Френдзона

🎵Kavabanga Depo kolibri - Аромат (new mood 2024)

Дин, припарковавшись возле университета на стоянке, с нетерпением ждал прихода Энди, который не хило так опаздывал. Докуривая уже третью сигарету, парень откинул голову на спинку автомобильного сиденья, задумавшись: зачем вообще нужно было назначать эту встречу? Зачем искать разговор с человеком, который бесит одним своим существованием? Хотя была и другая сторона — в чём виноват Энди в данной ситуации? В том, что, как видно, он тоже влюблён в Каса? Да, он старается как может, для себя — в принципе, как и Дин. Много вопросов накопилось за это время, и, не находя ответов, Дин резко вынырнул из своего мысленного хаоса, услышав лёгкий стук в окно. Приоткрыв глаза, он увидел до боли знакомое лицо Энди, который, ловко обогнув капот автомобиля, стремительно сел на пассажирское сиденье. — Привет, Дин, — его голос был уравновешенным, а взгляд излучал, как всегда, непобедимый блеск. Машина быстро наполнилась лёгким, приятным ароматом одеколона. Оценивающе оглядев соперника с ног до головы, Дин с вернувшимся раздражением в голосе произнёс: — Опаздываешь, как баба на первом свидании. Энди лишь покачал головой и непокорным взглядом окинул Дина. — О чём говорить будем? — деловито выпалил парень, прикуривая сигарету и слегка опуская боковое окно. Проследив за его ловкими движениями, Дин демонстративно иронично бросил: — Опусти окно ещё больше. Надушился томно. — Сильно волнует? — с лёгкой затяжкой ответил Энди, откидывая капюшон. По привычке он взлохматил чёлку, аккуратно укладывая её. Дин, словно заворожённый, наблюдал за грациозными движениями его тонких пальцев и, резко оторвавшись от непонятного созерцания, произнёс: — Сильно. Но не в том смысле, о котором ты подумал. Энди легко рассмеялся, откинув голову назад. Стряхнув пепел в окно, он пристально посмотрел на Дина: — Дин, я лично ничего такого не имел в виду. Дин почувствовал на себе затянутый и слегка насмешливый взгляд Энди, в котором читалось недоумение, смешанное с лёгким интересом — словно он пытался разгадать загадку, которую сам же и создал. — Так, стоп, — подняв указательный палец, Дин сделал глубокий вдох. Почувствовав, как по телу проносится волна очередного непонимания, он словно сдался этой загадке, но, резко меняя тему, продолжил: — Я позвал тебя поговорить серьёзно. — Начинай, — так же серьёзно отчеканил Энди. — Меня интересует, откуда ты вырос в жизни Каса?.. Просто отпусти то, что тебе не принадлежит, и живи дальше, — несколько растерянно произнёс Дин, возвращаясь к прежним опасениям, которые роились в голове ещё до прихода этого парня. — Дин, ты сейчас серьёзно? — с усмешкой ответил Энди. Дин посмотрел на него с прищуром, а былую уверенность будто ветром сдуло. Стараясь сохранить спокойствие, он сдержанным тоном произнёс: — Энди... пожалуйста. — Ты что, просишь меня не общаться с Касом? Ты себя хоть слышишь? Где ты был всё это время? Мы с Касом буквально недавно начали общаться. — Энди, чёрт тебя побери, нет никакого «вас»! Вас нет! Есть ты отдельно, и есть Кас отдельно! Дин вскипел; его голос дрожал от ярости. Словосочетание «мы с Касом» резало слух как острое лезвие. Начался привычный тремор, который он не мог сдержать. Дин, хоть и стремился к адекватному диалогу, не хотел повторения того, что было в больнице. Ему хотелось раз и навсегда вдолбить этому «другу», что он обязан отойти в сторону и не мешать им. — Дин... ты такой же, как и я. Мы на равных. Ты боишься конкуренции, но я не отойду, — Энди уверенно смотрел в затуманенные глаза Дина, и в его взгляде читался не что иное, как спортивный интерес. Они, как маленькие дети, боролись за понравившуюся игрушку, не осознавая, насколько далеко эта бессмысленная борьба может их