Shadows of Hogwarts / Тени Хогвартса

Знать, что я медленно падаю в бездну Взять бы реванш, да уже бесполезно Если вдруг моя боль достигнет дна Я всё сожгу дотла! «LASCALA — Agonia»

Неправильный выбор - правильное решение

***

Если вы искренне считаете, что Драко Малфой и его верные телохранители были единственными хулиганами в школе, вы глубоко ошибаетесь. Возможно, они были самыми мерзкими личностями среди людей, но далеко не первые и не последние отравляли душу другим ученикам Хогвартса. Подобных неприятных молодых людей было несколько, они появлялись из курса в курс. Как менялся поток приходящих учеников, так и менялись лица хулиганов и придурковатых задир. А если вы ещё и считаете, что такие люди выходят исключительно из факультета «Слизерин», вы ошибаетесь вдвойне! На каждом из факультетов вы не найдете исключительно благородных или исключительно умных, люди всегда были и будут разными и избрание волшебной шляпой здесь не играет ровно никакой роли. Плохие и дурные личности были всегда и на всех факультетах. Странно это говорить, но благодаря именно таким нелицеприятным людям Миранда смогла познакомиться с Полумной Лавгуд. Случилось это в прошлом учебном году в одном из длинных коридоров Хогвартса. День ознаменовал собой окончание всех занятий и приятные мысли о грядущем отдыхе. Редвуд немного задержалась и недовольно ворчала, позже всех покидая класс зельеварения. Она до сих пор не понимала, на каком моменте что-то пошло не так, но в одно мгновение котёл неожиданно забурлил, запенился зелёной жижей, и та, словно живая, поползла по краям, медленно, слой за слоем расстилаясь по полу. Естественно, профессор Северус Снейп был недоволен. Он всегда находился в дурном расположении духа, никогда не улыбался, а похвалы от столь строгого учителя и вовсе дождаться было невозможно. Он заставил Миранду остаться после уроков и убирать причудливую жижу, запачкавшую холодный каменный пол, строго наказав при этом не использовать никакую магию. И она покорно оттирала, злилась, шипела сквозь зубы, но отмывала свою небольшую погрешность. Конечно же, из класса она вышла злая, словно дикая лесная ведьма. Внимание привлекли странные, насмешливые голоса за углом. Нахмурившись, Миранда решила пойти на их звук и ошеломлённо застыла. Какие-то мальчишки разбрасывали школьные вещи незнакомой светловолосой девочки, что абсолютно безэмоционально следила за этим издевательством. Кажется, это были студенты с младшего курса Когтеврана. Изверги весело смеялись и считали крайне забавным отнимать у бедняжки её личные вещи прямо из рук, перебрасывая их между собой, словно ожидая, что она будет пытаться их как-то остановить или отнять. Но она просто безмолвно стоит и не выражает никаких эмоций. — Эй, вы, придурки! — Редвуд на правах старшей орёт с другого конца коридора, и малышня мигом оборачивается, пугается. Настоящая злая бестия надвигается к ним быстрыми, рваными шагами. Ещё немного и она, словно разьяренный тигр, бегом бросится к хулиганам и начнёт рвать их на кусочки. А всё из-за этого дурацкого котла и пола, который пришлось оттирать полчаса. Мальчишки опасливо переглянулись между собой, побросали вещи девочки и побежали прочь трусцой. Они своё дело сделали, больше было незачем здесь оставаться. — То-то же, жалкие трусы! Попробуйте вернуться и будете пожирать слизней до конца этой недели! — кричит она им вслед, но хулиганов уже и не видно. — Привет. Ты в порядке? — голос Миранды мгновенно становится каким-то нежным, осторожным, словно она боится ненароком спугнуть новую знакомую. Девочка лишь странно, загадочно улыбается, она была подозрительно расслабленной, словно ничего особенного и не случилось. — Всё хорошо, это просто такая игра. Редвуд опешила, не понимая, как на это нужно реагировать. Это была не игра, а простое, обычное издевательство. Неужели она этого не понимает?! — Меня зовут Полумна, кстати. Полумна Лавгуд. А тебя? Новая знакомая мило улыбается. Мира пытается прочитать на её лице обиду, печаль или разочарование, но