просто бросил на Вару короткий взгляд через зеркало заднего вида, но этого оказалось достаточно, чтобы напряжение в воздухе стало ещё ощутимее. — Да, — Вару ответил почти шёпотом, но всё же достаточно громко, чтобы Пик услышал. Его собственный голос показался ему чужим, каким-то далеким. Он не мог не задаться вопросом: сколько времени Пик ждал, прежде чем поднять эту тему? Возможно, всё это было спланировано заранее. Может, он специально дал Вару время, чтобы тот оправился, свыкся с новой реальностью, научился чувствовать себя в относительной безопасности, а потом, когда тот хотя бы немного успокоился, просто взял и снова втоптал его в тревогу и страх? Машина плавно сбавила скорость, и Вару почувствовал, как внутри всё сжалось в тугой комок. Они сворачивали с дороги, углубляясь в лес — чем дальше, тем меньше оставалось признаков цивилизации. Местность казалась заброшенной, одинокой, почти мёртвой, и это ощущение только усиливало его тревогу. Пик не говорил, куда именно они едут, но Вару уже догадывался. Возможно, какая-то старая тренировочная площадка, где его будут заставлять держать оружие, стрелять, привыкать к этому, как к чему-то обыденному. Он невольно сжал руки в кулаки, пытаясь унять дрожь. Пик молчал, сосредоточенно ведя машину. Серые облака, сухие ветки деревьев, редкие полосы солнечного света, пробивающиеся сквозь листву... Всё это выглядело так, будто мир сам намекал ему: «Беги». — Выходи, — голос Пика разорвал тишину, как выстрел. Машина остановилась, и Вару сначала даже не двинулся, но, почувствовав на себе тяжёлый взгляд, всё же послушно открыл дверь и вышел. Земля под ногами была твёрдой, сухой, покрытой потрескавшейся грязью и жухлой травой. В нескольких метрах от них виднелся небольшой деревянный дом, вокруг которого стояли мишени — какие-то из них были новыми, другие испещрены старыми пулевыми отверстиями. В воздухе пахло металлом и гарью, и Вару стало по-настоящему не по себе. Пик без слов достал из багажника сумку и, небрежно бросив её на землю, открыл. Внутри блеснул металл — пистолеты, коробки с патронами, какие-то инструменты. Вару сглотнул, но не сдвинулся с места. — Ближе, — коротко приказал Пик, и голос его был безразличным, почти ленивым, но от этого только страшнее. Вару не сразу подчинился, но, когда мужчина медленно поднял на него взгляд, заставил себя подойти. Пик молча взял один из пистолетов и протянул ему. — Возьми. Вару не шелохнулся. Смотрел на оружие, потом на Пика, потом снова на оружие. Оно казалось ему чем-то чужим, неправдоподобным, как если бы ему предложили держать в руках яд. — Вару, — голос стал твёрже, настойчивее, с лёгкой тенью раздражения. Он не мог ослушаться. Медленно, почти механически протянул руку и взял пистолет, ощутив неприятную тяжесть в ладони. Холодный металл резал кожу, и от одного только прикосновения его передёрнуло. — Отлично. — усмехнулся Пик, отступая назад. — А теперь... попробуем. Вару не знал, сколько времени они провели на этой заброшенной площадке. Минуты тянулись мучительно долго, превращаясь в часы, наполненные звуками выстрелов, громкими приказами Пика и его ледяным взглядом, оценивающим каждое движение. Пистолет в руках казался неестественным, чужеродным предметом, а отдача от первого же выстрела прошлась по телу болезненной волной. Его пальцы дрожали, плечи напряглись, и он с трудом удерживал оружие в руках. — Вару, — позвал Пик, сложив руки на груди. — Если ты так будешь держать пистолет, он просто вылетит у тебя из рук. Вару ничего не ответил. Он не хотел этого делать. Не хотел стрелять, не хотел слышать резкий гул выстрелов, не хотел чувствовать запах пороха, впивающийся в кожу. Но выбора у него не было. Он сжал зубы и, глубоко вдохнув, снова поднял руку, стараясь зафиксировать оружие так, как показывал Пик. Следующий выстрел был чуть увереннее, но всё равно дался тяжело. Удары отдачи проходились по всему телу, каждый раз заставляя его рефлекторно морщиться. Пик, похоже, замечал это, но не останавливал тренировку. Наоборот, он только усложнял задачу, требовал больше, подгонял, не давая ни секунды отдыха. — Быстрее. Смотри на мишень, а не себе под ноги. Вару сглотнул, пытаясь собраться, но мысли путались. Он был уверен: всё это неспроста. Пик не просто хотел научить его стрелять — за этим стояло что-то ещё. Что-то, о чём он пока не говорил. — А теперь ближе, — вдруг приказал он, кивая в сторону деревянной мишени. Вару медленно приблизился, ощущая, как страх поднимается по позвоночнику. Он не знал, чего ожидать дальше, но предчувствия