Глава 22. Happiness is a butterfly
10 марта 2025 г., 17:52
Happiness is a butterfly
Try to catch it like every night
It escapes from my hands into moonlight
(с)
- Сакура… Я люблю тебя. Женщина замерла, сжимая диванную подушку в руке. Внутренности будто облили ледяным холодом. Минуту назад она так жаждала признания, почему же сейчас не чувствует ничего, кроме сковавшего тело страха? Снова всё должно было случиться не так? Не надломленным голосом, не ей в спину, не в гостиной особняка Учиха? Слова вонзились в неё, как превосходно заточенный кунай. Время ощущалось скользким желе. Словно в замедленной съемке, Сакура обернулась и посмотрела на Какаши – он стоял, опустив глаза в пол. Ей захотелось зажмуриться, лишь бы не видеть поникших плеч и сгорбленной спины. Однозначно сам мужчина не ожидал, что выдавит из себя слова любви. Но зачем тогда? Только, чтобы Сакура не вздумала сравнить его с Саске? Глупый, невозможный человек! Розоволосая вздохнула и собиралась уже подойти к Хатаке, обнять, объяснить, что вымученное признание не может обрадовать, предложить не торопиться. Как с ужасом осознала, что он складывает печати шуншин но дзюцу и явно собирается исчезнуть из гостиной. Она не могла позволить этому случиться! Сколько можно убегать? Мгновенно активировав печать силы сотни, Сакура рванула к мужчине, который практически растворился в серой дымке, и в последний момент успела схватить его руку. Женщина понимала, что Какаши рассчитывает перенести только себя, потому без дополнительного вливания чакры её выходка опасна для них обоих. В больнице повидала достаточно случаев нерационального шуншин но дзюцу: от сломанных конечностей до оторванной головы. Слава богам, дополнительной чакры хватило - они оба перенеслись в квартиру Рокудайме. В прихожей было темно, хотя в гостиной определённо горел светильник. Но даже в полумраке Сакура заметила перекошенное от боли лицо Какаши, выражение которого не способна скрыть даже чёрная маска. Она не дала ему вырвать руку, сразу активировала ирьёнин дзюцу в другой ладони и принялась за лечение. - Рука вывихнута. Так тебе и надо! Нечего было убегать! Сколько можно? - Сакура злилась. На себя, на Хатаке, на весь чёртов мир, - С меня довольно шуншина, ладно? Давай вести себя как взрослые люди, говорить, если что-то не устраивает, молчать, если не готов произносить важные слова? Ты же знаешь, я сыта по горло недомолвками и внезапными исчезновениями. По-твоему, я должна была безропотно стоять и смотреть, как ты в очередной раз убегаешь?.. Сакура продолжала бурчать, вылечивая поврежденную кисть. Какаши смотрел на неё в мягком зеленоватом свечении медицинской чакры и не мог оторвать взгляд. Розовые волосы растрепались от быстрого прыжка в гостиной особняка, глаза горели ядовитым пламенем, чёрные линии Бьякуго но Ин на теле женщины делали её похожей на таинственную чародейку из фантастических рассказов. Он и сам не понимал, зачем произнес признание в такой обстановке, слова вылетели бесконтрольно. - Ты вообще слушаешь меня? - женщина недовольно сверкнула глазами. - Ты такая красивая, - Какаши не счёл нужным отвечать на вопрос, стягивая маску здоровой рукой, другой притягивая Сакуру ближе к себе. Он поцеловал её нежно, неторопливо, втянув сначала нижнюю губу, затем провёл языком по верхней. Она сдавленно выдохнула от неожиданности, но быстро сориентировалась и ответила на поцелуй. Медицинская чакра погасла, теперь коридор освещал лишь приглушённый свет из гостиной. Хатаке аккуратно придерживал её за шею, собрав мягкие волосы в ладонь, вылеченной рукой обняв за тонкую талию. Поцелуй постепенно набирал обороты, они сплелись языками, изучая друг друга. Женщина чувствовала, как внизу живота закручивается спираль, а ноги подкашиваются. Она провела пальцами по обтягивающей водолазке, чувствуя, как под касаниями напрягаются мышцы. Всё ощущалось иначе, ведь Какаши впервые проявил инициативу сам, ей не пришлось уловками вырывать нежность и ласку. В голове не было ни единой мысли, кроме безграничного счастья и любви. Всё отошло на второй план. Остались только его губы, прикосновения, запах. Вдруг Какаши обхватил и поднял вверх её запястья, развернул и прислонил спиной к стене коридора. Оторвался от её рта, поцеловал щёку, скулу, перешел на подбородок, затем опустился на шею, аккуратно