Прости, я дерьмовая дочь

— Я выживал на объедках, — объяснил Пятый, сжимая кружку обеими руками. — Консервы, тараканы, всё, что попадалось. — Он усмехнулся. — Слышали когда-нибудь байку, что у "Твинки" бесконечный срок годности? Так вот – это полная чушь. — Даже представить себе не могу, — покачала головой Ваня. — Ты либо находишь способ выжить, либо умираешь. Вот и всё. Мы адаптировались. Что бы ни подбрасывал нам мир – мы находили способ справиться. — Мы? — одновременно спросили Алекса и Ваня. Пятый проигнорировал их, приподняв кружку: — У тебя есть что-нибудь покрепче? — Есть, — вздохнула Ваня, поднимаясь с места и направляясь на кухню. — А ты, Алекса, хочешь чего-нибудь? — Нет-нет, всё нормально. Но спасибо, — ответила та, обходя кресло Пятого и следуя за ней. Пятый встал и последовал за ними. Ваня достала бутылку из шкафчика, налила немного в стакан и протянула его Пятому. Алекса прислонилась к стене слева от него. Он взял стакан и сделал глоток. После короткой паузы он опустил стакан и, покачав головой, спросил: — Ты думаешь, я сумасшедший? Да. — Нет, — ответила Ваня, медленно качая головой. — Просто... это трудно осмыслить. — Что именно тебе трудно понять? — спросил Пятый, наклонив голову. Алекса закатила глаза, посмотрев на него с откровенным раздражением. — Почему ты просто не вернулся в прошлое? — спросила Ваня. Пятый усмехнулся, потом вздохнул: — Боже, как же я раньше не додумался! — Он замолчал, лицо стало серьёзным. — Путешествия во времени – это ебанная путаница. Я провалился под лёд и так и не получил свой чёртов желудь. — Он на мгновение замолчал. — Ты правда думаешь, что я не пробовал всё, чтобы вернуться к своей семье? Повисла тишина. — Если ты успел постареть там, ну, во время апокалипсиса, то... почему ты всё ещё выглядишь как ребёнок? — осторожно спросила Ваня. Это хороший вопрос, подумала Алекса. — Я тоже хочу это знать, — заявила она вслух, вызвав на себе яростный взгляд Пятого. Она пожала плечами. — Ты сам сказал, что ты не подросток. Но выглядишь – как раз наоборот. Как это вообще возможно? Он усмехнулся: — Я мог бы задать тебе тот же вопрос. Алекса закатила глаза. Покачав головой, Пятый снова повернулся к Ване и направился к столу позади неё: — Я же уже говорил тебе, Ваня... — он фыркнул, ставя стакан на стойку и схватив бутылку. — Похоже, я где-то просчитался в уравнениях. — Он плеснул себе ещё. — Папа всегда твердил, что путешествия во времени могут свести с ума, — тихо сказала Ваня. — Может, с тобой именно это и случилось? Пятый резко поставил стакан. — Это была ошибка, — бросил он и развернулся к выходу. Алекса только фыркнула и пошла за ним. — Ты слишком молода. Слишком наивна, чтобы всё это понять, — бросил он через плечо. — Пять... Пятый, подожди! — закричала Ваня. Алекса нахмурилась, схватила его за рукав, заставляя остановиться. Он свирепо посмотрел на неё, но она лишь пожала плечами. — Я давно тебя не видела, — спокойно сказала она. — И я не хочу снова тебя терять. Вот и всё. Пятый вздохнул и опустил взгляд. — Знаешь что? Уже поздно, — продолжила Ваня, подходя к дивану. — У меня с утра занятия, и мне надо выспаться. Уверена, тебе тоже не помешает. — Она схватила одеяло, расправила его на диване. — Вот. Можешь лечь здесь. И ты тоже, — она бросила взгляд на Пятого. — Утром поговорим, хорошо? Обещаю. — С этими словами она выпрямилась и направилась в коридор. — Спокойной ночи. — Спокойной ночи, — тихо отозвался Пятый, наблюдая, как она скрывается за дверью спальни. Он медленно опустился на диван, всё ещё поглядывая в ту сторону, где исчезла Ваня. Затем опустил взгляд и, засунув руку в карман пиджака, достал сложенный платок. Развернул. — Ладно, — вздохнула Алекса, всё ещё стоя неподалёку. — Ты спишь на полу. Я – на диване. И нет, мы