Constellationes

Чен Сяоши бежит по узким длинным коридорам, пытается завязать бордовый, с золотистыми полосками по краям, галстук, не обращая и крупицы собственного внимания на заколдованные портреты, что провожают его то недоумивающими, то укоризненными, полными раздражения, взглядами, шипят и недовольно кричат вслед несушемуся со всех ног волшебнику.Его волосы давным-давно растрепались, мантия съехала, а сумка так и наровит упасть, чтобы насолить бедному, всё же опаздывающему гриффиндорцу ещё больше, превращая, на первый взгляд, заурядный осенний день в настоящий бесконтрольный хаос. —Вот же молодёжь пошла! —кричит дама с портрета, держа в руках декоративную собаку породы Болонка. —Помолчите вы! —решает наконец подать голос Сяоши, улавливая недовольный возглас со стороны грузного мужчины в форме. Он врывается в кабинет, мимолётно мажет глазами по своим наручным часам и понимает, что опоздал всего на четыре с половиной минуты. Не так плохо, как Чен Сяоши предполагал изначально.Удручает в этой ситуации лишь то, что профессор Ревати грозно уставляется на него, скрещивает полные бледные руки на груди, а после откладывает местами потрёпанную карту звёздного неба на дубовый стол неподалёку.Сейчас факультет Сяоши может потерять достаточно большое количество баллов, поэтому юному магу просто необходимо хотя бы попытаться слегка сгладить острые углы и молниеносно придумать что-то, что сможет убедить Элизу не отнимать у Гриффиндора рубины только по причине врождённой забывчивости и невнимательности своего ученика. —Здравствуйте! —тараторит Чен Сяоши, —простите за опоздание. Он тушуется у входа, пытаясь найти взглядом пару серо-сапфировых глаз.Лу Гуан, как и следовало ожидать, сидит за предпоследней партой и измученно вздыхает. —Это что за отношение к учёбе? —строго чеканит профессор, —мне известно, что ты хорош в моей дисциплине, но опозданий я не терплю, и ты это прекрасно знаешь. Сяоши начинает нервничать.Он ненавидит приносить другим проблемы. —Извините, пожалуйста, —повторяет брюнет, начиная дёргать край сумки, —такого больше не повторится. Хоть бы не отняла баллы. Раздаётся характерный для движения стула по полу звук.Гуан встаёт с собственного места, откашливается, а после переводит внимание Ревати и всего остального класса на себя. —Простите за моё поведение на уроке, но я хочу заметить, что раньше астрономию проводили в полночь, однако в этом году дисциплину перенесли на утро. Элиза вскидывает бровь. —В первом семестре мы не будем работать с телескопами, —она подходит ближе к Лу Гуану, —я говорила об этом даже не один, а несколько раз за последний месяц. Блондин флегматично продолжает гнуть в свою сторону, заведомо зная о неправильности недавно выпархнувших слов и действий.Чен Сяоши недоумевает. «Зачем Лу Гуан это делает?» —Я помню, —Гуан вновь начинает смотреть в сторону Сяоши, —и Чен Сяоши–тоже, я в этом уверен. Профессор Элиза внимательно вслушивается в чужую тираду и постукивает невысоким треугольным каблуком по паркету.Её русые, с проседью, волосы собраны в пышный элегантный пучок, на коротких пальцах виднеются разноцветные выпуклые кольца, а шею обрамляет увесистое, поблёскивающее золотом, колье с пятиконечной звездой в центре. —Сяоши попросту проспал, что присуще любому живому существу, профессор, —наконец заканчивает когтевранец. Брюнету хочется взвыть.