ничего этого нет. Словно шалости глупых мальчишек для неё действительно не казались чем-то неправильным. — Миранда. Миранда Редвуд. Я с третьего курса, тоже Когтевран, — она улыбнулась в ответ, но более настороженно, пытаясь понять тот казус, что здесь сейчас произошёл. Господи, как же это было странно. Просто невероятно странно. — Слушай… — девчонка запинается, выдерживает паузу, чтобы правильно подобрать слова, — а они всегда с тобой… Вот так? Ну, я имею ввиду, «играют»? Редвуд неловко почесывает затылок, не понимая, либо она неправильно всё поняла и так вероломно влезла в чужие взаимоотношения, не подумав, либо её новая знакомая действительно была… необычной. — Мы играем довольно часто, после каждых уроков. После этого у меня пропадают вещи. Я думаю, это всё проделки нарглов… — Полумна снова одаривает Миру мягкой, совершенно искренней улыбкой. Редвуд сочувствующе смотрит на неё, а после злобно сверлит взглядом угол, за который трусливо убежали хулиганы. — Слушай, давай я помогу тебе собрать этот хаос, а потом пойдем и отыщем твои потерянные вещи, ладно? — Когтевранка тепло улыбается, всем своим видом показывая, что не собирается делать ничего плохого. — Правда, всё в порядке, мне помощь не нужна. Мягко открещивается Луна, но Миранда настаивает. — Разве можно отказываться от помощи друга? — она по-доброму ухмыляется, делая шаг к Полумне и протягивает руку в дружелюбном жесте, показывая свою безобидность и искренность. — Вдвоём мы управимся намного быстрее, ты так не думаешь? Редвуд смеётся, наблюдая за тем, как Полумна расцветает. Лавгуд тянет руку в ответ, они обмениваются мягким и нежным рукопожатием. Кажется, у странной девочки только что появился первый друг. Она не могла объяснить своего внезапного добродетельного порыва и эту вечную жажду справедливости. Может, она видела в этой необычной, светловолосой девочке себя, когда была помладше? Или это всё из-за того, что за неё саму часто заступался Терри Бут? Она была маленькой, растерянной первокурсницей, пытающейся понять новый уклад жизни. Когда тебе внезапно говорят, что ты не просто обычный человек, а самый настоящий волшебник, привычный мир словно переворачивается вверх дном, неумолимо погружая в череду новых испытаний и совершенно иных повседневных занятий. И ты чувствуешь себя ужасно нелепо и глупо, когда не знаешь базовых и очевидных вещей, которые давно известны всем чистокровным волшебникам. Она не знала, что из себя представляют эти непонятные факультеты, что такое квиддич, ужасно боялась привидений и невероятно удивлялась, что, оказывается, на мётлах можно было летать. Рассказать бы об этом маме, видит Мерлин, она бы перестала быть домохозяйкой и летала бы на своей швабре целый день, вместо того, чтобы в очередной раз помыть все полы в доме. Редвуд сталкивалась с насмешками в свой адрес касательно своего магловского прошлого, ведь она слишком поздно проявила магические способности, успев даже поучиться некоторое время в обычной британской школе. На помощь всегда приходил Терри Бут в компании своих лучших друзей — Майкла Корнера и Энтони Голдстейна. Так они и подружились, дали уверенность, наделили чувством собственного достоинства. В школе магии и волшебства «Хогвартс» ты не только учился магическим трюкам и взаимодействию со странным и незнакомым миром, ещё ты учился дружбе, заботе, ответственности и эмпатии к окружающим. На подобных чувствах держался весь фундамент маленького мира юной волшебницы, плотно оседая в голове и формируя её личность. Сплочённость — символ прогресса и достижения невероятных высот…