завести. — У вас что-то было? — этот вопрос, как тень, навис над Дином, вызывая в нём страх перед ответом, который мог оказаться невыносимым, независимо от содержания. — Я не собираюсь обсуждать нашу интимную жизнь с тобой. Дин, не в силах сдержать нарастающее напряжение, резко схватил Энди за плечо; его пальцы вонзились в ткань, словно ища опору в буре эмоций. Взгляд был полон отчаяния и страха, как будто он пытался вырвать из него силой ответ, который мог изменить всё. — Не вашу, блядь! А свою! Нет никакого «вас», и не будет, Энди! Милтон, словно освобождаясь от цепей, резко вырвался из захвата, оттолкнул Дина и прокричал: — Дин, остынь! Не доводи себя до клиники! Ты хочешь, чтобы я учил тебя, как поступать? Говорить нужно не со мной, а с Кастиэлем! С этими словами Энди небрежно поправил худи. Его рука дрогнула, когда он достал очередную сигарету и нервно закурил. — Ты урод, просто вырос не в то время! — с горечью в голосе произнёс Дин, ударяя по рулю, осознавая всю нелепость своего положения в этой ситуации. — Не я бы вырос — вырос бы кто-то другой! Значит, ему плевать на тебя! Прими это как должное и не морочь мне голову! — эмоционально выпалил Энди, резко выскочив из машины, словно стремясь вырваться из удушающей атмосферы. Дин даже не удостоил Энди взгляда, склонив голову и оставаясь в молчании. Последние слова, словно острое лезвие, вонзились в его сердце, и на мгновение ему показалось, что Энди чертовски прав. Да, он пытался поговорить с Касом. Он не дурак, понимает, как нужно поступать. Но, увы, терпение его иссякало. Он чувствовал, что это терпение достигло предела, превращаясь в огненную бездну, где возврата не было. Что будет дальше? Разбитое сердце? Безразличие? Ненависть ко всему — к окружающим, к самому себе и к Касу? Ему оставалось лишь одно: он стоял на краю пропасти, откуда нет возврата. Сжав со всей силы руль, он как бешеный сорвался с места, надеясь укрыться от накрывшего отчаяния в стенах родной комнаты. Ворочаясь в кровати, Дин никак не мог заснуть. Его терзали угнетающие мысли и неистовое желание пойти в бар и напиться. Со временем это желание переросло в более серьёзную проблему. В его сознании то и дело всплывал клуб, мимо которого он много раз проезжал, но ни разу не решался зайти. Однако сегодняшний день, полный разочарований, стал толчком для начала чего-то нового. Не задумываясь о правильности своих действий, Дин привёл себя в порядок, сменив обыденную футболку на более «праздничный» наряд: бордовую рубашку, которую он сочетал с чёрными джинсами. Сам себе удивляясь, он отметил, как горячий душ мгновенно поднял ему настроение, прогнав привычную апатию и пробудив редкую игривость. Добравшись до клуба, Дин уверенно шагнул внутрь, не раздумывая, и показал паспорт охраннику, который лишь кивнул, пропуская его. В клубе царила атмосфера, полная жизни: громкая музыка гремела, а яркие вспышки неоновых огней танцевали в такт ритму, создавая калейдоскоп цветов, который завораживал и притягивал. За барной стойкой Дин уже допивал третью текилу, чувствуя, как алкоголь медленно растворяет его заботы, словно песок сквозь пальцы. Душа ныла, но не так, как раньше — теперь это была лишь тень боли, затуманенная весельем вокруг. Кас, когда-то близкий, теперь стал болезненным воспоминанием, дурной фантазией, человеком, которому было наплевать на Дина. На танцполе извивались парни в ярких нарядах, мужчины страстно целовались, создавая атмосферу свободы и беззаботности. Дин, наблюдая за этим, почувствовал, как его сердце бьётся в унисон с музыкой. В дальнем углу его взгляду попался парень с тёмными волосами, который скучающе щёлкал по экрану смартфона. В голове Дина царила приятная пустота, словно он погрузился в безмятежное море. Внутри восставали