Что вообще творит Лу Гуан?! Ведь за подобные выходки может пострадать и его факультет, однако блондин будто игнорирует эдакий исход, совершенно не заботясь об остальных, кроме Сяоши, студентах, что делят с ним не только учёбу, но и размеренную жизнь в Хогвартсе заодно. —Ладно, —Ревати заправляет выбившуюся прядь за ухо, взмахивает рукой в воздухе, тем самым обозначая конец их с Гуаном небольшого диалога, —Чен Сяоши, проходи и занимай своё место. Он рад и расстроен одновременно.С одной стороны, блондин только что спас Чена Сяоши от, как ему казалось, неминуемого наказания, однако если посмотреть на ту же ситуацию под другим углом, то окажется, что Лу Гуан выставил себя самым настоящим идиотом раз решил пожертвовать собой и остальными когтевранцами лишь ради какого-то нечаянно проспавшего взбалмышного товарища. Сяоши устраивается удобнее, достаёт перо, свёрток пергамента, чернильницу и карту звёздного неба–аналогичную той, что минутой ранее покоилась в руках Элизы Ревати. Урок проходит быстро, смешивая монотонную речь профессора да переживания по поводу недавней выходки Лу Гуана, что по какой-то неизведанной Чену Сяоши причине решил помочь непутёвому гриффиндорцу, в единую кучу. —Сяоши, —отдалённо звучит знакомый строгий голос. Чьи-то холодные тонкие руки обхватывают крепкие плечи брюнета, вытаскивая из роя, переполняющих разум, эмоций.В одно мгновение все существующие человеческие чувства обостряются: слух пронзает юношеский беспрерывный гомон, в нос ударяет запах затхлости помещения и пряности волшебных трав, а пара серо-золотых глаз начинает щуриться от света, что исходит от нескольких десятков свечей, расставленых по краям комнаты, отведённой специально для изучения астрономии. —А! —крутит головой Сяоши, —я тут! Лу Гуан приподнимает бровь. —Если ты решил, что теперь можешь спать и на уроках, то хочу тебя огорчить: мой акт помощи–одноразовая акция, —несмотря на суровость своей речи блондин бережно складывает чужие вещи в просторную чёрную сумку и аккуратно поднимает её с пола, стряхивая пыль. Вообще-то Чен Сяоши не спал, он просто задумался! —Нет, ты что! —подрывается со стула брюнет и принимает сумку из ладоней Гуана, благодарно кивая. —Ревати сказала, что мы целую неделю будем протирать телескопы и убирать класс, —продолжает Лу Гуан, когда они наконец-то покидают злосчастный кабинет и оказываются в длинном школьном коридоре, —зато она не отняла баллы. Сяоши опечаленно вздыхает и останавливается. —Спасибо, —шепчет он нервно, —и извини за неудобства. Лицо Лу Гуана светлеет.Сзади раздаётся чей-то возглас. —Вот они! —кричит Роб, подзывая Цяо Лин и Лесли. Лу Гуан и Чен Сяоши одновременно оборачиваются на источник раздражающего слух звука.Джейсон бежит в их сторону, заставляя тёмные мягкие кудри забавно подпрыгивать в такт движениям своего обладателя, следом за Робом показывается Лин и румяная Николсон, что крепко сжимает руку давней подруги. Джейсон ухмыляется, останавливаясь напротив своих товарищей. —Два дурака, —смеётся слизеринец, —в особенности ты, —он указывает на Лу Гуана. Запыхавшаяся Лесли наступает Робу на ногу, недовольно поджимая губы.Лин испуганно вздыхает, когда слышит чужой пронзительный вопль. —За что вообще?! —ноет Джейсон, прячась за спиной Цяо Лин. —Не обращайте внимание, мальчики, —улыбчиво протягивает пуффендуйка, игнорируя недавний вопрос Роба. Лу Гуан и Чен Сяоши непонимающе переглядываются. —Лу Гуан, ты молодец, что заступился за своего друга, —продолжает она. Джейсон закатывает глаза, цокает и показывается из-за своего убежища–сводной сестры Сяоши.