Свайп вправо

«Гранд Пилтовер» встречает Виктора всё той же приятной ленивой музыкой, отголоски которой он слышал, проходя так часто мимо заведения. Такую музыку не слушают нормальные люди, думает он. Эта музыка создана как фон для неспешного наслаждения дорогой изысканной едой, для деловых переговоров или свиданий. До последнего он думает, что ресторан будет обычным и не впечатлит его. Да, дорогой, но что он, не видел, как развлекаются сливки общества? Виктор проскальзывает мимо накрытых столиков, минует кивнувшего приветственно официанта. У него сразу интересуются насчет брони и провожают к нужному столику. Виктор ощущает себя здесь чужим, словно он просто забежал сюда, прячась от плохой погоды, но не рассчитал, в какое место заходит. Здесь всё другое, здесь — другой мир. Виктор окидывает взглядом зал, полный золотых огней и одетых по вечернему гостей. На столах — тканевые скатерти. Красивый уместный декор. И всё такое медленное, как в патоке скользишь. Никто никуда не спешит. Никто не думает о насущных проблемах. За столом у большого окна сидит Джейс Талис. У Виктора перехватывает дыхание. Чёрный костюм сидит идеально по фигуре, и Виктору стыдно, что он не взял что-то похожее на прокат. Зато купил новую рубашку — аккурат к встрече. Едва завидев его, Джейс улыбается. — Хорошее место ты выбрал, — произносит Виктор, усаживаясь напротив Джейса. — Ты не оставил мне выбора, — отвечает Джейс. — Не понимаю. Джейс дожидается, пока он устроится, заговаривает снова. — Здесь отличные супы. И мясо тоже. И лазанья. Виктор давно стал непритязательным в еде. В студенчестве он поглощал всё, что более-менее по карману и сытно, а сейчас просто перестал видеть смысл в готовке для одного себя изысканных блюд. Насыщает — уже хорошо. Кажется, Талис сторонник другого подхода. — Судя по антуражу, здесь всё весьма неплохое. — Особенно ты. — Ты шулер, Талис. Джейс в ответ ослепительно улыбается. Он выглядит так, словно ему подарили то, о чем он мечтал всю жизнь. Виктор понятия не имел, о чём мечтал Джейс Талис. Но догадывался, что их желания могут находиться в одной области. Ладно, не в одной. — Но неплохая история получилась, да? Я до сих пор под впечатлением. — И как ты всё разыграл, — тихо отзывается Виктор. На приятном, чистом лице Джейса вновь появляется новая улыбка. Виктор начинает думать, что вообще не встречал никогда никого подобного. Джейс вообще не бывает рассерженным или полностью опечаленным. Он как солнце — светит всем и тем и притягивает. Вот и раскрыт секрет любви к нему студентов. — Я разыграл? — удивляется Джейс, а потом замолкает, вежливо кивает подошедшему с меню официанту, — ну нет. Ты меня удивил сильнее. Виктор открывает меню, и тут же теряется. — Всё выглядит таким аппетитным. — Оно не только выглядит, — Джейс подмигивает. В отличие от него самого, Джейс не стесняется обстановки и окружения. Он держится так естественно, словно всю жизнь посещал такие престижные заведения. Из какой он семьи? Может, его родители какие-нибудь тайные аристократы с крутой родословной, а Виктор и не в курсе? Отчего-то он понимает, что в Джейсе есть врождённая благородность. Но не та, что лишь по крови. Вот что важно. — Так понимаю, ты здесь не в первый раз? — Не в первый. Но компания этим вечером мне нравится куда больше. — О, — Виктор позволяет себе улыбку, — ты в курсе, что ты сейчас оскорбил того или тех, с кем посещал ресторан в прошлый раз? — Не оскорбил, — отмахивается Джейс. Джейс вежлив с обслуживающим персоналом и это подкупает. — Даже не знаю, с чего начать наш разговор, — продолжает Джейс, — но, наверное, с того, что ты потрясающе выглядишь. — Брось, — Виктор смущается неожиданно для самого себя, — я учёный, поэтому мой внешний вид обычно соответствует моей профессии. Джейс вальяжно откидывается. — Я так не считаю. — А вот ты ломаешь стереотипы об учёных, Джей… Джейс Талис, — тянет Виктор. — Тем, что не выгляжу так, будто выбрался из чулана, в котором живу? — Именно так. — Невысокого ты мнения о коллегах! — веселится Талис. — Я просто амбициозен, — Виктор говорит честно. — И очарователен, — цокает языком Джейс, поправляя рубашку. — Твоя взяла, — Виктор решает