Свайп вправо

Хоть после свидания проходит почти неделя, Джейс до сих пор чувствует себя победителем. Время тянется к выходным медленно, Джейсу отчаянно хочется подогнать его к возможности новой встречи. Посмотрев на себя со стороны, Джейс Талис уверенно бы выдал себе диагноз: влюблён по уши. Как оно и бывает, за спиной вырастают крылья сентиментальной лёгкости. Любые трудности, связанные с проектом, кажутся ему по плечу, потому что решать рабочие задачи он будет с Виктором. Виктор удивительный. И в университетских разговорах Джейс понял, насколько отличным от его собственного мышлением обладает Виктор, но теперь объект воздыхания рисковал превратиться в научного идола. Он хвастается Вай. Становится даже стыдно — он позабыл о том, что вообще спорил на это общение. Из разговоров со своими студентами Джейс узнаёт, что Виктор очень ценит одарённых ребят, а ещё раньше вёл научный кружок для тех, кто хочет реализовать себя в этой области. По опыту Джейс знает: никому в здравом уме наука сейчас не нужна. Но они-то с Виктором не совсем из тех, кто «в здравом уме». У них одна волна. Они понимают друг друга с полуслова, и это волшебно. Мысль о предстоящем сближении будоражит, как не будоражил первый сомнительный опыт на первом курсе Академии. Джейс готов потратить приличное количество времени на «исследование». Он вбивает запрос в поисковик, пытаясь не расщепиться на атомы от того, как ему стыдно. Но человек он ответственный. Какой будет толк от всего этого, если Виктору будет больно или банально неприятно? Полученные ответы заставляют поёжиться. Он читает статью на каком-то сайте-справочнике для медиков, потом пытается изучить тематические видео. Нужен ли им ортопедический матрас? Особенные специальные подушки? Какую позу выбирать? Нравится ли Виктору проникающий в любой роли или нет? А, последнее придётся уточнять непосредственно у Виктора. Виктор объявляется — рабочим письмом на почте. Он почти ничего не пишет от себя, а письмо содержит лишь прикрепленные файлы. «Глянь на почте, там важное», — приходит оповещение в мессенджере. «Я тоже о важном поговорить хотел», — без особой надежды намекает Джейс. «Непременно. Но сначала работа» Зануда. Джейс изучает письмо, но в голове колесом крутится другая информация. Он начинает понимать переживания Виктора — если так пойдёт дальше, им будет невероятно трудно сосредоточиться на разработках. Или нет? Джейс моделирует ситуацию. Предположим, Виктор согласится. Как далеко они смогут зайти в первый раз? Джейсу, в целом, было всё равно. «Что бы я без тебя делал, Ви» «Без меня? Ну, например, продолжил бы копошиться в этой груде документации» К середине дня, преисполнившись информацией, Джейс убеждается: вряд ли обойдётся без той чудо-подушки. И без правильного матраса. И без правильной атмосферы. Заговорить о сексе сейчас — кажется задачей куда более трудной, чем обсуждать фетиши и кинки в полуанонимном дейтинге. Одно он знает точно: Виктор не против. Теперь такие разговоры в переписке уже не ощущаются привлекательными. Не после того, как он узнал, насколько интересно может быть общение с Виктором с глазу на глаз. Нечего говорить и о тех нескольких поцелуях, что между ними были. Поцелуях, которые ничем не закреплены. Джейс не паникёр, но думать о том, что Виктор может создавать себе пути отступления — разрушающе. «Готов сегодня засесть в лабе?» «Готов, капитан», — отвечает Джейс с улыбкой, потягивая апельсиновый сок. «Прекрасно»

