Свайп вправо

Джейс чувствовал, как голова буквально пухнет от навалившейся на него информации. Встречаться с инвесторами и младшей Медардой ему не хотелось. Ещё меньше, как оказалось, ему хотелось встречаться с собственными не отрефлексированными страхами и суровой реальностью. Он всё это время переписывался с Виктором. Джейсу одновременно смешно, и как-то стрёмно. Иного вывода быть не может, совпадений слишком много. Ясно стало и то, кому в телефоне так улыбался моментами Виктор, когда отвлекался. Ему. Никто не ожидает, что попадёт в клишированный сюжет, пока жизнь не доказывает в очередной раз: она самый искусный драматург. Неожиданно для себя Джейс понимает, что его это радует. Джейс обдумывал, как и что скажет Виктору. Признаться вот так прямо, выложить карты на стол и опозориться до конца их совместной работы? Джейс не знал, что ему предпринять. Всё одновременно и завораживало, и пугало. Кто ещё может похвастаться тем, что стал героем романтического фильма? Вот только этот романтический фильм легко может обернуться чем-то очень неприятным, если Виктор не оценит открывшейся правды. Джейс ощущал себя очень нехорошим человеком. С одной стороны, он не был лжецом. Он не наврал Виктору в переписке, не дал напрасных надежд. Да они даже о встрече не договорились! И он облажался. Позвал Виктора в «Гранд Пилтовер», да ещё и разнервничался. И то, что Скай сослалась на дела, было настоящим спасением. Герой. Герой из плохой мелодрамы. Ну надо же. Как так вышло, что из всех людей в этом городе, ему попался именно его коллега? Шанс один на миллион. Он мог заговорить с кем угодно. И в этом тоже была своя магия. Простая статистика, такое могло случиться, но всё ещё казалось невероятным. Джейс Талис поймал себя на мысли, что безнадёжно влюбился. Вот только в прошлый раз его неземная влюбленность закончилась полнейшим фиаско, а потом долго напоминала о себе въевшимися в полотенца запахами лосьонов и духов. Долго грызла сердце и наведывалась в воспоминания стройной тенью. Самое худшее в этом было то, что Джейс долго ощущал себя обманувшимся. Не обманутым, нет. Обманувшимся. А теперь, выходит, он сам в какой-то степени обманывал. Не нарочно, разумеется, не из желания побыть коварным соблазнителем. Да и какой из него соблазнитель? Тем более с таким замечательным человеком, как Виктор. Быть влюблённым ему нравилось. И он готов был отдаться нежной и теплой волне этого чувства, парить как среди облаков, вот только рано или поздно ему придётся раскрыть себя. И убедить Виктора в том, что это правда просто совпадение. Ви из дейтинга он нравился. Нравился ли он строгому рациональному Виктору? В этом-то и была загвоздка ловушки, в которой он оказался. Вай просто упадёт, когда узнает, во что он вляпался. Джейс Талис рискует стать не сенсацией научного мира, а сенсацией среди своих друзей. Какой же он болван. Нет, надо разбираться и расхлебывать кашу, что заварил, сам. Никто кроме него его из этого болота «я просто хочу расслабиться» не вытащит. Расслабился, получается. Проходят беспощадно долгие пятнадцать минут. Джейс долго глядел на почти нетронутый в прошлом году чёрный костюм в чехле. Нет, слишком официально. Зауженные брюки и рубашка вполне подойдут. А если признаться прямо там, в ресторане? Нет, как же это глупо. Все эти планы полетели в одно место, когда Ви прислал ему свой никнейм в мессенджере. Gloriousevolution. Ровно так, как называлась его почта. Сомнений больше не оставалось. Виктор и был тем Ви, с которым он общался. Раскрыл ли он его в ответ? Джейсу