Аскеза на желание

Последняя тренировка завершена, и Чимин спешит в душ. Хочется поскорее оказаться дома, но впереди ещё квест в виде общественного транспорта и прогулки пешком от остановки. Квест увлекательный, если только ты не выползаешь из фитнес-клуба после насыщенного трудового дня. «Инструктор по стретчингу и пилатесу» — гласит надпись на его бейдже. Два любимых направления, в которых работает и профессионально развивается далеко не первый год. Скидывая форму в спортивную сумку, Пак накидывает шубу и выходит, вежливо прощаясь с администратором за стойкой и дружелюбно кивая клиентам клуба. — Чимин, — окликает знакомый голос. Сердце ускоряет свой бег. Не веря своим ушам, омега останавливается. Даёт себе пару секунд собраться. Оборачивается. — Привет, — альфа подходит ближе. — Привет… Юнги, кажется? — сложно изображать неузнавание, когда захлёстывает буря эмоций. — Да, думаю, действительно дал повод забыть меня, — чешет затылок. — Прости. Мы можем поговорить? — Говори, — пожимает плечами. — Как насчёт кафе или ресторана? Куда хочешь, — пытливо заглядывает в равнодушные глаза. — В этом есть необходимость? — вопросительно приподняты брови. Губы сжаты. — Прошу, дай мне возможность объясниться и исправить свои ошибки, — шаг ближе. Одновременно хочется сделать шаг навстречу и, наоборот, отстраниться. Омега стоит на месте, стараясь ничем не выдать волнения. — Какие, например? На лице Юнги отражается понимание. Не дурак, знает, за что получает сейчас холодную пытку. Невесёлая улыбка касается его привлекательных губ. — Во-первых, мне стоило попросить твой номер телефона, а не сбегать, — наклон головы. Неотрывно глаза в глаза. — То есть признаёшь, что сбежал? — складывает руки на груди, закрываясь. — Именно это я и сделал, — спокойно, серьёзно. — Продолжим разговор в более уединённой обстановке? — Слушай, Юнги, — вздыхает омега устало. — Уважаю тебя за то, что признался — сбежал, но на этом стоит поставить точку. Тебе так не кажется? — Мне именно так и казалось. Но я ошибся и готов это признать. — Не понимаю тебя, — хмурится Пак. — Всего один ужин. Любое место, какое выберешь. Пожалуйста, — искренне. Уверенное спокойствие без давления и прямота подкупают. — Любое? — хитрым прищуром. — Да, — утвердительно кивает. — Хорошо. Идём. До ближайшей кофейни быстрым шагом всего пять минут. Пять минут тишины и сомнений. Чимин намеренно идёт чуть впереди, демонстрируя нежелание продолжать диалог. — Ты мог выбрать что угодно и выбрал это место? — Юнги протискивается между плотно расставленных столиков. — Дело не в месте. А в компании, — фыркает Пак. Не глядя в меню, озвучивает свой заказ и тепло благодарит, когда перед ним выставляют блюда. После работы он действительно голоден. Альфа добавляет к заказу лишь чашку кофе, оплачивает счёт и настойчиво забирает из рук омеги заставленный тарелками поднос. — Говори, что хотел. Как только закончу есть, уйду, если не приму обратное решение, — заняв столик в самом углу, закатывает рукава кофты. — Что ж. Надеюсь, ты ешь не очень быстро, — обхватывает ладонями кружку свежезаваренного напитка. Скептически приподнятая бровь. Надменный взгляд. Без усердий намотанная на палочки лапша размером с половину порции. Юнги с удивлением наблюдает, как огромный ком исчезает во рту омеги. Набитые щёки растопырены, но Пак смотрит в ответ с таким чувством достоинства, что альфа лишь восхищённо присвистывает. — Люблю омег с хорошим аппетитом, — склонившись ближе к собеседнику. Пак едва не давится от сексуально низкого баритона. Застывает на несколько секунд, прежде