А вы точно бессмертный?

      — Директор Дамблдор, можете ответить на пару вопросов?       — Да, конечно, — дедушка расплылся в приветливой улыбке. — Рита, давно вас не видел в наших краях.       — Сенсации сами решают, когда и где им появиться, — пиранья улыбнулась и достала свой дорожный набор: толстый блокнот и изумрудно-зеленое перо. — Что вы думаете о методах гоблинов при подготовке к проведению турнира?       — Не совсем понимаю, к чему вы клоните, но они отлично справляются с работой. В такие сроки то, что они делают, сходно чуду.       Рита Скиттер по ходу интервью будто всё больше раззадоривалась. Когда твой не самый любимый директор ошибается — это весело, но тут он сам загонял себя в ловушку.       — Скажите, вы видели, в каких условиях содержатся звери до испытания? Мы смогли получить уникальный материал.       — Прошу прощения, я не интересовался у гоблинов такими деталями. Так что же там за материал?       — Неужели вы совершенно не знаете, что происходит в вашей школе? К нам в руки попало уникальное воспоминание.       — Разрешите посмотреть? Если я действительно увижу что-то бесчеловечное — обязательно приму меры, — директор пытался вести себя сдержанно, но было видно, как его бесят всепролазные журналисты.       Вся эта сцена произошла на пороге Большого зала. Никто из учеников не понимал, что происходит, только я тихонько злорадствовал. Дамблдор вылезет и из такой грязи, но как говорил Конфуций: «Заеби ближнего своего, и он не заебет тебя».       — Уверена, что не поймет?       — Ага. Я там всё по мази сделала. Даже восприятие цветов сдвинула. Наколку когда обмывать будем? Поляну накроешь?       — Да иди ты лесом! — последние дни богиня так и норовила подколоть про мое заключение и татуировку на самом ценном. — Сведу — обмоем.       — Скучный ты.       Отвечать я не стал, а выцепил из толпы одну белобрысую голову, пролез через пару слизеринских омонов и оказался перед Драко. Пара шагов, врезался плечом и сунул в карман конверт:       — Надеюсь, твой отец узнает об этом.       — О… узнает, — нащупал он что-то новое среди конфет в кармане. — Пошли.       — Совсем дедушку не жалеешь, — усмехнулась Инари.       — Пусть радуется, в тонусе держу.       Улыбнувшись своим мыслям, я пошёл на трансфигурацию. Макгонагалл ещё на прошлом занятии получила от меня очаровательную крыску из свечки, но хотя бы ради приличия зайти стоило.       Как выяснилось чуть позже, это было правильное решение:       — Мистер Поттер, задержитесь, пожалуйста.       — Да, профессор, — я скинул сумку обратно за парту и, подождав, когда остальные студенты уйдут, подошёл.       — Следующее испытание будет двадцатого числа. Надеюсь, вы готовы.       — Подсказок опять не будет?       — Вы и сами всё прекрасно знаете, мистер Поттер.       Вздохнув, я пошёл к себе. Я уже надеялся, что до бала нас всех оставят в покое, но тридцать человек, и правда, получалось многовато.       Следующее утро принесло благую весть. Драко не соврал, его отец тут же узнал об этом, а в «Ежедневном пророке» вышла разгромная статья: «Директор Дамблдор сам не знает, что происходит в школе». Огромное интервью Люциуса Малфоя, как главы попечительского совета школы, открывало статью и приводило читателей к единственной правильной мысли — как можно доверять директору, если он сам не следит за теми, кого привел в школу? Будут ли у доброго дедушки проблемы? Вряд ли, но и спокойно жить я ему дать не мог.       В хорошем настроении я вышел из ворот замка. Даже мерзкая погода не могла испортить мою идиотскую улыбку.       — Поттер!       Хотя кто-то сильнее мог:       — И тебе доброе утро. Уверена, что погода для костюма подходит?       Агнесс была одета в тонкий и легкий плащ. Скорее всего, там были чары, но даже смотреть было холодно.       — Ещё спроси, завтракала ли я? — фыркнула она, поймала мой взгляд. — Кофе.       — Кто б сомневался. Что хотела? До бала ещё полторы недели, порепетировать пора.       — Потом как-нибудь. Слушай, у вас в этом году ничего странного не происходило? Может, кто-то вести себя начал иначе?       — А что спрашиваешь?       — Да так… — она отмахнулась, будто спросила какую-то глупость. Агнесс появилась тут недавно, да и какая разница ей до того, что происходит в замке. Только если она сама не знает куда больше.       — Вообще, есть кое-что… — я ответил расплывчато, сначала надо было выяснить чуть больше. — Невилла знаешь?       В ответ у Агнесс что-то дёрнулось, но едва заметно. Строить догадки было ещё рановато, тем более с обвинениями лезть.       — Нет, а кто это?       — Человек-валенок, который резко борзеть начал. Причём выцеливает сейчас меня целенаправленно, будто следить пытается.       — Ты у него девушку увел? Или под подушкой твое фото?       — Он сам её не увидел, раз ты кто это не знаешь, — проигнорировал я вторую фразу — Но, вообще, год, действительно, странный вышел.       Тем временем мы дошли до опушки Запретного леса. Агнесс, судя по всему, уже спокойно к нему относилась, но заходить дальше я не стал.       — Так с чего спрашиваешь?       — Учитель сказал, что на кого-то артефакт некромантский действует… и что это мое задание — его найти.       — Ну ладно, — я попытался залезть Агнесс в глаза, но легилименцию против неё использовать рука не поднималась, а взгляд она выдержала. — Кроме Невилла, никто в голову не приходит. Он и пропадать стал по ночам.              — Ну, это уже что-то, — улыбнулась она. — Встречу организуешь?       — Да это совсем не сложно. Тебе насколько приватно?       — В идеале, полностью и не в замке. — Это сложнее. Зайду как что-нибудь придумаю.       — Спасибо.       Чтобы Агнесс не говорила, а такие игры на Кощея не были похожи. Может, её и правда интересует артефакт. Диадема Когтевран всё ещё была в замке, но она ли всему виной? С равным успехом это мог быть Дамблдор, начавший науськивать запасного избранного.       Вопросов было много, а ответов мало. Пока оставалось только подыграть.