Его ресницы подрагивают в воздухе, тем самым отражая утренний бледно-жёлтый свет, что острыми лучами разрезает продолговатое, с высокими окнами, помещение на мельчайшие осколки –частицы. Ученики суетятся, профессора методично обходят толпы детей и подростков, направляясь в нужные им места. —Посмотрел бы я на тебя и твои сладкие речи, если бы он учился на твоём факультете, —не унимается Роб. Сяоши мечется.Брюнет не хочет становиться причиной, по которой будут ссориться его друзья. —Ребят… —Чен Сяоши не успевает и слова лишнего вставить, как в разнорячённый спор вмешивается «сестра». —Забыли! —кричит Цяо Лин, злобно поглядывая то на Лесли с Джейсоном, то на Лу Гуана и Чена Сяоши, —главное, что все рубины да сапфиры на своём законном месте, остальное–значения не имеет. —Согласен, —холодно отзывается Лу Гуан, поправляя мантию и начиная удаляться в сторону кабинета по зельеварению. Им ещё в подземелья спуститься нужно, а не устраивать ссору на ровном, как кажется Гуану и Лин, месте. —Эй, —спотхватывается брюнет, —подожди! Роб бьёт тыльной стороной ладони по лбу. —И всё-таки они идиоты, —выносит окончательный вердикт он, когда когтевранец и гриффиндорец скрываются в пролёте лесницы. Лесли даёт Джейсону очередной подзатыльник.И как она вообще попала на Пуффендуй? **** Лу Гуан заходит в класс профессора Ревати первым, проверяя кабинет на наличие посторонних лиц, а после впускает изнурённого тяжёлым учебным днём Сяоши.Брюнет тут же садится на ближайших деревянный стул, скидывает мешающую сумку с плеч и победно вздыхает, понимая что скоро они вместе с Цяо Лин, Робом, Лесли и Гуаном смогут обсудить стремительно приближающуюся вечеринку или же вальяжно побеседовать о заурядных будничных вещах, отдыхая от запоминания новых заклинаний да галдящих однокурсников под боком. Немного подумав Чен Сяоши достаёт свою палочку из кармана мантии. —Терг…—начинает он, заставляя Лу Гуана вскрикнуть злобное «нет!». —Это наказание, идиот, —объясняет блондин, осматривая помещение на наличие пыли, паутины и прочей грязи. Похоже, соберутся ребята не скоро. —Придётся убирать всё самостоятельно. Сяоши хлопает глазами. —Без магии, —дополняет Гуан. Голова Чена Сяоши мгновенно рушится на парту, а тишину пронзает опечаленное «за что мне это, о, Мерлин?!» Лу Гуан же выбирает себе подходящее, для хранения личных вещей, место и подходит к дубовому, как и стол Элизы, шкафу, доставая оттуда тряпки, метлу и небольших размеров ведро.Брюнет продолжает лежать на парте. —Вставай, соня, —тыкает пальцем в чужие волосы Гуан, —пора начинать. На удивление работа идёт достаточно быстро.Оказывается, если трудиться сообща и не лениться, то уборка займёт намного меньше, чем первоначально предполагал Чен Сяоши, времени. Единственное, что так гложет юного мага ещё с самой первой минуты их с Лу Гуаном общения–прошлое блондина и таинственная причина, по которой талантливый не по годам когтевранец решил завести дружбу с недо-хулиганом Сяоши. —Кстати, —начинает Чен Сяоши, забрасывая метлу обратно в шкаф, —почему ты вообще перевёлся в Хогвартс только на последнем курсе? Гуан замирает. —Я был на домашнем обучении, —слегка увиливает он, называя уже известную Чену Сяоши информацию. —Это я знаю, —парирует брюнет. Всё-таки Сяоши не такой уж и дурак, каким его посчитал несколькими часами ранее Роб Джейсон. —Мачеха надоела, —сдаётся Гуан, третий раз протирая сверкающую чистотой полку. Брюнет вскидывает тёмную бровь, смахивая отросшую угольную чёлку с глаз. —Мачеха? —Да, —отзывается когтевранец, —хотела вырастить из меня выдающегося мага.