точно не собираемся спать вместе на одном... Она оборвала себя, заметив, на что он смотрит. Молча обойдя диван, Алекса села рядом с ним. — Что это? — спросила она, глядя на лежащий у него в ладони протез глаза. Он тяжело вздохнул, переворачивая его в руке, чтобы посмотреть на обратную сторону. — Это как-то связано с апокалипсисом, — пробормотал он. — С тем, кто его вызовет. — Он аккуратно завернул глаз обратно в платок и убрал в карман. Затем встал и направился к двери. Алекса тоже поднялась. — Куда ты собрался? Он тихо открыл дверь, почти шепча: — Мы не останемся здесь. Пошли. ______ — Итак, путешествие во времени? — спросила Алекса, когда они сидели в машине возле квартиры Вани. Двигатель был заглушён, и они просто молчаливо сидели внутри. — Ага. Когда мне было тринадцать, я спросил у отца, можно ли мне путешествовать во времени. Он ответил: «Нет». Я разозлился, выбежал из дома – и переместился. Сначала была одна пора года, потом – совсем другая… — его голос оборвался, он покачал головой и вставил ключ в зажигание. — А потом я оказался... — В Апокалипсисе, — закончила за него Алекса. Он вздохнул и повернул ключ – мотор загудел. — Да, — коротко сказал он, нажимая на газ. Машина плавно тронулась с места. — Куда мы едем? — В Академию Амбреллу, — невозмутимо отозвался Пятый. — Я не хочу вторгаться или как-то нарушать границы… Он резко перебил её, разворачивая машину: —Мой отец был миллиардером. В доме сорок две спальни. Сейчас используются всего пять. Одна из пустующих – прямо рядом с моей. Там ты и будешь спать. Так я смогу за тобой присматривать. — Он сделал короткую паузу. — Если бы я не любил уединение, я бы просто поставил вторую кровать у себя в комнате и уложил тебя там. Но мне не нравится, когда ты рядом. — Тогда почему ты вообще позволяешь мне идти за тобой? — Потому что, — сказал он, не меняя тона, — ты можешь оказаться полезной в ближайшем будущем. ______ Пятый тихо открыл дверь академии и сделал шаг внутрь. Придерживая створку, он обернулся и жестом пригласил Алексу войти. Она кивнула и шагнула следом, оглядываясь по сторонам, пока Пятый аккуратно закрыл за ними дверь и повернул ключ в замке. — Хорошо, — тихо сказал он. — Следуй за мной. Я покажу тебе твою комнату. Запру тебя там, если придётся. Поняла? Она кивнула. Он коротко кивнул в ответ и направился к лестнице. — Отлично. Тогда пошли. Сдержанно вздохнув, она пошла за ним. И, по правде говоря, даже почувствовала облегчение от его недоверия. Не потому что ей хотелось, чтобы её поймали – вовсе нет. Но всё происходило слишком легко. Слишком просто оказалось с ним разговаривать. Слишком просто – отправиться с ним. Слишком просто – проникнуть в его дом. И уж слишком легко он заговорил с ней о конце света, учитывая, как давно они были знакомы. Медленно поднимаясь по лестнице, Пятый время от времени указывал на половицы: — Не наступай на эту, — прошептал он, — скрипит. Наконец они остановились перед двумя соседними дверями. Он указал на правую: — Это моя комната, — затем на левую. — А это – твоя. До завтрашнего утра ты не выходишь. Я тебе пока не доверяю настолько, чтобы позволить бродить по дому. Там есть ванная, так что тебе хватит всего необходимого. Разве что умираешь с голоду – тогда кричи. Ну, спокойной ночи. Я открою тебе около шести, может, чуть позже. Договорились? Она снова кивнула, взялась за ручку двери и вошла в комнату. Щёлкнула защёлка – Пятый действительно запер дверь. Господи. Этот ублюдок и правда меня запер. Соседняя дверь отворилась и захлопнулась – он тоже ушёл к себе. Она резко повернула голову, услышав за окном знакомый металлический звон. Внутренне застонала – прекрасно зная, что это значит. Подойдя к окну, она щёлкнула задвижками, фыркнула и просунула руки под раму, поднимая стекло. Внутри