***

Она читала об этом когда-то давно, в одной из магловских газет, что каждое утро чудесным образом лежали у двери в их дом. «Не выдержав издевательства своих одноклассников, мальчик ворвался в школу и пересстрелял всех, кто находился на уроке! О подробностях читайте дальше со слов опрошенных очевидцев!» — Мам, пап, смотрите, что здесь пишут! Миранда вскочила со своего насиженного на диване места и шурша бумагой прибежала к родителям. Мать что-то готовила на кухне, а отец читал очередную неинтересную для Редвуд книгу. Что-то про археологические раскопки и интересные факты из древних времён. Ну и занудство! — Что у тебя там, родная? Уильям Редвуд тяжело вздохнул, взял газету в руки и начал читать. Увидев те самые строки, которые так сильно впечатлили его дочь, он резко смял газету, превращая её в обычный бумажный шар. — Ну и ужасы пишут в новостях, детям такое точно не стоит читать! Недовольно проворчал отец, обеспокоенно наблюдая за Мирандой, которой этот жест явно не понравился. — Но пап, я уже не ребёнок! Ты думаешь, я из-за какой-то дурацкой газеты пойду повторять всё, что там написано? Возмущению не было предела. Только полностью безумный человек мог вот так взять и убить своих одноклассников. Она не считала себя кем-то подобным… Как иронично, что теперь, спустя несколько лет, обрывок из газеты с ужасающими событиями превратился в глупую и неотвратимую реальность. Небула была безумна, это главный и неоспоримый факт, но в её мотивации к столь жестокому поступку Миранда видела что-то ещё… Что-то, что она упорно упускала из виду, за что можно было бы зацепиться и прекратить этот надоевший цирк. Последние несколько дней она была сама не своя. Подозрительно молчала на уроках, была сосредоточена, в дуэльном клубе стала показывать более лучшие результаты, чем раньше. Донни хвалил её, но прекрасно видел, что Миранда была не в духе и старался лишний раз не навязываться. В учёбе она была прилежна, даже не позволяла себе разговаривать на уроках, и никто не понимал, что так внезапно переменило её настроение. Они часто собирались в гостиной Когтеврана, и Редвуд впервые не особо хотелось там появляться, но ребята настояли. — Эй, Мира, — так её всегда называли друзья. — Ты какая-то странная в последнее время, ты заболела? Первым решил подать голос Майкл Корнер, он обеспокоенно переглядывался с Терри Бутом и Энтони Голдстейном, словно сверялся с ними, правильно ли подобрал слова. — Мы можем вместе с тобой пойти к мисс Помфри, если ты стесняешься… Падма Патил сидела рядом, осматривая соседку сочувствующим взглядом. Было приятно их внимание, но все они были не правы. — Слушай, если это из-за Малфоя… Начал было Терри, но увидев резко переменившийся взгляд Миранды, напоминающий яростного чёрного дракона, решил не заканчивать предложение. Да, ты чертовски прав, Терри, это из-за Малфоя, вот только совсем по другой причине, о которой рассказать было невозможно. Тогда она бы подвергла опасности и своих друзей. — Нет, со мной всё в полном порядке, просто столько всего навалилось… И учёба, и клуб, теперь и этот турнир, в котором даже нельзя принять участие, естественно это бесит! Она попыталась соврать, придумать правдоподобную отговорку, чтобы обозначить своё состояние, и надеялась, что они ей поверят. Иначе никак. — Парни, кажется, я слышал о чём-то таком… Майкл говорил шёпотом, но недостаточно тихо, чтобы Мира его не услышала. Все трое парней склонили друг к другу головы, с интересом внимая, что сейчас скажет Корнер. — У неё это самое… ну, женское… эти дни… Ай! Прямо в голову молодого человека прилетела книга по трансфигурации, секунду назад лежавшая на кофейном столике. Она громко стукнулась о мужскую голову и с грохотом упала на пол. — За что? Я же просто предположил! — Тупые у тебя предположения, Майкл! Кажется, это была запрещённая тема, которую молодые девчонки не особо сильно хотели обсуждать с парнями. Это было слишком стеснительно, эта тема предназначена только для женского сообщества! — Никто же не обсуждает, чем вы там занимаетесь в своих спальнях… Миранда хищно улыбнулась, такая конфронтация насыщала её весельем. Эти придурки всегда могли поднять даже самое ужасное настроение своими глупыми шутками и непринужденной беседой. Майкл, почему-то, тоже покраснел, Терри Бут прилично прокашлялся, Энтони и вовсе отвёл взгляд. Никто не хотел дальше обсуждать эту тему. — Правда, ребята, успокойтесь, как только я привыкну, сразу всё наладится! Кажется, эти