***

Джейс хотел бы, чтобы в их планы на вечер входило что-нибудь ещё. На многое он не может надеяться, но прогулка его бы удовлетворила. Должно быть, он ужасный эгоист. В работе Виктор оказался очень хорошим напарником. Собранным, дисциплинированным, сосредоточенным на общей цели. Они достаточно быстро включились в разработку, поэтому прототип обещался быть готовым к следующему месяцу. Лаборатория, выделенная им для проекта, несомненно, одна из лучших, в которых работал Джейс. Просторная, современное оборудование, хорошее освещение, даже полы новые. Удобная мебель в переговорной зоне на другом этаже. Целый мир. Не мешала даже снующая ассистентом Скай. Конечно, Джейс мечтал почаще оставаться наедине с Виктором, но выкинуть других коллег из проекта было невозможно. — Знаешь, я начинаю даже радоваться тому, что ты так хорошо умеешь строить социальные связи. — Самую главную я построил, — Джейс надеется, что это будет звучать как милый флирт, но, кажется, Виктор не оценивает. — Сидеть в дейтинге — не строить связи. Ладно, стоит признать ещё кое-что: Виктор — сложный человек. Требовательный, хоть и мягкий. Замкнутый, но в то же время милый и вежливый. Он как комплексная схема. И разбираться в этом коде Джейсу интересно. — Ты сам там сидел! — Сидел, — признаёт легко Виктор, — и у меня была определённая цель, а не просто «поболтать с кем-то». — А ты есть сегодня совсем не будешь? — Джейс покосился на пустеющий стол Виктора, доставая из сумки тормозок с едой. — Как же тебя волнует мое питание, — Виктор покачал головой с милой улыбкой, — я закажу. Чуть позже. — Мгм, — Джейс поднялся, намереваясь направиться на кухню, — снова какую-нибудь противную лапшу? — Она не противная, — возмущается Виктор. — Противная, — спорит Джейс, — ещё и вредная. Виктор издал тонкий вздох, больше напоминающий стон. Джейс ощутил, как шея сзади покрывается мурашками. Вот же… — Признаю, что ужин в ресторане мне нравился куда больше лапши. — Признал! — Джейс улыбнулся. — Не стой столбом, Джейс, разогревай свою курицу, умоляю… Джейс смеётся глупо и счастливо удаляется вперёд по тёмному коридору. Виктор, находясь на работе, исправно не позволял себе отвлекаться от этой самой работы. Но теперь это не было продиктовано сомнениями насчёт их отношений, Джейс это понимал отчётливо. Засунув обед в микроволновку, Джейс прокручивал в голове события недели. Виктор с великой долей вероятности согласится на то, чтобы он подвёз его до дома и в этот раз — эти их милые романтичные возвращения становились традицией. И, всё-таки, было что-то, что не позволяло наконец сломить последнюю преграду в их завязавшемся романе. Слово «роман» — грузное и слишком пафосное, Джейсу не нравилось. Между ними было нечто большее. Волнующее, но вместе с тем хрупкое, только зарождающееся. Поцелуев Виктора Джейс ждал не меньше, чем завершения их грандиозного проекта. Но Виктор резко разделял работу и личную жизнь. Джейс быстро запихнул в себя обед. Особого аппетита не возникло, а за окном полил дождь. Когда он вернулся в лабораторию, Виктор сидел всё в той же сгорбленной позе. Как робот. Работа поглощала его с головой, и, кажется, он правда отключался от любых внешних раздражителей. Стало интересно: Виктор тоже терпеть не может, когда на офисной кухне кто-то достаёт рыбу? — Ты почему перерыв не делаешь? — Я нашёл изъян в твоей программе. Ну, ошибку в коде… — задумчиво тянет Виктор. — Потрясающе. Самое время отдохнуть. Виктор отозвался фырчанием. — Спина не болит? — тихо поинтересовался Джейс. — Как ты угадал? — Тебе наверняка нельзя давать на неё нагрузку, а ты даже массажным креслом не пользуешься. — Меня оно не слишком обрадует. — А что обрадует? Виктор снова фыркнул. — Массажным креслом могу стать я. Теперь Виктор глухо хихикнул, потёр худую щёку ладонью так, будто она болела у него, а потом вытянул обе руки перед собой, как при разминке. Ему точно