чем продолжить усиленно жевать. Проглотив, облизывается. — Ты что-то хотел сказать, — напоминает. Тянется к бутылке с водой. Во рту сухо. Не от остроты рамена. От пронизывающего взгляда Юнги. — Что ж, все карты на стол, верно? — постукивает подушечками пальцев, будто решаясь. Молча рассматривая собеседника, Чимин старается не выдать заинтересованности. — У меня был достаточно неприятный опыт, — Мин поднимает глаза. Те будто заиндевели. В груди неприятно сжимается. Отчего-то хочется наклониться и сжать лежащую неспокойно ладонь. — Болезненный, если говорить точнее, — вздох. — Мы были женаты. Я души в нём не чаял. А после развода узнал, что он изменял мне чуть ли не со всеми моими друзьями. С тех пор я запретил себе влюбляться. Ведь, очевидно, совершенно не разбираюсь… Как страшно услышать: «не разбираюсь в омегах». От ожидания этой фразы колет под рёбрами. — В людях. Дружба, любовь. Решил, это больше не для меня. Мне навязывали, что я погряз в устаревших принципах. Мол, «один и на всю жизнь» больше не в моде. Сейчас всем хочется разнообразия. И позволять своему омеге тра… — сглатывает неприличное слово, — развлекаться с другими альфами — залог крепких, счастливых отношений. Ни такая дружба, ни такие отношения мне не нужны. Я старомоден. Для меня остаются важными верность, искренность и откровенность. Убедив себя, что такого партнёра сейчас не найти, сдался. Ты первый за много лет, с кем… — запинается. — Говори как есть, — негромко. Чувствует, что Юнги пытается подобрать более подходящие слова. — Ты первый за много лет, с кем мне захотелось большего, чем просто физиологии, бездушного секса. Знакомство с тобой взбудоражило меня. Заставило задуматься о том, что, может, стоит попробовать? Чимин грустно улыбается. Этот альфа действительно не разбирается в омегах. Надо же было среди тысяч, миллионов вариантов выбрать того, кто избегает отношений как только может. — Да, понимаю, звучит немного безумно, — Мин чешет затылок. — Потому мне пришлось выбрать дистанцию, чтобы разобраться в чувствах. И в том, что мне действительно надо. К чему я готов. Прости, я обещал сказать прямо, как есть. Испортил романтику? В жизни Чимина вся романтика была мимолётной и вела в постель. Не зная, что ответить, пожимает плечами и делает вид, что увлечён едой. — Мне правда хотелось бы познакомиться с тобой поближе. И, возможно, если мы подходим… попробовать? — осторожно. — Познакомиться, значит, — промакивает губы салфеткой. — У тебя есть тест на совместимость? — Нет. Просто общаться. Видеться. Спрашивай что хочешь, я на всё отвечу честно, — делает первый глоток остывающего напитка. Внутри всё обрывается. Рассматривая сидящего напротив мужчину, Пак явственно ощущает: надо ставить точку сейчас. Иначе серьёзность, с которой Юнги относится к нему, не доведёт до добра. — Сколько тебе лет? — откидывается на спинку стула. — Тридцать пять. А тебе? — не до конца понимая настрой омеги, явно изменившийся после всего рассказанного. — Уже ведь знаешь, — не вопрос, утверждение. — Тридцать? — уточняет Юнги. Ему в ответ положительно кивают. Нарастает чувство подвоха. Что-то не так. — Кем работаешь? — складывает руки на груди, закрываясь. — Хм, — прокручивает в руках кружку. — Так сразу. — Ну, ты уже знаешь, кем работаю я. Кстати, откуда? — не столь интересно, сколь подтвердить собственные догадки. — Нашёл твой профиль в интернете, — отводит взгляд. Не мудрено. В отличие от некоторых, Чимин не скрывается. Вбив его имя и фамилию, зная, как он выглядит, найти его не составляет большого труда. А вот он приложил много