Арена

Дверная ручка с тихим скрипом повернулась, в лицо хлынул стылый ветер с Ла-Манша. Несмотря на то, что Фалмут считался местом с мягким климатом и большим количеством солнечных дней, за последние две недели Грейнджер промокла и продрогла здесь насквозь. — Уходишь? — тихий голос Забини заставил её резко отпустить ручку двери, отчего та с оглушительным треском захлопнулась обратно. Будь они неладны — ветра Фалмута. Гермиона скривилась, такой шум даже мёртвого разбудит, а Пенси спала очень чутко. Грейнджер не хотелось с ней сталкиваться именно сейчас. Вчерашний разговор до сих пор стоял у неё в ушах, но хуже всего — это выражение лица Паркинсон. Абсолютно пустое. После того, как она ушла к себе, ни Гермиона, ни Блейз её не видели. — Мерлин, ты меня напугал, — она с опаской поглядывала на лестницу на второй этаж за спиной Забини. Блейз ничего не ответил, только продолжил пытливо смотреть на Гермиону, отчего той стало не по себе, будто она собиралась сделать что-то противозаконное. Даже во время ограбления Гринготса она чувствовала себя увереннее, чем сейчас. — Я ненадолго, — звучало как оправдание. Внутри, к запутанному клубку противоречий, добавилась ещё одна нить. Изумрудно-зелёная, связывающая их троих. И Грейнджер очень не хотелось им врать. Хотя если бы Блейз её не остановил — в этом не было бы нужды. — Не поделишься планами? — казалось, что она на допросе. Блейз расслабленно стоял облокотившись плечом о стену, так и не отведя взгляда тёмных глаз с Гермионы. — Когда вернусь, — Грейнджер вдохнула полной грудью и, больше не говоря ни слова, как можно тише выскользнула на улицу. Задохнувшись порывом солёного ветра, огляделась по сторонам и аппарировала в Министерство.

***

Министерство встретило её шумом и суетой. Волшебники разных мастей бежали по своим делам. Кто-то останавливался, чтобы пожелать знакомым хорошего дня, другие задерживались подольше — обсудить последние новости. Грейнджер, лавируя между десятками магов, прошла к стойке регистрации. Стажер Дотс, так было написано на бейдже, поднял на неё раздражённый взгляд, держа перо и палочку наготове. — Гермиона Грейнджер, к старшему аврору Гарри Поттеру. Молодой служитель того, что должно было называться законом, молча кивнул, протягивая бейдж с именем. Давненько она не бывала тут, хотя с первого взгляда ничего не изменилось. Ничего, кроме самой Грейнджер. Пройдя по знакомому маршруту до лифтов, Гермиона нажала нужный уровень и встала у дальней стены. Нервно притопывая ножкой, наблюдала как заполняется кабина. Она вспомнила, как в последний раз приходила сюда с Драко, дать очередные показания. Когда же это было? Восемь - девять месяцев назад? Гермиона потеряла счёт времени. Мысли о Малфое заставили неугомонный рой голосов в голове затихнуть. Нога, отбивавшая нервный ритм, замерла на месте, а сердце, что своим стуком нещадно било по барабанным перепонкам, наконец успокоилось. Створки лифта разъехались, безжизненный женский голос известил о прибытии на третий уровень. “Отдел магического правопорядка”. Это была её остановка.