были не самыми лучшими. Вару подошёл ближе, стараясь не показывать, насколько ему не по себе. Ладони вспотели, дыхание сбилось, но он крепче сжал пистолет, пытаясь сосредоточиться на мишени. Он не мог сказать, что хочет научиться стрелять — мысль о том, что он когда-нибудь сможет причинить вред другому человеку, вызывала отвращение. Но внутри теплилась другая, более жалкая и отчаянная потребность. Он уже понял, что Пик не из тех, кто раздаёт похвалу просто так. Любое одобрение приходилось заслуживать, доказывать, что он не бесполезен. И пусть страх сковывал движения, пусть каждый выстрел отдавался болью в запястье, Вару старался. Он следил за тем, как стоит, как держит оружие, повторял движения так, как показывал Пик. Он хотел услышать, что делает что-то правильно. Новый выстрел. Затем ещё один. Он не сразу понял, что попал в цель, но когда мишень вздрогнула от попадания, он замер, глядя на неё с едва уловимым удивлением. Пик тоже заметил. — Неплохо, — негромко сказал он, и Вару невольно выпрямился. Это было так просто, так обыденно сказано, но у него внутри всё перевернулось. Он хотел ещё. Ему хотелось снова услышать что-то подобное. Снова сделать так, чтобы Пик остался доволен. — Продолжай, — последовал новый приказ, и Вару снова поднял оружие, вновь сосредоточился на мишени. Он до сих пор чувствовал страх, он не хотел этого делать, но теперь внутри горело новое, странное ощущение. Ещё выстрел. Ещё попадание. Ещё крошечный намёк на похвалу, и Вару уже старался не из-за страха перед Пиком, хотя в ней скрывалась главная причина. Тренировка продолжалась, и Вару уже не замечал, сколько времени прошло. Он стрелял снова и снова, сосредоточенно вглядываясь в мишень, подавляя страх, стараясь держать пистолет так, как показывал Пик. Руки болели, запястья ныли от отдачи, но он продолжал. Потому что каждый раз, когда пуля попадала ближе к центру, он замечал, как Пик чуть кивает, говоря этим продолжать. Когда Пик внезапно поднялся с места и подошёл ближе, Вару рефлекторно затаил дыхание. Мужчина оказался рядом, взял его руку, поправил хватку — прикосновение было неожиданно твёрдым, но не грубым. От этого прикосновения по телу пробежала дрожь, но не от страха. — Ты слишком напрягаешь пальцы, — произнёс Пик спокойно, чуть сильнее сжимая его запястье, заставляя расслабиться. — Не зажимай курок до упора, иначе дрожь будет сильнее. Вару сглотнул и кивнул, стараясь не думать о том, насколько близко сейчас стоит Пик. Снова поднял оружие, сделал вдох и выстрелил. Попадание. Он сам не ожидал, но оно было намного точнее. — Уже лучше, — сказал Пик, отпуская его руку. Тепло его кожи ещё оставалось на запястье, но Вару не позволил себе задержаться на этом ощущении. Он почувствовал, как внутри что-то сжимается, но не от страха как обычно, а от чего-то нового, непривычного. Он знал, что не должен испытывать к этому удовольствия. Не должен радоваться этому секундному прикосновению. И впринципе прикосновению. Пик отошёл назад, снова наблюдая за ним с расстояния. Вару, набрав воздуха в лёгкие, поднял оружие и продолжил, ещё усерднее пытаясь показать, что он может.

***

Когда они вернулись домой, Вару чувствовал себя измотанным. Тело ныло, особенно руки — после нескольких часов стрельбы запястья словно горели, но он не жаловался. Он знал, что Пик не оценит этого. Да и внутри было странное, тягучее чувство — смесь усталости, тревоги и чего-то ещё, более тёплого. Пик ничего не говорил, пока они поднимались в дом. Он бросил ключи на тумбу, прошёл вглубь, а Вару быстрее разулся, зная что вскоре на нём окажется привычная цепь. Но потом Пик вернулся и протянул ему что-то. Телефон. На секунду Вару даже не понял, что это значит, просто смотрел на устройство в руке мужчины, не решаясь взять. — Заслужил, — коротко объяснил Пик, как будто это было очевидно. Вару осторожно взял телефон, чувствуя, как внутри всё переворачивается. Он не держал в руках ничего подобного с того момента, как оказался здесь. Конечно, Пик наверняка предусмотрел ограничения, но сам факт... это было похоже на настоящую награду. Не просто одобрение, не просто короткое «неплохо» — это был жест, который говорил, что он сделал что-то правильно. — Без глупостей, — предупредил Пик, но голос его был ленивым, будто он и так знал, что Вару не посмеет выйти за границы дозволенного. Вару кивнул, машинально проводя пальцами по гладкому экрану. Сердце билось быстрее обычного. Он не знал, чего ожидал, но в этот момент чувствовал себя почти нормальным. Почти свободным. Хотя бы на мгновение.