слова она говорила не им, а себе. Старалась сохранять в голосе прежнюю уверенность, прежнее остервенение, но получалось это весьма натянуто и неискренне. Они были далеко не глупыми людьми и сразу это почувствовали, так как беспокойство с их лиц так и не исчезло. Когтевранцы переглянулись между собой, Падма первой решила подать голос. — Если тебе захочется поговорить, я выслушаю, только скажи. Она нежно взяла руки Миранды в свои, показывая поддержку и вовлечённость. Они живут бок о бок уже четвёртый год, вместе прошли через множество неприятностей и теперь все здесь, в гостиной Когтеврана. Было приятно осознавать, что этим людям не всё равно на твои проблемы, но оттого и больно было столь нагло лгать. Если бы она рассказала, они бы поверили? Конечно, поверили, Редвуд никогда ещё не отличалась клеветой и наговариванием на других учеников. Только какие бы были последствия? Одна только мысль вызывала мурашки по коже. Никто не должен знать, пока она не разберётся. Самым логичным выходом в такой ситуации было сделать вид вовлечённости в коварные планы Небулы. Если Мира будет знать, что именно хочет сделать сумасшедшая девочка, будет возможность помешать исполнению кровавого приговора. Но сделать это нужно было аккуратно, без подозрений… Небула хотела совершить роковое убийство и выйти абсолютно чистой из лужи крови, продолжив жить дальше, но разве можно было это сделать, осознавая, скольких людей ты убил? Скольких лишил будущего? Может быть сумасшедшая девочка могла позволить себе такую «роскошь», но только не Редвуд. Конечно же, можно было без проблем позволить Лавкрафт совершить задуманное, просто плыть по течению и не вмешиваться в это безумие. Тогда кровь будет и на её руках тоже, и она никогда не сможет себя за это простить. Нужно было подыграть, показать готовность, а в удобный момент сдать сумасшедшую и тогда никто не пострадает. Теперь внушительные и ранее изящные стены Хогвартса казались такими давящими, такими невозможными, на секунду даже показалось, что это начало развития клаустрофобии. После каждого урока катастрофически не хватало кислорода в легких, хотелось на свежий воздух, девчонка не противилась своим желаниям. Было приятно отдыхать, сидя на слегка подсохшей от осени траве, наслаждаться опадающими листьями, что кружились в танце вместе с завывающим ветром, треплющим длинные подкрашенные волосы. Учебный год только начался, а уже хотелось расслабиться, сбросить ненужный груз мыслей, освободиться от предательских оков, что пытаются прибить тебя к полу. Во время тренировочных дуэлей она, конечно, получала определённую разрядку — всегда приятно пошвыряться в кого-нибудь заклинаниями, особенно если он не против. Но этого было явно недостаточно. Нужно было нечто… большее. Но пока об этом думать рано. Небула сказала, что ждёт подходящего момента, чтобы нанести смертельный удар, и сразу же свяжется с Мирандой, как только этот момент настанет. А время неумолимо и быстро движется вперед. Тик-так-тик-так. Почти подошла к концу первая учебная неделя. В таком ожидании можно было и умереть от напряжения. — Говорят ты скисла, Редвуд. Может пора вернуться домой, к своим мерзким магловским друзьям? Из расслабляющего транса вывел голос Драко Малфоя. Его внезапное появление было подобно вылитому на рану раскаленному железу. Миранда от неожиданности резко распахнула глаза, чуть ли мгновенно не подпрыгивая на месте. Её лицо раскраснелось от внезапно нахлынувшей злости. — Что тебе нужно, Малфой? Проваливай, у меня нет никакого настроения с тобой разговаривать! — Я бы с радостью, но ты сидишь на нашем месте, Редвуд… Он чуть ли не шипит от отвращения, словно ядовитая египетская кобра. Рядом с Малфоем стояло еще несколько Слизеринцев: Теодор Нотт и Блейз Забини. Иногда они ходили вместе, но в отличие от Крэбба и Гойла, Миранде казалось, что с этими двумя у Драко что-то могло быть похожим на человеческую дружбу. Не понимая, что он несёт, она подняла голову вверх и заметила, что выбрала местом для отдыха излюбленное дерево