Год третий - Глава 64
6 мая 2025 г., 22:34
Я озадаченно посмотрел на Директора. " Я...я не могу?"
Я бы подумал, что директор был бы рад этому. Не то чтобы он злился, но просто покачал головой. "Как бы мне это ни было больно, мистер Умбрус, этого нельзя сделать".
Я нахмурил брови. Для таких вещей всегда была причина, не так ли? Я потер подбородок. "Неужели это министерство так и не удосужилось исправить какой-то старый и древний закон?"
Губы Директора дернулись, то ли от улыбки, то ли от гримасы, я не мог понять. "Дело не в этом, мистер Умбрус. Я просто боюсь, что из-за своего эгоизма я уже составил ваши рождественские планы. Я бы уведомил вас, как только вы пришли за своим обычным чаем и лимоном с шербетом, но я недооценил быстроту доброты Пуффендуйцев."
Я посмотрел на Директора, и глаза Дамблдора слегка блеснули. "Таким образом, как бы мне это ни было больно, вам придется пойти со мной, чтобы насладиться довольно утомительной рождественской вечеринкой, организованной Министерством магии, встретиться с премьер-министром Корнелиусом Фаджем и получить небольшую награду за то, что очистили имя Сириуса Блэка".
Я посмотрел на свои руки. "Это... Я не могу этого избежать, не так ли?"
"К сожалению, нет", - поморщился Директор. "Я бы тоже так поступил, если бы это было так", - вздохнул он. "Если это может тебя утешить, я склоняюсь к мысли, что мистер Блэк и мистер Поттер сами предпочли бы тоже быть в другом месте, но они тоже должны будут присутствовать".
"Я думаю, что есть что-то правильное в том, что несчастье порождает компанию", - пробормотал я. "Тогда мне придется рассказать об этом своей подруге".
"Это весьма прискорбно", - продолжил Директор, слегка огорченный. "Я надеялся, что ты проведешь счастливое Рождество, а не скучное и утомительное".
"Ну, директор", - я сам скорчил гримасу, "а как насчет вас? Если бы вы могли провести Рождество там, где захотели, куда бы вы пошли?"
Глаза Дамблдора, казалось, на мгновение затуманились. "Ну, мистер Умбрус, тут ответ очевиден", - ответил он с легкой улыбкой. "В Хогвартсе, конечно".
"Не с семьей?" - ответил я. "Двоюродные братья, дяди, братья или сестры?"
Выражение лица Дамблдора слегка потемнело, и он покачал головой. "Я боюсь, что я не имею права показываться перед своей семьей. Моя гордыня привела к такому тяжкому греху, что я никогда не буду прощен".
Я полуприкрыл глаза и посмотрел в сторону. "Это причина ваших сожалений, директор?" - пробормотал я. "Вы причинили боль своей семье своим высокомерием? Сделал что-то настолько плохое, что это никак нельзя исправить?"
"Я бы предпочел не говорить об этом, мистер Умбрус", - сказал директор. "Это в прошлом..."
"Но это влияет на ваше настоящее, директор", - мягко сказал я. "Извините, если мои слова прозвучат бессердечно, но вы когда-нибудь рассказывали своей семье, сколько лет вы провели, мучаясь из-за своих прошлых поступков? Потому что, директор, я, может быть, и молод, но я вижу в ваших глазах глубочайшее сожаление", - я поморщился. "Это мучает вас изнутри, этот ваш грех, и я думаю... Я думаю, что раны, которые никогда не заживают, - это раны от сражений, о том чего вы не сделали". Я встретился с ним взглядом. "Итак, вам все еще предстоит битва, возможно, самая трудная из всех, но если вы уклоняетесь от нее... Тогда какой же вы храбрый волшебник, сэр?"
"Такие слова не должны исходить из уст такого молодого человека, как ты, мистер Умбрус", - пробормотал Дамблдор. "Это я должен был бы быть сумасшедшим старым волшебником с мудрым словом и готовым высказыванием, но я так и не дошел до этого", - он сглотнул, его старческие руки сжали друг друга, когда он сделал глубокий вдох. "Что это вообще изменит?" - прошептал он. "Мой брат всегда был упрямым, как мул".