прикусив нежную кожу. Сакура послушно отвела голову в сторону, подставляясь под ласку. Она практически перестала контролировать своё тело, бедрами вжимаясь в него, елозила по стене, но мужчина крепко фиксировал кисти, не давая свободы действий. Вторая рука Какаши гладила плоский живот, не скрытый коротким ципао, его движения становились жадными, голодными, порывистыми. Всё это подсказывало Сакуре, что сегодня ведущей роли ей не видать, как своих ушей. Мужские пальцы дразнили, то забираясь под края ткани, то цепляя пояс брюк, но всё равно возвращались к прессу. Длинные завязки ципао скользили по коже, вызывая лёгкое чувство щекотки. Женщина вздрогнула, когда Хатаке сжалился, переместил ладонь выше и сжал грудь через спортивный лиф, а затем поддел его и задрал вверх. Соски мгновенно затвердели, потому что резинка давила, обостряя ощущения от умелых прикосновений и плотной ткани ципао. Какаши поиграл с сосками, обводя их по очереди большим пальцем, в конце слегка царапая ногтем, параллельно облизывая мочку уха. Ему нравилось слышать, как Сакура рвано дышит ртом, как тяжело вздымается грудная клетка, как всё её тело мелко дрожит, а бедра неосознанно подаются ему на встречу. Хотелось большего: свести её с ума окончательно, довести до оргазма мучительно медленно, заставить умолять, забыть обо всём. Когда мужчина расстегнул пуговицу её брюк, легонько прикусив ухо, она не сдержала тихого стона, зажмурившись. От того неожиданный разворот за руки оказался довольно резким, и теперь она прижималась животом к холодной стене, контраст с её горящей кожей опьянял. Хатаке собрал её волосы, открывая себе доступ к шее, поцелуи в этом чувствительном месте вызвали табун мурашек по всему телу. Женщина прогнулась в спине от удовольствия, но почувствовала другую пару рук на талии и вздрогнула. Как это возможно? - Не шевелись, - ухо опалил горячий шепот. Сакура не могла бездумно подчиниться, когда все инстинкты шиноби кричали об опасности, и развернула голову в попытке понять, что происходит за спиной. В небольшое зеркало напротив она увидела присевшего на корточки Какаши и встретилась глазами с его теневым клоном. - А ты думала, я оставляю квартиру без присмотра? - снизу раздался хриплый голос настоящего Хатаке, - Не двигайся. Розоволосая вспыхнула: что он задумал? Рука кагебуншина развернула её голову обратно к стене. Неожиданно она приподнялась вверх, став выше сантиметров на двадцать, рефлекторно посмотрев вниз, женщина обнаружила, что под её стопами выросли две подпорки, явно из земляного дзюцу. - Вот так будет намного удобнее, - выдохнул настоящий Какаши прямо ей в ухо, облизнув мочку, - Обещаешь не двигаться? Тогда я развею клона, и мы снова останемся одни. Сакура задрожала от предвкушения, её хватило лишь на быстрый кивок. В горле пересохло, она не уверена, что смогла бы вымолвить даже короткое «да». Услышала, как Какаши довольно хмыкнул. - Послушная девочка. Сакура вздрогнула от его слов и хлопка - теневой клон исчез. Вспышкой пронеслась мысль, что как-нибудь можно попробовать втроем, отчего её щеки залились стыдливым румянцем. Но связно думать не получалось - ладони Какаши гладили плечи, руки, талию, заставив сильнее прогнуться в пояснице, немного оттопырить попу. Она почувствовала чужое дыхание на оголенной спине, а затем и прикосновение языка, обводящие тускнеющие чёрные линии от активированного Бьякуго. Одновременно пальцы расстегнули ширинку штанов и стянули их вниз вместе с бельем. Он приподнял сначала левую ногу, затем правую, помогая избавиться от одежды и обуви полностью. Его ласковые прикосновения душили своей заботой и нежностью, Сакура задыхалась, судорожно хватая ртом воздух. Когда она почувствовала влажный поцелуй на внутренней поверхности бедра, закусила губу почти до крови, а кисти автоматически сжались в кулаки, однако руки всё ещё оставались поднятыми, усиливая ощущение беззащитности. - Хорошая девочка, - Какаши продолжал целовать её бедра, отмечая, как дрожит поясница и сокращаются половые губы, на которых уже виднелась смазка. Ладонями он сжал обе ягодицы, довольно улыбаясь от повторного едва слышного стона. Ему так нравилось ласкать её медленно, успевая насладиться ощущениями. Он развел попу в стороны, отмечая приятный звук хлюпающей смазки, подул, отчего Сакура дернулась и короткими ногтями