Опасный альянс

Ангел спустится с небес и всех нас съест За аборты и инцест — всех нас съест Его щупальца рушат здания Его пасть извергает пламя Он обязательно всех достанет, достанет

© Anacondaz

_______

      Мерцающая неоновая вывеска мотеля «Редвуд Рест» отбрасывала бледный свет на «Импалу», которая с грохотом остановилась на полупустой парковке. Орегон представлял собой полотно из тёмно-зелёных листьев и нависших серых туч — подходящий фон для тех неприятностей, с которыми обычно сталкивались Дин и Кастиэль. Они были в пути уже вторую неделю, и это был, казалось, бесконечный круговорот номеров в мотелях, грязных закусочных и странных происшествий по ночам. В этот раз им предстояла не совсем приятная встреча с гнездом вампиров.       — Ещё один мотель, — проворчал Винчестер, захлопывая дверь «Импалы» с большей силой, чем нужно.       Он был измотан до костей, усталость пробиралась в самую его суть. Каждая недавняя охота, несмотря на то, что они выходили из неё победителями, отнимала у него частичку сил. Он почти не спал в дороге, бесконечное шоссе расплывалось перед глазами белыми линиями и приближающимися фарами.       Кастиэль, всегда молчаливый наблюдатель, вышел из машины со стороны пассажира. С момента последней охоты он казался Дину не таким раздражающим, им даже удалось переброситься парой слов без всякого сарказма или злобы, однако большую часть пути они провели в привычном молчании.       — В этом районе высокая концентрация сообщений о вампирах, — констатировал ангел, сканируя голубыми глазами окружающий лес. — Вероятность того, что здесь гнездо вампиров… высока.       — Думаешь? — фыркнул Винчестер. — Блин, спасибо, Кас, никогда бы не подумал. — Он полез в багажник, доставая спортивные сумки и оружие. — Давай просто поскорее покончим с этим. Я не хочу торчать в этой дыре дольше, чем необходимо.       Они заселились в шестой номер, тускло освещённое помещение, в котором слегка пахло старыми сигаретами и дезинфицирующим средством. Воздух был тяжёлым, и Дин чувствовал, как у него слипаются глаза, несмотря на адреналин, всё ещё бурлящий в его венах. Он бросил сумку на продавленную кровать, и пружины протестующе застонали.       Кастиэль наблюдал за ним, слегка склонив голову набок. В последнее время он остро ощущал усталость охотника. Морщины вокруг его глаз казались глубже, а сутулость плеч — более заметной. Последняя охота действительно была выматывающей. Это была непростая битва, и хотя Дин впоследствии отмахивался от любых упоминаний об этом, это не осталось незамеченным.       — Судя по отчётам, — начал Кас, и его голос, казалось, звучал мягче, чем обычно, — вампиры, на которых мы охотимся, не очень старые, но их много. Я осмотрю местность и определю местоположение их гнезда.       — Погоди. — Винчестер медленно моргнул, пытаясь осознать слова ангела сквозь пелену усталости. — Ты собираешься уйти… прямо сейчас?       — Да, — ангел посмотрел прямо на Дина. — Ты выглядишь… измотанным, Дин. Возможно, тебе стоит отдохнуть, пока я собираю информацию.       — Измотанным? — охотник усмехнулся, пытаясь изобразить обиду. — Я в порядке. Я охотился на монстров с тех пор, как научился ходить. Небольшая поездка меня не утомит… — Он зевнул на середине предложения, фактически опровергнув свой же аргумент.       Кастиэль не стал давить на него дальше, на его лице проскользнуло небольшое, почти незаметное смягчение. Это было далеко от сурового ангела, которого Винчестер встретил чуть больше недели назад.       — Было бы эффективнее, если бы ты был в лучшей форме для охоты. — Ангел сделал паузу, слова прозвучали немного неловко. — Я справлюсь с этой частью и очень скоро вернусь.       