было трудно высиживать девять часов подряд в лаборатории, Джейс знал. — Догадливый. Джейс наклонился к нему. — Мне кажется, нам надо обсудить… — Надо, — согласился Виктор, поворачивая голову кверху, — но не сейчас. Джейс вернулся за свое рабочее место. Сидели они слегка поодаль друг от друга, спинами, поэтому то и дело Джейс хотел обернуться, поймать взгляд Виктора. И пересиливал себя. Как и пересиливал усиливающуюся тревогу. — Мистер Талис? — голос Скай вырвал его из тишины, в которую они погрузились. — Да? — Я сегодня уйду пораньше на час. Это согласовано. Джейс туповато хлопал глазами. Стоило бы выспаться… — Хорошо. Он посмотрел на Виктора, а Виктор поймал его глаза ответно. Скай была просто святой. Ну или кандидаткой в святые, потому как умела очень тактично и вовремя исчезать. — Виктор, это не смешно, — не выдержав, произнёс Джейс, — я начинаю думать, что сделал что-то не так. — Ты всё сделал так, — твёрдо рассеивает его сомнения Виктор. — Тогда почему… — Почему что? Джейс сглотнул. Видимо, на его лице была настолько беспомощная грустная гримаса, что Виктор догадался обо всём без пояснений. — Джейс, — он развернулся на кресле, — мне безумно понравился ужин. И танец. Со мной никогда такого не было. И ты был просто потрясающим. Это был самый волшебный вечер в моей жизни. Джейс не считал себя знатоком человеческих душ, мастером разгадывания эмпатических загадок, но всё сразу понял. В глазах Виктора всё было написано и рассказано. — И ты хочешь повторить? — робко попытался нащупать положительный ответ Джейс. Виктор скользнул взглядом на толстенную папку на своём столе. Потом на белую кружку с нарисованным на ней котиком. — Хочу, но… И вот это «но», пугающее и сомневающееся, заставило Джейса замереть. — Но? — С продолжением. Джейс не заметил, как его спина выпрямилась как штык сама собой. Чего нельзя было сказать о спине напарника. — Секс, Джейс, — сказал Виктор, побелев и забавно сжав тонкие губы. Он произнёс это слово так, как произносят его возрастные преподаватели, немного смущающиеся, но на самом—то деле во всём этом разбирающиеся похлеще не менее красных студентов. — Я понял! — Джейс ощутил, как уши загорелись. — Ты что, смущаешься? — в голосе Виктора появилось удивление. Логично. Странно ловить удивление у человека, с которым обсуждал интимный массаж и даже немного обменялся фотографиями обнажённых тел. — Не ожидал, что ты так прямо начнёшь. — Это было очевидно. Как ты знаешь, я не страдаю отсутствием… Джейс готов был провалиться под пол, пробив все этажи и оказавшись под самым городом. А ещё лучше бы он просто исчез. Какой же он идиот. — Знаю. Виктор помолчал загадочно, потом снова взглянул в глаза. — Теперь мне кажется, что я сказал что-то не то, — вздохнул он, возвращаясь к компьютеру и с силой продолжая бить по залипающей клавиатуре. — В дейтинге ты не указывал никаких предпочтений. Кроме, пожалуй, массажа. — Это не совсем «предпочтение», — тихо, словно рассказывая тайну, пояснил Виктор, — это необходимость. — Я изучил материал, — Джейс не может избавиться от ощущения, что Виктор тестирует его на что-то. — Серьёзно? — Виктор оборачивается, — и какой? — Ортопедические матрасы, подушки, разные расслабляющие техники… Виктор не выглядит сильно впечатлённым, что наводит Джейса на мысль о каком-то досадном упущении важного пункта в его списке «маст-хэв». — Тогда я тебя обрадую. Или расстрою, ты же столько нарыл уже в интернете. Арсенал у меня дома готов. Джейс не выдумывает ничего лучше глупой ответной шутки. — И космодром? Виктор комично открыл рот, а потом засмеялся. — Что ж, будет у тебя шанс познакомиться с Рио. Джейс решил, что знакомство с Рио ему точно нужно.