поцарапала краску на стене. - Не шевелись! - пригрозил он низким тоном, от которого по женскому телу снова побежали мурашки. Какаши пролез между её ног, устраиваясь поудобнее. Когда язык вошел внутрь, Сакура неосознанно подалась вниз, пытаясь насадиться глубже, продлить сумасшедшее ощущение. Мужчине пришлось переместить руки с ягодиц на бедра, с силой удерживая их в одном положении. Он трахал её языком, с наслаждением слушая всхлипы и мольбы с просьбами как остановиться, так и не вздумать прекращать. Он чувствовал, как Сакура горит изнутри, её колени подкашиваются и разъезжаются в сторону. Её так сильно вело от его действий и от осознания того, что происходит: она стоит, прижатая к стене, полностью обнажённая снизу, с оттопыренной попой, тогда как абсолютно одетый Хатаке вылизывает её между ног. - Пожалуйста, - она сдавленно прохрипела. - Ммм? - Какаши вернулся к клитору, рисуя на нём круги, периодически посасывая. Мычание вызвало лёгкую вибрацию, усилив ощущения. - Я хочу тебя… внутри… - женщина едва понимала, кто она. Внизу живота горело, тело молило о разрядке. Но Какаши двигался слишком неторопливо, чтобы она могла кончить. - Сакура, но я и так внутри тебя, - он ухмыльнулся и снова вошел языком, стараясь, насколько возможно надавить на стенки влагалища. Розоволосая всхлипнула, но затем ударила кулаком стену. - Не так! – просипела она и поджала пальцы на ногах. - Нетерпеливая, - губы Хатаке изогнулись в ухмылке. Он продолжил сладкую пытку, но ускорился, довольно ощущая, как тело Сакуры дрожит еще сильнее. От быстрых движений языка по клитору женщина наконец-то почувствовала желанное облегчение и вскоре вскрикнула от настигнувшего оргазма. Какаши в последний раз взглянул снизу вверх на прекрасную картину, вылез из-под её ног и поднялся. - Теперь можешь опустить руки, - прошептал мужчина и провёл пальцами по упругим ягодицам. Сакура послушно расслабила затекшие конечности, не замечая дискомфорта вследствие оргазма. Однако заканчивать на этом она не собиралась – откинулась назад, прижимаясь к груди Хатаке, явно намекая на продолжение. О таком его не нужно было просить дважды. Какаши рывком стянул штаны с бельем и, поставив обе ладони по бокам от женщины, зарылся лицом в её волосы. - Ты очень красивая, - он выделил слово «очень», практически прорычав его, и поцеловал женщину в шею. Почувствовав его член между бедер, Сакура облегчённо выдохнула и попыталась насадиться сама, но мужчина сразу отстранился, недовольно укусив плечо прямо сквозь ткань ципао. - На моих условиях, Сакура! - её имя произнесенное его губами ласкало слух, принуждая к подчинению. Она расслабилась и прислонила голову к гладкой поверхности стены. Он вошел плавно, но на всю длину, чувствуя, как влажные стенки пульсируют, принимая его. - Какаши… Он начал двигаться, неторопливо, на полную амплитуду, со шлепком врезаясь в ягодицы. Сакура кусала губы. Тело, ещё не отошедшее от оргазма, казалось ватным, ноги продолжали дрожать. В гостиной тикали часы, этот звук, как и влажные хлопки, врезался в уши. Движения Хатаке - мощные, упорядоченные, заставляли запрокидывать шею до хруста. Ей хотелось обернуться, увидеть лицо мужчины, но поза совсем не предполагала подобного. Оттого Сакура довольствовалась его шумным дыханием и тихими стонами. При особенно глубоком толчке она неосознанно сжала стенки и услышала хриплый рык, ласкающий всё её естество. Она постаралась не расслаблять мышцы. Какаши краем сознания отметил, что при таком раскладе он кончит быстрее, чем планировал. Потому правой рукой потянулся к клитору, начиная круговыми движениями массировать чувствительный клубок нервов. От прямой стимуляции Сакура вскрикнула и затряслась в повторном оргазме. Перед её глазами засверкали звезды, вспышками загораясь и быстро исчезая, как подобие фейерверков. Какаши отпустил себя и мгновенно достиг финала, изливаясь внутрь. - Я сейчас упаду, - сдавленно прохрипела розоволосая, пытаясь не рухнуть вниз. Отчаянно хотелось лечь. - Держись, - Хатаке осторожно вышел и подхватил дрожащую женщину на руки. Сакура вцепилась ему в шею, - Похоже, нам стоит принять душ. Она лишь хмыкнула в ответ, наблюдая, как Какаши складывает печати, чтобы убрать следы земляной техники из прихожей. Затем смешными дергаными движениями заставляет приспущенные штаны упасть к ногам