Предание о Джарде

Осеннее солнце склонялось к закату. Зной воздуха пропитывался запахами горелой травы и крови. Джард еле стоял на ногах и тяжело дышал, не выпуская из правой руки свой меч. Его одежды были изодраны и перепачканы, вокруг лежал десяток поверженных разбойников. От нескольких пропущенных ударов в его глазах темнело. Из последних сил стараясь держать себя в сознании, он огляделся по сторонам. Приближались люди, судя по всему, вооружённые. Пособники погибших бандитов или крестьяне – он не мог знать наверняка, и выяснять это у него не было никакого желания. Сильно хромая и едва удерживая равновесие, он направился в сторону леса. *** Джард был готов ко многому, но всё же не к тому, что случилось. С наступлением осени он был вынужден покинуть родной город. Недавняя археологическая экспедиция обнаружила руины одного из первых храмов Селунэ, и Джард был направлен как маг-учёный, дабы провести собственное исследование храма и собрать как можно больше данных, пока до туда не добрались мародёры. Пеший путь должен был занять неделю. Оставалось проследовать ещё три дня по бесприютным дорогам северо-востока Штормового берега, однако на подходе у одной из деревень его встретил крупный отряд бандитов. Вынырнув из высокой пожелтевшей травы, они окружили одинокого мага: – Оп-па! Нарысовался, жречка! – Хаха! Обдырём его до ныточки и оставим подыхати! Джард развёл руками перед собой: – Ну право дело, стоит ли один служитель Селунэ вашего внимания? За мной ни гроша, ни крошки, а за мои одежды вы не выручите и медяка. Один из бандитов принялся более внимательно разглядывать мага: – Экой ты чудной, жречка. Чернокожой да остроухой. Неужо тебе льфийска шлюха в золе угольной родыла? – бандиты гнусно засмеялись, – ежели неча тебе отдавати, так давай мы тебе порешаем, кожу сымим и уши отдерём. Продадим кожевеннику какому, денех срубим. Добре, мужики? – Добре, Сартала! Добре! – вторили главарю гогочущие рыки. Джард лишь тяжело выдохнул: – Что ж, если миром разойтись не выйдет... Он быстро сделал распальцовку на левой руке и направил струю кислоты в лицо Сартале. Буквально через мгновение его смех сменился криками от нестерпимой боли. Схватившись за лицо, он обжёг свои ладони и начал беспорядочно трястись из стороны в сторону, крича страшные проклятия и захлёбываясь в крови. – Ах ты ж!.. – вскрикнул один из бандитов и набросился с дубиной на Джарда, однако стоило ему лишь подойти поближе, как с это же мгновение прозвучал металлический свист, и от груди до низа живота бандит ощутил нестерпимую резь. Кровь бежала по его штанинам, а боль парализовала, заставив упасть на бок и мычать от боли. – Демон! – Чудище! – Рви ехо, братва! Несмотря на своё видимое превосходство во владении мечом и магией, Джард понимал, что против бандитской своры его шансы выжить были невысоки, но всё же погибнуть от рук бандитов на безымянном тракте он вовсе не хотел. Используя связку магии с ловким фехтованием, Джард проносился сквозь своих врагов как нож через масло, оставляя алые всплески и отсечённые конечности. И пускай маг обладал преимуществом в плане техники, но количественный перевес всё же дал о себе знать. Несколько пропущенных тупых и острых ударов практически сбили концентрацию Джарда, и когда голова последнего бандита катилась вниз по склону, он понимал, что ему срочно нужен отдых и лечение. Его ноги и руки дрожали от боли, а в глазах темнело. Позади него была красно-жёлтая дубрава. *** – Чу, слыхал, Мычена? – А то ж не слыхати, Гароша. – Неуже Сартала снова реже кохо? – Не знамо. Вроде он хлотку рвати, ехо хрязный смех я всюду знаю. – Можа мы, тохо? – Чаво тохо? – Похлядым? – Ишь чохо удумал. Хошь, шоб и тебе покромсати хах путников тех? Мужики старались не прислушиваться, однако вскоре услышали визг с криками, от которых у них кровь в жилах застыла. – Чаво ш там творитися такое? – тихо спросил Гароша. – Не знамо, пельмяша, – также тихо ответил Мычена. Вскоре ко двору стали сбегаться женщины, девушки и прочие мужчины. – Бохи, храните нас, што