Винчестер не был уверен, однако ему показалось, что в голосе Кастиэля звучало некое подобие заботы, которая застала врасплох. Кас по-своему, по-грубому, пытался позаботиться о нём, и неизвестность причины такого поведения напрягала.       Дин открыл рот, чтобы снова возразить, но усталость навалилась на него тяжёлым грузом, придавливая к земле. Он знал, что если продолжит сопротивляться, то действительно станет бесполезен.       — Ладно, — проворчал он, проведя рукой по щетинистому подбородку. — Ладно. Но не вздумай делать глупости. Я не хочу спасать твою задницу, ангел.       Кастиэль коротко кивнул и тут же исчез. Винчестер смотрел на то место, где ещё секунду назад был ангел, а теперь осталась лишь пустота, и его охватило странное чувство облегчения и беспокойства. Он не хотел признаваться в этом, но он был измотан. Дин разделся до футболки и джинсов и рухнул на кровать. Матрас был неудобным, но как только его голова коснулась подушки, он отключился. Ему, как это часто бывало, снились существа, которых он убил, и те, что пытались убить его. Лица расплывались, превращаясь в ужасающий коллаж из когтей, клыков и светящихся глаз. Он ворочался с боку на бок, сон был прерывистым и беспокойным.       Тем временем Кас двигался по лесу со спокойной целеустремленностью. Он чувствовал гул жизни, гул леса и неестественное волнение зараженной крови. Ангел последовал за запахом, мерзким металлическим привкусом вампирской жизни, уводившим его всё глубже в лес.       Найти гнездо было нетрудно. Это была старая заброшенная лесопилка, ржавые скелеты тяжёлых механизмов возвышались на фоне надвигающихся деревьев. Внутри были вампиры, шайка из десяти особей, в основном молодых. Кастиэль наблюдал за ними, его лицо было непроницаемым, пока он следил за их движениями. Он планировал нападение с холодным, расчётливым вниманием.

_______

      Ангел вернулся в мотель лишь ближе к утру, в воздухе всё ещё висела тишина, наступившая после ночи, проведённой под бдительным небом. В номере было темно и тихо, единственным звуком было тихое гудение холодильника. Он нашёл Дина спящим, свернувшимся калачиком на кровати, его лицо впервые за несколько дней расслабилось.       В выражении лица Кастиэля, когда он смотрел на охотника, была мягкая, почти задумчивая грусть. Он знал, что эта жизнь с её бесконечной борьбой берут своё. Он знал, что Винчестер несёт на своих плечах груз всего мира и что теперь это бремя он несёт в одиночку.       Ангел не стал трогать Дина до тех пор, пока тот сам не проснётся. В конце концов, он был обычным человеком, которому для нормального функционирования были необходимы такие простые вещи, как еда и сон. Так что Винчестер проснулся лишь к середине дня. С трудом открыв глаза, он тихонько застонал, моргая от яркого света.       — Кас? — пробормотал он сонным голосом.       — Я нашёл их гнездо, — тут же оповестил Кастиэль спокойным и ровным голосом. — Мы можем нанести удар этой ночью, если ты готов.       — Да, давай сделаем это, — сказал Дин, и усталость в его голосе сменилась знакомой решимостью. Он медленно сел, протирая глаза, чтобы прогнать сон. Он чувствовал себя лучше, отдохнувшим, несмотря на суматоху в своих снах. — Давай прикончим этих кровососов.       Винчестер встал и слегка, почти незаметно, кивнул Касу. Они по-прежнему были двумя очень разными существами, склонными препираться по поводу самых простых вещей. Но перед лицом тьмы они нашли нечто большее, нечто, что могло бы преодолеть их различия, — тихое, непоколебимое партнёрство.