бабочки, порождая желание, которое становилось всё более настойчивым. Он хотел секса, но не с женщиной — его мысли ускользали к чему-то другому, запретному и манящему, доказывая, что он находится в правильном месте. Встав с барной стойки, Дин медленно направился к одиноко стоящему парню, не сводя с него хищного взгляда. Подойдя ближе, он облокотился плечом о стену рядом и довольно громко сказал, чтобы прорваться сквозь оглушительную музыку: — Скучаешь? — Было дело... — парень посмотрел на Дина; его синие глаза тускнели в ярком свете клубных фонарей, напоминая до боли знакомый облик. — Я Дин. — Приятно… Я Мэттью. — Выпьем? — Смотрю, ты уже пьян... — парень мило улыбнулся, и эта улыбка не оставила Дина равнодушным. — Ну тогда… покурим? — Дину, если честно, было всё равно, что выберет этот незнакомец по имени «Мэтт». Хотелось поскорее выйти из клуба, но желательно уже с ним. — Ну, давай… Дин, — произнёс Мэтт, и Дину понравилось, как звучит его имя с уст незнакомца. Небрежно улыбнувшись, Дин развернулся к выходу. Выйдя из клуба, Винчестер указал пальцем на свою машину, и они направились к ней. Лунный свет мягко отражался на кузове, создавая атмосферу таинственности. Дин не знал, что делать дальше. Знакомиться с девушками и «обрабатывать» их — одно, а с парнем — совсем другое дело. Парень сел на пассажирское сиденье; его движения были уверенными, и в то же время лёгкими. Дин закрыл дверь, и звук замка отразился в тишине ночи. Он чувствовал, как напряжение постепенно уходит, уступая место простому любопытству. — Что ты тут ищешь, Мэтт? — наконец спросил он. — Наверное, то, что и ты, — парень пристально всмотрелся в глаза Дина. Его взгляд то и дело скользил по телу Винчестера, невзначай, но с нотками пошлости, задерживаясь на его пахе. — Ммм... Звучит так... многообещающе. А может я маньяк и ищу себе жертву... жертву для минета... — Дин становился всё раскрепощённее. Почему-то компания парня уже не особо смущала его, и он инстинктивно втягивался в эту игру. — Значит, я попал в желанные руки… Да, Диин? — парень наклонился ближе, оставив невесомый поцелуй на губах Винчестера. Дин сразу же ответил на приятное прикосновение, ощущая, как странно чувствуются мужские губы, и как они приятно отличаются от женских. Проскользнув пальцами в мягкие волосы Мэтта, Винчестер уловил лёгкие нотки знакомого одеколона, которые сегодня подействовали на него довольно раздражающе. Как будто его подсознание играло с ним, вовлекая в нечто неожиданное и не особенно приятное для интимного момента.  Внезапно Дин резко надавил рукой на голову Мэтта, направляя его вниз и пытаясь избавиться от запаха, который прилип к его ноздрям. — Даже так? Ну хорошо... я не против, — Мэтт стал не спеша расстёгивать джинсы Дина. Тот, в свою очередь, ловко приподнялся, чтобы спустить штаны с боксёрами вместе. Когда Мэтт прошёлся ладонью по ещё не до конца вставшему члену, Дин издал лёгкий стон, мысленно сравнивая женские касания с мужскими и отмечая себе, что эти сильные, чуток шершавые, ладони чувствуются гораздо возбуждающе. — Как ты любишь, быстро... медленно? — Молча... — Дин, не открывая глаза, улыбнулся парню. Вроде и хотелось сейчас настоящего секса с ним, но некий страх неизведанного укутывал сознание, выбирая просто получить удовольствие от минета. И в тот момент, когда парень языком прошёлся по члену, дико медленно и так отчаянно, а после, заглатывая уже полностью вставший орган, Дин протяжно простонал. Этот парень знал своё дело с первых касаний, и это было естественно: будучи мужчиной, он прекрасно знал все чувствительные точки мужской анатомии. Перед глазами заиграли яркие краски. Приоткрыв глаза, Дин посмотрел вниз — лица парня не было видно, и ему хотелось увидеть тот переворот