Жизнь 354

Раньше они спали в одежде. Танос надевал спортивные штаны, какую-нибудь футболку. Нам Гю мог лечь спать в том, в чём ходил. Дело было не в том, что было холодно. Они просто стеснялись друг друга. Это нормально. Нормально, когда пара не сразу привыкает к тому, что в их жизни присутствует ещё один человек. Это всё постепенно проходит, пока в отношениях слово "стыд" не потеряет смысл. Танос спит в одних трусах — жарко. Ему нравится обнимать Нам Гю, не чувствуя никакой одежды, и заставляет того снимать гребаные футболки, которые тот до сих пор надевает. Субону нравится нюхать Нам Гю, как наркотик. Он вкусно пахнет какими-нибудь конфетами или алкоголем с ароматизаторами. У него вкусный шампунь, духи, он сам по себе вкусный. Его никогда не хочется выпускать из рук. Но эта вкусная конфета торчала уже почти час в ванной. Поваляться не получилось, потому что у Нам Гю была важная встреча. Дела в баре шли в гору. Длинноволосый потихоньку привыкал к новым обязанностям. Нашёл даже свой подход: искать партнёров по базам, чтобы цены на товар были дешевле. — Смотри, мартини оптом стоит 21, а если с этой базой заключить контракт, то 19, есть разница? — поправляет очки Нам Гю, смотря умными глазами на Таноса. — Но ты учти, что 15% с прибыли уйдёт на эту базу, — говорит Субон, заплетая Нам Гю косички. Танос стал показывать свои знания, Нам Гю, сидя за столом и слушая эти уроки, засыпая, тоже много чему учился. Они часто разговаривали на какие-то умные темы, действительно разбираясь в этом. И вот наконец дверь открывается, и выходит Нам Гю. Не домашний, в любимых штанишках с растрепанной головой, а в деловом костюме. Строгий чёрный пиджак, брюки, белая рубашка. Волосы были уложены, глаза лисьи. Танос, широко открыв рот, рассматривал преображение. — Пойдёт? — спрашивает Нам Гю, поправляя пиджак. Ему явно было некомфортно привлекать к себе внимание или как-то выделяться. Но сегодня встреча, сегодня быть в деловом прикиде необходимо. — Какой же ты у меня красивый, — без каких-то стёбов вырвалось из уст Субона. Его глаза блестели, без пошлых наклонностей, он любовался своим кошаком. Любовался его фигурой, его причёской. Он был красивым, чертовски красивым. — Муха залетит, — усмехается бармен, закрывая рот Субону. Танос, усмехаясь, пытается притянуть к себе своего Нам Гю, но тот тут же напрягается и отталкивает его. Нам Гю был на нервах, ему было не до обнимашек. Он поправил пиджак и оперся на стену. — Отшил — засмеялся рэпер, хватая вместо Нам Гю Пупырку. — Я этот пиджак еле погладил. Сегодня я могу заключить контракт о поставке алкоголя. Без лишних документов, подписей, и процент меня устраивает, — парень заправил волосы. — И да, я прошу тебя, сегодня не появляйся в баре в радиусе 3 км, ясно? Субон засмеялся. — А чё я сделал? — фиолетовый неожиданно охает, когда кошка царапает ему щеку, и он начинает шипеть. — Потому что предыдущие 2 ты сорвал. То ты мне начинаешь звонить без повода, то тебе нужно срочно объявиться, — Нам Гю, причитая, пошёл за пластырем, не делая акцент на царапине рэпера. — Залезь в свою студию и не высовывайся, очень прошу. Бармен уселся рядом, достав лейкопластырь. Схватил парня за подбородок и, пока тот дул губы, потому что его объявили проблемой, наклеил пластырь на щеку, при этом поцеловав. — Во-первых, ты преувеличиваешь, — Танос машинально взял его за руку. — Во-вторых, контракты ты не подписал не поэтому. — Субон, я сказал, — нахмурился бармен, сжав ладонь фиолетового. — Если ты позвонишь мне с фразой, что купил новый дуршлаг, я с тобой разведусь. — Ну блин, — рэпер засмеялся и начал целовать ладонь кошака, покусывая. Нам Гю сказал, Субон сделал. После 4 они разошлись. Один в свой бар, второй в свою студию. Владелец должен был подойти в половине. Длинноволосый перечитал все документы, грамотно составил речь, волновался. Прокручивал пластиковое обручальное кольцо, тяжело вздыхал, открыл окно, потому что стало жарко. Он никогда не думал, что будет стоять за барной стойкой в пиджаке и подписывать какие-то документы. Нам Гю не привык ходить в рубашке, поэтому воротник будто передавливал горло, и воздуха не хватало. Тут дверь в бар заскрипела. Кошак уже давно собирался смазать петли, но руки никак не доходили. В помещение вошёл высокий худой темноволосый мужчина. Тоже в деловом прикиде, с рабочим чемоданчиком. С виду он был очень добрым, отчего бармен выдохнул. Увидев парня, он улыбнулся и подошёл к стойке. – Здравствуйте, – мужчина протянул руку, усаживаясь на высокий стул. – Сон Ки Хун, можно просто Ки Хун. – Нам Гю, – парень