***

      Время испытания подошло незаметно. Вот вроде вчера только нежился у камина, а сегодня уже стоял в промозглую погоду на опушке леса. Испытание начиналось только в полдень, но спать не хотелось. С первыми лучами солнца я встал и вылез на улицу.       — Гарри!       — А вы-то что не спите? — развернулся я к близнецам.       — Чарли приехал. Написал, чтобы перед испытанием встретили.       — Особые места обещал занять.       — А он-то какими судьбами? Близнецы мне так и не ответили, но, проследив их взгляд, я увидел старого знакомого. Полтора года не виделись, а Чарли Уизли ничуть не изменился. Всё та же куртка из шкуры дракона с меховым воротником, подранные джинсы и немного дебильная улыбка.       — Привет всем! — весело махнул он рукой. — Гарри, не ожидал тебя увидеть. Сильно подрос.       — Стараюсь, — я усмехнулся. — Так какими судьбами здесь?       — Ну… — он замялся. — Хотя после статьи в «Пророке» вряд ли что-то новое скажу. Дамблдор попросил за зверьем присмотреть пару дней перед испытанием.       — Там драконы?       — Нет пока… — он понял, что сказал лишнего. — Тут драконов нет, просто магическое зверье разного уровня опасности.       — Тогда почему тебя?       — Наверное, Дамблдору нужен был просто надежный человек после того, что гоблины устроили.       Противоречий в его словах не было, да и смысла врать ему тоже. Про само испытание я и расспрашивать не стал пытаться, всё равно туда идём без артефактов, а новое заклинание я выучить не успею.       — Ладно, Гарри, удачи тебе. А этих обормотов… — он приобнял близнецов, — я пока заберу.       — Спасибо, — я кивнул и пошёл в замок. Испытание испытанием, но завтрак всё ещё был мне необходим.