окончательно. Избавившись от них, мужчина неторопливо пошел в ванную с Сакурой на руках. Но там ему пришлось отпустить её, чтобы полностью раздеться самому и снять с женщины ципао и лиф. В душевой кабинке было довольно тесно для двоих, но так как Хатаке пришлось практически мыть её, Сакура могла лишь порадоваться небольшому пространству. Она едва стояла на ногах, сердце загнано стучало. Какаши же запоздало подумал, что так и не обзавелся феном, потому старался не намочить розовые волосы во время водных процедур. Потому он отложил лейку на пол, бережно намылил её, чувствуя, вопреки здравому смыслу, что начинает возбуждаться снова. Заметив, что Сакура тянется к вновь поднимающемуся члену, остановил её движением руки. - Нечестно, - пробурчала она, - Я кончила дважды, в отличие от тебя. Счёт неравный. - Меня всё устраивает, - он ласково чмокнул её в щеку, - Сегодня был трудный день. - Да уж… Знаешь, как-то всё вылетело из головы, - Сакура нахмурилась, словно только сейчас вспоминая события вечера. - Останешься? Или перенести тебя домой? - Какаши уже смыл мыльную пену с их тел. - Точно не в особняк, - женщина сморщила распаренное лицо, - Сарада у Чо-Чо, так что мне там делать нечего. Какаши вышел из душевой первым, наспех вытерся, затем укутал розоволосую в большое махровое полотенце и ушел за сменной одеждой. В ожидании Сакура присела на туалет, пухлые губы изогнулись в улыбке. Она пыталась вспомнить, было ли ей когда-нибудь так же хорошо с мужем, хотя раньше никогда бы не подумала жаловаться на свою сексуальную жизнь. Впрочем, Саске - её первый и единственный партнер, потому до связи с Какаши ей и не с чем было сравнить. Но даже в этот раз, полностью отдавая контроль, она чётко понимала, что в абсолютной безопасности, и Какаши не сделает ничего, что бы причинило ей дискомфорт. В отличие от мужа, с которым удовольствие нередко граничило с легкой болью. Отчего-то вспомнился их секс у озера, который она так часто представляла, когда мастурбировала. Ощущение холодной воды в лёгких, страх от того, что Саске может быть неудобно из-за одной руки, невозможность коснуться его тела по собственной воле. И ведь сейчас она также не дотрагивалась до Какаши, но насколько всё было иначе. Возможно, она зря так зациклилась на сохранении невинности для первого возлюбленного. Может, будь у неё больше опыта, она была бы в состоянии отстаивать свои границы… Сакура хмыкнула от понимания нелепости своих мыслей. Если бы да кабы. Нужно сосредоточиться на том, что происходит сейчас, прошлое не изменить при всем желании. Какаши вернулся быстро, одетый в серые домашние штаны, и протянул ей белую футболку. Она утонула в ней и в её запахе. Отогнав мысль о том, что никогда не носила вещей Саске, поспешила выйти из ванной. - Проголодалась? - заботливо спросил Какаши. - Нет. Спать хочу, - в доказательство своих слов она широко зевнула. - Тогда пойдём? - он едва ощутимо подтолкнул её к спальне. Прижиматься к его голому торсу на небольшой полуторной кровати было очень приятно. Хотелось мурлыкать. - Пресекая очередную попытку твоего побега, предлагаю все обсудить сейчас, - прошептала Сакура в район его острых ключиц. - И куда по-твоему я сбегу из собственной квартиры? - усмехнулся Какаши. - В Конохе есть гостиницы, - она шутливо пихнула его бедром, - Я просто знаю, что твою изобретательность нельзя недооценивать. Давай прекратим бессмысленные попытки придерживаться приличий и будем думать о себе? Мы и так дали Саске множество возможностей появиться. - С твоими аргументами сложно спорить, - он крепче прижал её к себе. - Тогда пусть всё идет своим чередом до его возвращения? А как только господин Учиха почтит нас своим присутствием, я поговорю с ним о разводе, - она выдохнула и потёрлась щекой о рельефную грудь. - Хорошо. Но думаю, ты понимаешь, что пока нам не стоит светиться лишний раз? - Какаши гладил руку женщины, лежащую на его животе. - Конечно. Однако Сарада уже догадалась, - смущённо улыбнулась Сакура. - Она умный ребенок, да и куноичи к тому же. Неудивительно. Отреагировала нормально? - хоть его голос звучал ровно, Какаши не мог не признать, что с волнением ждёт ответа. - Да, она прекрасно к тебе относится, в отличие от её отца ты был рядом в последнее время. И сильно помог ей! Нам обеим, - Сакура нежно поцеловала его в ключицу, но не удержалась и легонько прикусила её. - Пора спать, милая, не провоцируй, - Хатаке со смехом потрепал её по голове и чмокнул в макушку. - Да, да. Доброй ночи! - она закрыла глаза и мгновенно провалилась в сон, убаюканная теплом.***