***

Закат на улице очень красивый, летний, теперь он задерживается на небе «на подольше». Можно немного прогуляться, Джейс рад бы — не хочется сразу садиться в машину и ехать домой. Сначала они какое-то время стоят в теньке. Виктор курит, сетуя, что за время, когда он не делал это, совсем отвык от горчащего привкуса. Признаётся, что курить вообще-то не особо любит и делает это только чтобы отвлечься. Джейс узнаёт, что болит у Виктора «всё и всегда» и это не совсем шутка. — И ничего нельзя сделать? Ну, со спиной, — Джейс обводит его силуэт пальцами. — Можно, — Виктор поглядывает на сигарету в тонких пальцах, — операцию. Меня немножко пересоберут заново. Может, буду сам киборгом ещё на какую-то часть. — Дорогая? — Джейс знает ответ, знает, что может показаться наглым или жалким, спрашивая очевидное. — Приличная. Страшно хочется что-то ответить. Дать Виктору запоздалую уверенность, выразить сочувствие, а лучше — помочь делом. Но Виктор же не такой. Джейс предполагает, что Виктор отказался бы от финансовой поддержки (по разговору в дейтинге сразу понятно, кто ходит на свидания из-за возможности поесть, кто от скуки, а кто ради секса). Виктор не относился ни к одной из этих категорий. Виктор искал любви, но любовь не залечивает запущенные заболевания. — Я очень надеюсь на этот проект, Джейс, — голос Виктора становится ниже, — не только из-за возможностей, которые он откроет Пилтоверу и миру. — Я понимаю. «Ты не понимаешь» — отвечают ему глаза Виктора. Он докуривает бессловесно, шмыгает носом, а потом кивает. Джейс не успевает среагировать, когда Виктор притягивает его к себе за воротник тонкой куртки и целует. Поцелуй получается спонтанным, как у старшеклассников на перемене, но Джейсу именно это и нравится. При всей своей собранности и внешней строгости, Виктор мягкий и какой-то настоящий. Джейс ещё не составил в своей голове таблицу всех заслуг Виктора. Их руки находят друг друга, пальцы переплетаются. Виктор тихонько стонет, разрешая слегка прикусить себя за губу. Дожидается, пока Джейс отдышится, когда поцелуй оканчивается. Победно глядит в самое лицо. — Пойдём? — выдыхает он. Быть влюблённым — не так уж просто. Это главный вывод, который для себя сделал Джейс Талис. Виктор напоминает тонкий лёд, по которому страшно ступить, но не потому, что боишься провалиться в чёрную ледяную бездну воды, а потому, что не хочешь его разбить. Закат дотрагивается до крыш пилтоверских высоток. Виктор говорил, что не любит архитектуру «стекляшек» и не видит в них ничего современного и стильного. — Смотри, — Виктор с улыбкой кивает куда-то в сторону короткого пешеходного перехода, — робот-курьер. — Очаровашка, — соглашается Джейс. — И сделан он таким, чтобы вызывать у людей симпатию. Он одновременно похож на животное и на что-то гуманоидное. Видишь, ему даже подобие глаз сделали. Роботический доставщик переходит точно на зелёный свет, минует переход и скользит дальше по улице. — Ты сторонник улучшения человеческой жизни при помощи искусственного интеллекта, я это понял уже. — В данном конкретном случае мне просто нравится робот-курьер. Он милый. Джейс удерживает в себе рвущееся «как и ты». Становиться мастером дурацких комплиментом не в его планах. Луч закатного солнца попадает на лицо Виктора, и он жмурится, а потом отрывисто чихает, едва не роняя трость. — Будь здоров. — Спасибо… постоянно чихаю, когда всё цветёт, — оправдывается Виктор. — Ты от солнца чихнул. — Нет, на солнце у меня точно нет аллергии. — Джейс, я хотел тебе сказать, что встреча с тобой правда удивительное событие, — Виктор смотрит куда-то на асфальт, опустив взгляд, — подумать только, единственный человек в Пилтовере, разбирающийся в хекстековых технологиях. И это ты. — Получается, не единственный. — Пусть так. Джейс ловит его улыбку. — Я немножко волнуюсь, — признаётся он. — Правда? — Виктор бросает сумку на заднее сиденье автомобиля Джейса, — из-за чего конкретно? — Нет, не в том плане. Это приятное волнение. Виктор застывает, смотря на него. — Знаешь, на открытом лектории Пилтовера ты был куда более уверенным в себе, чем сейчас. — Тогда мой оппонент не был настолько… близок ко мне. Виктор щурится. Убирает свой пропуск на синей ленте в сумку. — Тогда оппонент не был коллегой. — А мистер Талис не был Джейсом. — Твоя взяла. Что поделать, у меня фетиш на умных людей. Джейс смеётся. — Твои студенты тебя