застряла золотистая трубка. Вздохнув, она вытащила её и занесла в комнату. Из другой секции капсулы торчала свёрнутая записка – она бросила её на кровать. Снова вздохнув, развернула листок и начала читать. ______________________________ Исторический музей Джуда ______________________________ Она снова внутренне застонала, разорвав записку на мелкие клочки и бросив их в капсулу, лежащую на кровати. Затем схватила верхнюю часть контейнера и аккуратно закрыла его. За окном виднелись мусорный бак и пожарная лестница – удобное совпадение. Она могла бы спуститься и выбросить мусор. Вздохнув, она натянула капюшон и вылезла в окно. К счастью, на её уровне находилась полноценная лестница, а не отвесная стремянка. Двигаясь как можно тише, она прикрыла за собой окно – не до конца, чтобы потом можно было залезть обратно. После чего развернулась и направилась в сторону музея. Её мать ждала её у экспозиции, посвящённой Гитлеру. Она стояла неподвижно, вглядываясь в экспонаты с непроницаемым выражением лица. —Жутковато, мама, — пробормотала Алекса. — Он – одна из причин, по которым ты... Она осеклась и прочистила горло. Подойдя ближе, стянула капюшон и провела рукой по волосам. Мать взглянула на неё. — У меня есть пистолет, из которого он застрелился. Помнишь? Алекса кивнула. — Да, мама. Ты говорила мне это. И если ты забыла – я прошла через ад, чтобы достать его для тебя. Покачав головой, она снова прочистила горло, но теперь уже от раздражения. — Ты пыталась убить и меня, и Харгривза? — спросила она, злобно глядя на мать. Куратор вздохнула и повернулась к дочери. — Я подумала, тебе, возможно, не помешает небольшая помощь, — пожала она плечами. Алекса усмехнулась и покачала головой. — Что я говорила тебе про эти дурацкие усмешки? — холодно заметила мать. — Это невежливо. — У меня всё было под контролем, — резко ответила Алекса. — Ты называешь помощью то, что кто-то держал твою дочь под прицелом? Мать снова пожала плечами – как будто это ничего не значило. — Мам, у меня действительно всё было в порядке. Мы разговаривали. Он отвёз меня в квартиру своей сестры, потом – к себе домой. На данный момент я вообще должна быть там. Куратор прищурилась. — Ты проникла в его дом? — Ну, почти, — вздохнула она. — Он, скажем так, силой затащил меня туда. Сказал, что апокалипсис через восемь дней. Об этом я уже знала. Я знаю имена всех его братьев и сестёр. Знаю, как он пережил конец света. И... это, пожалуй, всё. Куратор подняла бровь. — Почему он вообще взял тебя с собой? Алекса нахмурилась. — Сказал, что я умею драться, и – что удивительно – ему это показалось убедительным. Обычно он был бы подозрительнее. Ну и я не совсем тупая. Вот и всё. Он сказал сесть в машину – я села. Мы поехали в дом его сестры, он кое-что рассказал... Потом – в Академию Амбреллу. Там он запер меня в спальне, прямо рядом со своей. Видимо, не слишком старался – его окно буквально впритык к моему. — Она покачала головой и пробормотала, глядя в сторону: — Насилует мою задницу. — Что ты сейчас сказала? — мать прищурилась. — Я говорю, наши окна находятся рядом, — отрезала Алекса, снова повернувшись к ней. — Я хочу знать, почему ты решила, что мне нужна помощь. Я думала, ты мне доверяешь. В этом – точно. Куратор неторопливо отмахнулась, глядя на экспонат перед собой. — Я действительно тебе доверяю, дорогая. Но этот человек опасен. Он – один из лучших, если не самый лучший. — Она повернулась обратно к дочери и мягко коснулась её подбородка. — Я бы не хотела, чтобы он убил мою плоть и кровь. Правда же? Алекса покачала головой, резко разворачиваясь. — Я справлюсь. Мне не нужна ничья помощь. Я не хочу её. Я могу сделать это сама. Она уже шла прочь, когда остановилась и бросила через плечо: — Он не тот, кем ты его считаешь.