слизеринцев, около которого они обозначали свои точки сбора и общались здесь на переменах. — Это что, ваше личное дерево? Твой папочка и его тебе выкупил? Слова вырвались сами собой от переполняющего гнева и чувства тотальной несправедливости. Слухи о том, что отец Драко Малфоя незаслуженно продвигает сына в престижные позиции Хогвартса пошли ещё со второго курса, когда Гермиона Грейнджер прилюдно унизила слизеринца, заявив, что место в команде по квиддичу ему купил горячо любимый папочка. С тех пор каждый пытался его этим уколоть. Хотя это была неправда, Драко многого добился сам и входил в число лучших учеников, было бы несправедливо обесценивать его способности, но сейчас так хотелось сделать больно… — Закрой свой рот, вонючая грязнокровка! То-самое-непростительное-слово сорвалось с его губ, как самый настоящий ядовитый плевок в лицо. Кобра нанесла свой резкий и коварный удар, окутывая жертву плотными кольцами и лишая кислорода. — Драко, пойдём, не трать на это время... Нотт попытался сгладить конфликт, рукой похлопав Малфоя по плечу, призывая развернуться и оставить девчонку в покое, но пути назад уже не было. Можно было оскорблять друг друга как угодно, но только не подобными словами. Это считалось высшей степеню неуважения, бескультурия и всего самого плохого, что только можно было представить. Называя кого-то «грязнокровкой», ты оскорбляешь не только этого человека, но и всю его семью, всех близких родственников, и это было очень гадко, просто невыносимо мерзко и гадко! — Ах, вот как, значит, — она говорила поразительно спокойно, исподлобья косясь на Малфоя. Воздух был пропитан напряжением. — А что если я скажу тебе, что наша с тобой кровь абсолютно одинаковая? Тогда ты заберёшь свои мерзкие слова обратно? Редвуд медленно зверела, голубые глаза словно потемнели от переполняемой злости. Слишком много приходилось думать, слишком много навязчивых, плохих мыслей, её буквально трясёт от ярости и сдерживания в себе самых отвратительных желаний. Рассудок кричал: «Не делай то, о чём потом пожалеешь!» Неизвестно, либо использование непростительных заклятий так влияло на мысли, вызывая ранее казавшиеся непотребными ужасные желания насилия, или же собственная злость могла настолько пошатнуть моральные принципы, но она с трудом сдерживалась. Жгучий, отвратительный ком подкатил к горлу. Ей нужно что-то сделать сейчас, как-то выпустить скопившуюся злобу и отчаяние, иначе она просто сорвётся, расплачется и убежит. Этого никак нельзя допустить, нельзя показывать слабость, они только этого и ждали. Сразу же нанесут удар по больной точке и в дальнейшем запомнят, будут использовать. Малфой недоверчиво покосился на Миранду. Она подошла ближе, он сразу отступил назад. — Инцисио! Точно также, как можно было создать заклинание Стигматус, проявив немного воображения, аналогично можно было сотворить любое подобное заклинание. Оно было несложным, просто относительно бесполезным в применении по понятным причинам, и она никогда не знала, что это пригодится именно сейчас. Миранда направила волшебную палочку на свою ладонь, буквально на секунду замерла, неуверенная в своих действиях, но после плавно и медленно провела по коже, на этом месте сразу же появился кровавый разрез. Она поморщилась от боли, прекращая режущее движение и сразу же выставила ладонь вперед, показывая трём опешившим ученикам алую стекающую по руке кровь. — Смотри, Малфой, это — настоящая кровь. Никакого обмана, всё на твоих глазах, — Миранда слизнула стекающие тёплые капли, вынуждая мальчишек замереть от испуга. Это было абсолютно ненормально. — Вкус такой же металлический, никаких изменений… Было приятно видеть это недоумение и шок на их лицах. Больше никаких ухмылок, никаких насмешек, только сплошное непонимание и отвращение. — Когда тебя поранил гиппогриф, она была точно такой же. Никаких различий… Она произнесла это остервенело, со всей злобой, что накопилась от унижений за эти годы. — Отойди. Ты сумасшедшая! Испуганно пролепетал Драко, от надменности не