усилий, но так и не нашёл в социальных сетях Юнги. — Было бы честно, знай и я твоё место работы? — У меня своя строительная компания, — вздох. — Ого, — присвистнув. — Серьёзно? — Ну, да, — выдавливая кислую улыбку. — Не то чтобы большая. — Обычно альфы стараются произвести впечатление и приукрашивают реальность. А ты будто наоборот? — пользуется тем, что Мин обещал говорить правду. — Всё то же прошлое, — невесёлой усмешкой. — Трудно избавиться от ощущения, что всем от тебя нужны только деньги. — И много у тебя денег? — намеренно выводит альфу из себя. Ни в какую романтику не верит. — Достаточно, — голос на тон холоднее. — Может, поговорим о тебе? — А что обо мне? — пожимает плечами. — Я небогат. Падок на деньги. И не держу целибат лет эдак… с шестнадцати. — С шестнадцати? — удивлённо. — Угу. Взаимная дрочка в пятнадцать не считается, — ухмылкой. — Что ты пытаешься доказать мне сейчас? — сощуривает глаза. Хочется сказать правду: «Что не подхожу для отношений, болван! И ты снова ошибся». Но Пак игнорирует вопрос. — Я доел. Можем идти. — Попрошу налить кофе с собой, минуту, — хмуро соглашается Мин. Чимин не ждёт, сразу идёт к выходу. На улице зябко. Кутается в шубу. Подставляет разгорячённое лицо морозному воздуху. На душе гадко. Столько мыслей было об этом альфе. И вот же он. Даже готов не просто на секс, на отношения. А теперь хочется оттолкнуть, сбежать. Что происходит? Сам себя не поймёт. — Прогуляемся? Голос Юнги заставляет вздрогнуть от неожиданности. Задумавшись, не услышал, что уже не один. — Прохладно для прогулок, — отвечает бесцветным голосом, пряча эмоции. — Может, подвезёшь меня до дома? — вырывается само. Пожалеть уже не успеет. — Подвезу. Машина припаркована у твоего фитнес-клуба, — соглашается сдержанно. — Что ж, прогуляться всё же придётся, — сжимает воротник, пряча замёрзший нос и внезапно нахлынувшую тоску. Дорога занимает всего минут десять. Но ощущается гораздо длиннее в напряжённой тишине, не нарушаемой даже светской беседой для приличия. Каждый задумался о своём. На парковке осталось не много машин. Юнги достаёт брелок и аварийные огни чёрного BMW X6 приветственно моргают. Передняя дверь открывается перед замешкавшимся на секунду омегой. Молча ныряя в роскошный салон автомобиля, Чимин оглядывается. — Вау, — выдыхает тихо. — Адрес? — спокойно уточняет Мин, заняв водительское кресло. Называя улицу и номер дома, Пак сжимает руки в замок, пытаясь вернуть самообладание. Короткие комментарии мало похожи на диалог. Разговор явно не клеится. Противоречия раздирают: с одной стороны — ликование, получилось отвадить альфу от серьёзных намерений; с другой — разочарование, что тот, о ком думал столько дней подряд, даже не усомнился в меркантильности Чимина. Порой омег сложно понять. Путаясь в собственных мыслях и желаниях, Пак себя всего ощущает сложным и неправильным. — Кажется, здесь? — Юнги останавливается, следуя указаниям навигатора, и окидывает взглядом многоэтажку. — Да, — щелчок отстёгиваемого ремня безопасности. Всего несколько неловких секунд. Вдох. Выдох. Смятая в руках лямка сумки. — Ну, что ж, мне пора… — Чимин… Они выпаливают одновременно. Оборачиваются друг к другу. — Говори, — тихо просит Пак. — Я… — почёсывает лоб. — Я не глуп. Да, не врал, что плохо разбираюсь в людях. Но не настолько, чтобы не заметить откровенную фальшь, — проницательно смотрит в округлившиеся глаза. — Что ты имеешь в виду? — осторожно уточняет. — То, что омеги, которых интересуют только деньги, не ведут себя так. Они скрывают свою заинтересованность или хотя бы пытаются