не спорить. Джейс усмехается. — Я хорош в комплиментах. — Это я тоже заметил, — бурчит Виктор, а новый смешок так и лезет вырваться наружу. — Выбирай вино, — подсказывает Джейс, указывая на нужный раздел меню. — А ты что будешь пить? — За рулём. — А… — понимающе кивает Виктор. — Я бы заехал за тобой, но решил, что так будет не настолько эффектно. — Я бы сделал так же. Что-то подсказывает, что была другая причина не заезжать за Виктором. Или нет. Всё слишком сложно и ново. Им приносят аперитив. Виктор не пил уже очень давно, но в этот вечер позволяет себе. В конце концов, иногда надо просто начать жить. Даже если эта жизнь сейчас на дне бокала. — Долго ты еще собирался притворяться? — спрашивает в открытую Джейс, отпивая из бокала свою воду. — Аналогичный вопрос к тебе. — Не долго. Знал же, что в любом случае вскроется, как только я позову тебя на свидание. — Что ж. Мы уже на нём. — Тоже верно. И это замечательно, Ви. Виктор кривится. — Тебе не хочется, чтобы я продолжал тебя так звать? — Не знаю. Пока не знаю. Это правда. Джейс, заметив его смущение, тоже сбавляет темп. — Как тебе будет комфортно. — Джейс, — Виктор кашляет тихо и коротко, — можешь не пытаться откатить всё назад. — Да, именно на это я и хотел намекнуть. Спросить тебя… — Мне всё нравится. — Я не разочаровал тебя? Ну то, кем я оказался. — Сейчас понимаю, что обрадовал, — Виктор пытается найти во взгляде Джейса что-то особенное. И находит, потому что Талис мгновенно меняет эмоцию. — Правда? — Ты очень милый, — Виктор говорит эту фразу людям так редко, что хочет сквозь землю провалиться: настолько неестественной она ему кажется в собственных устах. — А ты хотел массаж. Щёки вспыхивают лёгким румянцем. Паршивец. — Так и знал, что именно это ты и запомнил. Джейс играет бровями забавно. Виктор смеётся. — Выбрал, что будешь есть? — Выбрал, — коротко отвечает Виктор. Разобравшись с заказом, они возвращаются к разговору. Напряжения между ними нет, как и рамок — они правда на обычном свидании. Виктору мало хочется говорить о работе, но вот узнать Джейса поглубже кажется соблазнительным. — Я боялся, что ты откажешься. Правда, — сознаётся Талис. — От свидания? — удивляется Виктор. Он ловит себя на мысли: будь он таким же как Джейс Талис, он бы не был таким неловким и вечно смущающимся. Хотя в этом вся прелесть. — Ну да. Ты же сказал, что с коллегами не водишь отношений. — Это правда. Не хочется смешивать работу и личную жизнь. — И что заставило передумать? — Ты особый случай. На небольшой сцене музыканты начинают играть что-то до боли знакомое и известное. Певица в блестящем вечернем платье начинает петь под аплодисменты и довольный гул гостей. — Хорошая песня. Потанцуем? — легко предлагает Джейс, протягивая галантно руку. Он смотрит так, что отказать ему невозможно. Даже если бы Виктор захотел, что-то неправильное в том, чтобы прервать настрой Джейса. Виктор теряется, мнительно отвечает. — Я не умею. — Я тоже, — улыбается ослепительно Джейс. В нём теперь было что-то от этих роскошных, исходящих лоском мужчин с ретро-плакатов. Может, влияла атмосфера ресторана. И вся эта невозможная музыка. — С тростью проблематично танцевать. — Доверься мне. Хорошо? Я буду вести. Всё происходящее кажется нереальным. Виктор знает, что к ним двоим танцующим тут отнесутся абсолютно нормально, но всё тело сковывает. До тех пор, пока Джейс не заглядывает ему в глаза. И Виктор позволяет себе. Отдаться этой атмосфере, звукам размеренного ленивого джаза, в конце концов, нравящемуся мужчине. Как глупо. Виктор не понимает, как за такой короткий промежуток времени его жизнь могла так поменяться. Как он мог оказаться в подобном месте с таким человеком как Джейс Талис. — Можешь наступать мне на ноги, — шепчет смешливо Джейс. Он старается двигаться в такт с Джейсом, но его рука на чужом плече чувствуется очень странно, будто чужая. Будто этот вечер просто сон. Джейс поддерживает его уместно, аккуратно, бережно даже. Предательски на глаза намереваются накатить слезы. У Джейса какой-то особый магнетизм. Виктор не может всё ещё понять, какой магией пользуется Талис, но их неумолимо тянет друг к другу. Это точно. Они танцуют очень