И снова время утекало сквозь пальцы, подобно песку. А Сакура не помнила, была ли когда-либо настолько счастлива. Наверное, только в путешествии с Саске, но оно закончилось так давно, что воспоминания стёрлись, не давая сравнить ощущения. Сейчас ей казалось море по колено. Работа в больнице спорилась, ирьенин закрыла несколько проектов, казавшихся тупиковыми, наладила производство лекарства, разработанного в Иве. Шизуне не нарадовалась, наблюдая светящуюся продуктивностью Сакуру, которая больше не пропадала в архиве целыми днями. Все вокруг заметили изменение в поведении Сакуры. Та же Ино за очередным обедом не удержалась от подкола: - Лобастая, наконец-то ты похожа на человека. Вот что с людьми делает хороший секс. Приятно на тебя смотреть! - Не начинай, Свинина! Я выгляжу совершенно обычно, - отмахнулась Сакура, поедая онигири. - Конечно-конечно. Глаза сияют, щеки горят, даже цвет лица выровнялся, - Яманака сделала глоток кофе и продолжила, - Как я рада, что вы с Какаши всё решили. - Только вот я по-прежнему замужем… - грустно отметила розоволосая. Не сказать, что им с Хатаке мешал этот факт. Квартира Рокудайме стала обителью их счастья, где они виделись каждый день. Даже когда Сарада была дома, после совместного ужина Какаши дожидался, пока она уснёт, и переносил Сакуру к себе. В итоге все вечера заканчивались переплетенными телами на полуторной кровати Хатаке. За пару недель женщина не могла представить, что когда-то мучилась бессонницей и страдала от холодной постели в особняке. Наутро Какаши возвращал Сакуру обратно, так что Сарада ничего не замечала. Или делала вид. Но всех всё устраивало. Конечно, иногда хотелось выйти за пределы холостяцкой берлоги Рокудайме, но они не хотели рисковать и порождать ненужные сплетни. В конце концов и в четырех стенах им было чем заняться. Они болтали, вместе готовили еду, смотрели фильмы или любимые телешоу Какаши, да исследовали тела друг друга. Сакура дождалась подходящего момента продемонстрировать свою собственную технику глубокого минета, которую изобрела в угоду Саске. С помощью чакры она полностью убирала рвотный рефлекс и расслабляла горло. Рокудайме остался в полном восторге, а Сакура хищно улыбалась и говорила, что это не единственный козырь в её рукаве. Дни летели, а Сакура мечтала замедлить время хоть ненамного. Будучи шиноби, она понимала, что период безграничного счастья рано или поздно пройдёт. И от всей души пыталась оттянуть этот момент. Пришлось отказать Наруто, который порывался отправить её на несколько длительных миссий в другие страны, благо Шикамару и Шизуне поддержали её. Работа в больнице, предстоящий приезд ирьёнинов для обучения, да и экзамен на чунина, в котором будет принимать участие её дочь - как она может уехать? И, конечно, Рокудайме не имеет к её решению никакого отношения. В один из вечеров, когда Сарада была на миссии, они с Какаши снова встретились в его квартире. Сакура освободилась раньше, потому мужчина застал её читающей на диване. Женщина сразу отложила книгу и потянулась за объятием. - Не хотел тебе мешать. Интересное чтиво? - Какаши отстранился и устало потянулся. - Если ты находишь исследования по ядам увлекательными, то весьма, - она улыбнулась и похлопала по месту рядом с собой, - Присядешь? - Если ты не против, даже прилягу, - он действительно лёг и вытянулся, положив голову ей на ноги, - Непростой день. Сай изо всех сил пытается укрепить АНБУ. Усложняет тренировки донельзя. - Всё же его задевают наши безобидные шуточки о несостоятельности разведки, - усмехнулась ирьенин, возвращаясь к чтению. Однако одну руку запустила в серебристые волосы, нежно массируя голову. Какаши довольно замычал. Какое-то время тишину нарушало только равномерное тиканье часов, да шелест переворачиваемых страниц. Сакура даже решила, что мужчина уснул, как он вдруг спросил, не открывая глаз: - Кстати, всегда было интересно, как тебе удалось восстановить особняк после разрушения от твоих могучих кулаков? - Ты про тот инцидент с Сарадой? - она покраснела, - Мне помог Наруто. Точнее капитан