***

Гермиона постучала два раза. Услышав приглашение войти, толкнула дверь “Старшего аврора Поттера”. Гарри расслабленно сидел за своим столом, перекладывая бумаги с одной стопки в другую. С виду начальник, полностью поглощённый бюрократической работой. Подняв взгляд изумрудных глаз от очередного доклада, Поттер улыбнулся, увидев её в дверях. — Гермиона, давненько мы не виделись, — улыбка, такая знакомая. Сколько раз Гермиона видела её, как она была счастлива, что после войны её лучший друг мог дарить искренние улыбки близким людям. — Привет, Гарри. Да, вот решила наведаться. Давно не виделись, — Гермиона постаралась в ответ натянуть свою повседневную улыбку “рада видеть лучшего друга”. Гарри поднялся из-за стола и широкими шагами сократил между ними расстояние, сгребая её в крепкие объятия и прижимая к своей груди. Гермиону окутал новый для неё запах. Яркий аромат огневиски и табака обжёг обоняние, к этому непривычному для Гарри запаху, ещё примешивалась какая-то приторная сладость, до ужаса знакомая Гермионе. Только она никак не могла вспомнить откуда. — Гарри, задушишь, — пропищала Грейнджер в аврорскую мантию Поттера. — Так мы не виделись, сколько?! Месяца четыре?! — засмеялся мальчик-который-выжил, выпуская Гермиону из кольца рук и давая ей такое необходимое сейчас пространство. — Будешь чай, кофе, может чего покрепче? — подмигнул Гарри, подходя к застеклённому шкафу в углу кабинета. — Нет, спасибо, я только что выпила большой латте, и мне кажется, что сейчас я на восемьдесят процентов состою из кофе, — Гермиона внимательно наблюдала за Поттером, отмечая изменения, которые произошли с лучшим другом, и которые она раньше не замечала. Неужели она была так слепа? — Что ж, а я пожалуй выпью. Не каждый день есть возможность с тобой поболтать, — Поттер откупорил пузатую бутылку и одним выверенным движением налил янтарную жидкость ровно на два пальца Он выглядел не просто по-другому: казалось, Гарри решил полностью изменить свой имидж. И с каких пор старший аврор пьёт огневиски в начале рабочего дня? — Огневиски в десять утра? —Гермиона подняла одну бровь, усаживаясь в кресло для посетителей. Гарри лишь ухмыльнулся, не спеша устраиваясь в своем кресле. Покрутив бокал несколько раз, поднял взгляд зелёных глаз на Гермиону. — Ну, ничего страшного не случится, — сделав первый глоток, он с блаженством прикрыл веки. — Наверное, — Гермиона пожала плечами. После разговора с Пенси, она уже не могла смотреть на Поттера как раньше. Все его улыбки казались фальшивыми, все слова имели двойной подтекст. — Рассказывай, как твои дела? Куда ты пропала? Джинни уже обижается, что ты не заходишь. Гермионе в это верилось с трудом. Они с Джинни не были такими хорошими подругами, как пытался их представить Гарри. Единственное, что их связывало — это Поттер, когда-то ещё был и Рон. Но после того, как тот уехал на стажировку в МАКУСА, причин общаться стало ещё меньше. — Я получила новые книги по колдомедицине и совсем потеряла счёт времени, — Гермиона врала не краснея. Что ж, они оба врали. Хотя новые книги действительно лежали, но по артефакторике и способам снятия защитных чар. — Ты в своем репертуаре, — засмеялся Гарри, откидываясь на спинку большого кожаного кресла. Неужели старшим аврорам выделяют такие блага, как дорогая мебель и собственный бар? — Ну что-то же должно оставаться неизменным, — улыбнулась Грейнджер, придавая себе более расслабленную позу. Казалось ещё немного и она вскочит со своего места и наградит его наглую физиономию прямым ударом в нос. — Да, но всё же перемены это к лучшему. Хорошо, что ты зашла, я как раз собирался наведаться к тебе, — Гермиона внутри похолодела. Если бы Поттер пришёл без предупреждения в её небольшую квартирку в магловской части Лондона, он бы обнаружил слои пыли и две недопитые чашки кофе, которые скорее всего так и остались стоять на барной стойке. Свидетельства её скорого побега из собственного дома. — Видишь, как удачно сложились обстоятельства, — Грейнджер почувствовала, как губы против воли натягивает улыбка. После этой встречи нужно было срочно наведаться домой и привести квартиру в порядок. И желательно поставить пару-тройку защитных чар. А лучше будет сказать Поттеру, что её некоторое время не будет в Лондоне. — У меня новости, и я хотел бы, чтобы ты узнала о них первая, — глаза Гарри нервно блестели в предвкушении, и Гермиона подалась вперед, всем своим видом показывая заинтересованность. — Мы с Джинни купили дом, — то, с каким видом Гарри это сообщил, показывало, как его распирает от гордости. — О, поздравляю, Гарри, —воскликнула Гермиона, на миг забыв, что её лучший друг был инициатором создания Арены и Молотобойни. — Спасибо, я действительно счастлив. Знаешь, в последнее время в Норе стало как-то тесно, — Поттер привычным движением взлохматил волосы на затылке и тут же их привел в порядок. От Гермионы не укрылся этот не характерный для него жест. Раньше лучший друг даже не подумал бы поправлять тот вечный беспорядок, что был у него на голове. Сейчас же Гермиона заметила, как когда-то всклокоченная грива лежит гладкими обсидиановыми волнами, волосок к волоску. Такого эффекта можно было добиться только одним средством. “Просто блеск” — вот чем сладким пахло от него. Грейнджер на себе испытала удушливо-приторный вишнёвый запах этого средства для волос. То, чего раньше она не замечала — теперь не просто бросалось в глаза, а мигало красными флагами. В очередной раз она задалась вопросом, как могла не уловить всех изменений в образе друга. И не находила ответа. Неужели Драко был прав, говоря, что она видит в людях только хорошее?