_______

      День постепенно клонился к вечеру, солнце неспеша приближалось к линии горизонта. Дин вновь был один в номере, пока Кастиэль был на очередной вылазке, смысла которой охотник до конца не понимал. Телефон зазвонил, дребезжа на прикроватной тумбочке. Винчестер недовольно рыкнул, перевернувшись на живот и нашарив телефон. Он не удосужился даже посмотреть на номер, прежде чем проворчать в трубку:       — Что?       — Дин, это я, — прозвучал хриплый голос, вызывая у охотника невольную улыбку. — Бобби.       — Привет, Бобби. Как ты? — Дин, наконец, сел, проводя пальцами по взъерошенным волосам. Он старался придать голосу обычную бодрость. Сингер стал единственной стабильностью в его мире с тех пор, как Сэм ушёл.       — Не могу жаловаться, — сказал мужчина. — Ребята из архива привезли мне пару старых книг, могут пригодиться. — Он замолчал на несколько секунд, после чего продолжил. — Как ты, парень? Ты долго не звонил.       Винчестер сглотнул. Конечно, он понимал, что имеет в виду Сингер, задавая этот вопрос. Бобби был единственным человеком, оставшимся у него, единственным, кто понимал ту боль, что он чувствовал сейчас.       — Да, я… был занят, — неопределённо ответил охотник.       — Понятно. Что ты сейчас делаешь?       — Застрял в мотеле в Орегоне. — Дин вздохнул, и взгляд его упал на белые, испачканные грязью наклейки на стене. — Кастиэль где-то в лесу.       — Кастиэль, да? — проворчал мужчина. — Как у вас дела?       — Это был полный бардак, Бобби. — Винчестер покачал головой, хотя знал, что Сингер не видит этого. — Он не Сэм. Он вообще не понимает, как всё должно работать. Это началось с момента нашего знакомства, а потом мы спорили по поводу плана и, о боже, он такой… — Дин замолчал, пытаясь подобрать нужное слово. — Он раздражает, Бобби. Постоянно. С ним невозможно работать.       — Уверен, он просто пытается помочь, — сказал Бобби, и Винчестер мог поспорить, что в его голосе было едва уловимое веселье.       — Помочь? — Дин хмыкнул. — Первая заварушка была ужасной. Призрак чуть не прикончил меня. Ладно, во второй раз у нас было лучше. К счастью, всё закончилось без того, чтобы меня вывернуло наизнанку. Но всё равно, Бобби, это не то же самое. Он как большой ребёнок, который постоянно что-то портит.       — Он действительно не Сэм, Дин, — спокойно сказал мужчина. — Но Кастиэль наверняка хорош по-своему.       — Да, «хорош», если не считать того, что он лезет ко мне со своими ангельскими наставлениями, когда мне просто нужно, чтобы кто-то прикрыл мне спину, а не читал нотации. — Винчестер поморщился. — Я же не прошу многого.       — Я знаю, парень, — сказал Бобби с пониманием. — Тяжело работать в паре, когда ты привык к определённому человеку. Да ещё и после всего, что случилось. Просто дай себе время и Касу тоже. Вы оба привыкните к работе друг с другом, — мягко добавил он.       Охотник усомнился в этом, но не стал спорить с Бобби. Он знал, что тот прав. Он знал, что ему нужно попытаться. Просто… ему так не хватало Сэма. Ему не хватало их прежней жизни, которая, несмотря на всю опасность, была… их жизнью.       — Стараюсь, — сказал Дин, его голос стал тише. — Это просто… сложно.       — Я понимаю, — мягко сказал Сингер. — Но тебе нужно продолжать, ясно? Сэм хотел бы этого…       — Знаю. — Дин проглотил комок в горле. Эта тема всегда будет для него болезненной. — Просто… иногда мне его так не хватает. Всё ещё кажется, что он просто вышел из машины на секунду.       — Да… Мне он тоже чертовски нужен, — сказал Бобби. — Но ты сильный, парень. Ты прорвёшься. У тебя это в крови.       В воздухе на миг повисла тишина. Винчестер закрыл глаза. Он понимал, что имел в виду Бобби. Всё это отличалось от того, что было раньше. С Сэмом они были единым целым, они работали вместе, как хорошо смазанная машина. С Кастиэлем всё было не так. Они ссорились буквально из-за всего.       — Спасибо, Бобби, — наконец сказал Дин. — Мне нужно было это услышать.       — Всегда рад помочь, Дин. Звони, если что.       — Буду, — сказал Винчестер, кивая головой, хотя Сингер и не мог этого увидеть. Он отключил вызов и бросил телефон обратно на тумбочку. После того, как разговор был окончен, Дин ещё какое-то время неотрывно смотрел на свой телефон.       Бобби по-прежнему был его якорем, единственным, кто понимал, через что ему приходится проходить. Винчестер набрал в грудь воздуха, глядя на лес за окном номера в мотеле. Он знал, что ему нужно было снова встать и найти Кастиэля. Он знал, что ему нужно было найти этих вампиров и покончить с ними, но ему всё больше хотелось просто лечь и не просыпаться. Но Дин не мог. Он не мог так поступить с Бобби, не мог так поступить с Сэмом. Он пообещал, что не позволит себе сломаться.       Со вздохом Винчестер поднялся с постели, надевая свою куртку. Он знал, что это будет тяжело, но не собирался прекращать борьбу. Потому что, в конце концов, это именно то, что они с Сэмом всегда делали. Он просто должен был научиться делать это без него. И если Кастиэль должен быть его новым напарником, то Дин должен был с этим смириться, даже если это казалось самым сложным делом в мире. Он просто надеялся, что однажды работа с Касом станет немного легче.