близко друг к другу, почти обнимаются. Виктор физически ощущает его на таком расстоянии. Дыхание, сердцебиение. Запах парфюма. Надо узнать название. — И не спросишь меня? — О чём? — Виктор выныривает из музыки и танца. — О чём-нибудь, о чём хочешь спросить, — уклончиво отвечает Талис. — Ты первый. — Ладно, — вздыхает Джейс, сжимая руку Виктора покрепче, — ты правда боялся, что я откажусь от свидания из-за твоей ноги? — Не только ноги. Думал. Плохой опыт. Плохой опыт это очень мягко сказано, но подробности его прежней половой жизни Джейсу Талису знать не обязательно. — Понял, — Джейс не стремится снова расспрашивать на неудобную тему, и Виктор благодарен ему. — Брось. Я много о себе рассказал. — Я хочу знать тебя лучше. — Ты очень уверенный в себе, Джейс. — Я влюблён. Виктор чуть не спотыкается. Ожидаемо. И всё-таки внезапно. Виктору не каждый день признаются в симпатии, не каждый день он оказывается безнадёжно влюблённым и новое чувство хочется откусить крупным куском. Проглотить поскорее, не жуя. Нет, этим блюдом надо наслаждаться по кусочку. Всё может закончиться в любой момент, и это золотое правило Виктор выучил как таблицу умножения в детстве. Быстро и на всю жизнь. Доверять слепо и строить воздушные замки — не лучшая и не самая выигрышная стратегия. — Оу. — Почему тебя это так удивляет? — лицо Джейса спокойно, но брови вздрагивают, как и уголки губ. — Мне нравится твоя прямота, — теперь очередь Виктора коротко дёргаться, потому что пальцы партнёра сжимают талию слишком приятно. Джейс очаровательно щурится в ответ. Рука на талии сжимается крепче. — Твоя очередь. Виктор вздыхает. — Почему ты зарегистрировался в приложении? — По той же причине, по которой ты, — отвечает Джейс. — Ты тоже чувствовал себя одиноким? Не поверю. — Но это так. Знаю, что не выгляжу таким. — Именно так. — А как я выгляжу? — спрашивает Джейс. Нет никаких сомнений, что Джейс осведомлён о впечатлении, которое производит чисто внешне. Он высок, крепко сложен, у него правильные черты лица. Мечта кого угодно. Виктор начинает думать, что выиграл в лотерею, сорвал куш — не может один человек совмещать в себе столько талантов и преимуществ. Должен быть где-то подвох или недостаток? — Как великолепный мужчина. — Ты же хотел о другом сказать, — догадывается Талис. — И как проницательный мужчина. Джейс посмеивается. Мелодия слегка меняется. — Ладно. Скажу так: в приложении ты не производил впечатление научного сотрудника. — Бинго. Я и не пытался, — Джейс подмигивает. — Думаешь, наша профессия отталкивает потенциальных партнеров? — Виктор смотрит ему в глаза неотрывно. — Ну, учитывая, что мы нашли друг друга среди всех людей в Пилтовере… — А ещё ты похож на секретного агента из кино в этом костюме. — Это крутой комплимент! — Я люблю такие фильмы, — признаётся Виктор. — И это тоже круто! Глаза у Джейса становятся масляными, кокетливо-изучающими. К концу песни они оказываются настолько близко друг к другу, что Виктор подсознательно ожидает поцелуй. Этого не происходит. Танец они заканчивают молча. Виктор оглядывается по сторонам и ощущает наконец себя опьяневшим. Сейчас ему всё равно, как он выглядит со стороны. Ему всё равно, кто он и кем был. И ему нравится это новое открытое только что чувство. В теле появляется какая-то лёгкость. Виктору кажется, что ещё чуть-чуть, и они оторвались бы от пола. На лице Джейса вспыхивает новая улыбка. Они возвращаются за стол. Джейс рассказывает про себя. Он становится разговорчивее. Виктор узнаёт, как Джейс поступал в Академию, как выгрызал себе место в исследовательском центре. Они вообще много обсуждают альма-матер и место работы. Академию, которая так или иначе свела их вместе. Выспрашивает Виктора обо всём, о чём стеснялся спросить в переписке с Ви, с Виктором-коллегой. Ожидаемо, не обходит и провокационные, острые темы. Виктору нечем особо похвастаться. Во время учёбы в Академии он занимался только учёбой. Он и рассказывает о ней, ловит понимающие «угу» Джейса. Делится историями своих первых странных подработок, тем, как трудился лаборантом у Хеймердингера. Вот и всё. Многое он уже рассказывал во время переписки в дейтинге, но теперь выкладывать