Ямато, которого Нанадайме выдернул с миссии специально, чтобы он смог выстроить дом заново. Неловко вышло. - Повезло. Иначе жить вам с Сарадой во временной квартире, - отметил Какаши, укладываясь удобнее. - Не говори. Здорово иметь в друзьях Хокаге. Да и не одного! - она не удержалась и легонько ткнула его кончиком пальца в нос. Хатаке забавно сморщил лицо так, что ткань маски собралась складками. - А я давно хотела спросить, с каких пор ты стал таким открытым к разговорам? Конечно, всегда есть к чему стремиться, иначе ты не использовал так часто шуншин, но… - Не припоминай. Кажется, мы все решили тогда. Никаких побегов, - ухмыльнулся он, - Как бы удивительно не звучало, мне помогла психотерапия. - Что? - Сакура захлопнула книгу и во все глаза уставилась на мужчину. - Да, это было через несколько лет после войны. Я уже был Хокаге, но прошлое никак не отпускало. Я довольно тяжело пережил повторную утрату Обито, да и вообще… В результате Шикамару достала моя кислая физиономия, и однажды он подсунул мне визитку специалистки, к которой в Суне обращалась Темари. Так совпало, что врач как раз была в нашей деревне в командировке. Я согласился позвонить, пришёл на прием. - Я не помню, чтобы к нам приезжала психиатр из Суны… - задумалась Сакура. - Неудивительно. Ты тогда была в путешествии с Саске, - спокойно произнёс Какаши. Сакура опустила голову, - Впрочем, я ходил к ней всего пару месяцев, пока её командировка не подошла к концу. Но даже это сильно помогло. - Здорово… - тихо сказала женщина, не поднимая глаз. - Я тогда вспомнил твоё желание открыть полноценное психиатрическое отделение в нашей больнице. Хорошая была идея, - улыбнулся Какаши, пытаясь вернуть разговор в безобидное русло. - Да, вот только после войны на такую блажь не хватило финансирования, - буркнула она, но Хатаке почувствовал, что её тело расслабилось и перестало напоминать натянутую пружину. - А позже ты не возвращалась с подобными предложениями, - он тепло улыбнулся, зная, что Сакура увидит это даже сквозь маску. - Посмотрела бы я на Вас с грудным ребенком на руках! Не хватало только отделение в госпитале открывать! - вспыхнула женщина. - Ух, мы снова на «вы»? Никогда не привыкну к перепадам твоего настроения, - теперь он открыто смеялся. - Стукну, - фыркнула розоволосая. И они синхронно захохотали, понимая, что женщина не собирается воплощать в жизнь пустую угрозу.***
Просыпаясь в одной кровати с Сакурой, Какаши часто сдерживал желание сложить печать «кай» и проверить, не иллюзия ли это. Его жизнь вдруг стала настолько идеальной, что заставляла задуматься, не таким ли было его вечное цукуёми, если бы он всё же попал под воздействие техники? Он с радостью вставал по утрам, с желанием выполнял рутинные дела, с нетерпением спешил домой вечерами. Неужели это и есть те пресловутые бабочки в животе? И под влиянием романтических чувств весь мир кажется на пару тонов ярче? Какаши знал только мрачную сторону любви. Когда сердце сжимается от невозможности быть вместе, во всём теле искрит напряжение при виде неё, а ночью голова забита тревожными мыслями, не дающими спать. В отношениях с Сакурой всё было иначе, несмотря на нависшую тень Саске. Но шиноби умеют жить одним днём, решая проблемы по мере их наступления. В один из вечеров они вместе накрывали на стол в особняке, дожидаясь возвращения Сарады. Завтра должен состояться экзамен на чунина, оттого девочка тренировалась допоздна, а взрослые не хотели ужинать без неё. На фоне играла тихая музыка, но Какаши не мог не заметить, что телефон Сакуры безостановочно вибрирует, а розоволосая упорно делает вид, что не слышит звонка. - Что-то случилось? - он указал на мобильный. - Не обращай внимания. Мать названивает, - отмахнулась Сакура, поправляя палочки на подставке. - Не ответишь? - Какаши такое поведение казалось странным. Притом телефон вибрировал беспрерывно, оповещая о входящих звонках и многочисленных сообщениях. - Нет, не хочу портить себе настроение перед важным днём, - как ни в чём не бывало пояснила ирьёнин, даже не повернув головы. - Ты говорила, что у тебя непростые отношения с матерью, но я и предположить не мог, что настолько, - с ноткой удивления произнёс Хатаке, - Харуно Мебуки не выглядит такой уж грозной. - Ты просто плохо её знаешь, - пробурчала женщина, - Как думаешь, от кого мне