надо было срочно что-то придумать. Он перепроверил тот чат, где они общались все втроем — никнейм сходился. Джейс застонал от досады. Виктор даже не попытался скрываться, играть в анонимность. Быть может, уже и не хотел? Пусть будет так, ну пожалуйста. «Меня там нет» «Тогда зарегайся», — находчиво ответил Ви. То есть, Виктор. Он уже там зарегистрирован. И Виктор увидит в их общем чате, как исчезла аватарка, поменялся ник. Тогда не получится ни красивого и романтического признания, ни комичного конфуза. Он всё испортит. Вдруг Виктор ничего не понял и свято, искренне уверен в том, что общается с кем-то другим? С Джеем, который так и не показал ему своего лица. Джейс не врал и не притворялся, но кто захочет променять общение с загадочным развязным соблазнителем (с которым было так весело флиртовать!) на своего нового коллегу, к тому же, не вызывающего доверие. Джейс кусал ногти. «Вай, у меня проблема» «В чём?» «Не в чём, а с кем» Какой же он был идиот. А теперь он оттягивает время, пытается совершить манёвр и зачем-то впутывает в это Вай. «Окей, с кем?» — любопытствует подруга. «Только не сильно смейся» «Талис, валяй» «Тот парень, с которым я познакомился оказался моим коллегой Виктором» «В смысле?» Вай присылает дюжину шокированных эмодзи. Не в её духе, на самом-то деле. «Как ты это понял? Где-то пропалил?» Да уж. Пропалил. Просто оказался наблюдательным, а Виктор — удивительно интересно вывалил на него не скелета из шкафа, а приятные сюрпризы. У него были нюдсы его коллеги. С ума сойти. Джейс не сходящий от гормональных волн подросток, чтобы понимать, чем это чревато. Вряд ли Виктор будет шантажировать его, он совсем не такой человек. Джейс удалит их сам. Удалит, если Виктор откажет ему. «Долгая история. Но это он» «Прикол) ты как в кино» «Надеюсь, кино не превратится в триллер» «Скорее в трагикомедию» Джейс обессиленно прикрывает глаза. «Вааай» «А он-то понимает, что это ты?» «Мне кажется, да» «И как выкручиваться собираешься?», — закономерно поинтересовалась Вай, и её сообщение кажется Джейсу размытым. Он не плачет, конечно, но взгляд мылится. «Понятия не имею. Создать другой аккаунт?» «Тогда тебе новый номер нужен» «А у меня его нет» «Точняк. Поэтому давай, пиши ему правду» «Я не хочу признаваться в переписке» Джейс смотрит на свой профиль. Если Виктор узнает его, станет ли продолжать ломать комедию? Вряд ли. Джейс стремительно скрывает номер телефона — Виктор уже знает его. И в тот самый момент, когда он раздумывает, что бы предпринять, чат загорается оповещением. Скай и Виктор что-то начинают обсуждать. Джейс возвращается к отвратительному дейтингу. Он уже проклинает разработчиков приложения. И самого себя. «А ты ещё где-нибудь есть?» «Нет, мне только этот нравится. Не люблю плодить чаты», — ответ Ви. Джейс решается на самое глупое, что сейчас можно сказать. Сможет ли выиграть время? Завтра они встретятся в Академии, и он что-то сможет придумать. Вживую объясняться проще, Джейс уверен в этом. Опыт подсказывает, что коммуникация тет-а-тет даётся ему куда лучше. «Пойдёшь в кафе со мной на выходных?» «Я даже не видел твоего лица», — ответное и немного злое заигрывание. «Тебе же это не главное» «А как я тебя узнаю?», — Виктор кокетничает, и от осознания, кто именно с ним так говорит, у Джейса ледяные мурашки по коже. Он так сильно попал. «Узнаешь» Джейс открывает пустую переписку с Виктором в мессенджере и долго грустно смотрит на надпись «был в сети недавно». Виктор закинул удочку. Джейс может позорно притвориться уснувшим. Это он и делает.