ж там творитися, – раздался женский голос. – Може, на подмогу пойдём? – спросил кто-то из мужчин. – А на кой нам надо? – послышалось возражение, – все тута знаюти, шо на том трахте Сартала орудуюти. Ехо ватага всегда храбит купцов и путников, шо ходюти тама. – Ага, а теперича там крыки такия, шо сердце в пятки уходюти. – Там будто рвути на части. Гароша вышел вперёд: – А ну, частной народ, хто смел – бери вилы да топоры. Айда выручати бедолаг! Мужики переглянулись меж собой и быстро побежали по своим дворам кто за чем. Под мольбы женщин те вышли с Гарошей впереди смотреть, что за беда приключилась на дороге. Увиденное всех ввергло в шок: высокая тёмная фигура в одеяниях жреца Селунэ рассекало мечом и выжигало магией бандитов Сарталы. Тракт поле покрылись огарками, кровью и ошмётками плоти бандитов. Не смея приблизиться, мужики затаились в кустах: – Эко и правда демон!.. – Тиша ты, окаянный!.. – Ай, за шо... – Шоб не орал... – Ну дела: всех порубил как капусту на засол. – Опасный. – Силён и ловок. – Ты видал таких, Мычена? – тихо спросил Гароша. – Видывать не видывал, но слыхать слыхивал, – ответил Мычена, – это один из тёмных эльфов. Тахие под землёй живут, злобный народ. Но этот не сильно-то на них и похож. У тех, я слыхал, волосы хах сребро, а этот темноволосый. – Полуэльфка, думаешь? – Можливо. Да и не буде тёмный эльфка ходити в рясах Селунэ. Да и днём их на белом свете не сыскати, а этот ходит и сражается. – Понятно лишь одно: Сартала имел хлупость напасти на нехо, и то стала для него последняя ошибка в жизни. – Хля, мужики! Он еле на нохах стоити. – Ишо бы он не устати, так рубился. – Так шо нам с ним делати-то? Мычена задумался: – Надобно ехо в деревню привести. Ежели мы к нему по добру, може, и он к нам. – А ежели он рубити нас буде? – спросили из толпы. – А ежели рубити попытается, то мы его в бараний рох и в яму. – ответил Гароша. – Тохда идём, – сказал Мычена, и мужики вышли навстречу путнику. – Хей, ты, в рясах! Иди х нам! Мы не обидим! – крикнул Гароша. Путник бросил на них краткий иступлённый болью взгляд, после чего тот развернулся и направился в сторону леса. – Стой! Стой, дурах! Стой! *** Едва Джард открыл глаза, как перед ним предстало звёздное небо, окольцованное верхушками высоких деревьев. Пошевелив пальцами, он ощутил мягкую траву. Откуда-то со стороны доносилось неспешный бег ручья. Боль всё ещё сковывала его тело, но она будто постепенно уходила куда-то в землю, растаивала с каждым прикосновением ветра к его обнажённому и перевязанному торсу. Он хотел было приподняться, но чувство невыносимой усталости всё ещё не покидало его. В голове продолжала держаться мысль о том, что он должен вскоре продолжить свой путь, но эта лесная опушка приняла его подобно любящей матери, обещая спокойную ночь и восстановление сил перед дальнейшим путём. Слева от себя он услышал лёгкую, едва слышимую поступь, которая сливалась тихим журчаньем вод: – Ах, ты уже очнулся. Я надеялась, что твой сон продлится до утра, но я рада, что тебе уже лучше, – голос звучал подобно тому, как лёгкий ветерок встречает молодые побеги листвы. Джард хотел было приподняться, но боль в области лопаток и шеи отразилась по всему телу: – Не вставай, твоё тело ещё не восстановилось. Позволь силе источника забрать твою усталость, дабы в грядущую весну она помогла пробиться новым побегам в этом лесу. Полудроу лишь выдохнул: – Зачем же источнику боль живых? – Потому что боль – это часть всего живого. Боль не всегда означает что-то плохое. Порой она нужна, чтобы жизнь смогла отбросить сдерживающие её оковы и пробиться к новым горизонтам. Забрав твою боль, источник дарует твоему телу сладость покоя, а твоя боль поможет этому лесу вновь расцвести, когда придёт срок. Шаги послышались совсем рядом с Джардом, и он посмотрел в их сторону. Перед ним на колени села девушка, красота которой в мгновение поразила сердце и разум полудроу. Её бирюзовые глаза внимательно осматривали раны, а её розово-белые руки с трепетностью растирали по телу целебное