слабо улыбнулся в знак приветствия и, поправив очки, перешёл сразу к делу, пока не забыл текст. Ки Хун был достаточно мягким. На владельца крупной компании спиртных напитков он не походил. Будто это какой-то прохожий, а не деловой человек. Либо же чей-то заместитель. Короткая стрижка, где-то были морщины, понятное дело, человек в возрасте. Его речь была такой грамотной и понятной. Ему бы учителем работать, а не в кабинете сидеть, бумажки подписывать. Поговорили о ставках, о процентах, и вроде бы всё везде сошлось, как неожиданно с улицы послышались чьи-то крики. Среди них Нам Гю узнал родные английские фразочки. Прожить сутки без Нам Гю было, конечно, мукой, но появились проблемы, которые приходилось решать. Перегорел кабель у колонки, и теперь могло замкнуть всю аппаратуру, потому что переходник был один. Отключится вся аппаратура – идут домой. Перегорит аппаратура – деньги. Проблему нужно было решать быстро. – Щас я сгоняю в магаз, куплю новый переходник, а ты, короче, выруби блок питания, чтоб тебя током не стукнуло, – Танос вылетает из студии. Никогда не торопитесь. Особенно на дороге. Никогда не перебегайте дорогу в неположенном месте, и даже на пешеходном не надейтесь, что вас пропустят. Таноса это не волновало. Он открыл телефон и искал в интернет-магазине нужную штуку. Если есть пешеход – это не значит, что вы в безопасности. Не все водители хорошие, не у всех тормоза работают правильно. Да, потом в суде за вами победа, но ногу вам никто не вернет. Это в лучшем случае. Субон вышел на пешеходный переход. Первая машина остановилась, но на вторую он не посмотрел. Ему было не до этого. Неожиданно раздаётся громкий гудок и визг тормозов. Субон не понял, что случилось, когда машина остановилась в паре сантиметров от него. – Че, конченый, что ли? – орёт рэпер, убирая телефон. Из дорогой черной машины выходит невысокий мужчина. В хорошей форме, довольно симпатичный. Оперелся об дверцу и выругался матом на Таноса. – По сторонам смотри, а если бы я тебя сбил?! – кричит мужчина, явно разозлившись на парня. Танос был невоспитанным. Общение со старшими или с кем-нибудь другим для него было проблематично. Он не считал себя виноватым, потому что переходил в положенном месте, а нестись на пешеходке нечего. – Воспитывай своих спиногрызов! – показывает ему средний палец рэпер. – Что сказал? – мужчина захлопнул дверцу и пошёл на парня. Танос ничуть не испугался. Выпрямил спину и прямо сказал: – Вали к своим детям, – прошипел парень, и ему заехали в нос. А дальше драка на проезжей части разрослась в мгновение. Взрослый мужчина, у которого было явно не всё в порядке с головой, дрался с каким-то придурковатым рэпером. Более того, место происшествия было перед самым баром Нам Гю, где сейчас проходили очень серьёзные разговоры. Точнее, уже не проходили. Нам Гю и Ки Хун вылетели из помещения, когда увидели своих родных людей. Да и те, увидев их двоих, успокоились. Сон подбежал к этому мужчине, которого Нам Гю видел в первый раз, обхватил руками его лицо и осмотрел. Бармен понял сразу, что этот контракт у него тоже провалился. – Ин-Хо, ты как? – мужчина обеспокоенно метался глазами то на Таноса, то на своего… партнера? – Нам Су, ну-ка врежь ему за меня, – вытирает кровь под носом фиолетовый, задыхаясь. И никакой подписи ему не светило. Ки Хун, презрительно смерив взглядом их двоих, ушёл следом за побитым в драке мужчиной. Он даже чемоданчик свой не забрал. И всё, что бармен получил, – это выхлоп трубы машины, на которой они уехали. Вечером Нам Гю, в одной рубашке, обрабатывал раны бедному Субону, у которого под глазом красовался огромный фингал. Тот тяжело вздыхал не из-за предстоящего концерта, а потому что помешал Нам Гю. – Прости, – виновато шепчет парень, пока кошак перематывает ему побитые костяшки бинтом. – Не давит? – переводит тему длинноволосый, завязывая бинт на руке. – Давай я поеду и извинюсь, – виновато смотрит фиолетовый. – щас, я им руку даже не пожму, – твердо говорит Нам Гю, потрепав фиолетовую макушку. – Они моего долбоёбика обидели. Субон громко засмеялся от придуманной клички и, обвив руками родную талию, уткнулся подбородком в плечо. Возможно, где-то в другой точке города, в каком-нибудь трехэтажном доме, точно так же успокаивали водителя дорогого черного авто. У каждого свои ценности. – Сними футболку, – дергает ткань Нам Гю, переплетая их ноги. – Я замерзну, – сонно шепчет кошак, рисуя пальцем круги на груди рэпера. – Я тебя согрею, снимай, – шипит фиолетовый. Он добивается своего, и футболка падает на пол, пугая Пупырку.