Опасный альянс

Но это была не твоя ошибка, а моя И твоё сердце стояло на кону На этот раз я действительно облажался Не так ли, мой друг? © Mumford & Sons

_______

      Вечно северные ветры сражались с гневом Небес, когда Дин Винчестер и Кастиэль неслись по пустынному ландшафту Невады. Яркий свет заката озарял горизонт, а глубокие тени от нависающих скал словно поглощали их. За спиной остался пепел несогласия, впереди — пустота неизвестности.       Вскоре на горизонте начал проступать силуэт Лас-Вегаса — светящегося города, который манил обещаниями искушений и свободы. Его огни были манящими и тревожными одновременно. Лас-Вегас, город греха и блеска, казался самым нелогичным, а значит, и самым безопасным убежищем. Где ещё ангелы будут искать двух мятежников среди этой какофонии огней и бесстыдного веселья? В этот раз Дин сознательно выбрал путь к шумной игре и безумию, вместо привычного укрытия в пустоте.       — Кас, — произнёс Винчестер, пролистывая в голове страницы своего плана, — Лас-Вегас — идеальное место для побега. Небеса не будут искать нас среди фейерверков и блеска неоновых вывесок. Они всегда ищут нас в тени. К тому же, нам нужно подождать, пока страсти улягутся и мы сможем спокойно всё обдумать.       Дин выглядел решительно, но в его взгляде проскользнуло беспокойство. Он не собирался делать акцент на том, что они восстали против Небес. Теперь, когда их обвиняли в измене как минимум за то, что они оставили вампиров в покое, было бы глупо пытаться скрыться в глуши. Небеса всегда их находили.       Охотник думал о Сэме. О том, как их попытка укрыться в глухом лесу закончилась трагически. Лас-Вегас был таким же далеким и чуждым, как и многие места, что он посетил раньше, но в нём была одна особенность — он дышал жизнью. В жизни было тепло, надежда, и, возможно, это могло стать их последней возможностью перезагрузить своё существование.       — Ты действительно уверен, что это хорошая идея? — спросил Кастиэль, поправляя свой длинный плащ, как будто защищал не только своё тело, но и душу от мрачных предчувствий.       — Это будет наша лучшая игра, Кас, — ответил Дин, уверенный в своём выборе. — Лас-Вегас — это праздник жизни. Там слишком много веселья, чтобы Небеса обратили внимание на пару беглецов.       Кас вздохнул, его старые воспоминания о неудачных попытках некоторых ангелов и людей скрыться от миномётного огня Небес всё ещё были свежи. Но Винчестер успел стать неотъемлемой частью его жизни, и даже если это решение казалось рискованным, он знал, что должен поддержать охотника.       — Если ты так уверен, давай, — сказал ангел, его голос звучал механически, как всегда, но в нём проскальзывала нерешительность. Он посмотрел на Дина своими глубокими печальными глазами.       Они подъехали к городу поздно вечером. Неоновые огни, мерцающие над казино и улицами, напоминали о том, что этот мир не был создан для кардинальных решений. Шум и яркие цвета опьяняли, словно они попали в другой мир. Кастиэль выглядел так, словно никогда не видел сияния вечернего Вегаса. Винчестер, напротив, впитывал этот хаос, его сердце всё ещё колотилось от страха, но этот страх теперь смешивался с адреналином.       «Импала», привычное убежище в обезумевшем мире, тихо урчала, когда Дин въехал на парковку мотеля «Стардаст». Это был не «Ритц», но он был тихим, дешёвым и находился в миллионе миль от всего, что напоминало о планах Небес. По крайней мере, они на это надеялись.       — Лас-Вегас, — произнёс Кас, и в его голосе прозвучала странная смесь любопытства и беспокойства. По пути он смотрел на неоновые джунгли, взрывающие всё вокруг, — сенсорная атака по сравнению с небесными равнинами, которые он когда-то знал. — Кажется… хаотично.       — Хаос — это ещё мягко сказано, Кас, — ответил Дин, открывая багажник. — Считай это тайником на виду у всех. Ангелы не особо любят игровые автоматы и пародистов Элвиса.       