***

Сон ночью закономерно не идёт. Половину времени, что отведена нормальным людям на отдых, Джейс тратит на обдумывание того, как всё расскажет Виктору. Ещё не прогремели первые крупные весенние грозы, но воздух разряжено-свежий. К одиннадцати утра поднимается сильный ветер. Джейс не считает преградой к возможным отношениям то, кем они сейчас являются друг для друга. Наоборот, к утру к нему приходит обманчивое просветление — всё было так близко и легко. Не нужно терзаться и разрываться между интересным и привлекательным собеседником в дейтинге и приятным коллегой. Виктор умело сочетает в себе все те качества, которые Джейс ценит в людях. А ещё он прочитал антропологическое исследование о роботах. И всё про аксолотлей. А ещё выяснил любимую группу Виктора, и тот факт, что дома он часто ходит в носках даже когда тепло. Он узнал о Викторе-человеке столько, сколько в естественных условиях Виктор-коллега ему никогда бы не позволил узнать. К тому же, Виктор осыпал его такими комплиментами, которых Джейс ни разу в своей жизни не получал. Не потому, что его не хвалили, нет. А потому, что они были самыми тёплыми и искренними. Иллюзия приятная, но рассеивается, уступая место волнению, как только он заходит в Академию. Он коротко поздоровался с охранником, не глядя тому в глаза, задержался у раздевалки, хотя вешать ему было нечего. Тянул время. Если ничего не выйдет, дальнейшая совместная работа, само собой, будет полна неприятным осадком неловкости. Хорошо, если Виктор ограничится подколами и шуточками. Плохо, если он затаит обиду. Напоследок он проверяет телефон. Тишина. Виктора он находит разговаривающим со студентами. Поначалу Виктор не замечает его, его золотистые глаза направлены к лицу торопливо изъясняющегося парня. Джейс так и продолжает стоять на углу, ощущая себя неспособным подойти и прервать беседу преподавателя и его учеников. Но всё заканчивается раньше, чем Джейс ожидает. Глаза Виктора встречаются с ним, он мелко кивает, спешно прощается с учащимися. — Доброе утро, — звучит как-то невпопад. — Уже двенадцать часов дня, — поправляет его Виктор, не смотря в лицо. — Действительно. Виктор выглядит не выспавшимся, бледным. Между ними возникает краткое молчание. Джейс ненавидит моменты обоюдной неловкости или тревоги. Ему всё кажется, что случится непоправимое. Так всегда в такие моменты: хочется, чтобы развязка как можно скорее наступила, но, в то же время, ты оттягиваешь «момент икс». — Пойдём, — Виктор, развернувшись, направился по коридору. Виктор всегда ходил этой странной походкой, совсем не схожей с обычной походкой людей с больной ногой или спиной. А у Виктора… у Виктора таковым, кажется, было всё. Джейс вспоминает признания из чата и ему кажется, что у самого земля вот-вот уйдёт из-под ног. Стыд заливает щёки слишком рано. Теперь он понял. Теперь, не вчера вечером, когда судорожно пытался найти выход из ловушки, в которую попал. Вот что доверил ему Виктор. Он не вдавался в подробности за их, на самом-то деле, короткую, но насыщенную переписку. Не бросил перед ним диагноз, не сделал обзор медкарты. Но Джейс ощущал себя настоящим подлецом. — Виктор… — Мы сейчас обсудим то, что ты хочешь обсудить, — наотмашь, не жалея. Пока они идут этот недолгий путь, продираясь через суетящихся студентов, у Джейса есть фора подумать, подготовить свою оправдательную речь. Он ненавидит защищать самого себя. А ещё он надеялся, что даже если карты вскроются так быстро, он успеет раскрыть себя правильно, как-то куда более романтично и презентабельно. Реальность обрушилась на него удушающей грузной лавиной. Ничего тут не поправишь, по лицу Виктора понятно, что он отнюдь не рад тому, кем оказался красавчик из дейтинга. Джейс может его понять. Но сам испытывает совсем другие эмоции. Виктор покопошился в сумке, что-то торопливо стал набирать в телефоне. Джейс останавливается, а потом проходит вслед за ним в кабинет. Виктор одарил его таким взглядом, что лучше уж сразу на плаху. Вдруг телефон раздражающе вибрирует оповещением. Джейс достал его из кармана. «Ну привет, Джейс Талис», — сообщение приходит ему личку дейтинга. А потом аналогичное и в мессенджере. Джейс поражённо ахнул. — Вот же… — Забавно вышло. — Ви, — гулкая на удивление тишина прерывается снова, рвётся с треском, — давай