_______

      В воздухе висел густой и тяжёлый запах сырой древесины и гнили. Перед охотником и ангелом возвышалась заброшенная лесопилка, её скелетный силуэт вырисовывался на фоне сумеречного неба. Из каркаса торчали неровные доски, похожие на сломанные кости, и тишина была осязаемой, нарушаемой лишь шелестом ветра в окружающих соснах.       — Уютно, — проворчал Дин, взваливая на плечо свой рюкзак и глядя на Кастиэля. — Это то место, где прячутся упыри?       Кас, как обычно, стоял, выпрямившись, как струна, и его плащ резко контрастировал с серым пейзажем. Он долгое время молчал, выражение его лица было непроницаемым, и Винчестер почувствовал знакомую волну раздражения. Совсем недавно они доказали, что действительно могут добиваться цели в команде, однако вынужденная близость точно не способствовала развитию духа товарищества. Они всё ещё терлись друг о друга, как плохо сцепленные шестерёнки.       — Да. — Кастиэль кивнул, глядя на лесопилку, а не на Дина. — Они, похоже, собираются здесь в основном по ночам, после того, как поймают очередную жертву.       — Давай просто покончим с этим, — сказал Винчестер резким голосом. Он обнажил мачете, отполированная сталь которого сверкала во мраке, и его потёртая рукоять идеально легла в руку. — Вампиры… Стандартная процедура.       Они неспеша вошли в полуразрушенное здание, тяжёлая дверь протестующе заскрипела. Тьма тут же поглотила их. Внутри был лабиринт из проржавевших механизмов и разбросанных досок, воздух был пропитан металлическим запахом старой крови. Лунный свет проникал в здание, отбрасывая длинные, похожие на скелеты тени. Они двигались осторожно, их чувства обострились, каждый скрип и стон усиливался в гнетущей тишине.       — Они могут прятаться где угодно, — сказал Кастиэль, и его голос эхом разнёсся по складу, — будь начеку.       — Спасибо, капитан Очевидность, — проворчал Дин. — Я охотился на вампиров до того, как ты увидел себя в зеркале.       — Вообще-то, — заумным тоном начал ангел, нахмурив брови и останавливаясь посреди длинного коридора, — зеркало не является точным отражением моей сущности.       — Да, хорошо, что угодно. — Винчестер закатил глаза, на секунду остановившись и тяжело вздохнув. — Это просто нелепо, — пробормотал он низким голосом, отбрасывая в сторону разбитое оконное стекло и продолжая путь. — Два взрослых мужчины, которые практически смотрят друг на друга волком, пока охотятся на чёртовых вампиров. Это похоже на плохой фильм про полицейских-друзей.       Первая атака произошла без предупреждения. Дикий визг эхом разнёсся по всей лесопилке, и из теней выскочили две фигуры, чьи глаза светились красным в полумраке. Дин среагировал мгновенно, его мачете сверкнуло серебром в лунном свете. Он умело отразил удар, нацеленный ему в лицо, пригнулся, уклоняясь от другой атаки, и вонзил клинок глубоко в сердце одного из существ. Мягкая плоть почти не сопротивлялась. Ещё движение — и голова вампира быстро скатилась с плеч, с глухим ударом падая на грязный пол. Кастиэль с пугающей скоростью расправился с другим существом быстрым и смертельным ударом своего ангельского клинка. Схватка была грязной, жестокой и быстрой.       — Их больше, — констатировал ангел безэмоциональным голосом, смотря на тела вампиров под ногами.       Они продвигались вглубь лесопилки, стычки случались всё чаще. Вампиры были более агрессивными, чем те, с которыми Винчестеру приходилось сталкиваться раньше. Дин сражался как одержимый, мачете вращалось в его руке. Кровь заливала его лицо, футболка и кожаная куртка были в алых пятнах, но он едва замечал это, сосредоточившись исключительно на битве. Он был быстрым, безжалостным, им двигало яростное желание убивать. Рядом с ним Кастиэль двигался с почти нечеловеческой эффективностью, его ангельская грация превращалась в ужасающее проявление силы и точности, его клинок работал в завораживающем и пугающем ритме.       