***

Гермионе казалось, что этот день никогда не закончится. Она еле волочила ноги, в голове набатом били маленькие молоточки. С каждым шагом эти адские инструменты всё сильнее разрывали черепную коробку. Грейнджер знала только одну причину, по которой у неё могла появиться жуткая мигрень. Гарри, мать его, Поттер и его неумелая, детская, грубая легилименция. Все-таки прав был профессор Снейп — у Поттера не было ни элегантности, ни умений. В определенный момент Гермионе показалось, что её мозг режут тупым ножом. Пришлось призвать все свои силы и выносливость, чтобы этот неумелый легилимент не смог пробиться через её мысленные барьеры. Стылый ветер Фалмута превратился в мягкий морской бриз, который приносил хоть небольшое, но облегчение. Грейнджер обернулась и всмотрелась в пролив Ла-Манш, омывающий берега города. В сознании снова всплыл разговор с Гарри. “ — Как у Рона дела? — Гермиона устроилась поудобнее, закинув ногу на ногу. — О, он просто в восторге. Рассказывает, что даже нашёл девушку, — при упоминании новой пассии друга, Гарри слегка потупил взгляд будто смущаясь. Или это действительно было так? Гермиона не могла уже сказать со стопроцентной уверенностью, где заканчивается Поттер, которого она знала с первого курса, и начинается двуличный мужчина, который с добрейшей улыбкой на лице вёл с ней светскую беседу. — О, Гарри, не стоит смущаться, — засмеялась Грейнджер, — Нас с Роном связывало только общее дело и детская дружба, возможно в какое-то время даже симпатия, но в определённый момент мы поняли, что совершенно разные. — Я рад, что между вами не осталось недомолвок, — заметно расслабившись, Гарри сделал новый глоток. — Абсолютно. Знаешь, так странно осознавать, что прошло всего пару лет, а мы все разбежались, — как бы невзначай закинула удочку Гермиона. — Почему же все? Я тут, — пожал плечами Поттер, потирая большим пальцем средний и указательный. Ей было знакомо это движение. Точно так же Драко потирал пальцы, когда нестерпимо хотел курить. Мерлин, казалось только вчера она в очередной раз отчитывала его за эту пагубную привычку. В груди нещадно заныло. — Это бесспорно, — Грейнджер не отводила взгляда от рук Гарри, чем заметно его нервировала. В конце концов, он перехватил стакан свободной рукой. — Просто я хочу сказать, что давно не видела ни Невилла, ни Полумны, Дина с Симусом тех же, — Гермиона наобум называла имена однокурсников, специально обходя стороной того, кто действительно ей был интересен. — Насколько я знаю, Дин и Симус сейчас в магловской части Лондона у родителей Дина, там произошла какая-то история с его отцом, в детали я не вдавался, а Невилла я буквально недавно видел, выпили с ним по бутылочке сливочного. — А Полумна, не знаешь где она? Я ей писала несколько месяцев назад, так и не получила ответа, — Гермиона действительно пыталась связаться с Лавгуд, даже аппарировала к её дому. Но нашла лишь пыльные окна, да сливы-цепелины, которые почувствовав свободу окутали покосившееся строение, полностью захватив территорию. — Полумна, вроде как отправилась на поиски морщерогих кизляков, — пожал плечами Поттер. Слишком быстрый ответ насторожил Гермиону. Она не сдавалась, ей нужно было дойти до конца. — А что насчёт слизеринцев, не в курсе, где они сейчас? — как бы невзначай поинтересовалась Грейнджер. И первая реакция не заставила себя долго ждать. Тёплый взгляд Поттера вмиг похолодел, отдавая вместо весенней зелени всполохами Авады Кедавры. — Зачем тебе это знать? — Гарри отставил бокал с недопитым огневиски, минуту назад расслабленная поза превратилась в камень, и именно в это мгновение Гермиона почувствовала режущую боль в правом виске. — Волан-де-Морт пал, хоть мы и лично давали показания в пользу некоторых Пожирателей, думаю всё же было бы уместным первое время держать их в поле зрения, — боль ослабла, но не прекратилась полностью. Гермиона постаралась расслабиться и ободряюще улыбнуться Гарри, показать всем своим видом, что она задаёт этот вопрос из смеси праздного любопытства и возможного страха перед сбежавшими последователями Риддла.” Грейнджер развернулась в направлении коттеджа Паркинсонов, плотнее запахивая пальто. Ответ Гарри одновременно принёс облегчение и острую боль где-то между ребрами. Там, где, как считалось, находилась душа. “ — Блейз Забини так и не появлялся в Англии, он уехал сразу после седьмого курса. Ну а что до остальных, — Гарри пожал плечами, продолжая буравить взглядом Гермиону, — Так они отбыли кто куда. У Кингсли лежат копии разрешений на выезд из страны. Поговаривают, Малфой бежал во Францию. Что же, считаю скатертью дорожка, без них наш мир станет лучше” Этого было достаточно. После она все с той же доверчивой и дружеской улыбкой Золотой девочки ещё немного поговорила на отвлечённые темы и направилась домой. Гарри, как добрый друг, которым он перестал являться, проводил её до Министерского камина, внимательно вслушиваясь в адрес пункта назначения. Последнее, что она видела в сполохах волшебного огня — внимательные глаза Поттера, которые ни на миг не отрывались от лица Гермионы.