"Братья такие", - согласился я. "Если они моложе, они смотрят на вас снизу вверх, но никогда не решаются признаться в этом. В конечном итоге вы плохо относитесь к ним, потому что не можешь понять, почему они так раздражающе пытаются держаться за вас и беспокоят вас, но, по правде говоря, они просто очень любят вас и хотят стать такими же крутыми, как вы, пока они не узнают мир лучше и не найдут свой собственный путь", - я усмехнулся, сказав это. "А в других случаях они не могут стать такими, как вы, потому что у них есть своя собственная дорога, по которой им нужно идти, и поэтому они злятся и дуются из-за того, что не идут по тому же пути, что и их старшие братья, но только из-за того, что пути разные, это не означает, что есть хороший путь и плохой путь. Семья, как правило, всегда держится..."
У меня на глазах выступили слезы.
"Вместе".
Директора больше не было на своем месте. Старая, хрупкая на вид рука была на удивление твердой и в то же время нежной, когда она погладила меня по голове. "Ты невероятный молодой человек, мистер Умбрус", - прошептал он. "И еще раз я совершил ошибку, недооценив боль в жизни своего ученика". Его глаза были полны печали. "Хогвартс может быть твоей семьей, мистер Умбрус, и твоим домом вдали от дома, до тех пор, пока ты не вырастешь и не станешь достаточно старым и мудрым, чтобы создать свой собственный дом. И мне так жаль, что я заставил тебя открыть печаль таящуюся в твоем сердце такому старому, бедному дураку, как я".
Директор, по иронии судьбы, считал, что мои слова были сказаны из-за моего желания воображаемой идеальной семейной жизни. Мое горе было достаточно реальным, но никак не связанным с каким-либо воображением.
Это пройдет. Я был взрослым в теле ребенка и уже привык к своей независимости. Это был всего лишь краткий миг воспоминания о потере. Это было что-то, что пройдет, как и все остальное в моей жизни, и я стану только сильнее от этого.
Тем не менее, Меган это не обрадовало, но она поняла и даже похвалила меня за то, что я получил награду.
Судя по всему, новость обошла всех. Неожиданный удар был нанесен, когда меня выловил Гарри Поттер, которому удалось найти меня, как раз в тот момент, когда я изо всех сил старался избегать всех остальных и направился на кухню. Это было то, что я, конечно, провалил, и, таким образом, у картины, которая вела на кухню, Гарри Поттер заблокировал меня и собирался с духом, чтобы задать жгучий вопрос, застрявший у него в горле.
"Итак", - неловко сказал Гарри, шаркая ногами. "Как ты думаешь, что мне следует делать?"
Я посмотрел на Гарри Поттера. Он посмотрел на меня так, словно не был уверен в том, что только что сказал. "Почему ты спрашиваешь меня об этом?" - пробормотал я.
"Ну", - ощетинился он, "потому, что все так говорят. Просто делай, как Шейд, и все будет хорошо, Гарри. Спроси Шейда, и он узнает, Гарри. Я чертовски хорошо могу понимать намеки", - фыркнул он, скрестив руки на груди.
"Ты что, дуешься?" - пробормотал я.
"Я не дуюсь", - проворчал он. "Я просто", - он глубоко вздохнул. "Послушай", - сказал он. "Я просто не хочу все испортить, хорошо? Если мне, черт возьми, нужно быть в розовом платье, тогда отлично, я его найду. Я просто... Сириус - лучшее, что случилось со мной со времен, ну, со времен попадания в Хогвартс, и я не хочу, чтобы что-то пошло не так, если я смогу этого избежать."
Я посмотрел на вспышку мальчика, а затем слегка кивнул. "Просто будь милым, хорошим ребенком. Кивай, когда другие люди кивают, смейся, когда другие люди смеются, и что бы ты ни услышал, не указывай на это". Я положил руку Гарри на плечо и начал уходить с кухни, когда любопытный Домашний Эльф решил выскочить и буквально втолкнуть меня внутрь, чтобы мне прислуживали и почитали как короля.
Надеюсь такого не произойдет, если или точнее когда Гермиона узнает о Домашних эльфах.
Это напугает их и меня, и подвергнет риску безопасность моего святилища.
Таким образом, обучая Гарри Поттера Политике 101, я еще раз пожалел, что у меня нет устройства для телепортации или других секретных ходов, ведущих меня в мое тайное святилище.
Должен был быть способ убедить Хогвартс создать секретные проходы, возможно, стоить ткнуть в стену волшебной палочкой и понаблюдать за последующим результатом?
Кто-нибудь вообще пытался это сделать?
Мои глаза сияли ярким обещанием невероятно опасных экспериментов.
Это было такое мерцание, которое не соответствовало мерцанию глаз Дамблдору, но его взгляд был гораздо более позитивным по своей природе.
Я не хочу поджигать Хогвартс...
...Я просто хочу осветить тайный ход в самом его сердце.