новые подробности ощущается неправильным и даже стыдным. О бывших Джейс Талис не рассказывает. Он явно сторонник другого подхода. Виктору это нравится. Из него ведь тоже не тянут информацию о «бурной юности». Главное — Джейс Талис сочится искренностью и простотой. На некоторые вопросы он отмахивается, кривит улыбку, но Виктор не осуждает. — Можно вопрос? — Конечно, — отвечает Джейс, — какой? — У тебя в роду были аристократы? — Мой… очень-очень далёкий дед — один из основателей Пилтовера. Но домом мы считаемся не особо родовитым. Занимались кузнечным делом, мануфактура, всё такое. Виктор понимающе дёргает головой, но вздыхает изумлённо. — Я почему-то так и подумал. По тебе видно. — А теперь моя очередь. — Жду вас, господин Талис, — смеётся Виктор, — или сэр Талис? Новый вопрос Джейса вдруг заставляет напрячься. — И ты знаешь, почему Корин Ревек ушёл из Академии, значит? Виктор знает о профессоре Ревеке многое, куда больше, чем вся Академия Пилтовера. — Точнее, его оттуда выдавили. Джейс понимающе кивает, откусывая кусочек чиабатты. — Старое противостояние? — Там было противостояние уже не просто с руководством. — Я читал его монографию недавно, — признаётся Джейс, и Виктор заинтересованно следит за его мимикой, — у него очень нетривиальные идеи на тему… генерации тканей. — Опасные? — Интересные. Не думаю, что в науке есть однозначно опасные идеи. Зависит от того, в чьи руки попадёт та или иная теория или разработка. — Твой тип мышления мне импонирует куда сильнее, чем нравоучения «старших» коллег. — Я учёный. Учёные должны смотреть в будущее, — отвечает Джейс, — как мы с тобой. Вкусно? — Очень. Ты знал, куда меня звать. Виктор вынужден признаться самому себе: он очень давно не ел чего-то подобного. Последний раз он был в хорошем ресторане на выпускном, а дальше упорно избегал всяческих банкетов и совместных посиделок с коллегами. — Мне больше всего нравится, что тут достаточно… приватно. — Приватно это какое-то слово для маскировки одиночества, — отвечает Виктор, — тебе так не кажется? Как приватная палата, например. — Нет, никогда не задумывался, — Джейс отводит взгляд, — интересная мысль. И про роботов мне понравилось. — А? — Ну та статья. — Да, я говорил, что мне интересна тема. Джейс, как ты считаешь… Он осекается, а Джейс замирает, выставляет сложенные руки ближе к нему, придвигается. Очевидно, он ожидает услышать какой-то секрет. Или откровение. — Слушаю тебя. — По поводу использования твоего хекстека в… — Нашего. — Хорошо, нашего. Использовать хекстек в бионике. В конце концов, добиться разрешения таких разработок можно. — Можно, — кивает Джейс, — бионика, да и в принципе медицина. А ещё хекстековые устройства можно использовать при строительстве. Для упрощения работы, например, в шахтах… — Или в оружейном деле. Джейс тут же мрачнеет, желваки на его лице напрягаются. — Извини, — спешит Виктор. — Нет, всё нормально. Но сама мысль даже не воодушевляет. Виктора она тоже не воодушевляет. И хорошо, что Джейс Талис выглядит скорее наивным мечтателем, нежели карьеристом, каковым казался раньше. — Профессор Ревек считал, что я занимаюсь слишком абстрактными вещами. Джейс замирает, смотрит на него поверх прозрачного бокала. — Вы разошлись в подходах, иначе говоря. Речь шла о чём-то… незаконном? Виктор качает головой. Это тот период его жизни, в который он не хочет глубоко нырять снова. Воспоминания не болезненные, но и приятными их не назовёшь. Что было, то прошло. А некоторые нюансы и вовсе кажутся неуместными для рассказа о них на свидании. — Пускай будет так. — Ты для меня пока что закрытая книга, — вздыхает Талис. — Да ладно? А наши откровенные разговоры? — Виктор, я ведь не подросток с гормональным взрывом, — в голосе Джейса слышится тихая обида. — Против гормональных взрывов я ничего не имею. Джейс смеётся, разрезая кусок мяса. — У меня есть шансы? Виктор понимает, на что намекает Джейс. — Есть, — уверенно заявляет он. На Виктора находит надежда, что в этой жизни ему начало ужасно везти. Нет, это не просто везение. Стечение обстоятельств, а может — пресловутый антропный принцип. В любом случае, портить вечер лишними размышлениями он не намерен.

