Год четвертый - Глава 82
3 декабря 2025 г., 00:33
Я действительно пошел на урок истории магии в тот вторник, просто чтобы меня было легко найти, когда начнется задание. Профессор Флитвик пришел, чтобы забрать меня и привести через территорию Хогвартса туда, где меня ждала моя судьба. "Помните, что страх - это ваш настоящий враг, мистер Умбрус", - сказал миниатюрный профессор. "Страх затуманивает разум. Всегда должен быть план. Планы заставляют работать даже самый испуганный ум!" -сказал он, а затем посмотрел на меня: "Не беспокойся о результатах. Беспокойся о том, чтобы сработало то, что ты задумал".
Я знал, что должен был заставить это работать.
Если у меня не получится, я стану драконьей едой. Я немного нервно кивнул ему, а затем вошел в палатку чемпионов.
"Теперь запомните", - сказал Людо Бэгмен, объяснив быструю версию правил. "По одному дракону на каждого, выбирайте по порядку." Я надеялся, что буду первым. Лишь бы не Хвосторога.
Мне не могло так повезти.
Забавно, Хвосторога выглядела особенно агрессивно даже в миниатюрной форме. Я бы надеялся, что четвертый дракон, тот, с которым столкнулся Гарри Поттер был дополнительным. Вместо этого они, очевидно, решили обойтись без другого, какой бы это не был.
Я все еще должен был выступать, хотя и под номером три, а не под номером четыре.
Я подумал, что Рон и Гарри нервно наблюдают за происходящим из рядов вместе с Гермионой, совершенно не затронутые событиями этого года. Я хотел того же. Я хотел делать ставки на то, что Гарри Поттер выживет, и зарабатывать огромные суммы на моих знаниях о будущем. Вместо этого я был здесь, столкнувшись с невероятным риском травм, смерти и того, что я стану пищей дракона.
Без Седрика, который в каноне был первым, первой отправилась Флер. "Я бы сказал, удачи, но она итак с тобой", - сказал я ей, и она выдала симпатичную, хотя и довольно слабую улыбку. Таким образом, мы с Крамом остались вдвоем, причем ловец был довольно угрюмый и бледный, и тоже невничал. Толпа зааплодировала, дракон взревел. Бэгмен что-то сказал. Я не слушал. Я расхаживал взад и вперед, чувствуя себя следующей жертвой особенно злобного дантиста или следующим, кто должен пойти на особенно ужасный устный экзамен.
Затем был вызван Крам.
Он тоже не торопился. Наконец,настала моя очередь.
Я сделал глубокий вдох, и распахнул створки палатки. Тишина установилась при моем входе, и дракон в дальнем конце загона был без сомнения страшный, и безусловно, опасный, и все же... защитно парящий над своими яйцами.
Он не бросился на меня. Он не бросился в мою сторону. Он смотрел на меня настороженно и с рычанием, его хвост оставлял глубокие следы на земле. Я приблизил палочку к мантии и безмолвно срезал ее.
Только наши палочки и наша одежда, это были единственные вещи, которые мы могли взять с собой.
"Он освободился от мантии Хогвартса! Может быть, он захочет попробовать сбежать?" Голос Людо Бэгмена эхом разнесся в воздухе, и рычание дракона стало еще более угрожающим.
Затем я поднял свою палочку в воздух.
У меня были идеи о том, как это сделать. Было много мыслей, много планов, и все же, наблюдая, как кончик моей палочки сверкает с неоспоримой верой, я улыбнулся и взмахнул ею.
"Симфония Кантатио", - весело сказал я, и улыбка расцвела на моем лице, когда музыка начала усиливаться.
Барабаны. Гитара. И они начали петь.
Сначала я испугался, я окаменел. Все думал, что никогда не смогу жить без тебя. Но потом я провел много ночей, думая, как ты поступил со мной неправильно.
Первая из драконьих горгулий ударила когтями по песку арены, ученики ахнули от музыки и их внезапного появления.
И я стал сильным. И я научился многому. И вот ты вернулся. Из космоса.
Появился второй Драгул, расправив крылья в своем обычном, величиной с огромную собаку, размере.
Я только что вошел, чтобы найти тебя здесь с этим печальным взглядом на твоем лице. Я должен был сменить этот дурацкий замок, я должен был заставить тебя оставить свой ключ, Если бы я хоть на секунду знал, что ты вернешься, чтобы беспокоить меня!
Третий и четвертый плыли вниз, хлопая крыльями с естественной способностью настоящего летающего существа. Толпа начала оглядываться в поисках источника музыки или точки появления Драгулов.
Давай, давай, выходи за дверь.