достался взрывной характер? И сколько раз ты вообще общался с моей матерью, чтобы составить впечатление? - Не так много, правда. Но тебе не кажется, что ты злишь её ещё больше, не выходя на контакт? – осторожно поинтересовался он, - Не проще поговорить и расставить все точки над i? Вроде ты сама говорила о том, что глупо и по-детски избегать диалога? - В случае двух взрослых людей – да. Но в отношении Мебуки – нет. Не буди лихо, пока оно тихо, - уверенно ответила Сакура. - А представь, если бы Сарада вела бы себя так, как ты? Столько времени не выходила бы на связь? – не сдавался Какаши. Он искренне не мог понять, почему женщина так не хочет просто поговорить с матерью. Для него, так рано потерявшего обоих родителей, подобное поведение вызывало искреннее недоумение. Он не мог отделаться от мысли, что если бы Сакура внезапно лишилась Хизаши и Мебуки, сильно жалела бы об отсутствии общения. - Я уверена, что мне в первую очередь хватило бы ума, не портить отношения с дочкой настолько, чтобы она начала избегать меня, - розоволосая нахмурилась. Как ни пыталась она контролировать эмоции, чувствовала, что начинает злиться. Бесконечные звонки и сообщения от Мебуки и так нервировали с момента выпускного Сарады. И зацикленность Какаши на этой теме только усугубляла ситуацию. - Часто отношения портятся от недомолвок. Мы пытаемся защитить дорогого человека, но… - Не вздумай приплести сюда побег Сарады к Орочимару! – Сакура всё-таки повысила голос. Но сразу же взяла себя в руки и продолжила уже спокойно, - Я, правда, не хочу обсуждать этот вопрос. Лучше скажи, кто завтра будет присутствовать на экзамене, кроме Сая, отвечающего за первый этап? Наруто? Или тебя запрягли, отвлекая от столь манящей пенсии? - Нет, ни Нанадайме, ни я. Шикамару. Ответ был сухим. Сакура поджала губы. Ссориться дальше не было ни малейшего желания, оттого она достала чистые кухонные полотенца, собрала используемые и направилась в ванную, чтобы закинуть в корзину для грязных вещей. Ничего, сейчас придёт Сарада, и атмосфера сразу улучшится. Девочка в предвкушении экзамена, особенно командных этапов. Жаль, что родителям можно присутствовать лишь на последнем – состязаниях один на один. Потому завтра ирьёнину предстоит обычная смена в больнице. Вдруг раздался громкий стук во входную дверь. Сакура улыбнулась, радуясь, что не пришлось долго ждать прихода дочери. Закрыла корзину с бельём, немного утрамбовав вещи, вышла обратно в коридор, планируя впустить девочку. И замерла. В дверном проёме на входе в особняк стояла Мебуки, грозно смотря на Какаши. - Харуно-сан, - он вежливо поприветствовал женщину кивком головы, сразу отступая в сторону, освобождая место, чтобы мать Сакуры могла зайти внутрь дома. - Рокудайме, - а вот Мебуки даже не думала поклониться при виде бывшего Хокаге, - Я пришла к дочери. Где она? - Сакура дома. Заходите? – Какаши отошёл ещё немного в сторону, и госпожа Харуно наконец-то заметила дочь, стоящую напротив, - Мы как раз собирались ужинать. - Мы? – Мебуки огненным взглядом прожигала в розоволосой дыру, - Как мило. Но я хотела бы поговорить с Сакурой наедине. - Хорошо, - спокойно отозвалась женщина, неторопливо пошла в сторону матери, затем обулась. - Давай выйдем. Внутри Сакуры бушевал пожар. Почему она не догадалась просканировать пространство на предмет чужой чакры и помешать Какаши открыть дверь? С чего была так уверена, что пришла Сарада? Девочка не стала бы стучать, у неё ведь есть собственный ключ. Шаннаро, как бы снова не сорваться на мать, тем более с Какаши за хрупкой стеной особняка. Могла ли ситуация быть еще хуже? Женщина мысленно усмехнулась. Только если бы на пороге стоял Саске. - Что ты хотела? – ровным тоном спросила розоволосая, закрывая за собой дверь. - Поглядите-ка на неё. Жива, здорова, разговаривает. Получается, я зря несколько месяцев обзванивала больницы и морги? – едко произнесла Мебуки. - Мама, не преувеличивай, - Сакура устало выдохнула. Представление началось, - В Конохе всего одна больница, в которой я и работаю. Морг там же. Шизуне говорила мне о звонках и уверяла тебя, что со мной всё в порядке. - Да, видимо, такова моя доля. Узнавать о собственной дочери у чужих людей! Ты ведь даже не соизволила сообщить, что уехала на миссию в Скрытый Камень! Оставила Сараду на целый месяц! Совсем