***

На улице становится уже совсем темно и холодно. С другой стороны бульвара до них доносится гитарный бой и пение уличного музыканта. Джейс показывает ему машину немножко хвастливо, и Виктор поражается, как Талис умудряется выглядеть пьяным, не выпив ни капли. — А, твой железный конь, — Виктор пытается скрыть волнение шуткой. Автомобиль блестит так, словно Джейс помыл его минут пять назад. Нет, он просто дорогой. Хотя Виктор не разбирается в машинах и не представляет, сколько стоит эта модель. Главное другое. То, как непринуждённо ведёт себя Джейс, как лёгкий вечерний ветерок треплет его чёлку, как он, к восхищению Виктора, тоже нервничает. — Ага. И я считаю, кстати, что такси — это не романтично. — И что ещё входит в твоё понимание романтики на сегодня? Джейс меняется в лице. Должно быть, краснеет. Какой счёт? Виктор в любом случае засчитывает балл себе. Смутил. — М-м-м, — Джейс открывает дверь машины, та поддаётся плавно, — путешествие к звёздам. — Это что значит? — Виктор обходит машину, садится на переднее сиденье, рядом с Джейсом. — Это, — Джейс плюхается рядом, — скоро узнаешь. Ты же сказал, что любишь на звёзды смотреть. — Мне нравится астрофизика, хотя это не моя специальность. — Я не о физике сейчас. В салоне пахнет так, как должно пахнуть в дорогом салоне хорошей машины. Темно. Прохладно как-то. Но уютно, комфортно. Виктор в таких машинах ни разу не ездил. — Музыку? — Джейс поворачивает голову. — Только что-то не особо громкое. — А ты говорил, что любишь погромче, — подмигивает Джейс. — Сейчас хочется слушать тебя, а не музыку. — Нравится такой ответ. Виктор откидывается на удобное сидение. Автомобиль плавный, Виктора не укачивает. Даже клонит в сон. Всё какое-то нереальное. — Ой, ты не засыпай! — снова приятный тёплый смех. — Не засыпаю, — отзывается Виктор, — продолжаю наш разговор. — Вот и славно. Понравился ресторан? Безусловно понравился. Но теперь, когда вечер близится к завершению, Виктор готов с уверенностью сказать: с Джейсом Талисом он сходил бы на свидание даже в небольшую дешёвую кафешку. А ещё в музей. Или в картинную галерею. Куда угодно. — Дам рецензию завтра. — А вино? — Превосходное. — Потому что ты пил со мной. — Вы павлин, коллега. — Вечно ты попрекаешь меня этим. — Пару раз. — Коварный… Виктор смеётся. С Джейсом комфортно и легко. Теперь, когда их больше не связывают рамки общения, когда их общая тайна развеяна магическим образом, всё встаёт на свои места. Ему до одури нравится Джейс Талис. Осознание прошибает ударившей после хорошего вечера забытой кокетливостью. Тело теряет скованность, чувства обостряются. — Никогда не катался так по ночному Пилтоверу, — произносит Виктор, глядя в окно на мост. — Вот и повод. Небо очень чистое, посмотри. Обычно над Пилтовером звёзды видны плохо. В районе, в котором Виктор жил раньше было с этим получше, в центре же небо кажется засвеченным мутным полотном. Но сегодня вечером небесные тела делают для них двоих исключение и показываются сияющими белыми точками. — Это удивительно. Думал, световое загрязнение давно лишило нас звёзд. — Включил для тебя, — Джейс хихикает низко. — Какое клише, — цокает Виктор, но щёки его полыхают. — Ну и пускай, — у Джейса невероятно довольное лицо, — зато красиво. — Тут трудно поспорить. Певица по радио печально поёт про свою потерянную любовь и Джейс снижает громкость. — Нет, это неплохая песня, — замечает