***

      — И хлебушка захвати.       — Инари!       — Захвати! Знаешь ведь, что не отстану, — вздохнув, я послушался тысячелетнюю бабушку и сунул в карман горбушку хлеба.       — На испытании перекушу! — буркнул я удивленной Гермионе. — Пойду я, сил нет.       — Удачи!       — Спасибо.       К опушке я пришёл рано. Участники только стали собираться. Агнесс ещё не было, из знакомых была небольшая кучка итальянцев в черных мантиях, да и Седрик, переговаривающийся со стаей француженок. Не знаю, сколько из них прошли, но, видимо, мало. Признанные школы вообще показали себя не с лучшей стороны. Только один-два участника смогли дойти до третьего этапа. Хогвартс выделился. Нас было трое.       — Внимание, участники! Заходите в палатку, скоро вам объяснят условия испытания! — прокричал кто-то из организаторов, и одинокие силуэты ещё не выбывших потянулись под навес.       Погода выдалась, на удивление, мерзкой. Мокрый снег, да ещё и порывы ветра не давали укутаться в плащ.       — Сейчас будет речь директора Дамблдора, потом вам объяснят правила испытания, — проинструктировал нас кто-то и ушёл.       — А можно было сразу, — пробурчал я себе под нос и сел на скамейку рядом.       — Сразу бы не приходил! — усмехнулся стоящий рядом итальянец.       — Я не твой отец, чтобы домой после похода за сигаретами не приходить, — в ответ я улыбнулся также, но приготовился ставить магический щит.       — Ничего, мы встретимся! — оскалился он и ушел подальше.       К счастью, посидеть и поругаться ещё с кем-то мне не дали. Послышалось объявление, и над стадионом разнесся голос Дамблдора:       — Доброе утро, дорогие участники и зрители турнира! Я безмерно рад приветствовать вас на третьем этапе. Надеюсь, наша погода не испортила вам настроение и боевой настрой…       — Он явно издевается, — я вздохнул и укутался в плащ потуже.       Слушать речь Светлого было делом гиблым, и я принялся глазеть на остальных участников. Итальянцев было двое, они стояли в углу и о чём-то перешептывались. Также в углу стояли Агнесс и Михель — одному друиду было хорошо в медвежьей шкуре. Чуть дальше стояло трое из Уагаду. Большая часть участников кучковалась по школам. Были и одиночки вроде меня, к примеру, Флер Делакур сидела в полном одиночестве рядом с дверью, хотя ещё один парень из Франции тут точно был.       Вскоре появился и Крауч. Министр внешних сношений, как всегда, был в котелке и пальто:       — Всем доброго дня. Все готовы? Морально и физически?       На попытку расшевелить участников никто не повёлся.       — Ладно, подойдите ко мне и возьмите шарик. Он определит вашу группу, и мы продолжим. Также напоминаю, что зелья и артефакты можно использовать только вашего собственного изготовления. Сканирующий артефакт у меня тут. Прошу, — протянул он мешок сидевшей ближе всех Флер.       Через пару минут у меня уже был синий шарик. Крауч тем временем поручил помощнику присмотреть за нами и куда-то увёл Агнесс. Не было их минут пятнадцать, но когда вернулись, девушка загадочно улыбалась. Надо будет потом спросить, что случилось.       — Теперь, когда все проблемы решены, я расскажу правила. Вы все разделены на пять групп. В магическом лесу были созданы пять магических куполов. Вы отправитесь в один из них. Ваша задача — поймать одного из магических зверей, которые там обитают, — Крауч на секунду остановился. — Кто справится и доставит зверя в секретариат в центре купола — проходит дальше. Вопросы?       — Пройти могут все?       — Под каждым куполом вас ждут по четыре зверя на шесть человек.       — А с кем мы столкнёмся?       — Узнаете во время испытания.       — А сколько у нас времени?       — До заката, но, думаю, вы справитесь раньше.       — А можно сражаться друг с другом?       Крауч опять вздохнул, видимо, этот вопрос его уже достал:       — Правилами не запрещается. И, как обычно, если вам или кому-то ещё нужна помощь — запустите в воздух сноп красных искр.       — А как нам понять, что это именно тот зверь?       — Очень хороший вопрос. На всякий случай, у всех зверей есть светящееся клеймо. Крауч достал колдографию, а я чуть не упал. Если бы уже не сидел, то точно бы грохнулся. Именно такая хрень была у меня на заднице.       — Поздравляю, Гарри, ты — гоблинская сучка, — усмехнулась Инари.       — Ещё вопросы есть? Нет? Тогда прошу в портал. Он направит вас на соответствующие ваши арены.       Моя очередь наступила минут через десять. Вздохнув, я шагнул в полупрозрачную воронку.       Открыл глаза я среди деревьев. Высокие ели закрывали всё вокруг, только самые настойчивые лучики солнца доставали до земли, да и те рассыпались о тонкий слой тумана. На земле и по деревьям стелился тонкий слой мха.       Вздохнув, я пошел по небольшой тропке. Может, и не лучшее решение для поиска зверей, но мне надо было найти хоть что-то, хотя бы себя.       Минут через десять тропинка вывела меня из леса. Деревья больше не задерживали снежинки, и вокруг стало вырисовываться болото.       — Привет, Гарри! — раздалось с противоположного конца полянки. Присмотревшись, я увидел Седрика. На кой черт он решил распугать всё вокруг, я был вообще без понятия, но для приличия помахал в ответ. Кричать не стал. Поняв, что я не настроен на более близкое общение, он ушел обратно в лес, а я решил осмотреться.       Полянка была неправильной формы, больше похожа на перевернутую букву «Г». В углу стояло накренившееся деревянное здание. Решив, что даже животное может попытаться спрятаться от такой погоды, я пошёл к нему. Вблизи это оказалась небольшая церковь. Вход был заколочен, да и покосившиеся могилы вокруг не вызывали желания зайти. Я уже собирался уходить, но тихий стук когтей заставил вернуться к дверям. Через узкую щель я смог заглянуть внутрь.       Прямо под алтарём сидел черный пёс. На секунду он посмотрел в мою сторону, но никуда уходить не собирался. Впору было вспомнить предсказание Трелони и её фобию перед хранителем могил. Гримма я решил пока не трогать, в крайнем случае, вернуться к церкви я мог всегда.       Уходя, я обернулся. Пёс уже был на крыше. Он тихо сидел, но от взгляда по телу пробежала дрожь. Может, и правильно — не всех зверей надо трогать.       Я вернулся в лес. Тропинок вокруг не было, и я просто шёл куда глаза глядят. Толи моя слепая удача избранного сработала, толи все дороги вели в Рим, но я опять оказался у небольшой прогалины. В её центре было небольшое озеро. Вдали слышалось журчание ручейка.       На краю паслась лошадь. Неказистая на вид и очень худая, за ней явно никто не следил. Перепутанная грива почти полностью закрывала шею, хвост был не в лучшей форме. Окрасом лошадь была непримечательной, серая в крупное яблоко у крупа. Именно там тусклым зеленым светом переливалось клеймо.       Организаторы не могли просто так отдать мне дорогу дальше, и я приготовился бежать за лошадью следом, но она не шелохнулась. Даже когда я подошёл вплотную. А потом вспомнил про кусок хлеба, который меня заставила взять Инари. Достал, отломил ломтик и протянул. Лошадь сначала удивилась, но всё же взяла угощение. На секунду мне показалось, что среди обычных зубов были клыки. Правда, жевала она его недолго, и через несколько секунд со странным звуком плюнула в мою сторону. Я едва успел отскочить.       — Ладно, всё же ты хищник. Ты ведь меня не съешь? — попытался я голосом успокоить животное, но скорее получилось себя. — Правда?       Лошадь повернула голову двумя глазами ко мне. Стало не по себе, но отступать было глупо. Я прыгнул и оказался на спине. Долю секунды она стояла ровно, а потом рванула вперед. Я сам не понял, как оказался в середине озера, только хотел спрыгнуть, но лошадь нырнула. Я обхватил шею руками, зажмурился. Потоки воды пытались скинуть меня вниз, но я держался. А потом всё тело пронзил холод. Ветер всё же сорвал меня со спины лошади.       — Ух! — я больно ударился о землю, но вроде был жив.       Несколько минут я просто приходил в себя. Голова кружилась, да и грязь, в которую я приземлился, не поднимала настроение. Одежда промокла насквозь, и пришлось приводить себя в порядок магией. Под конец я вообще нашел огромную дыру на штанах, откуда просматривалось клеймо. Посветить им на все школы мира ещё не хватало, пришлось немного заштопать. Лошадь тем временем никуда не уходила, а всё также продолжала щипать траву.       Я подошёл ещё раз. Животное отреагировало спокойнее, лишь фыркнув от моего прикосновения. Тут я и заметил одну деталь. Следы копыт были не такими. Они смотрели назад, хотя минуту назад лошадь неслась в озеро. Именно про такую особенность келпи рассказывал Люпин.       — Уже проще, осталось подготовиться, — ответил я оскалом на оскал.