Они вошли в номер мотеля — тесное помещение с цветочными обоями, мерцающим флуоресцентным светом и слабым запахом застарелых сигарет. Это было далеко от изящества и порядка Небес, и уж тем более не в духе Вегаса с его сверкающими небоскрёбами, но пока что это было их место.       Оказавшись в номере, ангел почти сразу произнёс заклинание, которое скрывало их от Небес — свет вокруг слегка потускнел, поглощая их сущности. Тяжёлая атмосфера в комнате давила на них. Они были беглецами, за которыми охотились, возможно, самые опасные существа. Винчестер — неповиновение, а Кастиэль — бунт и союз с человечеством. Им удалось проскользнуть в закрывающиеся двери, оставив за собой след из сбитых с толку ангелов и разрушенных предположений. Но отсрочка не могла длиться вечно. Кас, обычно излучающий спокойную уверенность, был напряжен, как натянутая тетива. Дин понимал его. Он сам ощущал тяжесть ответственности, не только за себя, но и за ангела, который отвернулся от своего дома ради него, ради… чего-то невысказанного.       — Нам нужен план, Кас, — напряжённо сказал Винчестер. Он расхаживал по ограниченному пространству, излучая волнение. — Настоящий план, а не просто «спрячься и надейся, что они о нас забудут».       — Силы Небес огромны, Дин. Они безжалостны. — Кастиэль стоял у окна, и его плащ резко контрастировал с безвкусной обстановкой. Он нахмурил брови, что было явным признаком внутреннего конфликта, бушевавшего в нём. — Даже здесь они в конце концов найдут нас.       — Тогда нам придётся ждать этого «в конце концов» чертовски долго, — возразил Дин, доставая пиво. — Послушай, хандра нам не поможет. Мы не о том думаем. — Он по привычке бросил ангелу ещё одно пиво, и тот поймал его с удивительной ловкостью. — Не нужно думать о Небесах, сейчас это слишком сложно. Здесь всё действительно непристойно. Нам нужно… снять стресс. Развеяться.       — Развеяться? — Кас непонимающе взглянул на охотника. — Когда за нами охотятся ангелы?       — Именно поэтому, — отрезал Винчестер. — Если мы будем сидеть здесь и трястись, это точно нас не спасет. Нужно хотя бы слиться с толпой. Вести себя нормально. Видит Бог, нам нужна практика.       — Слиться с толпой? — переспросил Кастиэль, наклонив голову. — Что это значит?       — Это означает, мой ангел в плаще, что мы испытаем радости или, по крайней мере, развлечения Лас-Вегаса. — Дин ухмыльнулся, и в его улыбке промелькнуло обычное обаяние, которое пробилось сквозь напряжение.       Так началось их странное погружение в залитое неоном сердце Города Грехов. Как только они вышли в город, они почувствовали не просто тени, а сияние, исходящее от каждого здания. Винчестер, одетый в привычную кожаную куртку, выглядел здесь довольно органично. Кас же, в своём неизменном плаще, смотрелся как инопланетянин, впервые попавший на Землю. Охотник, изначально движимый желанием ослабить гнетущее давление, обнаружил, что ему странным образом нравится реакция ангела на окружающий их чужой мир. Они шли по Лас-Вегас-Стрип, мимо сверкающих казино и экстравагантных шоу. Дин с удовольствием наблюдал, как Кастиэль зачарованно изучает всё вокруг: переливающиеся фонтаны, уменьшенную копию Эйфелевой башни, толпы людей, поглощенных азартом. Кас наблюдал за всем с почти детским любопытством, поворачивая голову и рассматривая мигающие огни, громкую музыку и безудержное веселье. Он как будто напитывался новой информацией, оттачивая своё понимание человеческой природы.       Они вошли в казино, где воздух был наполнен дымом и какофонией звона монет. Винчестер тут же с важным видом направился к покерным столам. Кастиэля же привлекли игровые автоматы, и он пристально смотрел на вращающиеся символы, словно пытаясь расшифровать скрытый код. Казалось, удача была на их стороне.       — Итак, это азартная игра, — объявил Кас, выиграв скромную сумму на игровом автомате. Дин рассмеялся, видя растерянное выражение на лице ангела.       — Ты попал в точку, Кас. Удача благоволит праведникам, — пошутил Дин. — Но, эй, иногда ты побеждаешь. А сейчас нам нужны все победы, какие только можно получить.       Но больше всего Винчестеру запомнился поход по магазинам. Он решил, что новый гардероб необходим для того, чтобы слиться с толпой. Он затащил упирающегося Кастиэля в магазин одежды, намереваясь избавить его от вечно мятого плаща.       — Давай, Кас, — подначивал Дин, держа в руках яркую гавайскую рубашку. — Представь, что ты под прикрытием. Представь… отпуск.       — Эта… одежда возмутительно яркая. — Ангел посмотрел на рубашку с выражением крайнего отвращения.       — Именно! В этом-то и дело! — возразил охотник.       После долгих уговоров и нескольких умоляющих взглядов, Винчестер сумел убедить Кастиэля примерить несколько нарядов. Результат был… незабываемым. Кас, одетый в чёрную футболку, лёгкую куртку и свободные брюки цвета хаки, выглядел совершенно растерянным, как рыба, выброшенная на берег. Но Дин должен был признать, что в этом было что-то странно милое. Было почти невозможно представить его суровым, могущественным ангелом, каким он был при первой встрече.       Та первая встреча… воспоминание пронеслось в голове Винчестера. Властное присутствие, полное отсутствие чувства юмора. Тогда между ними сразу проскочила искра неприязни, даже ненависти. Они возненавидели друг друга с первого взгляда. Тогда он видел в Кастиэле бездушного солдата, выполняющего приказы. А теперь? Теперь всё было иначе. Это была не совсем дружба. Это было что-то… большее, что-то, что Дин пока не решался назвать. Возможно, связь, выкованная в огне совместного опыта, в осознании того, что они оба были изгоями, сражавшимися с непреодолимыми препятствиями.       В этой суете, в этой фальшивой радости, они оба на мгновение забыли о преследователях. Когда они вышли из магазина, охотник не смог сдержать улыбку.       — Посмотри на себя, Кас. Вливаешься в толпу как профессионал.       — Я всё ещё не понимаю, зачем нужны эти… странные брюки. — Ангел слегка, почти нерешительно улыбнулся.       — Тебе не обязательно это понимать, Кас. Тебе просто нужно это надеть. И, поверь мне, ты выглядишь… хорошо. — Дин не мог не почувствовать искреннюю симпатию к Кастиэлю.       Дни превратились в неделю, потом в ещё одну. Они выработали распорядок. По утрам они изучали малоизвестную информацию, искали любую лазейку, любое преимущество, которое они могли бы использовать против Небес. Днём они исследовали Лас-Вегас, а по вечерам… ну, делали всё, что предлагал им Город Грехов. Они проводили время в казино, наслаждаясь игрой и испытывая удачу. Кас, когда его не тянуло к навязчивым мыслям о Небесах или последствиях их действий, улыбался, наблюдая за азартом охотника и завораживающими огнями Лас-Вегаса.

_______

      Дин стоял, прислонившись спиной к стене здания казино, чувствуя, как солнце Невады прожигает его кожаную куртку.       — Вегас, — пробормотал он, и в его голосе слышались недоверие и смутное веселье. — Кто бы мог подумать? Прячусь от Рая в Городе Грехов.       Кастиэль стоял чуть в стороне, устремив взгляд на оживлённую улицу. Ему здесь нравилось, но он всё равно не понимал Лас-Вегас. Он был свидетелем рождения звёзд, падения империй, приливов и отливов космической пыли, но неистовая энергия, искусственная радость, откровенный материализм этого места… всё это было чуждо ему. Возможно, даже более чуждо, чем всё, с чем он когда-либо сталкивался.       Они бежали. Бежали от последствий того, что встали на другую сторону, предпочтя свободу небесному послушанию. Ангелы охотились за ними, и их праведный гнев пылал ярче, чем любой прожектор в Вегасе. Однако место, в котором они скрывались, было таким шумным, таким отвлекающим, таким по-человечески приземлённым, что ангелы в последнюю очередь подумали бы о нём. По крайней мере, они на это надеялись.       — Шоу вот-вот начнётся, — объявил Дин, отталкиваясь от стены. — Нужно отвлечься от, ну, знаешь…       Он кивнул в сторону импровизированной сцены, которая возникла на тротуаре в окружении толпы туристов. Труппа артистов готовилась к выступлению: мигающие огни, громкая музыка и щедрая порция блёсток.       Кас последовал за Винчестером, тихо вздохнув. Он не считал, что ему нужно было отвлекаться. По крайней мере, не таким способом. Он нёс груз их ситуации, ответственность за их ненадёжную безопасность, как камень на груди. Но он знал, что Дину нужно. Охотнику нужно было мимолетное ощущение нормальности, иллюзия мира, в котором монстры остались в комиксах, а ангелы были просто ещё одним видом мифических существ.       Шоу было именно таким, каким и следовало ожидать: ярким, громким и неприкрыто чувственным. Фокусники доставали голубей из воздуха, танцоры с невероятно длинными ногами раскачивались в такт музыке, а их костюмы оставляли мало простора для воображения. Кастиэль, как и следовало ожидать, не впечатлился.       — Это всего лишь иллюзии, Дин, — прошептал он скучающим голосом. — Обман, придуманный для развлечения.       — Да, ну, иногда нам в жизни не помешает немного обмана, — ответил Винчестер, пытаясь сосредоточиться на шоу. — В любом случае, это приятное отвлечение.       Дин был очарован. Он всегда ценил… физическую красоту. Он смотрел на танцоров с искренним, неприкрытым восхищением, и на его губах играла лёгкая улыбка.       Кас наблюдал за ним. Он не понимал, что так привлекает охотника. Он видел механику представления, тщательно отрепетированные движения, наигранные улыбки. Он видел пот под гримом, мимолётные мгновения усталости, мелькавшие на их лицах. Ангел видел человеческие усилия, стремление, уязвимость… и он видел, что Винчестер видит нечто совершенно иное.       Кастиэль поймал себя на том, что смотрит на то, как свет отражается в волосах Дина, на едва заметные морщинки вокруг его глаз, когда он улыбается, на то, как его рука инстинктивно тянется к маленькому амулету, который он всегда носил под рубашкой. А потом Винчестер повернулся. Он поймал взгляд Каса, и в его глазах промелькнуло удивление. Это был не случайный взгляд, а глубокий, изучающий. У Дина перехватило дыхание.       — Что? — смущённо спросил он с лёгкой хрипотцой в голосе. Кастиэль быстро отвернулся.       — Ничего, — пробормотал ангел, возвращаясь к просмотру шоу. Которого он больше не видел. Но Винчестер почувствовал, что это было что угодно, но только не ничего.       Остальная часть представления прошла как в тумане. Кастиэль остро ощущал присутствие Дина рядом с собой, тепло, исходящее от его тела, запах кожи и дешёвого алкоголя, который от него исходил. Он чувствовал, как внутри него нарастает странное, тревожное напряжение, смесь замешательства и… чего-то ещё, чему он не мог подобрать названия.       Пока они возвращались в свой номер в мотеле, а какофония Вегаса постепенно затихала позади, Кас не мог избавиться от этого ощущения. Он шёл молча, размышляя о шоу.       Номер в мотеле казался маленьким, тесным. Винчестер сразу же включил телевизор и сел на край одной из кроватей. Кастиэль остался стоять, заложив руки за спину, и смотрел в окно, из которого было видно далёкие огни города. Наконец он заговорил, его голос звучал неуверенно.       — Дин, — начал он, затем остановился, подбирая нужные слова.       — Да, Кас? — Дин оторвал взгляд от экрана телевизора и нахмурился.       — Во время представления… ты… наблюдал за танцорами. — Ангел сделал глубокий вдох.       — Да? — охотник пожал плечами. — Они были хороши. Развлекали. — Он не понимал, к чему клонит Кас, но что-то в его тоне насторожило Винчестера.       — Я… я заметил, что ты, кажется, был… очарован, — продолжил Кастиэль, тщательно подбирая слова. — Почему?       — Что ты имеешь в виду под «почему»? — Дин моргнул, опешив. Он не ожидал такого разговора. — Они танцевали. Они были… привлекательны. Это какой-то каверзный вопрос, Кас?       — В каком смысле «привлекательны»? — надавил Кас, его голос был неестественно напряжённым.       — Да ладно, Кас. Ты знаешь, что я имею в виду. — Винчестер вздохнул, проведя рукой по волосам. — Они были… прекрасны. Изящны. Артистичны. Художественны. Этого тебе достаточно?       — Художественны, — повторил ангел, и это слово прозвучало для него как иностранное. — Значит… люди находят… художественную ценность… в почти обнажённых телах других людей?       — Это Вегас, Кас! — Дин раздражённо уставился на него. — Это развлечение. Это… эстетическое наслаждение. Почему ты меня об этом спрашиваешь?       Кастиэль изо всех сил пытался выразить смятение, бушевавшее внутри него. Он был свидетелем сотворения Вселенной, замысловатого танца небесных тел, захватывающей дух красоты туманностей и галактик. И всё же, Винчестер был очарован… этим. Блестящими костюмами и вызывающими движениями.       — Я не понимаю, — признался Кас едва слышным шепотом. — Что в этом… в этом… тебя так привлекает?       — Послушай, Кас, это просто… красиво, понимаешь? — охотник посмотрел на ангела и увидел искреннее недоумение в его глазах. Он смягчил тон. — Это приятное отвлечение. Это… по-человечески.       — Но… почему именно эта… форма человечества? — настаивал Кастиэль, не сводя взгляда с Дина.       — Просто… я ценю красоту, понимаешь? Что в этом такого?       Дин почувствовал, как краска заливает его шею. Ему стало не по себе. Кас не ответил. Он просто смотрел на Винчестера своими голубыми глазами, вопрошая, ища ответа. Охотник неловко поёрзал.       — Послушай, Кас, я не знаю, почему ты так переживаешь из-за этого. Я же не сделал ничего плохого. Просто… любовался пейзажем.       Дин выдавил из себя смешок, который прозвучал фальшиво даже для его собственных ушей. Кастиэль не стал настаивать. Он знал, что Винчестер не даст ему прямого ответа. Он просто медленно кивнул, и выражение его лица было нечитаемым.       — Я понимаю, — тихо сказал он. Но он ничего не понимал. Совсем ничего.       Кас почувствовал странную, незнакомую боль в груди, пустоту, которая не имела ничего общего с опасностями, с которыми они столкнулись, или с тяжестью их миссии. Это был комок чего-то нового, чего-то непонятного, чего-то… неприятного. У него не было для этого слова. Он не знал, что люди называют это ревностью.       Кастиэль просто отвернулся и отошёл в дальний угол комнаты. Он не мог объяснить Дину, почему так себя чувствует. Он и сам этого не понимал. Ангел знал только, что, когда Винчестер сосредоточил внимание на ком-то или на чём-то другом, это пробудило в нём что-то, чему он не мог дать название и что ему не нравилось.       Телевизор громко затрещал, наполняя тишину наигранным смехом и драматичной музыкой. Дин сделал вид, что смотрит его, но его взгляд то и дело возвращался к Кастиэлю, к его напряжённым плечам, к отсутствующему взгляду. Он знал, что не был до конца честен. Он ценил не только «красоту». Это было… что-то большее. Что-то первобытное, что-то инстинктивное. Что-то, что напоминало ему о том, что он жив, что он человек. Что-то, чего, как он с удивлением осознал, он не чувствовал уже давно. И охотник также знал, что Кас по-своему, странным, потусторонним образом, заметил это. И по какой-то причине, которую он не мог понять, это беспокоило его больше, чем он хотел признавать.       Неоновые огни Лас-Вегаса мерцали за окном, отбрасывая длинные искажённые тени по всей комнате. Два мужчины, ангел и охотник, прятались от Небес в Города Грехов, каждый из них боролся с эмоциями, которых не понимал, их связывала общая судьба и растущая, невысказанная связь, которую ни один из них не был готов признать. Казалось, игра только начиналась.

