Первый встречный, люби меня вечно

— Oh… Dios mío! — Суетливо прокричал розовый пухленький медвежонок, в спешке выронив свою армейскую каску с добытым пропитанием и лекарственными растениями. — Эй!!! Ты жив?! Подбежав к лежащему на каменном берегу под острыми серыми скалами, Горди стал осматривать раненного. Состояние того было критическим… Ужасным! Даже не ясно, жив ли он вообще… Однако наличие маленького пульса, которое Горди уловил, надавив на его запястье уже давало какие-никакие, но утешительные прогнозы. Потрясение не сразу позволило ему увидеть и понять одну чрезмерно пугающую странность: неизвестный вовсе не истекал кровью… Нет, скорее, действительно истекал, потерял уже немало её литров, но была ли это кровь вообще? Закусив в тревоге нижнюю губу, Горди огляделся вокруг, проверяя, нет ли здесь кого-нибудь ещё, тут же решается взять пострадавшего на руки, и всеми силами унести его в своё скромное убежище. Розовый пухляшик искал себе временную обитель очень долго и старательно, пока не нашёл место, подходящее под его запросы: небольшая полусырая пещера на склоне горы, с обрыва которой раненный предположительно мог упасть. Почему Горди догадался об этом так быстро? Раны… Раны позволили распознать причину их появления и в следствии чего такие можно получить.