ощущений, который тот создавал. Сжав чёрные вьющиеся волосы, он нежно водил рукой в такт, осознавая, что находится очень близко к долгожданной развязке. — Да, вот так... — закатив глаза от наслаждения, Дин вдруг ясно увидел перед собой образ лучшего друга. Образ Каса намертво зацепился за его воображение, унося его ещё дальше, отключая мозг. Дин усилил движения бёдер, понимая, что парень тоже не против. — Давай… глубже, до конца… — полностью растерявшись в своих ощущениях, особенно с появлением Кастиэля в своих фантазиях, Дин почувствовал, как его член напрягается, а возбуждение достигает пика. Темнота в сочетании с алкоголем хорошо помогала подсознательно погрузиться в желанный мир. Дин нежно приподнял парня, не открывая глаз, страстно впиваясь в его губы, ощущая собственный вкус на его устах, усиливая ласки и едва слышные, протяжные стоны. — Иди ко мне… — Дин выцеловывал парня с такой страстью, что у него словно сорвало крышу. Он откинул сиденье назад, вцепился в футболку парня, и тот, быстро соображая, ловко оказался у него на бёдрах, стягивая с себя одежду. Дин стремительно спускался поцелуями с губ на шею парня, то и дело издавая низкое урчание от удовольствия. Полностью погрузившись в свои фантазии, он сжимал бёдра Мэтта почти до синяков, представляя на его месте совсем другого человека с такими же голубыми глазами. — Целуй меня, Кас… иди ко мне… — Дин ещё крепче прижал парня, но тот резко отшатнулся. Дин почувствовал его тяжёлое дыхание на себе.  — Каас… — прошептал Дин всё ещё в разгорячённом драйве, но податливое тело парня так же быстро соскользнуло с него, как и появилось. — Ты что, чувак, под кайфом? — запыхавшись, произнёс парень, чем-то шурша на переднем сиденье. — Что? — Дин открыл глаза и встретился с насмешливым взглядом парня, который уже застёгивал пуговицы на джинсах. — Чёрт. Я сболтнул лишнего… Нет, не под кайфом… я… — Кто этот Кас? Бойфренд? — сухо спросил Мэтт, готовый в любой момент покинуть машину. — Нет. Прости… — Ты прости, Дин, я не Кас, и мне не очень приятно трахаться в подобном роде. Пока! — Мэтт быстро и уверенно открыл двери автомобиля и выскочил, направляясь обратно в сторону клуба. Дин разочарованно выдохнул, застёгивая уже приподнятые джинсы. Да уж, он мог понять чувства этого парня. Не сильно можно разогнаться, когда под тобой кричат имя совсем другого человека, и учитывая то, что ты не какая-то проститутка, а обычный парень, ищущий реального развлечения на ночь. Вечер был благополучно обломан, самим же собой, что не удивительно. Дин завёл машину, разочарованно поехав домой.

***

Кастиэль собирал свои вещи. Сложив всё необходимое, он с трудом застегнул переполненный чемодан и откатил его к двери комнаты. Самолёт вылетал через два часа, и у него ещё оставалось достаточно времени, чтобы позавтракать и выпить кофе. Спустившись на первый этаж, Кас стремительно начал готовить себе завтрак. Габриэля нигде не было видно; по всей видимости, он уже был на работе. Усаживаясь за круглый стол и потягивая бодрящий напиток, Кас задумался. Он улетал с надеждой изменить свою жизнь и забыть Дина, хотя сам в это не верил. Казалось, он исполнял некий приказ, должен был справиться с заданием, которое нравилось далеко не всем. Например, Элен, узнав о «планах» Кастиэля, была шокирована и старалась привести друга в чувство, объясняя, что Дин тоже его любит и они могут быть счастливы вместе, забыв про все стереотипы. Однако слова Элен не произвели на Каса никакого впечатления. Он сам был запутан в своих чувствах и боялся, что Габриэль окажется прав. Если он сделает этот шаг, обратной дороги не будет. Слова брата прочно засели в его голове: уж лучше «случайный» парень, чем Дин. Дин был для него целой вселенной, от которой отказаться было бы