_______

      Лас-Вегас. Город, где яркие огни и крики людей создают иллюзию безмятежности. Среди всего этого неона и звуков игорных автоматов Дин Винчестер и Кастиэль по-прежнему прятались от гнева Небес.       Кастиэль использовал заклинание сокрытия — отчаянную меру, чтобы скрыть их местоположение и не попасться на глаза Небесам. Но магия брала своё, и с каждым днём это давалось ему всё сложнее. Энергия, необходимая для поддержания заклинания, истощала его, и вскоре Кас начал терять свою прежнюю стойкость. Дин старался не обращать на это внимания. Он не обращал внимания на то, что обычно пронзительные голубые глаза Каса потускнели, отражая пустошь, а не бескрайний космос. Не обращал внимания на его всё более медлительные движения. И особенно он не обращал внимания на лихорадочное жужжание своих мобильных телефонов, какофонию неотвеченных звонков от Бобби, которые Винчестер отказывался принимать.       Каждый раз, когда он включал какой-то из телефонов, экран пульсировал, как будто сам Бобби пытался пробиться через барьер. На экранах упрямо всплывали имена: «Бобби Сингер», «Бобби Сингер», «Бобби Сингер». Дин знал, что его старый друг беспокоится, но у него не было сил объяснять ситуацию. Он не хотел отвечать. Ему было слишком трудно.       — Дин, — сказал Кас, его голос дрожал, — ты должен ответить.       — Нет, — отмахнулся охотник, уставившись в окно. Он наблюдал за фрагментами жизни, которые проходили мимо: влюбленные парочки, выпивающие свои коктейли, азартные игроки, погружающиеся в игру. — Бобби беспокоится. Я знаю, но мы не можем просто так рисковать.       Кастиэль вздохнул. Он продолжал работать над заклинанием, его руки дрожали от сосредоточенности и усталости. Каждый день они оставались в бегах, каждый день невидимая рука Небес тянулась к ним, как будто сама реальность пыталась их выжить.       Но Дин знал, что эта ситуация не может длиться вечно. После того как они отпустили Бенни, они ослушались приказа. Они знали, что за этим поступком могут стоять определённые последствия. Да и кто мог предсказать, что именно они окажутся в плену у Азазеля, не в силах его убить? Эти ошибки их преследовали, как тень.       — Я позвоню Бобби, — наконец решился Винчестер поздно вечером, его голос был глухим от внутреннего конфликта.       В конце концов он сдался. Он больше не мог выносить тишину, удушающее чувство, что он оставляет Бобби в неведении. Дин встал и направился к телефонной будке, расположенной на задворках казино неподалёку. Кас посмотрел ему в спину, его взгляд был полон тревоги.       Неоновые огни Лас-Вегаса бросали яркие блики на тёмную телефонную будку. Винчестер закрыл дверь, вставил ещё один четвертак в старомодный телефон и набрал номер Бобби, глядя на стеклянные панели, отражающие его усталое лицо. Он сжимал в руке трубку, пластик был скользким от пота. Знакомые гудки стали горько-сладким напоминанием о той жизни, которую он, вероятно, больше никогда не узнает. Телефонный звонок звучал как сигнал тревоги в тишине их бегства.       — Сингер, — в трубке раздался хриплый и настороженный голос Бобби. Он знал, что что-то не так. Бобби всегда знал.       — Это я, Бобби, — сказал Дин низким, охрипшим от усталости голосом. Повисла пауза.       — Дин? Где ты, чёрт возьми, был? Я звонил тебе тысячу раз! — Сингер не мог скрыть своего беспокойства. — Я знал, что ты по уши в чём-то увяз, но мне нужно было знать, что с тобой всё в порядке, парень.       — Я знаю, Бобби. Я… Мы облажались. — Винчестер сглотнул, чувствуя, как в горле застрял комок вины. — Мы в порядке. Просто… мы прячемся. — Он запнулся. Он знал, что это было не совсем правдой. «В порядке» не совсем соответствовало их текущему положению.       Дин выложил всё как на духу, и история полилась из него, как исповедь. На этот раз за ними охотились не демоны, а ангелы, разъярённые их неповиновением. Он рассказал Бобби о Бенни, о том, кого они отпустили вопреки прямому приказу. Он практически слышал, как Сингер раздражённо вздыхает на другом конце провода. Но это было ещё не всё. Затем Винчестер признался в том, что они не смогли убить Азазеля, что попали к нему в плен, и его голос дрогнул от ненависти к самому себе. В трубке повисла напряжённая тишина. Дин почти видел, как Бобби сидит на своей захламлённой кухне, потирает бороду и пытается всё это осмыслить.       — Чёрт возьми, Дин, — наконец прорычал Сингер, и в его голосе послышалось беспокойство. — Ты навлёк на себя весь этот чёртов небесный свод! А я-то думал, что ты чему-то учишься.       — Я знаю, Бобби. Я знаю. — Винчестер поморщился. — И Кас… он расплачивается за это. Он скрывает нас, но это отнимает у него почти все силы. Мне нужно это исправить.       — Исправить? Дин, ты говоришь о Рае. Что ты собираешься делать? Извиняться? Что ты ожидаешь от них? Ты думаешь, они просто отпустят вас за это?       Дин умолк. Он не знал, что сказать. Он чувствовал, что их решение было правильным, но последствия были катастрофическими. Винчестер тяжело вздохнул. Он чувствовал, как внутри него нарастает сопротивление. Он вспомнил Кастиэля, который с каждым днём казался всё более изможденным.       — Я не знаю, — признался Винчестер, и его голос был едва слышен сквозь гул города.       — Дин, я понимаю, что у вас были трудности, — выдохнул Бобби, его голос стал мягче. — Но что дальше? Нужно действовать. — Он замолчал на пару секунд, словно собираясь с мыслями. — Тебе нужна помощь? Я могу приехать в течение дня, — предложил Сингер, и в его грубоватом голосе вновь послышалось искреннее беспокойство.       Сердце Дина сжалось. Он отчаянно хотел сказать «да». Он хотел, чтобы Бобби был рядом и поддерживал. Но он не мог. Он не хотел втягивать Сингера в эту историю.       — Нет, Бобби. Я… я справлюсь. Мы справимся. Просто… просто хотел, чтобы ты знал, что происходит. — Винчестер выдавил уверенный тон, ложь, на которую, как он надеялся, Бобби купится. — С нами всё будет в порядке. Мы всегда такие. Мы найдём способ вернуть всё на круги своя.       — Дин… — начал Сингер с ноткой недоверия в голосе.       — Мне пора, Бобби. Они могут догадаться отследить звонок.       Дин быстро повесил трубку, прежде чем Бобби успел возразить. Он прислонился к прохладному металлу телефонной будки, неоновые огни отбрасывали длинные искажённые тени. Он почувствовал волну тошноты, груз ответственности навалился на него, как физический удар. У него не было плана. Винчестер понятия не имел, что делать. Он чувствовал, что время на исходе. Небеса не будут ждать вечно. Нужно было собрать информацию, придумать план. Может даже найти союзников. Дин просто знал, что должен защитить Каса, даже если это означало, что он в одиночку встретит гнев Небес. Он отошёл от телефонной будки, вернувшись в какофонию города, но часть его осталась с Бобби.

_______

      Жужжащие неоновые огни Лас-Вегаса пробивались сквозь дешёвые занавески в номере мотеля, рисуя мрачные полосы на лице Дина, который сидел, ссутулившись, за шатким столиком. Пустые пивные бутылки, словно павшие солдаты, стояли вокруг коробки с недоеденной пиццей. В воздухе витал запах застарелого хмеля и нарастающего беспокойства. Кастиэль стоял у окна, одетый в привычный костюм и плащ, который тёмным силуэтом выделялся на фоне искусственного освещения. Винчестер вздохнул, проведя рукой по своим вечно растрёпанным волосам. Он наконец решил поднять тему, которая не давала ему покоя.       — Ладно, Кас. Я больше не могу это выносить. Мы торчим здесь не одну неделю, притворяясь туристами, делая вид, что у нас чёртов отпуск. Но мы не можем оставаться здесь вечно. Небеса рано или поздно найдут нас.       — Я знаю, Дин. — Кастиэль вздохнул, проведя рукой по своим волосам, которые в последнее время были всё чаще растрёпаны.       — Знаешь… — повторил Дин и усмехнулся, отодвигая коробку с пиццей. — Мы убегаем от ангелов, которые хотят превратить нас в небесную падаль! Мы беглецы! Нам нужен план, а не… что бы это ни было. Это не чёртов отпуск.       