Мы (Наша любовь) / Us (รักของเรา) (тайская gl-новелла)

      В комнате царила тишина. Мои ноги ослабли, услышав её слова, но я старалась удержать себя в вертикальном положении. Волнение и счастье наполнили меня. Если бы моё сердце могло вырваться из груди и забиться снаружи, можно было увидеть, как оно танцует.       — Пэм.       Я нежно коснулась её, пока она плача прятала лицо в ладонях. Я не знала, что сказать, поэтому спросила:       — Ты хочешь пить?       Что за ерунду я только что спросила?! Это явно не тот момент, чтобы обсуждать воду. Надо было просто спросить её прямо. Пэм кивнула, но не смотрела на меня.       — Да, пожалуйста, я хочу пить.       Я пошла к холодильнику, налила ей воды, но меня переполняли эмоции. Что мне сказать после воды? Оставаться в тишине? Я чувствовала себя неловко, говоря о "нас".       — У тебя завтра занятия?       — Нет.        Она взяла стакан и сдвинулась в сторону, предлагая мне сесть рядом. Несмотря на то, что она сказала, что хочет пить, стакан так и остался полным.       — А у тебя?       — У меня тоже нет занятий.       — Уммм...       — Как ты сюда добралась?       — Я приехала на машине и припарковалась в соседнем дворе.       — Понятно.       Мы снова погрузились в молчание. Что со мной случилось? Обычно я никогда не теряюсь в словах, но сейчас у меня не было ничего, что я могла бы сказать.       — Рак...       — Ты хочешь провести ночь у меня?       Я вдруг поняла, как это могло звучать — слишком прямолинейно, и это могло быть понято не так, как я задумала. Пэм выглядела ошеломлённой, когда услышала мои слова. Я читала её лицо достаточно хорошо, чтобы быстро объясниться.       — Я имела в виду... эээ... — я запнулась и старалась собрать мысли в кучу. Мой разум совсем отказал. — Уже поздно. Думаю, тебе стоит остаться здесь на ночь. Больше ничего. Не переживай.       Наверное, я выглядела очень растерянной, потому что Пэм ответила мне тёплой улыбкой.       — Я тоже думаю, мне тоже стоит остаться. Не думаю, что смогу нормально поехать. Ты не против, Рак?       — Нет, совсем нет.       Ответ был мгновенным... Насмешливый и сладкий голос заставил меня покраснеть. Я не знала, что она думает, но мне стало неловко.        — Но у меня нет своей одежды.        — Ты можешь надеть мою. У нас один размер, как мне кажется.        Я взглянула на её грудь, чтобы прикинуть, ведь я могла ошибиться в размерах, глядя на то, что будущий стоматолог носит. Это всего лишь пижама. Не стоит так волноваться.        — Ладно.       Я застыла, сидя на матрасе и с недоумением слушая, как она принимает душ. Мне казалось, что я весь день каталась на американских горках. Этот день был переполнен эмоциями — разочарованием, грустью и счастьем, смешанными в одно целое. Подумать только: сегодня я пережила разрыв сердца, позже сама разбила чьё-то сердце, а теперь радовалась, услышав, что она тоже ко мне неравнодушна. Я прикоснулась к груди, чтобы убедиться, что не пережила инфаркт. Я ударила себя по лицу, чтобы понять, что это не сон. Я не могла до конца осознать происходящее. Я была сестрой её бывшего... Я женщина... Но Пэм сказала, что любит меня.       Неожиданно щёлкнул замок в туалете, я поспешила лечь на матрас и повернулась к ней спиной, притворяясь, что сплю. Запах свежего мыла смешивался с тёплым ванильным ароматом. Мне было интересно, как этот запах всё ещё держится, ведь душ должен был его смыть, правда? Пэм приготовилась ко сну и спросила своим милым голосом:        — Рак, где выключатель света?       Я вздрогнула и ответила:       — Он там.        Я точно не выглядела как тот, кто спит. Свет погас. Пэм залезла на матрас. Я старалась контролировать дыхание, не хотелось, чтобы она нервничала. Я положила руку на грудь, чтобы убедиться, что сердце не бьётся слишком громко. Почувствовала, как её спина прижалась к моей. Мы долго молчали. Я подумала, что она уже заснула.       — Ты спишь? — нарушила тишину Пэм. Я широко открыла глаза в темноте, услышав её вопрос.       — Нет, я не сплю.       — Ты ничего не сказала, Рак.       — Да. Что ты хочешь, чтобы я сказала?       — Ну... — её сладкий голос звучал немного нервно, но она всё равно хотела получить ответ. — Я сказала это, но ты ничего не ответила. Я теперь вне игры?       Она надеялась на меня? Вот что я должна была бы спросить.       — Нет, я так счастлива, что не знаю, что сказать, — ответила я быстро, ведь её грустный голос пробуждал во мне жалость.       — Но ты так молчалива.       — Позволь мне тебе признаться... — я замолчала, неохотно произнося эти слова, но всё же сказала, — когда я поняла, что чувствую к тебе, мне стало так страшно, что я могу сказать что-то слишком очевидное. Я понимала, что всё, что я чувствую, уже раскрыто. Поэтому я сдерживалась, стараясь не показывать слишком явных чувств. Ты помнишь, что случилось в прошлом году? Мы не общались целый год. Именно тогда, когда я открыла свои чувства, ты сразу же убежала.       — Почему ты снова об этом говоришь? — её голос был таким печальным. — Тогда я не знала ничего лучше.       — Сейчас я не хотела бы ворошить прошлое, но хочу сказать, что как только я поняла, что ты чувствуешь то же самое, это сделало меня ещё более эмоциональной. Я хотела показаться тебе хорошей. Я не хотела слишком открыто показывать свои чувства и... Я не хотела, чтобы ты знала, как сильно мне хотелось прикоснуться к тебе.       