обожают. Сказали, что раньше ты вёл кружок. — Научное сообщество. — И почему приостановил эту деятельность? — Тяжеловато стало оставаться после занятий еще на пару часов, — Виктор отвечает честно и Джейс в очередной раз благодарен ему за оказанное доверие. Машина трогается с парковки. Подвозить Виктора до дома из ухаживания становится их ежедневным ритуалом, что не может не радовать. — Ты знаешь, мне очень повезло, что я наткнулся в приложении именно на тебя, — произносит Виктор, когда они уже минут десять едут по городу. — Безусловно. — Нет, я о другом, — Виктор начинает звучать тише, и Джейс понимает, что речь пойдёт о чём-то серьёзном, — я вообще не беспомощный, но не хотелось бы проблем из-за общения в дейтинге. — Ну да. В этих приложениях редко сидят нормальные люди. — Мы с тобой подпадаем под определение «нормальности»? — М, — Джейс хмыкает, — смотря для кого. — Профессор Ревек говорил, что нормальность — симулякр. — А ты не говорил, что Ревек был ещё и философом. — Он много кем был одновременно, — короткий смешок. — Охотно верю. — В любом случае, сейчас не хочу думать о симулякрах. И о семиозисе тоже. Тем более не хочет рассуждать о сложных философских терминах Джейс. Он почти не общался с ребятами с гуманитарного факультета во время учёбы. Те считали его классическим странным технарём, а он ничего не понимал в их семинарах на тему «Семиотика чего-то в работах такого-то». — Мы говорили о маньяках в приложениях. — Почему сразу о маньяках? — Виктор хихикает очаровательно. — Это не смешно, Ви. Ты же упоминал… — Что поделать, кому-то нравится самоудовлетворяться на мою больную ногу. Один раз какой-то пугающий тип интересовался, нет ли у меня ортеза или что конкретно стоит в моей ноге. Виктор засмеялся. Джейсу было не смешно, скорее возмутительно. Эта история, кажется, давняя и давно отболевшая, всё ещё задевала в Викторе что-то, хоть тот и пытался сокрыть эмоции под юмором. Джейсу тоже было чем поделиться, и, если они решатся сыграть в игру «чей опыт отношений печальнее» — ещё неизвестно, кто победит. — Ви, я, — Джейс выдыхает, собирается с силами, — я правда хочу узнать тебя получше. И когда я говорю «получше» я имею в виду не только твои направления исследований, хобби и прочее. — Давай так, — Виктор глухо кашляет, — на выходных. Виктор — поистине обладать уникального навыка принимать важные решения быстро и раскладывать все не сделанные ходы Джейса. Что ж, никакого другого выбора не остаётся. — С меня массаж и горячая ванна. Лицо Виктора меняется за несколько секунд. Он явно не ожидал. — Ого, — на тонких губах появляется кошачья улыбка, — да, мистер Талис, вы правда настоящий исследователь. — У меня ужасно увлекательный научный интерес. — Только научный? — Исследовательский, — уклончиво отвечает Джейс. Юмор — показатель сближения. Джейс празднует победу. Всю оставшуюся дорогу до района, где живёт Виктор, они разговаривают то о работе, то вспоминают какие-то курьёзные ситуации. Они с Виктором обсуждают разработанный им софт, и Джейс не перестаёт поражаться, как в Викторе сочетается столько талантов. Оказывается, Виктор планировал поступать вообще на другой факультет, более прикладной, если так можно выразиться, но конкурс туда был слишком высок. Большую часть знаний Виктор добыл сам, сам просиживал ночами за стареньким ноутом. Каким-то чудом не угробил и зрение, о чём шутит. Весь разговор Джейс не сводит глаз с красивых, тонких пальцев Виктора. С родинок на его лице. С милой, тёплой улыбки. Знает ли Виктор, что у него такая улыбка? Говорил ли ему кто-то когда-нибудь настоящие комплименты?

***

Вечер Джейс предсказуемо заканчивает в одиночестве. Он предполагал, что возможно, Виктору как человеку замкнутому, тяжеловато «перестроиться». Ночью он не может уснуть. Пересматривает фото и перечитывает переписку. Пытался отвлечься на какой-то сериал по подписке, листал сайт со свежими научными статьями по его теме, потом бездумно скроллил ленту. Другими словами, делал всё, что на самом деле препятствует обретению здорового крепкого сна. Как по волшебству, Виктор тоже не спит. «Ты не спишь?» «Не сплю. Жду тебя», — пишет в ответ Джейс. «Мило» «Не то слово», — Джейс посылает смайлик счастливой собачки. «Я хочу фото» «Какое?» Джейс успевает мимолётно отругать себя за игру в непонимание. Какие ещё фотки просят ночью? «Крупного мальчика» Уши снова загораются. Вот