осталось и следа. Тео реагировал на это с неменьшим шоком, она только что нанесла себе глубокий порез и вела себя так, словно это была маленькая кошачья царапина. Блейз, на удивление, был заинтересован, он тоже никогда не видел ничего подобного, но и не выглядел испуганным. Больше любопытным. Они рассматривали её, как зверя в зоопарке. Вот так выглядит безумие? Редвуд сделала резкое движение и схватила раненой ладонью Драко за запястье, мальчишка сразу же вырвался, но этого было вполне достаточно, чтобы оставить на его руке кровавый отпечаток пальцев. — О нет, посмотрите на это, кровь грязнокровки попала на идеальную кожу чистокровного ублюдка Драко Малфоя. Теперь она тебя расплавит… Девчонка издевательски вскинула руки, театрально выплевывая сарказм за сарказмом. Кажется, это представление стало привлекать других учеников, они заинтересованно поворачивали головы и пытались понять, что здесь происходит. — Пошли отсюда! Рявкнул Малфой, рывком развернулся и убежал трусцой, друзья последовали его примеру. Они просто не знали, как можно было это прокомментировать. Миранда сразу же скрыла окровавленную руку под мантией, чтобы не привлекать лишнее внимание любопытных глаз. Как только ученики вновь отправились по своим делам, она тут же села, скрючившись пополам. Это было невыносимо больно, слёзы сразу же хлынули из голубых глаз. Стоило титанических усилий не расплакаться прямо перед слизеринцами. Это было проще, когда тело подогревала злоба, а сейчас… Ничего не осталось, только обречённая, зияющая пустота. Нужно было срочно отправиться к мадам Помфри за помощью, она и так достаточно потеряла на сегодня крови. Прикрывая лицо капюшоном мантии, всё ещё всхлипывая, она проскочила к медицинскому крылу, постучав в дверь здоровой рукой. Кровь уже залила рукав мантии настолько, что он был полностью промокшим. Тело бил озноб. Дверь открылась, на пороге стояла мисс Помфри. — Мерлин, дорогая моя, что с тобой случилось? Женщина сразу распознала болезненное состояние Редвуд, даже не пришлось ничего объяснять. — Порезалась на занятиях… Только так и удалось соврать дрожащим от слёз и боли голосом. Женщина заботливо пропустила Миранду вперед, сразу же оказывая необходимую помощь. Хорошо, что она никогда не задавала лишних вопросов.

***

Пришло время огласить выбранных кубком чемпионов. Фред и Джордж попытались обмануть возрастную черту и подать заявки, но вместо этого устроили весёлую потасовку, превратившись в обычных стариков. Мальчишки действительно думали обмануть систему, нужно, хотя бы, отдать им должное. Миранда была слишком далека от царящего здесь веселья и хорошего настроения. Она подперла рукой голову и пустым взглядом уставилась в увесистую каменную стену, освещенную голубым огнём пылающего кубка. Имена выбранных чемпионов пролетали где-то отстранённо, словно не в этом мире. Люди каждый раз громко аплодировали, но это было где-то там, фоном, размазанными отдаленными звуками. Виктор Крам, Флёр Делакур, Седрик Диггори… От кровоточащей, глубокой раны на руке не осталось и следа, всё благодаря мадам Помфри. Миранда никому не рассказывала об этой ситуации, её бы точно посчитали чокнутой, и поскольку никто не задавал провокационных вопросов, Малфой с его друзьями тоже никому об этом не рассказали. Из транса вывел оглушительный крик Альбуса Дамблдора. — Гарри Поттер! А это что ещё за бред? Редвуд нахмурилась, наконец-то обращая внимание на происходящее в зале. Все ученики одновременно переглядывались, в глазах полное непонимание. — Гарри Поттер!!! Альбус повторил ещё громче, названный мальчишка нерешительно встал и поплелся к кубку под пожирающие и уничтожающие его взгляды. Ему не было семнадцати лет, как он смог подать заявку на участие? Это было немыслимо и неправильно, как-то… глупо! По всему большому залу начался неумолкаемый гул, в потоке бушующих эмоций Миранда заметила Небулу, что подозрительно зловеще поглядывала в её сторону. Короткий кивок означал, что подходящее время, наконец, пришло. Это было начало. Начало конца.