поговорим, правда. Виктор нахмурился, а потом шумно шмыгнул носом. Джейс замер, но Виктор быстро глянул на него, будто почуял чужое смятение. — Как ты понял, что это я? — произносит Джейс, и, следом за ним вторит одновременно Виктор: — В какой момент я спалился? Оба выдохнули. Виктор издал нервный низкий смешок. — Ты первый, — Виктор перевёл на Джейса взгляд. — По правде говоря, подозрения у меня закрались на фотке… Виктор вздохнул, сжимая трость. Джейс заметил, как щёки Виктора залились краской. О, приятно столкнуться с фактом, что не только он смущается. Ну надо же, кто бы подумал, что Виктор, первый отославший ему обнажённые фотки, будет до последнего теперь цепляться за свой строгий образ. Виктор становится похожим на какую-то недовольную, маленькую нахохлившуюся птичку. Джейс не сводит взгляда с родинки. — Но как? — искренне не понимает он, поводя тощими плечами, — там почти ничего не было видно! — в его голосе звенит искреннее недоумение. — Родинки, — победно ответил Джейс. Знал бы Виктор, что он стирал руку и то, что в ней находилось, именно на эти родинки. Какой же он идиот. И, возможно, законченный фетишист. — Прости, что? — Я заметил. Но я понял не из-за этого. Сложил два плюс два, твои интересы, а ещё ты фразами говоришь одинаковыми… Вероятно, ремарка про одинаковые фразы задевает Виктора куда сильнее фетишизма коллеги на россыпь тёмных родинок по его телу. Он выдыхает: — Я догадался раньше. — Вот и нет, — зачем-то начинает спорить Джейс. — Вот и да. А ещё твоё имя и… Джейс потёр переносицу. Да, он мог бы наладить конспирацию, если бы знал изначально, к чему всё придёт. Выходит, именно от него ждал сообщений Виктор в кофейне, пока выслушивал его бахвальства и потягивал раф, смотря на смартфон. Он подумал об этом уже так много, что голова раскалывалась. — Джейс, — продолжил Виктор, деловито выставив здоровую ногу вперёд, — я правда сначала понятия не имел, что это ты. Но отнекиваться теперь не выйдет, потому что у тебя в телефоне мои весьма… компрометирующие фотографии. Джейс знает эту интонацию. Виктор абсолютно серьёзен и всякий флирт окончен. — Ну так и я не догадывался первое время. — Ты же понимаешь, что ничего не будет? — Виктор говорит это как очевидную истину. Так поучают провинившихся детей. — Почему? — возмущение в голосе Джейса такое явное, что губы Виктора вздрагивают то ли в нервной усмешке, то ли в умилённой улыбке. — Мы коллеги. — И что это меняет? — переспрашивает Джейс. На лице Виктора — ещё большее непонимание. Он фыркает. — Например, всё? — плечи Виктора вздрагивают. — Я не врал тебе, — беспомощная попытка переиграть. Но он ведь правда не врал! С чего бы ему? Он же не знал, не прикидывался никем другим. Виктор уже знал много о нём. Достаточно, чтобы сходить на маленькое свидание. Джейс был уверен. Кажется, он всё-таки совсем ничего не узнал о настоящем Викторе. И пробивать скорлупу его чувств — было болезненно и для Джейса. Так когда-то его пробила Мэл. Из добрых побуждений, но вышло очень не очень. Взаимной симпатии недостаточно, Джейс хорошо выучил этот урок. Больше ошибок он повторять не намерен. Виктор заламывает брови, косится на приоткрытое окно. Задувает весенний лёгкий ветерок, волнует листы на столе. — Я не сомневаюсь. Я просто немного в шоке. Эти слова Виктор давит из себя так, как пытаются избавиться от налипшего к горлу комка нервов. — Я понимаю, — глаза Джейса, опустившись, встретились с паркетом. Виктор замолчал. — Ты расстроился? — Нет. Предлагаю нам забыть об этом забавном происшествии. Я намерен сделать это как можно скорее. — Но почему? Я же тебе понравился, а ты мне. Постепенно волна тревоги забивается в уши, гудит в них, а сердце перекачивает кровь нервными спазмами. Онемевшими руками он укладывает папку с помятыми документами на стол, не решаясь заговорить. Настенные часы тикают, а голоса в коридоре превращаются в далёкое эхо. Ну вот и всё. — Мы коллеги. Во-первых, такие отношения невозможны просто из конфликта интересов. Во-вторых, я за чистую науку и добросовестную работу вместе. — Конфликт интересов — это немного про другое, Виктор, — продолжил напирать Джейс. — Не суть важно, — пробормотал Виктор, — но я не могу продолжать наше общение в том же ключе, ты понимаешь? — Понимаю, — Джейс сокращает расстояние между