Пятый, шестой, седьмой, все они приземлились во главе уже движущегося строя. Они шли вперед с открытыми челюстями и каменными глазами. Они двинулись, и хвост Хвостороги ударил по земле, он клацнул зубами, он зарычал, но каменные драконы все равно приближались.
Я начал двигаться вперед, следуя ритму музыки. Восьмой, девятый, десятый, они плавно спускались рядом с драконом.
"Это... это настоящая армия!" - прошептал Людо Бэгмен. "Армия поющих горгулий..."
Просто повернись сейчас. Потому что тебе больше не рады. Разве не ты пытался причинить мне боль прощанием. Ты думаешь, я рассыплюсь. Ты думал, я лягу и умру?
Хвост Хвостороги сбил горгулью, разбив ее на осколки камней лишь благодаря своей силе. Остальные продолжали приближаться, настоящий дракон хлопал крыльями, пытаясь заставить их отойти. Тем не менее, они отказались. Я продолжал приближаться, двигаясь, и держа свою палочку как импровизированный микрофон.
О нет, я выживу!
Тень на мгновение заслонила свет. Ученики начали кричать, но музыка заглушила их, она теперь была намного громче, из-за гораздо большего рта.
О,пока я знаю, как любить, я знаю, что останусь в живых!
"Мать всех драконов..." - недоверчиво произнес Людо Бэгмен, "Это..."
У меня есть вся моя жизнь, чтобы жить! И у меня есть вся моя любовь, чтобы отдать, и я выживу!
Плоть и чешуя Хвостороги оказались прижатыми к земле, большие когти обрушились на ее шею сверху, и здоровенный вес обрушил ее вниз, заставив дракона растянуться на земле, меньшие гаргульи бросились вперед, чтобы схватиться и добавить вес на его хвост. Затем Теневой дракон открыл рот, ревя не только музыкой, но и конусом инея, который заставил пылающее дыхание Хвостороги уменьшиться, как будто высасывая его силу.
Я выживу, эй, эй!
Поскольку музыка продолжалась, дезориентируя самого дракона, у которого у уха был громкоговоритель, я подошел к золотому яйцу, которое приютилось среди других, и схватил его пальцами.
Затем я отошел, прошел до дальнего конца арены и, подняв палочку, подал сигнал, чтобы музыка прекратилась.
Оглушительная тишина длилась только до тех пор, пока я не сделал вежливый поклон, отпуская оркестр.
Рев оваций и яростные хлопки учеников были самой трогательной музыкой из всех.
Затем я посмотрел на судейскую коллегию и терпеливо ждал оценки своего выступления.
Дамблдор указал мне за спину одним из своих пальцев, и я повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как укротители драконов пытаются и терпят неудачу, заставить статуи драконов отпустить настоящего дракона. После щелчка моих пальцев статуи начали отступать одна за другой, в то время как укротители взяли Хвосторогу под контроль. Через несколько минут вокруг меня сгрудились Драконьи горгульи, а более крупный Теневой дракон возвышался надо мной, и ьыл на уровне глаз с судейской коллегией высоко наверху.
Излишне говорить, что даже Каркаров не осмелился дать мне меньше семи с учетом горгулий, смотрящих на него яркими, горящими зелено- фиолетовыми глазами. Остальные поставили десятки. Каркарову пришлось бороться со своим желанием поставить мне высокую оценку. Он пошел на компромисс, бедняга.
"Я сделал все возможное", - нахально сказал я, входя в палатку с другими участниками, так как Людо Бэгмен хотел сказать нам что-то еще, Флер выглядела счастливой видеть меня живым и невредимым, но это продлится только до тех пор, пока кто-нибудь не скажет ей, что я сделал, и тогда она поймет, что я дурачил ее. К счастью, она была лишь на четверть Вейлой, и не могла выбрасывать огненные шары из своих рук, по крайней мере я на это надеялся.
Людо Бэгмен спустился, едва сдерживая дыхание, через несколько секунд после меня: "Совершенно потрясающе! Фантастическая работа! Это был... это был один из самых потрясающий способ справиться с этим!" - его дыхание было затруднено, "Уровень чар... чутье! Ученик Дамблдора" - выпалив это он хлопнул меня по спине, к моему большому разочарованию. "Даже музыка! Музыка тоже внесла необходимый штрих! Маггловская, если я не ошибаюсь? Чертовски-чертовски превосходно...
Были испуганные взгляды.
Я просто держал улыбку на лице и надеялся, что мерцание моих глаз сработает. Давай, глаза, делайте свою мерцающую вещь.
Двадцать четвертое февраля, день второго задания, второго, холодного, ледяного, как ад, задания.
Я умею плавать примерно как риф.
То есть я даже не падаю камнем на дно...
...Я просто позволяю воде делать свое дело и медленно разъедать меня.
