Jus ad bellium/Право на войну

      Долгое мгновение Дин и Калеб просто смотрели друг на друга. Экстрасенса выглядел усталым и очень сердитым. Дин просто приподнял бровь.       — В чем дело, Дэмиен?       Это стало последней каплей для терпения Калеба, который взорвался как цунами ярости и шока.       — В чем дело? — рявкнул он и встал, потому что был слишком зол, чтобы сидеть. Ривз начал расхаживать взад-вперед, и в конце концов оказался рядом с кроватью.       На краткий миг Дин был уверен, что друг собирается ударить его, несмотря на то, что он был на больничной койке и несмотря на то, что Калеб никогда раньше не бил его.       Калеб сжал кулаки и тяжело сглотнул.       — Господи, как бы я хотел врезать тебе. Может быть, это вбило бы немного здравого смысла в твою гребаную башку!       Дин криво усмехнулся, на его щеках все еще был румянец от медленно отступающей лихорадки.       — Что ж, — ответил он, — ты всегда можешь подождать, пока я не выпишусь из больницы. Тогда ты можешь издеваться надо мной сколько душе угодно. Как тебе такое, Дэмиен?       Дин наблюдал, как Калеб еще сильнее сжал кулаки, и выглядел так, как будто собирался пропустить часть выписки из больницы и ударить Дина прямо сейчас. Он даже отвел кулак. Но потом остановился, опустив руки вдоль тела.       Старший Винчестер хотел спросить, означает ли это, что ему не надерут задницу прямо сейчас. Но с трудом устроился удобней, сделав резкий вдох, когда жгучая боль прострелила плечо, и его чуть не стошнило.       Калеб, не смотря на свою боль и гнев, склонился над другом.       — Двойка, ты в порядке?       — Да, все прекрасно, — сумел выдохнуть Дин. Ему даже удалось протянуть руку и схватить друга за предплечье. — Ты любишь меня как брата… правда, Дэмиен?       Калеб нахмурился, ему не понравилось, к чему вел разговор.       — Ты мне как брат, Двойка. Ты чертовски хорошо это знаешь.       Дин уставился на него снизу вверх.       — Тогда представь, что это меня пырнули ножом в Колд-Оак. Можешь ли ты честно сказать, что ты не поступил бы как я?       Калеб открыл рот, но не смог вымолвить ни слова. Мысленно он представил себя там, как он обнимал бы холодного и безжизненного Дина. И от этого ему стало плохо.       К полному ужасу Дина, в янтарных глазах Калеба заблестели слезы. Ривз резко сел на стул и провел руками по лицу.       — Черт, — пробормотал он, затем наклонился, схватившись за голову.       Дин уже начал волноваться, когда Калеб наконец поднял голову. Его глаза покраснели от непролитых слез и были полны боли и печали.       — Ты прав, — плечи Калеба поникли. — Если бы я был на твоем месте, то сделал бы это в одно мгновение. Черт возьми, я бы сделал это и для Сэмми. Потому что я тоже люблю его как младшего брата, но тебя… Между нами всегда была особая связь. Когда я встретил тебя, ты был травмированным, немым пятилетним малышом. А я был растерянным, слегка заносчивым подростком. Я нянчился с тобой, когда Джону нужно было отвести Сэма к врачу и все такое прочее. И обнаружил, что у нас так много общего. Ты стал моим братом. А потом Джим и Джонни оба умерли, и я стал Рыцарем. Моя работа — защищать вас. И я подвел вас, ребята.       Дин протянул дрожащую руку и схватил Калеба за запястье.       — Ты не подвел меня, Дэмиен… Только ты в моей жизни, кто всегда прикрывал мою спину.       — Но я…       Дин покачал головой.       — Колд-Оак был ловушкой эпических масштабов. Желтоглазый ублюдок давно это спланировал.       Калеб с трудом сглотнул.       — Я должен был… должен был догадаться. То, что Лося и его семью убили, было всего лишь отвлекающим маневром. Я должен был быть с тобой.       — Нет, — голос Дина был на удивление нежным. — Ты был там, где необходимо. Лось был твоим другом.       — Да, он был моим другом, — взорвался Калеб. — Но он был уже мертв! Я ничего не мог для него сделать.       Дин одарил его едва заметной улыбкой.       — Ты прав. Ты ничего не мог сделать для Лося. Но ты мог бы попытаться найти его убийцу… что ты и сделал.       — И вынес тебе смертный приговор!       — Нет. Я сам выбираю свою судьбу. Никто не приставлял пистолет к моей голове.       — Я должен был быть там с тобой. Я мог бы остановить тебя от… — Калеб оборвал себя, когда Дин бросил на него сердитый взгляд.       — Что? Помешал бы мне спасти Сэмми? Чувак, даже если бы ты был там, это ничего не изменило бы. Я должен присматривать за ним. Он мой младший брат.       В этом была вся его суть. Не имело значения, был там Калеб или нет. Дин поступил бы точно так же.       Калеб выпрямился и вызывающе скрестил руки на груди.       — Да? Что ж, позволь мне повторить несколько мудрых слов, сказанных мне умным маленьким ребенком давным-давно. Я рисую драконов, приношу пиццу и присматриваю за Дином, — он с трудом сглотнул. — Последние двадцать гребаных лет ты был моим младшим братом. И я собираюсь все исправить.       Дин крепко зажмурился.       — Я уже говорил тебе, Дэмиен. Если я попытаюсь вывернуться из сделки, Сэм умрет.       Калеб махнул рукой.       — Тогда мы найдем другой способ. Может быть, Эсме…       Слегка ухмыльнувшись, Дин сказал:       — Эсме? Подружка твоего отца? Мать Джошуа Сойера?       Зарычав, Калеб ответил:       — Да, эта Эсме. Она ведьма, ты знаешь. И принадлежит к могущественному ковену. Может быть, они или кто-то другой могли бы придумать заклинание или зелье.       Честно говоря, Дин не рассматривал такой способ. Колдовство против демонов. Но он не собирался ставить на карту жизнь младшего брата из-за чего-то, что не было надежной ставкой.       Калеб увидел и правильно прочитал нерешительность на его лице.       — Да ладно, Черт возьми, это может сработать. Что бы я ни имел против Джоша, я уважаю его таланты и его матери, — он сделал паузу, колеблясь. — Ты мне доверяешь?       Дин мрачно посмотрел на него.       — Что за глупый вопрос, Дэмиен? Я доверяю тебе свою жизнь с тех пор, как мне исполнилось пять лет.       У Калеба снова защипало глаза от слез из-за такого откровенного заявления Дина.       — Чертова аллергия, — пробормотал он, вытирая глаза. — Или мошка залетела.       Дин слабо улыбнулся, но улыбка исчезла. Он мог сосчитать на пальцах одной руки сколько раз видел Калеба плачущим.       Ривз сцепил зубы и сделал глубокий вдох.       — Означает ли это, что ты не собираешься бороться? Ты просто собираешься сдаться?       — Нет, — раздался голос из коридора.       В дверях стоял Сэм, держа в руке еще один кофе.       — Нет, — повторил он, входя в больничную палату. — Он не сдается. Я ему не позволю.       Дин вздохнул, чувствуя, что разговор продлился еще час или два.       Поэтому он еще сильнее опустился на подушки и приготовился ко второму раунду.