Десятитысячилетняя война. Иллидан/Майев: жанры и предупреждения

      Когда это было, где это было, зачем это было — доподлинно неизвестно. Но однажды, на одной самой обычной поляне, среди самого обычного леса расположилась самая обычная холщовая палатка. В ней собрали военный совет небезызвестные личности: Верховный маг Кадгар, Пророк Велен, Командир Джерод Песнь Теней, Верховная Жрица Тиранда и Верховный друид Малфурион. И, слегка с опозданием и слегка нетрезвые, заявились на этот совет и Комадир Стражей Майев на пару с Иллиданом Яростью Бури.       Все шло своим чередом. На столе в центре палатки была разложена огромная карта близлежащих земель, где стрелочками были отмечены пути наступления, а крестики заменяли названия городов. Недавняя успешная битва подняла боевой дух, — отчего некоторые и позволили себе немного выпить, — но не принесла окончательной победы. Поэтому всё ещё было важно подготовить тактику для будущих сражений. Пока Кадгар докладывал о недавно замеченных вражеских отрядах, Майев грозно водила взглядом по карте. Оперевшись на стол обеими руками, она сосредоточилась на продумывании военных планов так рьяно, что даже не обращала внимания на Иллидана, который за спиной женщины нагло пил вино из её кубка.       Наконец, Кадгар закончил свой доклад, акцентировав внимание на том, что вражеские воины покушаются не только на жизни мирных жителей, но и на их продовольственные припасы.       — И рыбку съесть, и на хуй сесть, — зло пробубнила Командирша, тяжело вздохнув.       Джерод, всё это время сидевший на ящиках в тёмном углу и тоже не отказывающий себе в искушении пригубить вина, недобро поморщился. Он не любил, когда его сестра вела себя как портовый рабочий — выпивала и материлась, — но высказаться на этот счёт не смел. В конце концов, он был младше, а значит не имел права перечить Майев.       Иллидан, сделав большой глоток вина, усмехнулся, и, глядя на свою бывшую тюремщицу, весело сказал:       — В последнем ты явно нуждаешься.       Моментально воцарилась тишина. Все уставились на Иллидана. Во взглядах окружающих было ровно две эмоции: осуждение подобных шуток и молитва за его здравие, так как Майев уже поворачивалась к нему.       — Я так понимаю, ты хочешь получить пизды? — выпалила Песнь Теней.       Иллидан поравнялся с эльфийкой около стола, поставив уже практически пустой кубок прямо на карту. По его широчайшей улыбке было понятно, что он навеселе и что его вся эта ситуация только забавляет.       — В определённом смысле — хочу, — согласился полудемон, с озорством во взгляде посмотрев на Майев. — Предлагаешь?       — Только хуем по лбу могу дать!       — ...А вот это интригует.       Тиранда переглянулась с Малфурионом, Кадгар переглянулся с Веленом, а затем они все посмотрели на Джерода, как будто он мог что-то им объяснить. Но младший брат Командира Стражей лишь развёл руками.       — Грёбанный ты развратник! — Майев повернулась к Иллидану и по привычке уткнулась рукой в пояс. — Впрочем, что мне ожидать от того, кто... «рукоделил» в своей темнице на виду у Стражниц!       — Знаешь, моя дорогая тюремщица, к тому времени я уже давно перестал стесняться кого-либо в стенах тюрьмы...       — Ты делал это с первого дня заточения!       — Время все воспринимают по-разному.       Верховный маг не удержался и засмеялся, неумело пытаясь скрыть это кашлем. Остальные, кроме, конечно, спорящей парочки, посмотрели на него с осуждением.       — Тогда, может, ты объяснишь, — палец в латной перчатке ткнул в ярко-пылающие татуировки, — какого черта ты теребил своего Саргераса так часто?!       — Саргераса! — Иллидан возгордился. — Вот это комплимент! Я польщён.       — На вопрос отвечай!       — Ты лишила меня клинков и манекенов. Я же должен был как-то держать себя в форме!       — И тебе обязательно было делать по несколько... подходов каждой рукой?       — Конечно!       Иллидан раскинул руки, демонстрируя их не только Майев, но и всем окружающим.       — Левая, — Ярость Бури сжал её в локте, демонстрируя мускулы, — для тренировки. А правая, — пошевелил он когтистыми пальцами, — для результата!       Майев посмотрела на обе руки, и даже сквозь латный шлем можно было почувствовать её презрение.       — О Боги... — выдавила она с неким бессилием в голосе.       — Я рад, что ты признала мой божественный уровень мастерства!       Недовольно выдохнув и неразборчиво выругавшись, Песнь Теней вновь повернулась к столу и прижала ладонь к своему лбу, выражая одновременно разочарование, стыд, раздражение и смущение.       — Это перепалка может продолжаться вечно, — недовольно высказалась Стражница.       Вновь хитрая улыбка озарила лицо полудемона, и он, всё ещё веселясь происходящему, оказался у Майев за спиной.       — Знаешь, мы можем закрыть вопрос прямо сейчас... одной палкой.       Когтистая рука легла на латный набедренник, а шаловливые пальцы потянулись к нательному белью.       — Если ты понимаешь, о чём я.        Тиранда ахнула и прикрыла рот рукой, Малфурион прикрыл Тиранде глаза, Велен всё же решил шёпотом прочитать молитву за здравие Иллидана. И лишь Джерод и Кадгар хотя бы немного веселились от происходящего, хоть и понимали, что Владыка Иллидари ходит по максимально тонкому льду.       — Эй! — Стражница незамедлительно ударила бывшего пленника по фиолетовой руке. —А ну-ка держи себя в руках!       Рука с её бедра никуда не делась, и лишь низкий смех послышался в ответ на выпад эльфийки.       — Вообще-то, именно это я и планирую делать, если ты не согласишься.       Невероятно злая, Майев наконец-то посмотрела прямо в «глаза» Иллидану. Того ни на капельку не смутила исходившая от Стражницы аура негодования. Он смотрел на неё с тем же азартом.       — Ты серьёзно выпрашиваешь у меня близость, шантажируя рукоделием?       Улыбаясь всеми своими острющими зубами, Иллидан резво кивнул. Майев, наконец, отпрянула от него, скинув с бедра наглую ручонку.       — Ты — шизвращенец!       Эльфийка попыталась отвернуться, но Иллидан не дал ей этого сделать. Схватив женщину за подбородок, он заставил смотреть её прямо на него.       — Я говорил тебе, моя маленькая тюремщица, — его голос понизился до томного шепота, — это не меня наказали, заточив с тобою...       Тело полудемона резко стало практически чёрным. Татуировки Скверны запылали ярче обычного, а крылья распахнулись, сделав и без того массивную фигуру Иллидана ещё массивнее.       — ЭТО ТЕБЯ НАКАЗАЛИ, ЗАТОЧИВ СО МНОЙ!       Все остальные невольные свидетели этого концерта уже даже не старались найти происходящему логичное объяснение. И сколько бы ещё это продолжалось, знает только сам Саргерас — и не тот, который у Иллидана в штанах, — если бы кончик крыла полудемона случайно не задел ни в чём не повинный бокал с остатками алкоголя. Тот, пару раз покачнувшись, упал на бок, разлив остатки вина на стратегически важную карту.       Резко боевой запал у Владыки поубавился, и он вернулся к своему обычному состоянию, если тёмно-фиолетовую кожу, светящиеся тату и крылья за спиной можно назвать обычным состоянием для эльфа. Схватив бокал, он поспешно поднял его, стараясь не допустить новых пятен от капающего алкоголя. Майев в это время схватила карту и вылила лужицу вина на земляной пол, чтобы бумага не успела ею пропитаться.       — Ну что, доигрался!? — орала женщина на Иллидана так, как мать кричит на нашкодившего ребенка. — Как по-твоему, нам теперь продумывать... эээ... продумывать...       Вернув карту на место, Майев замешкалась. Взглянув на Иллидана, она неловко спросила:       — А что мы вообще продумывали?       Владыка на мгновение задумался, а потом с растерянностью пожал плечами. Поняв, что вдвоём они с задачей «вспомнить причину собрания» не справятся, парочка посмотрела на стоящих по другую сторону стола участников совета. Те смотрели на Иллидана с Майев так обескураженно, как будто вместо них внезапно появились древние боги.       — Мы зачем собрались? — непринуждённо спросил Иллидан, обращаясь к присутствующим.       Слов ни у кого не нашлось. Ни у Малфуриона, что смотрел на брата с возмущением; ни у Тиранды, что смотрела на Майев со смущением; ни у Кадгара, что с улыбкой переводил взгляд с полудемона на Стражницу; ни у Велена, что старался не смотреть ни на одного из участников разговора. Джерод предпочел молча пить вино.       — Знаете... — наконец, собрался с мыслями Верховный маг, — мы, пожалуй, перенесём собрание... на завтрашнее утро. И, наверное, не раньше полудня.       Все окружающие активно закивали. Майев и Иллидан переглянулись, и, пожав плечами, тоже кивнули.       — Пойдём, Предатель, — хмыкнула Стражница, схватив полудемона за руку. — Научу тебя правилам приличия, в конце-то концов.       — Звучит заманчиво, — тот пошёл за ней, даже не думая сопротивляться. — Я даже предоставлю свой конец.       Под перепалки и ещё более похабные высказывания эти двое, наконец, удалились с глаз собравшихся. На минуту воцарилась тишина. Все молча переглядываясь, стараясь понять, что, чёрт возьми, только что произошло. Джерод залпом осушил остатки вина и, спрыгнув с ящиков, тоже направился к выходу из палатки.       — Вы как хотите, — сказал он, — а я, пожалуй, напьюсь. Завтра буду думать, что это был пьяный сон.       — Я с тобой! — телепортировался к нему Кадгар. — Сделаем вид, что у нас было коллективное сновидение.       — Мне надо срочно провести обряд очищения, — выдохнул Велен, провожая взглядом ушедших. — Прошу простить, но я вынужден отлучится.       Что бы Велен не называл обрядом очищения, он ушёл проводить его довольно резво.       Малфурион и Тиранда, оставшись одни, переглянулись.       — Ты что-то видел? — спросила жрица с наивностью.       — О чём ты? — с такой же наивностью ответил вопросом на вопрос друид.       — Вот и хорошо, — кивнула Шелест Ветра. — Мы ничего не видели и ничего не знаем.