зелье. Её длинные тёмно-русые локоны, увенчанные кольцом причудливых цветов, покачивались в такт лёгкому ветерку. – Благодарю тебя, дева эладрин, – сказал Джард. Девушка улыбнулась. – Могу ли я узнать имя моей спасительницы? Она неспешно моргнула и посмотрела магу в глаза: – Я Валенаэ, из рода Гаэлидрим. Странствующий жрец. Я пришла сюда под завершение лета дабы провести регулярные таинства и укрепить связь этого леса с наследием фей. Здешние друиды приняли меня и позволили находиться здесь ровно столько, сколько потребуется. Я обнаружила тебя у самой окраины леса. Ты был покрыт кровью своих врагов и изнурён. Когда ты лишился сил, я отнесла тебя вглубь леса к этому источнику. Он слабо улыбнулся: – А я Джард, полудроу и маг. Я вырос и был воспитан в стенах храма Селунэ в городе Гирион. Я не приносил монашеских или жреческих обетов, однако стараюсь активно участвовать в жизни ордена по мере своих возможностей. В глазах Валенаэ читалось неподдельное любопытство: – Так ты полудроу? Никогда бы не подумала, чтобы подобные тебе существуют. Джард усмехнулся: – Равно как не каждый день встречаешь одну из эладрин осени. Гаэлидрим ведь род осенних эладрин, если я правильно помню. Девушка рассмеялась: – А ты хорошо осведомлён для обычного мага на службе ордена Селунэ. – Горе мне как магу, если бы оно было не так, – улыбнулся полудроу, – я благодарю тебя за ту помощь, что ты оказала и оказываешь сейчас. Ты могла бы оставить меня на произвол судьбы у окраины леса, и, боюсь, на том бы и закончилась моя жизнь, но вот я здесь, и вскоре буду готов продолжить свой путь. Она аккуратно положила руку ему на плечо: – Только прошу: не раньше, чем взойдёт солнце. Пусть сегодня лес подарит тебе покой и оградит от иных напастей. Он немного призадумался: – Хорошо, будь по-твоему. Но всё же я чувствую, что должен хоть как-то отблагодарить тебя за своё спасение. Всякое деяние стоит благодарности. Валенаэ лишь слабо улыбнулась: – Раз это для тебя так важно, то... есть у меня одна просьба. Джард чуть присел, боль практически сошла на нет: – И чего же ты хочешь попросить? Девушка прислонила кончик указательного пальца к своим губам и сделала задумчивое лицо, после чего она сказала: – Я прошу тебя взять меня с собой в путешествие. Полудроу немного удивился: – Со мной? Но разве тебе не нужно остаться в лесу для своих таинств? – Я сделала здесь всё, что хотела. Друиды отнесутся с пониманием к моему уходу, а так я бы могла увидеть новые места и узнать что-то новое. Я впервые в Штормовом берегу, и тем более ни разу не видела Врата Балдура. Я бы очень хотела там оказаться, если наш путь будет пролегать через этот город. Джард задумался: – Что ж, тогда твоя удача: мне действительно надо идти в сторону Врат Балдура. Я иду туда по делам ордена, и, если хочешь, мы можем с тобой пройти этот путь вместе, – он усмехнулся, – уж что я точно сегодня усвоил железобетонно, так это то, что в здешних краях путешествовать одному крайне опасно. Полудроу провёл руками вдоль своего тела и горько усмехнулся. – Тогда, Джард из Гириона, ложись и отдыхай. Ночь лишь началась, а мне надо вернуться к друидам и сообщить о своём решении. Обещаю, что этой ночью ничто более тебя не потревожит, – она улыбнулась и поднялась с колен, после чего направилась вдоль ручья. Джард провожал её взглядом, наблюдая за её лёгкой поступью и как развивается её бело-серое платье, пока образ девушки не скрылся в сумраке леса. Вскоре симфония ручья и листвы окружила полудроу, свет звёзд успокаивал его взор. Джард внимал этому, пока его разум не погрузился в сон. *** – Хах думаешь, дядько, – спросил Гароша, – уцелел ли тот тёмный эльфка? – А хто ж ехо знает, пельмяшка, – Мычена развёл руками и закусил соломинку меж зубов. Они сидели у стога сена рядом с широким полем, которое убирали весь день до того случая на тракте. – Одно можливо сказати – ночь сеходня спокойная. – Правду хутаришь, дядько, – сказал Гароша, после чего достал трубку, заправил её зелье и засмолил, пуская кольца дыма в ночное небо.