потом невозможно. А просто секс с малозначительным парнем можно скрыть и не выставлять напоказ. Но это было возможно только в том случае, если Кас не сможет «переделать» своё нутро. Семья Кастиэля отличалась от других. Отец был пастором, и буквально всего несколько лет назад им пришлось перебраться в другой город вместе с младшими братьями, сестрой и матерью. Кастиэль хорошо помнил тот момент и ту радость, когда смог остаться с братом, который был свободнее от моральных принципов, чем вся семья вместе взятая. Кастиэль был уверен, что потеряет семью, если кто-то хоть намёком узнает о его ориентации. Но дело было не только в этом. Сам Кас не мог до конца принять себя, противился своей природе, считая её чем-то неправильным и греховным. Он хотел и не раз был готов перейти ту грань в общении с Энди, ощущая непреодолимое влечение, но потом его одолевал парализующий страх перед неизвестностью и перед тем, что он больше не сможет стать «нормальным» по меркам своего воспитания. Кастиэль метался между желанием быть собой и стремлением соответствовать ожиданиям семьи и общества. А во время вечерних посиделок у Лизы он осознал, что если рядом будет Дин, он не сможет сдержаться. Одно только его прикосновение заставит забыть, что хорошо, а что плохо, оставив его в этом состоянии навсегда. Кас покрутил телефон в руке и, позвонив брату, предупредил его о том, что уезжает, и отключает телефон. Он вынул SIM-карту и оставил её на кухонном столе как напоминание о том, что не сто́ит делать ненужных звонков. Он решил изменить свою жизнь, забыть Дина. Вскоре Кастиэль услышал сигнал автомобиля и, подойдя к окну, выглянул наружу. На горизонте появился Энди, его улыбка светилась, как утреннее солнце. Входная дверь медленно распахнулась, и дружелюбный гость вошёл в дом. — Привет, Кас! — произнёс Энди, обняв Кастиэля с теплотой. Его рука легко скользнула по широкой спине. — Привет, — ответил Кастиэль, чувствуя, как в груди разгорается тепло от этого простого жеста. — Ну и где чемодан? Мы так можем опоздать… — с лёгкой озорной ноткой произнёс Энди и, не дожидаясь ответа, уверенно шагнул в дом. Когда необходимые вещи были загружены в машину, Милтон обернулся и легко улыбнулся Касу, на чьём лице читалось дикое волнение. Он невольно уловил его мысли и страхи. — Всё будет хорошо, Кас, вот увидишь, — сказал он, завершая подготовку к поездке. Заведя автомобиль, Энди неторопливо направился в сторону аэропорта. Благополучно приземлившись, Кастиэль и Энди вышли из самолёта, и их встретила оживлённая атмосфера аэропорта. Огромные стеклянные окна пропускали яркие лучи солнца, которые танцевали на полированном мраморе, создавая игру света и тени. Вокруг царила суета: люди спешили к выходам, дети с радостью тянули родителей за собой, а звуки объявлений смешивались с гулом шагов. Парни с любопытством осматривались, ища тётю Мег. Внезапно их взгляды остановились на привлекательной молодой женщине у входа. Её лёгкое платье и тёмные волосы, аккуратно собранные в тугой хвост, привлекали внимание. Тёплая, искренняя улыбка, казалось, могла растопить любое сердце. — Привет, Мег, — Кас окинул её изучающим взглядом. Не видев Мегги лет пять, он отметил её сильное сходство с матерью. «Гены никуда не деваются», — подумал он. — «Неудивительно, что родные сёстры так похожи». — Мой мальчик! — воскликнула женщина, крепко обнимая его. — Как долетели, Кастиэль? — Чудесно. Мегги, познакомься, это мой друг Энди, — парень оживился, протягивая руку. — Очень приятно, мисс... — Зови меня Мегги, я не так стара для формальностей, — женщина очаровательно улыбнулась. Бросив взгляд на их чемоданы, она приветливо махнула рукой: — Ладно, мальчики, поехали домой. Будете у меня как на курорте! В принципе, это и есть курорт.