Ангел повернулся, и в его голубых глазах, обычно излучавших стоическое смирение, промелькнуло что-то похожее на беспокойство. Правда тяжёлым грузом повисла в воздухе. Они прятались. Они оба были измотаны и морально истощены. Кастиэль на мгновение замолчал, уставившись в какую-то невидимую точку за окном. Винчестер знал этот взгляд. Он означал, что в его древнем мозгу крутились шестерёнки. Наконец Кас заговорил, его голос был тихим, но твёрдым.       — У меня есть идея.       — О, ты так думаешь? — Дин приподнял бровь, на его лице отразился скептицизм. — Выкладывай, Кас. Я весь во внимании. Если только твой план не включает в себя ещё больше подражателей Элвису и азартные игры, я открыт для предложений.       — Мы не можем победить Небеса в одиночку, — заявил ангел, не обращая внимания на насмешку охотника. — Их сила огромна, их ресурсы безграничны. Я думал… может, нам стоит найти убежище и просить помощи у других… недовольных. Нам нужны союзники.       — Союзники? Ты имеешь в виду… других охотников? — в замешательстве спросил Дин. — Нам не так уж и не хватает людей, готовых взяться за оружие, если это понадобится.       — Я говорю не о людях, — уточнил Кастиэль. — Я говорю об ангелах.       — Ангелы? — Винчестер уставился на Каса, разинув рот. — Ты предлагаешь нам… нанять ангелов? Ты окончательно спятил, Кас. Эти парни — практически роботы, запрограммированные на подчинение приказам. Они выполняют каждое распоряжение Небес! Как будто ты сам не знаешь!       — Не все, — возразил Кастиэль с ноткой уверенности в голосе. — Есть… инакомыслящие. Ангелы, которые сомневаются в методах, ангелы, которые сомневаются в правильности выбранного курса.       — Да, и я встречаюсь с Джессикой Альбой. — Дин фыркнул. — Назови хоть одного, Кас. Хоть одного ангела, который рискнёт вечным проклятием, чтобы объединиться с нами, с теми, кого Небеса хотят убить. — Он сделал паузу, упрямо выдерживая взгляд голубых глаз. — Кроме тебя, конечно.       — Был один… давным-давно. — Кас колебался, лёгкая тень дискомфорта пробежала по его лицу. — Его действия были признаны еретическими. Ему… сделали выговор.       — Выговор? Хочешь сказать, что они отправили его обратно на Небеса и устроили ему взбучку? — спросил охотник, не веря ни единому слову. — Ангелы не устраивают взбучек, Кас. Они сжигают несогласных! Почему я вообще должен тебе это объяснять?       — Это… другое. — Кастиэль сделал паузу, и в его голосе послышалось сожаление. — Он сбежал. Его давно не видели.       — Допустим, — сказал Дин, откидываясь на спинку стула. — И где же мы найдём этого ангела-мятежника, Кас? На «Крейгслисте»? — спросил Винчестер с сарказмом в голосе.       — Я… я не уверен, — признался ангел. — Но я чувствую его присутствие. Слабое, но оно есть. — Кастиэль на мгновение закрыл глаза, сосредотачиваясь. — Ему нравился один регион. Чикаго, если быть точнее. Там он чувствовал себя… спокойно. Возможно, он вернулся туда.       — Чикаго, да? Сейчас это звучит чертовски лучше, чем Вегас, — сказал Винчестер, и в его глазах загорелся огонёк решимости. — Ладно, Кас, собирай вещи. Мы отправляемся на поиски недовольного ангела.       На губах охотника появилась лёгкая улыбка. Он почувствовал, что в этой авантюре забрезжил шанс. Шанс на спасение, шанс на то, чтобы остаться вместе, шанс на… что-то большее. Это был рискованный шаг, но у них не было выбора. Лас-Вегас, город, где всё возможно, вероятно, был именно тем местом, где они смогут перехитрить Небеса. Но это была лишь первая карта в игре, и ставки были как никогда высоки.       Когда они вышли из номера мотеля и направились к «Импале», мирно стоящей на практически пустой парковке, они всё ещё были беглецами, за которыми охотились. Но они также были командой, объединённой общей целью, неохотной дружбой и растущим ощущением чего-то большего. И в залитой неоном пустоши Города Грехов они были готовы бороться за свою свободу, за свою жизнь и за будущее, которое они отчаянно надеялись создать. Шансы были не на их стороне, но, с другой стороны, Дин Винчестер никогда не уклонялся от вызовов. А с Кастиэлем на его стороне даже гнев Небес казался не таким пугающим. Игра началась.