~Pov: Gordi~

«Ꭰᴏᴩᴏᴦᴏй днᴇʙниᴋ, ʙᴨᴇᴩʙыᴇ ɜᴀ дᴏᴧᴦᴏᴇ ʙᴩᴇʍя ʙᴇдᴇния ɜᴀᴨиᴄᴇй, ᴄᴏ ʍнᴏй ᴨᴩᴏиɜᴏɯᴧᴏ ᴋᴏᴇ-чᴛᴏ нᴇᴏбычнᴏᴇ…» Записывал я в свою временем потрёпанную тетрадь, в которой уже около двух недель ведаю каждый проведённый мной день. Внезапно запнувшись, не зная, как закончить предложение, я взглянул на пострадавшего ещё раз: «Ꮋᴇ ɜнᴀю, ᴋᴀᴋ ϶ᴛᴏ ʙᴏɜʍᴏжнᴏ ʙ ᴨᴩинциᴨᴇ, нᴏ, ʍнᴇ ᴋᴀжᴇᴛᴄя, у нᴀйдᴇннᴇᴦᴏ ʍнᴏй ᴛᴇᴧᴀ нᴇиɜʙᴇᴄᴛнᴏᴦᴏ ʍᴇдʙᴇдя ᴄʙᴏи ᴄᴛᴩᴀнныᴇ и нᴇʍнᴏᴦᴏ ᴨуᴦᴀющиᴇ ᴏᴄᴏбᴇннᴏᴄᴛи! Ꭼᴦᴏ ᴋᴩᴏʙь… Ꮻнᴀ ᴨᴩᴏᴄᴛᴏ нᴇнᴏᴩʍᴀᴧьнᴀя! Пᴏчᴇʍу ᴏнᴀ ᴛёʍнᴏ-ᴄиᴩᴇнᴇʙᴀя?! Ꮶᴀᴋ ϶ᴛᴏ ʙᴏᴏбщᴇ, нᴇ иʍᴇю ᴨᴏняᴛия, ᴄᴛᴀᴧᴋиʙᴀюᴄь ᴄ ᴨᴏдᴏбныʍ ʙᴨᴇᴩʙыᴇ… Ꭰᴀ и ᴇᴦᴏ ᴄᴀʍᴏᴦᴏ уʙидᴇᴧ ᴧиɯь ᴄᴇйчᴀᴄ ɜᴀ ʙᴄю ᴄʙᴏю жиɜнь. Ꮋᴀɯᴀ дᴇᴩᴇʙᴇньᴋᴀ нᴇ ᴛᴀᴋ ᴏᴦᴩᴏʍнᴀ, ᴋᴀждый дᴩуᴦ дᴩуᴦᴀ ɜнᴀᴇᴛ, я ᴋᴧянуᴄь, чᴛᴏ ϶ᴛᴏᴛ — нᴇ ʍᴇᴄᴛный. Ᏼ хᴏдᴇ дᴇᴧᴀ дᴏбᴀʙᴧю нᴏʙыᴇ ɜᴀᴨиᴄи, ᴄᴇйчᴀᴄ ʍнᴇ ᴄᴩᴏчнᴏ нужнᴏ ᴏᴋᴀɜᴀᴛь ʍᴇдицинᴄᴋую ᴨᴏʍᴏщь… Ꮾᴇдняжᴋᴀ, ᴨᴩᴇдᴄᴛᴀʙᴧяю ᴋᴀᴋ ᴇʍу быᴧᴏ бᴏᴧьнᴏ…» Отложив тетрадь в сторону, я мигом направился к медведю. Незнакомец, в самом деле, оказался легче, чем я думал. Когда он был мной доставлен в безопасное место, я вернулся и за своей каской, в которой лежали ценные ресурсы, что могли бы сейчас очень помочь мне. На моё счастье, среди солдат в экспедиции я был тем, кто нёс в своей сумке медикаменты, что очень пригодятся в этом случае, там много чего неиспользованного осталось: бинты целая тонна, спирты, пластыри и, даже, небольшая баночка с гипсом, которую можно развести водой и смело нанести. Почему-то я был уверен, что у этого бедолаги сто процентов где-то есть перелом… Как же мне повезло, что моя мама, когда работала врачом, рассказывала и показывала, как пользоваться тем или иным предметом для оказания первой помощи. Жаль только то, что когда мы с братом родились она ушла в декрет, так и не выйдя с него… По одной очень ужасной причине… Х-хорошо… Ты справишься, Горди, просто помоги этому мишке, а остальные терзающие тебя вопросы оставь на потом! Незнакомый мне по имени медведь с виду выглядел очень хрупким, но стройным и, кажется, элегантным… Ведь, действительно: если бы не кровь и грязь, очевидно, что его шёрстка белее снега, которого в наших краях и то в поздний разгар зимы встретить как явление Божества народу. Плотно облегающие на бёдра чёрные брюки хоть и контрастировали с белой, испачканной и изорванной блузкой, но каждый из элементов идеально дополнял друг друга. На шее голубая галстук-бабочка явно сделана не из шёлка, а из похожего на него материала, но не суть важно… Важно, что этот некто просто идеально сочетал в себе и чёрный с белым, и чёрный с голубым, и голубой с белым! На блузке к этой бабочке в некоторых областях рукавов такие же голубые каёмочки и даже ленточки, возможно раннее завязанные в бантик… Не аристократ ли он случайно? Никто из наших не одевался так красиво, как этот свалившийся сверху! Чего уже там говорить о его миловидном личике, которое, действительно было таким, если бы не эта рваная рана на левой щеке и в кровь разбитый лоб… От потери крови он казался более бледным, а глаза, явно накрашенные, потекли чёрной тушью. Окровавленные нижняя губа и нос просто желали оставлять лучшего. — Надеюсь, он не очнётся, пока я буду пытаться ему помочь… — Я потянул лапки к его блузке, аккуратно задрав руки вверх, чтобы осторожно снять её. — Н-неужели мне сейчас действительно нужно раздеть его…? Т-так, Горди… Без задних мыслей! Набравшись с духом, я содрал с него верх. На вид показались ссадины и раны. Его белоснежная шерсть в области груди была очень густой и мягкой, подобно облаку или, даже, сладкой вате. Неудивительно, что здесь всё цело и невредимо… Осмотрев внешние повреждения, я решил, что было бы неплохо для начала протереть спиртом маленькие и кровоточащие ранки. Вероятней есть сильные ушибы и синяки, но их наличие я не смогу распознать, ведь незнакомец ещё не в сознании, чтобы точно дать понять, где ему больно… Шерсть скрывает повреждения, словно не хочет, чтобы я вмешивался в это со своей помощью! Вата и спирт отлично справлялись в дуэте, стирая и обрабатывая раны. Кровь и грязь впитывались, как в губку, не оставляя после себя ничего. Всё это время я внимательно поглядывал на его мордочку… Левый глаз щурился, нос слегка подёргивался, а губы через раз будто бы поджимались. Он чувствует жжение от медикамента? Так… С обработкой ран на руках и туловище есть… Осталось посмотреть, всё ли в порядке у него с ногами. Что-то мне подсказывает, что он будет не очень доволен, когда проснётся в одних боксёрах, но… Так нужно, и ему следует понять это! — Итак… — Прошептал я, аккуратно стягивая вниз его облегающие брюки. Именно с этого момента меня не покидало чувство, что здесь что-то не так… Знаете это странное ощущение чего-то не естественного? Вот я так и не мог до конца понять, что конкретно ввело в заблуждение. Однако, я и не мог не продолжать процесс лечения. Сержант Карисиас назначал меня «ходячей аптечкой» не за красивые глазки, ведь я имел навыки пользования! У меня были планы поступить в мединститут после окончания военной службы, чтобы пойти по стопам мамы и унаследовать её ремесло лекаря. Жаль, что мне так и не удалось спасти ногу Ачучонеса… Ну кто ж знал, что это был ядовитый укус?! Даже не ясно, кем он совершён: трава в том месте высокая и густая, разглядывать что-либо просто не имело смысла! Осмотрев бёдра, колени, голени и ступни, я убедился, что и здесь всё не так здорово… Похоже, правая нога сломана… Точно не могу сказать, но думаю, что очень скоро эта теория будет подтверждена. Проведя повторно обработку ран и ссадин, я наконец-то смог спокойно завернуть снятую одежду в форму рулета и положить ему под голову. Я подозреваю, что и без сотрясения мозга не обошлось то падение с обрыва… Сделав всё, как надо, вскоре подполз сзади. Осторожно взявшись за затылок, я приподнял его голову и подложил туда импровизированную подушку. На этом моя работа ещё не закончена… Разведя костёр рядом с лежащим, я повесил над огнём свою армейскую жилетку. У меня нет одеяла, чтобы, на случай чего, согреться холодной ночью… Если уж не мне, то ему это точно будет нужнее. Оставив лежать бедолагу в покое, я поспешил на выход, так как вспомнил, что рядом с телом ещё валялись поломанный лук и в таком же состоянии стрелы. Может быть, единорог сбросил его в пропасть? Надолго не задержался… Как можно быстрее я вновь вернулся под водопад, попутно размышляя об одной всё так же тревожащей меня вещи: каким образом кровь того медведя тёмно-сиреневая? Как это произошло? Он родился с такой редкой особенностью, или чем-то болен? Шум бурного потока воды, бьющейся об камни, полностью заглушил звуки вокруг, потому я сразу не услышал того, как из пещеры начинают доноситься какие-то звуки. Зайдя обратно в убежище, наши с ним взгляды внезапно встретились…