это сделать. Не замыкаются сразу, как только им озвучивают предложение попробовать отношения. Наоборот, цепляются, как за последний шанс. На глаза стремительно набегают слёзы. Нет, это всё же гормоны. Чимин уверен. Приходится отвернуться и сделать вид, что увидел нечто интересное. — Может, я просто глупый. Потому не скрываю, — тихо. — Ты можешь сказать, что я не в твоём вкусе или любую причину, почему не хочешь общаться. Но не ври мне. Пожалуйста, — просит негромко и уверенно, что сердце омеги сжимается. Чёрт возьми, как давно не ощущал ничего подобного. — Прости, — шепчет Чимин, оборачиваясь. — У каждого человека есть свои истории, которые влияют на поведение, самоощущения и принимаемые решения. Возможно, ты не готов рассказывать свои. Не хочу давить и настаивать. Но хочу попросить дать мне шанс. Дать нам шанс узнать друг друга, — подаётся вперёд, не нарушая личное пространство. — Что скажешь? — Неожиданное предложение от альфы, сбежавшего после первой же встречи, — шмыгает носом. Сложно скрывать истинные эмоции. Его так легко растрогать? — Да, понимаю. Потому предлагаю узнавать друг друга лучше постепенно, — уговаривает. Молчит некоторое время, всматриваясь в силуэт пассажира. — Разрешишь пригласить тебя на свидание? Никаких обязательств. Можем просто пообщаться как друзья. «Никаких обязательств» — фраза, отворачивающая обычных омег, но успокаивающая неправильного омегу Пак Чимина. — Разрешу, — соглашается мягкой улыбкой. — Тогда, может, обменяемся номерами телефонов и договоримся о дате? — предпринимает ещё один шаг для сближения. — Окей, — соглашается и диктует свой номер. Юнги выходит, чтобы проводить до подъезда. Это совсем необязательно, но Чимину даже нравится такая бережная настойчивость. — Спасибо, что подвёз. И спасибо, что… пригласил на свидание, — прячет нос в ворот шубы от смущения. Чувствует себя подростком, которого провожает одноклассник. — Тебе спасибо, что согласился поужинать со мной, хотя ты действительно мало съел. Надеюсь, в нашу вторую встречу не будешь сдерживать себя. В этой фразе нет двойного смысла, нет намёков. Но Пак их привносит сам. Ах, как бы он хотел не сдерживать себя именно с Мин Юнги! Не думая о последствиях, выныривает из тёплого укрытия и тянется поцеловать в щёку. Альфа тянется, видимо, за тем же. Они неуклюже мечутся и в итоге сталкиваются губами. Мимолётное касание. Совсем не похоже на настоящий поцелуй. Но двоих почему-то закоротило. Замерли, неуверенно глядя друг на друга. Дыхание сорвано. Во взглядах видно борьбу, смятение. Проигрыш. Голодно набрасываются, стукаются зубами, обхватывают друг друга, притягивая ближе. Поцелуй выходит сумасшедшим, жарким, страстным. Пальчики на ногах подгибаются от удовольствия. Нестерпимо тянет в паху. Стон, непонятно с чьих именно губ сорванный, отрезвляет. Отшатываются друг от друга, тяжело дыша. Юнги мог бы сказать, что сожалеет. Что виноват. Что не хотел. И это оттолкнуло бы Чимина ещё больше. Но он лишь хрипло шепчет: — Меня тянет к тебе безумно сильно. Это не может быть просто так. Чудо? Судьба? Кружит голову от того, насколько альфа серьёзен. От того, что не боится показаться уязвимым, не скрывает, сколько боли принесло пережитое предательство. Происходящее ощущается волшебством. Из приоткрытого рта вырывается пар и его приходится закрыть. Нет сил что-то ответить. Чимин ошеломлён и растерян. — Так, значит, до новой встречи? — с надеждой в голосе. Замечая волнение в глазах напротив, Пак робко улыбается. Сдерживает порыв обнять Юнги и тихо шепчет, прежде чем сбежать в квартиру: — До встречи.