ними. Воздух становится наэлектризованным. Виктор близко, и эта близость уже совсем иная. Джейсу кажется, что ещё чуть-чуть, и сердце вырвется из груди. — Джейс. Джейсу до мурашек нравится, как Виктор произносит его имя. Это что-то невероятное. — Виктор. — Приятно познакомиться ещё раз, — язвит в ответ Виктор. В кабинете ужасно душно. За окнами мерно качаются деревья, тени от них, кажется, падают на паркет. Очень душно. Спина под тонкой рубашкой становится горячей и влажной, ткань налипает к коже. Глаза Виктора прямо напротив него. — У тебя глаза как у кота, — губы Джейса расплываются в улыбке. Виктор загнанно фырчит. Что ж, ожидаемо. — Придумай что-нибудь оригинальнее, — это не звучит как укол. — Я не был достаточно оригинален в переписке? — Ты был, — дыхание Виктора вновь сбивается, и Джейсу мерещится в этом расплавленном углу, что тому трудно дышать. — Свидание не актуально? — Боюсь, что уже нет. — Но я тебе нравлюсь. Джейс знает, насколько сильно, должно быть, он напирает. Умом он понимает, насколько неправильно поступает, почти вынуждая Виктора согласиться с тем, что они друг другу подходят и нравятся. Нет, не так. Согласиться с тем, что Виктору нужно дать ему шанс. — Мне нравился тот, с кем я общался, не скрою. Нравилась иллюзия безопасности. — Ну так это я! — выпаливает Джейс. Не рассматривать Виктора так близко невозможно. Всё-таки, флиртовать в переписках это одно, а стоять вот так, смешивая дыхание, на опасном расстоянии — иное. От Виктора пахнет чем-то сладким, но это не парфюм. Виктор идеальный. — Ты давишь, — глухо, но с холодным нажимом произнёс Виктор. — Прости, пожалуйста, — жалобно извиняется Джейс. — А вот это уже совсем плохо, — в голосе Виктора слышится усталость. Вот оно. Это уже даже не предупреждение. Виктор не собирается издеваться, он просто здраво очерчивает границы. Что ж, заслуженно. Джейс пока не отстраняется, хотя коллега и не предпринимает ответных действий. Джейс не знает, входят ли его действия в категорию домогательств или нет. — Если тебе неприятно, я удалю те фото… — Мне не неприятно. Обидно, скорее, — Виктор горько усмехнулся. Виктор выглядит до ужаса разочарованным. И это — удар под дых. — Ты мне очень нравишься. — Свидетельства этого у меня в телефоне, понимаю, — лицо Виктора постепенно становится незнакомой, каменной маской. — Не только в этом плане. И я бы хотел… Голос предательски садится, как будто он простыл или долго, надрывно кричал. Комок нервов скручивает в животе, и Джейс молится всем возможным старым божествам, чтобы его не вырвало от стыда, позора и стресса прямо в этом кабинете. А может оно и к лучшему — отвратительный и комичный позор и так уже ничем не смоешь. А вот еле запихнутый в себя завтрак с пола — вполне… — Я предлагаю сосредоточиться на работе. — Работать с тобой мне тоже безумно нравится! — Мы ещё не так долго работаем вместе, — тонкие губы Виктора поджимаются. — Будем работать. — Правильное решение. Джейсу не остаётся ничего, как «сдать крепость». Виктор не обрадовался вываленному на него откровению. Виктор не в восторге от того, что Джейс знает его совсем интимные секреты. Подумать только, и вот на что он надеялся? Что Виктор, серьёзный учёный с амбициями, будет рад тому, что коллега по проекту знает, что он любит и не любит в постели? И речь про массаж, разумеется. — И просто так забыть и забить? — возмущается Джейс. — А что ты предлагаешь? — Виктор хмурит густые брови. — Ты нравишься мне. Я нравлюсь тебе. — Допустим, — Виктор смотрит исподлобья. Джейс сокращает расстояние между ними ещё сильнее. Теперь уже отходить некуда. Его рука прислоняется к стене, упирается по правую сторону от уха Виктора. Это «допустим» ударяет сильнее любого оскорбления и отвержения. Джейс чувствует, что Виктор просто находится в смятении. — Ви… — выдыхает он, пробуя на слух и вкус это сокращение. — Виктор, — поправляют его. Джейс перемещает руку к пуговице на своей рубашке. Жарко. — Ви. Их губы совсем близко. Виктор тянется к ручке двери, но Джейс перехватывает его пальцы. Сухие. Такие, какие и должны быть у такого человека, как Виктор. Такие, какие нравятся Джейсу. — Джей позвал меня в кафе. Джейс Талис — в «Гранд Пилтовер». У меня есть несколько вопросов… — То есть, ты согласен? — Джейс представляет, как сейчас выглядит. Реальность