Она знала мою мать при жизни и знала то, насколько та была сильна. Лу Гуан хмыкает, его зубы начинают скрипеть.Забеспокоившись Чен Сяоши решает прекратить свой незапланированный допрос, вернувшись к проверке пыльного телескопа у стены.Брюнет и так услышал больше, чем кто-либо ещё из профессорского или же ученического состава Хогвартса, поэтому Сяоши стоит гордиться тем, что он смог завоевать доверие такого замкнутого отстранённого человека, коим и является Лу Гуан, а не продолжать давить, задевая неприятные травмирующие темы. У каждого есть свои секреты и скелеты в шкафу. —Скоро вечеринка, —перенаправляет разговор Чен Сяоши. —Помню. —Ты же пойдёшь? —спрашивает гриффиндорцев, всеми фибрами души надеясь на положительный ответ со стороны товарища. —Загляну, —уточняет Гуан, когда уголки его бледных тонких губ приподнимаются, тем самым создавая кроткую мягкую улыбку. Лу Гуан практически не улыбается и до жути редко смеётся, предназначая подобные проявления только для Чена Сяоши,и если быть откровенным, то брюнет уж точно не готов делить такого Гуана с кем-то ещё.Пусть это будет звучать эгоистично или трусливо, но Сяоши абсолютно плевать на мораль,плевать на этику, ведь он готов пожертвовать своей и так шаткой репутацией, лишь бы Гуан оставался рядом, улыбаясь украдкой, и сжимал в жесте поддержки чужое крепкое плечо. В одно мгновение сапфировые глаза напротив перестают искриться звёздами, а точёное бледное лицо разглаживается, превращая Лу Гуана обратно в свою флегматичную холоднокровную версию. Мерлин, они знакомы пару месяцев, но у Чена Сяоши ощущение, будто когтевранец знает его не меньше десяти или даже больше лет.Настоящий парадокс. —Тогда хорошо, —расслаблятся Сяоши, осматривая кабинет и наигранно горделиво вздёргивает подбородок. —Хорошо, что мы наконец-то закончили, —поправляя подол мантии отзывается Гуан, —посидим в библиотеке, пока не закрылась? —добавляет он. —Есть хочу, —ноет брюнет, —нам пришлось пропустить ужин, а завтрак я вообще проспал. Последнюю часть своего монолога Чен Сяоши произносит чуть тише, нежели первую.Лу Гуан в свою очередь опечаленно вздыхает, запускает руку в объёмную тёмно-синюю сумку для того, чтобы вытащить пачку соблазнительно пахнущего тыквенного печенья. —Я тебя обожаю! —оживляется Сяоши, выхватывая излюбленную сладость, и вальяжно опускает веки. —Только не смей есть в библиотеке, —строго чеканит блондин, —а то придётся убираться не только в кабинете Элизы. Чен Сяоши несколько раз кивает. Гуан тенью проскальзывает в безлюдный мрачный коридор, тут же натыкаясь на чем-то взволнованную Цяо Лин.Её неизменно опрятные гладкие волосы находятся в лёгком беспорядке, а пуговицы бордового цвета кардигана застёгнуты совершенно не в том, в каком должны располагаться, порядке.Что же могло случится за столь короткий промежуток времени? Всё ведь шло по плану, верно? —Я знаю, —запинается гриффиндорка, —что это прозвучит глупо. Она пытается подобрать слова, но выходит это у волшебницы с трудом. —Всё в порядке, —успокаивающе произносит блондин. —Мне просто кажется, —Цяо Лин отводит взгляд, а Гуан начинает нервничать, —что когда-то ты уже был в Хогвартсе, что я уже видела тебя здесь. И Лу Гуану будто воздух из лёгких вышибают.Тревога скручивается неприятным пульсирующим узлом где-то в районе горла, сердце заходится в бешеном неконтролируемом ритме. Быть такого не может… —Ребят, кто хочет печенье? — выходя из кабинета по астрономии сияюще проговаривает Чен Сяоши.