и всё. Его выстраиваемый до этого образ пилтоверского сердцееда развалился окончательно. Виктор правда считает его таким глупым и нелепым? Или это игра? «Ну и стыд. Я правда по-дурацки себя вёл в переписке?» «Я чуть с ума не сошёл с тех фоток в профиле. Обожаю крепкие руки» Джейс вытягивается на кровати, перевернувшись. И вот почему Виктор такой раскованный только в письменном формате? Джейс включает лампу у кровати, подтягивается ближе к подушке и фотографирует себя. Отправляет фото в чат. Галочка мгновенно становится синей — свидетельство того, что Виктор прочитал. Точнее увидел. «Хотелось бы увидеть подробнее», — придирчиво оценивает Виктор. Член заинтересованно оттягивает ткань белья. Вздохнув, Джейс берёт его в руку, начиная медленно ласкать самого себя. «Хочешь, позвоню тебе?», — как угадав, интересуется Виктор. «Ты волшебник?» «Возможно. Ну так?» Джейс не успевает набрать ответ. Рука, скажем так, занята. Виктор правда звонит ему — на экране возникает соответствующее оповещение. Джейс нажимает на «ответить». — Ви… — выдавливает он из себя. — Я вас слушаю, мистер Талис, — отвечает Виктор. Судя по скрываемому тяжёлому дыханию — заняты они одним и тем же. Виктор издаёт короткий сглатывающий стон. Сдавленный, но мягкий. — Просто Джейс. Джейс готов слушать этот голос бесконечно, даже если Виктор будет зачитывать ему техническую документацию или какой-нибудь ГОСТ. — Хорошо. М-м-м… почему это ты так дышишь? — Угадай с трёх раз. Виктор глухо посмеивается. Конечно, он всё понимает. Джейс готов развалиться на части от возбуждения, давно забытого стыда от таких разговоров (будто он был снова подростком!) и вожделения. Он безумно хочет Виктора. Здесь, прямо сейчас, в свои руки. Хочет слушать этот властный, но мягкий голос — Джейс откуда-то знает, что Виктор не любит приказывать напрямую. — Угадывать не буду, просто позвоню по видеосвязи. К этому Джейс оказывается не готовым совершенно. Он совсем не против, но всё-таки видеосвязь кажется ему смущающей и неловкой затеей. А ещё он не в самом «продающем» виде Сейчас. — Я… выключу свет, — хрипит Джейс. — Не смей, — чеканит Виктор. — Слушаюсь, — отвечает Джейс, — что, правда позвонишь по видеосвязи? — Подумаю, — Виктор на «том конце», — я слежу, когда там интересное начнётся. Джейс давит стон. Прислушивается к вздохам Виктора. А Виктор совершенно точно слышит все характерные звуки, которые он беспомощно издаёт. Слышит отрывистые шлепки, потирание телом о простыню, вздохи. — И даже фантазию не подключишь? — Уже подключил, — Виктор хихикает, а потом сдавленно ответно стонет. Неужели правда трогает себя в ответ? Джейс уже успел почитать в интернете о том, что Виктору с его букетом заболеваний может быть проблематично завестись от одних лишь грязных разговоров или фантазий. — Я уже говорил, что безумно тебя хочу? — Нет… это впервые, — мурлычет Виктор. — И мне нравится твой голос, — признаётся Джейс. — Тогда почитаю тебе «Историю древней Шуримы в 3—х томах» под редакцией… — М-м-м… — Тебе не нравился курс древней истории в Академии, я понял. Тогда… По правде говоря, одного лишь мягкого, рассуждающего тона Виктора достаточно, чтобы фантазия сама всё дорисовывала. — Представь, что я рядом с тобой. Чего бы ты хотел? — опережает его Джейс. Следует пауза. Джейс ускоряет движения руки по члену. Его всего скручивает, что поражает: вряд ли когда-то простая дрочка была настолько приятной. Даже не приходится подключать замысловатые девайсы, в мир которых когда-то ввела его Мэл. Нет, сейчас не думать ни о ком, кроме Виктора. Джейс упирается рукой в подушку, переворачиваясь на бок и слегка разводя ногу. В этом сейчас нет особого смысла, до него не дотрагиваются, да и изнутри он пуст, нет никакой дополнительной стимуляции. Но фантазия помогает. Дорисовывает того, кому бы он позволил всё. — Всего тебя. Твоих рук, твоего голоса, — Виктор начинает дышать чаще, но Джейс не знает наверняка, что он с собой делает. — Ви… — Тебе нравится, когда тобой управляют, да? — выдыхает в трубку Виктор. Оргазм накрывает внезапно, скручивает не самым приятным образом, но быстро расслабляет. Семя выплёскивается тугими толчками в руку и слегка пачкает новые простыни. Становится сонливо и тепло. Ему определённо нравится, когда им управляют. — Должен сказать, — хрипит в ответ Джейс, — что дистанционное управление немного не подходит мне… Виктор низко смеётся.