ему нравится куда сильнее переписок. Виктор упирает тонкую ладонь в его грудь, и Джейсу стоит усилий не вздохнуть от того, сколько странной чувственности вкладывает в жест Виктор. — Мне надо подумать. А теперь, пока я не наговорил лишнего и мы все не испортили, предлагаю перейти к работе. Джейс Талис всё-таки чувствует себя нехорошим человеком. Он пытается честно отстраниться, но Виктор хватается за дурацкую старую ручку двери, и проговаривает зачем-то: — Заклинило дверь. — Да ну? — Джейс приподнимает брови. — Мы тут застряли, — Виктор повторяет жест, — здесь вечно проблемы с замками, давно надо было менять. — Как романтично. Ты, я, заклинивший дверной замок и куча работы. — Я наговорю лишнего, — Виктор высвобождается из его не сомкнутого объятия легко. Точнее, Джейс отпускает его «без боя». Виктор, сгорбившись, хватается за трость. Оказавшиеся взаперти, наедине друг с другом, они оба переживают разную по силе бурю чувств. Джейс проводил Виктора взглядом, дождался, пока тот устроится на стуле у парты. Сам же он заходит спиной к столу, опираясь на него. — Забыл сказать… — Джейс покосился на трость. — Ах да, — Виктор улыбнулся, — трость это очень заметный и характерный элемент. Я тебя понимаю. Но тут я не догадывался ещё… — Я всё-таки хороший конспиратор? — Скорее такой себе шпион, — ответил Виктор, — ну надо же, насколько же я безнадёжен, что самый подходящий мне человек — мой коллега. — Ты признал, что я тебе подхожу, — Джейс подмигнул очаровательно. — Встретились два одиночества. Надо позвонить, чтобы нас вызволили отсюда. Или поискать, чем взломать замок… Джейс не отвёл глаз. Солнечные лучи подсветили кончики подстриженных волос Виктора, едва доходящих до плеч. — Я не соврал, что люблю обниматься. — О, охотно верю, — Виктор потянулся к рабочему телефону, перегнувшись через стол. Их лица снова оказались близко, Джейс повернул голову, нагло разглядывая родинку на щеке. Тонкие пальцы нажимают номер из четырёх цифр. Джейс накрывает их своей крепкой, тёплой ладонью, согревая. Виктор едва успевает ответить на звонок, назвать номер кабинета. Дыхание сбивается. Рука Джейса, соскользнув к узкой талии, коснулась обтянутого чёрными брюками бедра. Жарко. Где-то в углу окна жужжит насекомое. Секунда — их губы встречаются. Виктор позволяет утянуть себя в объятие, коротко и беспомощно вздыхает, когда Джейс обхватывает его крепче. Рука к руке, дыхание к дыханию. Шуршащая стопка бумаг улетает со стола. Виктор нажал на коротко остриженный затылок, а потом ухватился за блестящие волосы Джейса, выстанывая что-то невнятное в горячие губы. — Ты шулер, Джейс Талис, — наконец, когда дыхания стало не хватать, шепнул Виктор. — И не попробуешь взломать замок самостоятельно? Глаза у Виктора такие хитрые, что улыбка сама собой возвращается на лицо Джейса. Узкая ладонь огладила его щёку, и Джейс успел порадоваться, что предусмотрительно гладко выбрился. — Я много какие замки умею взламывать. — Покажи. Виктор берёт его за воротник рубашки, притягивая для нового поцелуя. — Лучше, чем ты представлял? — хрипит Джейс. — Намного. Я давно… не практиковался, коллега. — Предлагаю практику. — Вот как? — Виктор, прищурив глаза, водит пальцем по ложбинке ключиц Джейса, — и в чём она будет заключаться? — Я забронирую столик. — Ловлю на слове. — А конфликт интересов? — Джейс одним коротким движением встречается своим лбом со лбом Виктора. — Ты боднул меня, — прошептал Виктор удивлённо. — И? — Джейс смотрел на Виктора как загипнотизированный. — Ты технарь, а не культурный антрополог, конечно, откуда тебе знать, что в Зауне прикосновение лбами близко по значению к поцелую… — Виктор… — И меня всё ещё так зовут, да. — Думаешь, мне стоило плотнее увлечься гуманитарными науками? — О, ты ими увлекся, — ответил глухо Виктор, — вполне. — Это были социальные, — Джейс понял, к чему тот клонит, но не обиделся. У него в груди расцветало что-то особое, новое. — Без разницы. Хорошо, скажу так: это был курс истории политических учений. Они оба засмеялись, тихо, коротко, пока новый поцелуй, уже более страстный, не смыл всё колкости и сомнения прочь. Жарко. Не от аномально тёплой для весны в Пилтовере погоды. — Коллега, — позвал Джейс между поцелуями и ласками и Виктор недовольно замычал. — Ммм? — А тут есть камеры?