Я крепко зажмурила глаза и стала ждать ответа. Мне было интересно, как она воспримет мои нечистые мысли. Я перестала быть собой после того, как поцеловалась с Пэм, но она ушла, а теперь та, кого я так хотела, лежала рядом со мной на кровати. Внутри меня бушевали эмоции.        — Тебе легче, когда ты поворачиваешься ко мне спиной?       — Да, — соврала я.        — Умм...       Снова тишина. Теперь я чувствовала, как каждое мгновение тянется, словно вечность. Когда я не ждала ничего, время казалось стремительным. Каждый момент теперь становился безбрежной вечностью. Как долго мне нужно лежать здесь, пока не наступит утро? Это было мучением, но я была так счастлива.       — Почему люди размножаются?       — Что? — Какой странный вопрос. Я закатила глаза и пыталась найти ответ в своей голове, как будто сдавала экзамен. — Природа хочет, чтобы мы размножались, чтобы поддерживать наш вид и увеличивать количество с одного до двух, до трёх и так далее.       — Ты когда-нибудь задумывалась, почему людям нравится заниматься этим?       — Ааа... природа превращает это в увлекательное занятие, чтобы привлечь людей к рождению большего числа детей, я так думаю.       — Ты когда-нибудь слышала о дельфинах?       — Ага, — кивнула я.       — Дельфины тоже размножаются, но они могут вступать в сексуальные отношения с особями того же пола.        — Зачем они это делают?       — Наверное, просто для удовольствия. А почему люди одного пола делают это?       — Полагаю, это похоже на дельфинов — просто ради наслаждения.       — Как ты хотела сделать это со мной? — её вопрос ошеломил меня, но мы уже оказались в этой ситуации. Не было ничего более неловкого.         — Да.       Снова наступила тишина. Пэм больше не задавала вопросов, а я не знала, о чём продолжать разговор. Пора было спать. Я не знала, о чём она думает сейчас. Всё, что я сказала, было уже слишком много для неё, чтобы переварить.       — Рак.       — Да.        Я почувствовала её движение, и её сладкий голос прозвучал прямо у моего уха.       — Ты всё ещё хотешь лежать ко мне спиной... после того, что я только что сказала?       Как только она завершила фразу, мой разум как будто выключился. Я повернулась к ней, и словно недостающий кусочек пазла встал на своё место. Мои глаза привыкли к темноте, и теперь я чётко видела её лицо. Наши губы слились в поцелуе, обменявшись сладким вкусом друг друга. Это было похоже на то, будто мы пробежали марафон и, наконец, нашли воду. Наше дыхание стало тяжёлым и громким, как будто мы занимались физическими упражнениями. Мои руки скользили по её телу. Я была переполнена страстью и ощущением привилегии исследовать её тело. Её сладкое лицо ответило поцелуем, из её горла вырвался мягкий стон, и это заставило меня ещё глубже погрузиться в неё.       — Позволь мне сделать это.       — Рак.        Мои губы нежно прикоснулись к её губам, шее и спустились к плечу. Её тесная футболка, в которой она была, меня раздражала. Она мешала мне исследовать её. Я просунула руку под её футболку. Для неё это был первый раз. Она вздрогнула. Я замедлила свои действия, не желая напугать её. Я прислонила лицо к её гладкой длинной шее, прежде чем остановиться.       — Что случилось? — спросила она с удивлением в голосе, лёжа подо мной.       Я подняла лицо и объяснила ей, в чём проблема:        — Я знаю, что ты не планировала делать это сегодня.       — Ну... — она колебалась, — да, но мы уже начали. Почему ты остановилась?       — Я знаю, что ты не готова.       — Но я тебя не отвергаю, — на её лице было видно некоторое сомнение, — или у тебя всё ещё есть кто-то в сердце?       — Я люблю только тебя, Пэм.       Мой твёрдый голос дал ей некоторое успокоение, но она всё ещё не могла понять.        — Что тогда?       — Я... Я хотела бы это сделать, но не знаю, как.       Тишина между нами исчезла, когда мы засмеялись. Пэм, утратившая уверенность, теперь смеялась и мягко оттолкнула меня.       — Так глупо, — рассмеялась Пэм.       — Да, я понимаю, это действительно глупо.       Пэм нежно взяла моё лицо в свои ладони и посмотрела на меня с любовью.       — Хороший старт, но плохой конец — ты проиграла дельфину.       — Ты знаешь, как это делать?       — Нет, я тоже не знаю.       — Значит, не только я.       — Это значит, что нам предстоит исследовать, как это делать.       Пэм рассмеялась и притянула меня к себе, чтобы поцеловать. Раньше она этого не делала. Смех утих, и мы погрузились в долгий поцелуй, а потом посмотрели друг на друга и улыбнулись.       — Это нормально. Нам не нужно ничего делать. Я счастлива, просто меня кое-что пугает.       — Что тебя пугает?       — А что, если ты поменяешь своё мнение завтра?       — Не думаю, что это случится.       — Тогда можем ли мы обсудить это сейчас? — я застенчиво прикусила губу, мне нужно было немного уверенности, чтобы убедиться, что я не во сне, — можем ли мы всегда так целоваться?       Мы обе были слишком застенчивы, чтобы произнести хоть слово. Весь вечер мы лишь обнимали друг друга. Моя жажда понемногу утихла. Нам не нужно было заниматься сексом. Мне нравилось, как всё было. Это было чисто, от самого сердца, как Пэм часто говорила. Мы могли бы быть влюблёнными, не испытывая страсти.