***

Дин одиноко сидел на кухне, потягивая вечернюю дозу кофе. Перед этим он выпил аспирин, надеясь облегчить жуткую головную боль, которая не покидала его уже несколько дней. Мысли путались, и ему не хотелось вникать ни во что на свете. Инцидент с малознакомым парнем в машине не выходил у него из головы, терзая сознание и вызывая смятение. Каждый глоток кофе лишь подчёркивал его одиночество, а тишина вокруг казалась удушающей, словно сама атмосфера напоминала о том, насколько он погряз во всём этом. «Я даже не могу нормально заняться сексом! Чёрт! Кас…». Глубокое душевное одиночество давило на него, как тяжёлый камень, и алкоголь, который когда-то помогал снять тревогу, теперь лишь усиливал её, оставляя по утрам горький осадок в виде панических атак. Дин не помнил, когда в последний раз высыпался, и о каком полноценном сне могла идти речь, когда Кастиэль, отдалившись, даже не выходил на связь. Он не раз пытался дозвониться, но телефон оказался вне зоны действия, а в социальных сетях сообщения просто не доходили, оставаясь с одинокой серой галочкой. Допив кофе, Дин почувствовал, как внутри него снова зажигается искра глупой и ненужной надежды. Не желая сдаваться, он решил ещё раз попытать удачу, но на этот раз немного по-другому. Остановившись возле знакомого дома, Дин заглушил мотор и прикурил сигарету. Дым медленно поднимался в воздух, создавая лёгкую завесу вокруг него. Сделав затяжку, парень взглянул на окна комнаты Кастиэля. Там было темно, словно ночь поглотила все светлые воспоминания о них. Он вышел из машины и направился к двери, но, подойдя ближе, не осмелился нажать на звонок. В голове то и дело всплывали последние события как Кастиэль стремительно отдалялся от него, будто между ними возникла непреодолимая пропасть. Самолюбие твердило ему уйти не только от этого дома, но и полностью из жизни Каса. Но он не мог этого сделать — не сейчас, не в этих отношениях. Собравшись с силами, Дин, наконец, позвонил в дверь. Услышав шаги за ней, он затаился, слегка выдохнув, морально готовясь к встрече. Дверь распахнулась, и на пороге возник Габриэль с бутылкой пива в руке. Его лицо выражало смесь удивления и настороженности. — Ооо, Дино! Каким ветром? — натянуто улыбнулся мужчина, постукивая пальцами по бутылке. — Привет, Гейб... я пришёл... — К Кастиэлю? Дин молча кивнул. — А он уехал, — небрежно бросил Габриэль, облокотившись о косяк двери. — В смысле? Куда? — К тёте Мегги. — Ого... это же она живёт... — Да-да, Дино! Далековато от нас. — И... надолго? — лицо Дина резко изменилось: от разочарования до полного опустошения. — Ну... пока что на всё лето, а дальше не знаю. — То есть... он может там остаться? — в голосе Дина нарастало недоумение. — Всё может быть. Я не знаю. — А как же учёба? — Это не проблема, ты знаешь... можно и перевестись без особых трудностей, — спокойствие Габриэля поражало. — Ясно... — Дин отступил, чувствуя слабость в ногах. — Дин... у него нелёгкий период, пойми его. Ему нужно отойти от происходящего... Он был на волоске от смерти. Я всё вижу, что ты... — Гейб, всё хорошо... я... я всё понимаю... — глаза Дина наполнились слезами. Он махнул рукой на прощание и развернулся к машине, но голос Габриэля остановил его. — Послушай... Дин... влюбиться в лучшего друга было плохой идеей... — Влюбиться? — Не отрицай, Дин. Я не первый день живу на этой земле. Дин вздохнул, опустив глаза. — Разве я мог контролировать, в кого влюбляться, а в кого нет, Габриэль? — Дино... желаю тебе выбросить всё это из головы как можно быстрее. Я не в восторге буду, если мой брат приведёт домой «мужа», — лицо Габриэля стало жёстче. — И знаешь, Дин, я очень сильно тебя уважаю, ты не думай. Дело не конкретно в тебе… а в общей ситуации. Я уверен, Кастиэль не натворит там ошибок, и они хорошо отдохнут. — Они? — Дин недоумённо посмотрел на Гейба. — Ну да... он поехал туда вместе с Энди. Горький смех вырвался у Дина. — Ты отправил брата... подальше от меня?! Чтобы уберечь Кастиэля от влюблённого друга?! Но, Гейб, ты не учёл одну маленькую деталь... Энди — гей. Лицо Габриэля изменилось: он явно был шокирован. — Что ты несёшь, Дин... — Я несу свет в твою голову, Гейб! Ты хорошо лечишь его от гомосексуализма! Я уверен... Кастиэль вернётся уже совсем другим человеком... и поверь, Габриэль, вряд ли тебе это понравится... Со слезами на глазах Дин быстро направился к машине, игнорируя крики Габриэля: — Дин! Это было его решением! Сев в машину, Винчестер осознал, что решение Каса окончательно убило в нём последнюю надежду.