одну! – Мебуки сорвалась на крик, даже не пытаясь контролировать громкость голоса. - Мама, давай поговорим спокойно, - Сакура выставила руки перед собой, стараясь жестом утихомирить женщину, - Ты же знаешь, что твоя внучка - не обычный ребенок. Большую часть времени она сама пропадала на миссиях со своей командой и сенсеем. О ней было, кому позаботиться. - О да, я вижу, как сенсеи заботятся о своих ученицах! - в сердцах выплюнула Харуно, головой указав на закрытую дверь. - Мама… - предупреждающе начала Сакура, но ту было не остановить. - Ужины готовят, детей тренируют, в постели ублажают. И всё это при живом муже! – ядом в её голосе можно было отравить всю Коноху целиком, - Ты не думала, как это выглядит? Или совсем стыд потеряла? - Мама, ты хотела что-то ещё, кроме как снова облить меня помоями? – бесстрастно спросила ирьёнин, поражаясь своей выдержке. Наверное, помогало осознание того, что Какаши прекрасно слышит каждое их слово, стоя в прихожей. И ей отчаянно хотелось ткнуть его носом в ошибочное представление о прекрасном характере Харуно-сан. - То, что Саске-кун нет в деревне, не повод наставлять ему рога. Тем более при ребенке! Какого Сараде видеть этот срам? И… - О, Саске-кун? Серьёзно? Вот как ты заговорила? – Сакура вдруг сдалась. Шторки упали, пелена ярости застилала глаза, - Ты, которая не называла моего мужа ласковее, чем чёртов нукенин? И, в конце концов, отцепись от Сарады! Она в курсе всех событий моей жизни, которые ей нужно знать. И если я не устраиваю тебя в качестве дочери, так оставь уже меня в покое! - Ты всегда думаешь только о себе! – Мебуки подавилась воздухом, - А то, что твоё распутное поведение скажется на нас с твоим отцом? На репутации ни в чём не повинной Сарады? Кто потом возьмёт её в жены с такой-то матерью? - Её мать – лучший ирьёнин Конохи, - процедила сквозь зубы розоволосая, глядя за спину женщины, прямо в угольные глаза, чернее ночи, - А моя дочь – превосходная куноичи и красавица. И только глупец не захочет жениться на ней! - Куноичи, говоришь? – зло усмехнулась Мебуки, не обращая внимания на взгляд Сакуры, - Все проблемы с тобой начались с этой чёртовой Академии шиноби! Я ведь была категорически против твоего обучения там. Люди разное говорили про ремесло ниндзя женского пола, шептали по углам. Но Хизаши тебя поддержал, и вот, что мы имеем. Слухи-то оказались правдивы, все куноичи – те ещё шлюхи! - Так вот, кем ты нас считаешь, бабушка?! Сарада вышла из-за спины Мебуки и со слезами на глазах уставилась на женщину. Госпожа Харуно, казалось, потеряла дар речи, открывала и закрывала рот, хватая воздух. Её рука тряслась, когда она попыталась дотронуться до внучки. - Не смей! Знать тебя не хочу! – Сарада дёрнулась и понеслась ко входу в дом с максимальной скоростью, на которую только была способна, и с грохотом захлопнула за собой дверь. - Ты! – голос Мебуки дрогнул, - Ты знала, что она там? - Да, - подтвердила Сакура ледяным тоном, - И теперь она видела твоё настоящее лицо. Поздравляю. Надеюсь, мы закончили, и у тебя хватит ума больше не приходить на мой порог без спроса и читать бесполезные нотации. Разберись лучше со своей жизнью. Там есть, на что обратить внимание. Розоволосая резко развернулась на каблуках, оставив обомлевшую мать стоять на дорожке, зашла в дом и хлопнула дверью также громко, как и Сарада меньше минуты назад. Какаши стоял, прислонившись спиной к арке, ведущей в гостиную. Хоть она не смотрела на него прямо, но отметила поникшие глаза мужчины и сгорбленные плечи. - Думаю, совместный ужин сегодня придётся отменить, - безэмоционально проговорила Сакура, снимая обувь, - И надеюсь, в будущем ты больше не будешь открывать дверь в мой дом без спроса. Как и высказывать мнение о моих отношениях с матерью. До встречи. Какаши лишь молча кивнул, зная, что она заметит движение. Медленно отлепился от стены и подошел к выходу, поменявшись местами с женщиной. Обулся и покинул особняк, нахмурившись от порыва осеннего ветра. Он не ожидал разговора на повышенных тонах между матерью и дочерью, таких жестоких слов с обеих сторон. Видимо, действительно перегнул палку, решив открыть дверь Мебуки, пока Сакура не догадалась, кто именно стучит. А теперь ещё и Сарада услышала вещи, не предназначенные для её ушей. Действительно, благими намерениями вымощена дорога в ад.