***

      Мне понадобилось порядка получаса, но всё было сделано в лучшем виде. Вокруг озера посверкивало готовое сработать в любой момент заклинание льда, а в руках у меня зачарованная на скорую руку уздечка. Долго она не проживет, но сейчас от неё требовалось только затянуться вокруг морды келпи.       — Готова? — приготовился я залезать. На секунду показалось, что лошадь улыбнулась, но, в любом случае, пора было действовать.       Я прыгнул, накинул уздечку на морду и вжался всем телом в спину лошади. Раздалось ржание, первый прыжок на воду, но тут сработало заклинание. Под копытами вместо податливой воды оказался прочный и неприветливый лед. Келпи рванулась вперед, но чары были быстрее. Каждый прыжок был всё тяжелее, я держался из последних сил, но вскоре всё кончилось.       Келпи остановилась посреди озера. Вокруг был только лёд, ни одной лужи или ручейка, куда можно было прыгнуть. Уздечка стягивала морду.       — Ну что? Отвезешь меня к судьям? — я улыбнулся, внутренне ликуя.       Ответом мне стал не очень довольный, но всё же положительный звук. Келпи зашагала в сторону, а я молился, чтобы не упасть ещё раз.       Ещё минут через десять мы оказались на большой поляне. Вокруг были холмики разных размеров и крутизны, а в центре — странный монумент, напоминавший Стоунхендж. Именно к нему меня и повезла келпи. Чем ближе мы подходили, тем ярче начинало светиться клеймо и на лошади, и на моей заднице. Может, я об этом пожалею, но придется просить Кощея помочь его свести.       В центре был портал. Большая полупрозрачная воронка, туда я смогу проехать даже верхом.       — Поздравляем с прохождением испытания Гарри Джеймса Поттера! — вокруг послышались аплодисменты.       Я спрыгнул вниз. Снял уздечку и… и прежде чем успел отдать организаторам, меня оттолкнуло назад, и лошадь исчезла в ближайшей луже.       — Простите… — протянул я стоящему рядом работнику Министерства уздечку, которая тут же превратилась в палку.       — Лучшая погода, чтоб келпи ловить, — вздохнул он, записал что-то в блокноте. — Поздравляю с прохождением, удачи дальше.       — Спасибо.       Я осмотрелся. Агнесс сидела на трибуне рядом с Кощеем. У её ног расположились два скелета животных. Один покрупнее, другой заметно меньше, а на руках сидело очаровательнейшее создание, напоминавшее скорее красного енота с фиолетовыми глазами и очаровательной парой рожек.       Подходить к некроманту при всём белом свете Англии я не стал и сел в удалении. На магических экранах тем временем показывали кадры с другими участниками. Прямо сейчас один малознакомый итальянец стоял перед двумя участниками без сознания и что-то декламировал. Надо будет список подготовить, кого из следующего испытания выкинуть. Седрик и этот «Марио» — уже есть. Забавно, что убрать я хотел их исключительно из благих побуждений, но при этом они были совершенно разные. С первым не хотелось повторения канонных событий, а второй просто лез к другим участникам.       Остальных ждать пришлось недолго. Уже минут через сорок из портала вышел последний участник с большим говорящим бревном. Спихнув матерящегося Буратино судьям, он довольно зашагал к трибунам.       — Поздравляем прошедших участников турнира! — разнесся над трибунами голос Крауча.       На секунду промелькнула мысль, что он специально залез повыше, чтобы ему все сразу руки жать не лезли, как после лабиринта.       — Я зачитаю список: Гэри Джонсон — Ильверморни…       Моя память на имена оставляла желать лучшего, и я даже не стал слушать Крауча. Краем уха только услышал что-то японское, близкое к «Сунь» и созвучное с «Хунь». В список на вылет добавилось третье имя.       — Также к третьему испытанию участники получат по подсказке. Прошу, заберите свои свитки и удачи дальше!

***

      В гостиной Гриффиндора был праздник. Из Хогвартса оставалось только двое участников — я и Седрик. Сомнений, что на Пуффендуе тоже праздник, не было. Несколько барсуков заходили и звали к ним, но желания присоединиться не было. Да вообще отмечать не хотелось, и при первой возможности я ушёл к себе.       Глаза закрывались, но перед тем как лечь спать, я всё же решил посмотреть, что за подсказку решили нам дать директора.       Я развернул свиток. В самом верху страницы было написано: «Легенда о Гримбиском рыбаке». Дальше была история о том, как рыбак женился на дочери морского короля, попал в рабство к морскому народу и лишь через века смог вернуться со своей семьей на поверхность.       — Всё же озеро... зимой... — я завалился на кровать и застонал.