Виктор. — Грустная. — Ну любовь — это не всегда весело. Джейс не отвлекается от дороги, водит он очень хорошо, но его так и тянет дёрнуть головой и снова улыбнуться Виктору. Ощущение чужого нетерпения приятно. Виктор ожидает, что Талис начнёт спорить или отшутится как-то. Но вместо этого он спрашивает: — Где бы нам продолжить этот вечер? Вот оно. Виктор, вообще-то, ни к чему не готовился. Ни к какому продолжению. — Там, где будет удобно смотреть на звёзды, — отвечает Виктор. Тёплая рука Джейса ненадолго находит его руку, пока они встают на светофоре. — Я сказать что-то хотел… — Говори. Идеальный момент же, — Виктор вздрагивает, а рука совершает короткий путь от его пальцев к плечу. — Что мне очень повезло с коллегой по проекту. Виктор смеётся. — Это взаимно, мистер Талис. Джейс паркует машину недалеко от района, где живёт Виктор. Это далековато от центра, и Джейс поражается, как плохо он освещён. — Ого, темновато у вас тут. — Это чтоб звёзды было видно, — отвечает Виктор. — Эх, надо было кабриолет покупать, — сетует шутливо Джейс. — Бестолковое приобретение, как по мне. — Для любования звёздами — самое то. Джейс качает головой, улыбается, а потом поворачивает к нему лицо, тянется. Их губы соприкасаются в коротком, осторожном поцелуе — Джейс вовсе не торопится разжечь страсть, а Виктор не подталкивает его. Кажется, так даже уместнее. За закрытыми веками правда вспыхивают звёзды, но другие. Не холодные космические гиганты, оставшиеся на небосводе давно исчезнувшим напоминанием о самих себя. Не сгорающие огоньки, на которые загадывают желание. Настоящие звёзды. Поцелуй на самом деле длится правда не так уж и долго. В моменте же он кажется Виктору бесконечным. Джейс отстраняется и реальность снова возвращается к ним. Не они в неё. — Ты потрясающе целуешься. Виктор заглядывает ему в лицо исподлобья. — Неплохо для сварливого препода с кафедры? — Превосходно для величайшего ума Пилтовера. Не из чувства подслащённого себялюбия, не из приятности комплимента, а из чистого желания… Виктор снова целует его, запустив руку в слегка залаченные волосы. — А на Луну не полетим? — произносит Джейс, когда от поцелуев им обоим становится душно. — Боюсь, космодром пока что не готов, — отвечает Виктор. Джейс забавно меняется в лице, до него медленно доходит. Они оба несдержанно смеются. — Тогда, — Джейс делает короткую паузу, но Виктор ощущает его разочарование, будто сломал ему ожидания, — до встречи? Могу тебя проводить. — Нет, тут не далеко. Спасибо за ужин. Было очень мило. Глаза Джейса блестят и сам он в миг становится каким-то беспомощным и зажатым. Кивает. Да, однозначно Виктор сделал что-то не то. — Джейс? — Нет, всё в порядке. Ты удивительный, ты знаешь? — он продолжает смотреть на Виктора, даже когда тот уже вышел из машины. — Мне правда безумно понравилось. Талис отвечает новым кивком. Виктор примечает эту его привычку. Нервничает. — Мне тоже понравилось. Буду ждать рецензию. — Спокойной ночи, Джейс. — Добрых снов, Ви. Дверь машины Джейса закрывается с коротким хлопком. Виктор даже ощущает себя виноватым, что по привычке слишком резко дёрнул за нее. Вечерняя тишина и звёздное небо над Пилтовером остаются с ним. Виктор возвращается домой с наполняющим его чувством обретённой целостности. Впервые за многие месяцы он чувствует себя по-настоящему живым. Не выкинутым на берег и разломанным на части. Живым и счастливым.