Охотник и ангел двигались в тандеме, в странном, диссонирующем танце. Дин — быстрые, плавные движения и сдерживаемая агрессия; Кастиэль — молчаливое, непреклонное присутствие, каждый его шаг точен, почти нереален. И впервые, несмотря на вражду, они хорошо работали вместе. Винчестер, дразнящий вампиров своей обычной безрассудной бравадой, и Кас, внезапно наносящий удары с почти нечеловеческой скоростью и силой.       Очередной неожиданный удар был нанесён в помещении, сплошь уставленном громоздкими ящиками. Вампир выскочил на них из темноты, его глаза опасно блестели. Кастиэль отшатнулся, и Винчестер среагировал, выстрелив в существо серебряной пулей. Вампира отбросило назад, но он не умер и вновь со злобным шипением бросился на противника. Дин оттолкнул его и собирался нанести смертельный удар мачете, когда вмешался Кастиэль. Лезвие ангельского клинка опасно сверкнуло в лунном свете и полоснуло по бледной коже монстра, однако тот оказался чертовски ловким, успев увернуться. Ранение было серьёзное, но не смертельное, и ещё сильнее разозлило вампира. Он зарычал, а затем оттолкнул ангела и набросился на него.       — Кастиэль, сзади! — крикнул Дин, но было уже слишком поздно. Вампир сбил Каса с ног и укусил его в плечо.       Винчестер тут же оказался рядом и в ярости набросился на существо, одним точным движением лишая его головы. Вампир тут же повалился на пол, больше не представляя угрозы. Повернувшись к Кастиэлю, Дин увидел, что тот прижимает руку к укусу.       — Ты в порядке? — спросил охотник, и беспокойство просочилось в его голос.       — Мелочи, — заверил ангел, не отводя взгляд от раны на своём плече, которая быстро затягивалась.       Они зачистили главный этаж, оставив после себя след из обездвиженных тел, крови и обломков дерева. Последний вампир упал, и его предсмертное шипение эхом разнеслось в тишине. Винчестер стоял, тяжело дыша, его грудь вздымалась, лицо было покрыто кровью и потом. Он выглядел диким и необузданным, словно вырвавшаяся на свободу сила природы. Кастиэль стоял в нескольких метрах от него, почти безупречный, и единственным признаком битвы была грязь на его плаще.       — Готово, — сказал Дин, пытаясь перевести дыхание. Его голос был хриплым, а руки слегка дрожали от напряжения. — Может быть, в этих ангелоподобных всё-таки что-то есть. — Он не осмеливался взглянуть на Каса, зная, что, вероятно, получит ещё один высокопарный, бесполезный ответ.       Проходя по зданию перед тем, как окончательно покинуть его, Винчестер услышал тихий скулящий звук, доносившийся из задней части лесопилки. Он пошёл на звук, сжимая в руке мачете, пока не нашёл небольшую нишу, заваленную досками. Там, сжавшись в комок среди обломков, всхлипывая, сидела девочка, не старше десяти лет. Она была бледна, её глаза расширились от ужаса. О том, что с ней случилось, говорили красноречивые следы крови на губах и шее. Дин тут же подошёл к ней, присел на корточки и нежно положил руку ей на плечо.       — Эй, эй, всё в порядке, — мягко сказал Винчестер. — Мы тебе поможем.       Он осторожно осмотрел девочку. Дин знал, что им нужно делать. Они могли её спасти. Он посмотрел на Кастиэля с проблеском надежды в глазах. Однако лицо ангела было мрачным, он смотрел на малышку своими пугающе пустыми глазами, прекрасно понимая, что хочет сделать охотник.       — Нет, — отрезал Кас, его лицо оставалось бесстрастным.       — Нет? — Винчестер нахмурился. — Что значит «нет»? О чём, чёрт возьми, ты говоришь? Мы можем её спасти. Я знаю как!       — Приказ ясен, — холодно сказал Кастиэль. — Все вампиры должны быть уничтожены. Этот ребёнок заражен, он представляет угрозу.       — Она ребёнок, Кас! — голос Дина повышался, его гнев выплёскивался на поверхность. Девочка перед ним, маленькая и испуганная, пробудила в нём что-то болезненное, отголосок потери и несправедливости. Надежда угасала, уступая место знакомой вспышке гнева. — Ты не можешь, — сказал Винчестер низким рычащим голосом. Он встал между ангелом и девочкой. — Ты не сделаешь этого.       — Я должен, Дин, — сказал Кас твёрдым, непоколебимым голосом.       — Нет, — прорычал охотник, его рука сжалась на рукояти мачете. Он увидел холодную покорность в глазах Кастиэля, непоколебимую веру в божественный порядок, и всё это поразило его сразу. — Ты думаешь, что знаешь лучше всех, не так ли? — Дин сплюнул. — Ты думаешь, что ты такой праведный, уничтожая тех, кого считаешь злом?! Ты всего лишь солдат, Кас! Пешка, выполняющая приказы без единой мысли!       Он бросился на Каса, взмахнув мачете. Ангел среагировал молниеносно, отразив удар собственным клинком. Схватка была жестокой и беспорядочной. Винчестер, охваченный неконтролируемым гневом, сражался с яростью, которая удивила даже его самого. Он нанёс Кастиэлю жестокий удар в челюсть, чуть оттолкнув назад. Ангел ответил быстрым ударом в грудь Дина, отбросив его на груду досок. Охотник был в синяках, грязи, из разбитого носа текла тонкая струйка крови, однако боли он не чувствовал.       Винчестер почувствовал, как на него наваливается тяжесть всего мира. Он прерывисто дышал, ощущая во рту металлический привкус собственной крови. Дин посмотрел на малышку в углу, чьи глаза расширились от ужаса, а затем на Каса, стоявшего там, словно неумолимая сила.       — Ты ничем не лучше их, — выдохнул Винчестер, его голос дрожал от боли и гнева.       Кастиэль не ответил, даже не посмотрел на него. Он смотрел мимо него, на девочку, и на его лице читалась мрачная решимость. Ангел шагнул к малышке, и воздух затрещал от его энергии. Прежде чем Дин успел пошевелиться, прежде чем он успел возразить, по комнате разнёсся резкий, жестокий треск. Маленькое тело обмякло на грязном полу. Винчестер сидел с открытым ртом. Он смотрел на безжизненное тело девочки, и его шок медленно перерастал в ярость. Дин сжал кулаки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Он развернулся к Касу, и его голос был похож на опасное шипение.       — Что ты сделал?! — Винчестер взревел, и его голос эхом разнёсся по огромному помещению. — Она была ребёнком! Невинным ребёнком, которого можно было спасти!       — Я выполнил приказ, — без выражения ответил ангел. — Вампиры должны быть уничтожены.       Эти слова эхом отозвались в сознании Дина, холодные и отстранённые, отражающие то, как Кас смотрел на девочку — не как на ребёнка, а как на проблему, которую нужно решить, как на заразу, которую нужно уничтожить. Это стало последней каплей. Контроль охотника дал трещину. Винчестер взревел от чистой животной ярости. Он вскочил на ноги, выронив мачете из онемевшей руки, и вновь рванулся в сторону Кастиэля, размахивая кулаками. Они врезались в груду брёвен, и треск древесины потонул в рычании и стонах сражающихся. Дин дрался с отчаянием, порожденным безысходностью. Это был жестокий бой, вихрь размахивающих кулаков и отчаянных выпадов. Охотник, подпитываемый яростью, дрался как одержимый, его удары наносились с силой, от которой сотрясались кости. Винчестер не пытался победить, он просто хотел причинить боль, хотел наброситься на непреклонную, бессердечную силу, с которой был вынужден работать. Кас, несмотря на свою ангельскую силу, был застигнут врасплох явной свирепостью. Он двигался с холодной, расчётливой точностью, но никогда прежде не сталкивался с таким уровнем необузданных человеческих эмоций. Дин, тяжело дыша, в конце концов сумел прижать ангела к полу, сильно прижав предплечье к его горлу.       — Ты, бездушный ублюдок! — задыхаясь, выпалил Винчестер. — Ты только что убил маленькую девочку!       — Я сделал то, что было необходимо, — сказал Кастиэль, пытаясь бороться с давлением, и на его лице наконец-то промелькнуло что-то — то ли узнавание, то ли понимание.       — Необходимо? — Дин рассмеялся, издав глухой, надломленный звук. — Ты думаешь, убийство ребёнка было необходимо? Ты чудовище, Кас. Как и все тебе подобные.       Охотник надавил сильнее, его горе и гнев грозили поглотить его. Он балансировал на грани, жажда мести боролась с маленькой, мерцающей частью его души, которая уже начала сомневаться в разумности его действий. Он посмотрел в эти ледяные голубые глаза и даже в своей ярости увидел что-то похожее на замешательство. И, может быть… может быть, что-то ещё.       В конце концов они оба рухнули на пол, измученные, побеждённые. Борьба покинула их. Тело Винчестера разрывали боль и ломота. Он отвернулся, чувствуя тяжесть на душе из-за мёртвой девочки. Борьба ничего не изменила. Она не вернула её.       Дин оглянулся на Кастиэля и понял, что ангел смотрит не на него, а на тело ребёнка. Он открыл и закрыл рот, словно пытаясь что-то сказать, но ничего не вышло. Повисшее между ними молчание было густым, тяжёлым от осознания того, что произошло. Охота, драка, девочка — всё это было хаотичным беспорядком, построенным на фундаменте недоверия и ужасного осознания того, что иногда, даже при самых благих намерениях, мир оказывается не таким, каким ты его хотел видеть. Они были слишком разными. Они никогда не смогли бы работать вместе. Теперь для Винчестера это был усвоенный урок, и ничто не могло изменить его мнение об ангелах.       Холод пробирал Дина до костей, контрастируя с остаточным адреналином, который всё ещё бурлил в его крови. Он провёл рукой по влажным от пота волосам, чувствуя знакомую тупую боль в костяшках пальцев. Снаружи восходящее солнце окрашивало небо в фиолетовые и оранжевые тона, и эта красота совершенно не сочеталась с тем ужасом, свидетелем которого он только что стал. Ещё одна ночь. Ещё один бой. Ещё одна победа, которая на вкус как пепел.       На Винчестера нахлынули воспоминания — приливная волна горя и гнева. Сэм. Его Сэм. Дин вспомнил, как ангелы говорили о его младшем брате, бросая обвинения, словно кинжалы: мерзость, разврат, сосуд для зла. Они видели в Сэме что-то, какой-то потенциал для тьмы, считали его источником зла, которое нужно искоренить.       Винчестер помнил, как умолял. Он кричал, боролся, делал всё, что мог, чтобы они увидели, поняли, что Сэм хороший, что он его брат, что они не могут просто отмахнуться от него. Но это было всё равно что спорить с приливной волной. Ангелы были непреклонными, уверенными в своём божественном суде. Они не хотели слушать. Они не хотели…       Тогда Дин был так же беспомощен, как и сейчас. Образ растерянного Сэма, страх в его глазах навсегда запечатлелись в памяти старшего брата. Ангелы не поняли, как не понял и Кастиэль. Они увидели то, чего не хотели понимать. Они увидели потенциальную проблему и вместо того, чтобы помочь, попытались её устранить. Потеряв Сэма, а теперь и этого ребенка, Винчестер утратил последние остатки терпения по отношению к ангельскому ордену.       Дин не знал, сколько ещё сможет выдержать. На его плечах всегда лежал груз всего мира, но сейчас он казался невыносимым. Он смотрел на восходящее солнце, но холодный свет не согревал его сердце. Ему казалось, что он бежит на одном месте, что его душа — бесплодная земля, опустошённая войной и потерями. Поступок Каса стал окончательным предательством, последним гвоздём в крышку гроба их вынужденного союза. Винчестер был один, по-настоящему один. Окружённый пылью монстров, как человеческих, так и ангельских, он знал одно наверняка: их союз распался. На этот раз пути назад не было. Опилки и тень поглотили последнюю искру надежды.