Притча о двух волках и цирке

Джунхо смотрел на экран мобильного, быстро теряясь среди улиц. Конечно, хвоста за ним не было, но осторожность соблюдать стоило, даже в таком забытом богом месте. Впрочем, он был рад, что так неудачно зашёл к другу Санву, и даже синяк на руке не портил его настрой. Он помнил его, пусть остальные и делали вид, что не знают. Джунхо рано понял, что его жизнь такая же беспросветная срань. Инхо пытался огородить его, старался заменить родителей и у него это прекрасно получалось, вот только сам брат оставался с этим ебучим миром один на один без поддержки. А потом случился отец и его фантастические новости: «Я нашел тебе мужа». Вот, заебись, Джунхо всю жизнь мечтал лечь под того, кого найдёт отец! Кон Ю оказался пусть и симпатичным, но долбоёбом знатным с репутацией клоуна из психлечебницы и справкой из вытрезвителя, ещё и с тупой привычкой играть со всеми в русскую рулетку. А в первую брачную ночь он будет то же делать? Пять раз кончаем в голове и один в реальности – что выпадет тебе? - И долго будешь бегать? – сообщение пришло, едва он вошёл в автобус. – Мне казалось, тебе ясно дали понять, что ты не сбежишь. Но ты такой упрямый милый мальчик. К сожалению, сменить номер телефона Джунхо не мог. Тем более из-за такого мудака. Это было бы ниже его гордости. Пусть пишет, всё равно не отследит. Сомин всегда умел делать вид, когда нужно, что он тупой. - Пошёл нахер. - Какие выражения, не заставляй меня наказывать тебя за подобное. Я ведь хочу быть ласковым со своим мужем. - Гори в аду. Мы не женаты и я сделаю всё, чтобы этого не произошло! – когда Джунхо привели в комнату отца, он ожидал, что его будут в очередной раз ругать. Но нет. Там в полумраке стоял Кон Ю с издевательски доброй улыбкой и бокалом вина в руке. Тогда, почувствовав его аромат в виде кислых зеленых яблок, он захотел сбежать в туалет и тошнить до тех пор, пока не останется сил. Многие бы сказали – долбоеб, мужик красивый, взрослый, богатый и никогда тебя не обидит. Сиди, радуйся и заведи инстаграмм счастливой мамочки трех ангелочков. Но! Во-первых, Джунхо хотел быть криминалистом и расследовать убийства, а не участвовать в них. Во-вторых, он не желал зависеть от кого-то, если только это не разорение брата. В-третьих, Джунхо просто не желал соблюдать правила. У омег их мира не было секс-течек или прочего, отчего наличие рядом долбоеба не было обязательным. - Например? Сдашь компанию отца? – Джунхо буквально слышал, как «вербовщик» смеялся над ним. Его голос оседал на коже даже за километры, хотя он всегда мог находиться рядом. Кон Ю любил охотиться и выслеживал его, как собака, коей он и являлся. Сутулая псина, которая бегала за ним. Джунхо даже не знал его до этого года, но, как оказалось, отец просто ждал, пока он станет достаточно взрослым, чтобы вывалить это разом. Пожалуйста, сыночек, вот тебе хуй, прыгай на нём и рожайте внуков, потому что твой брат пока собирается умереть девственником. - Джунни, малыш, ты же прекрасно знаешь, что тогда плохо будет твоему брату. Омегам в тюрьме очень тяжело. Я-то тебя всегда заберу. - Не смей меня так называть, мудила! И нет, я найду способ лучше! Я заберу брата и ты меня никогда больше не увидишь! - Я вижу тебя каждый день. Я твоя тень. Я твое настоящее и будущее, от которого не убежать. Так что всё же определись с костюмом на свадьбу. - Я заблокирую тебя, - Джунхо нажал на нужные кнопки, хотя понимал, что это вопрос времени, когда он найдёт новый номер и напишет ему. Это продолжалось с тех пор, как он сбежал. Прятаться в Корее от людей, которые ею правят тяжело, но всё, чего хотел Джунхо – это спасти брата. А потом они уедут в Китай или США, где их точно не увидят и не найдут.

***

- Ты идиот, Кихун. И ещё пытаешься меня на тот свет утащить! – Чонбэ шокировано замер на месте, едва не проглотив соджу залпом. На фоне звучала какая-то музыка и две женщины обсуждали насколько же подорожали помидоры. Магазин гудел своим привычным возмущением и телефонными звонками, потому что кто-то забыл, какой жирности нужны сливки. Обычный, привычный шум. - Как можно повестись на такое? А если к тебе завтра подойдут и позовут в секту, ты тоже решишь, что это хорошая идея? - Ну, там кормить будут точно, - заметил Кихун, а Чонбэ чуть себе лицо не разбил, упав на стол. Его лучший друг, которого уже стоило сменить с таким количеством проблем и сдать в ближайший ломбард, притащился к нему рано утром и сказал, что произошло нечто такое, что его удивит. Глаза его при этом блестели так, словно ему сообщили, что он выиграл приз в лотерею или где-то умер неизвестный родственник, отдавший ему всё наследство. Привыкший к различным неожиданностям Чонбэ ожидал чего угодно, но не того, что Кихун выложит, когда они зайдут в круглосуточный магазин перекусить. Он правда привык. Привык ко многому. Заваривав себе лапшу и накидав туда пару ломтиков сыра, он думал, что тот расскажет об очередных скачках и какой номер точно выиграет. Или про новый вид азартных игр. Кихун ничего не ответил, уплетая лапшу за обе щеки. Выглядел он более довольным, чем вечером с полицейским. Когда Джунхо ушёл утром ( Кихун по доброте душевной уговорил его переночевать, не выгонять же омегу в такой неблагополучный район), у него появилась лишняя минутка всё обдумать. И он обдумал ровно настолько, насколько позволял его авантюризм. То есть, никак. Они ещё здорово поговорили, правда, сам Джунхо не хотел рассказывать о своей семье, решив, что так будет лучше. Но то, что он любил своего брата – это точно. Кихуну даже стало интересно, что с ним случилось. - Ещё раз объясни твой гениальный план, - Чонбэ неуверенно потёр руки, пытаясь осознать ту авантюру, в которую его засовывали без всякой смазки. - Ты предлагаешь нам внедриться в один из крупнейших синдикатов всей Азии, чтобы помочь полицейскому, которого ты нашел у себя в туалете и который является сыном главы этого синдиката? Я ничего не пропустил? А, он пытается спасти своего брата, но так и не сказал, от чего его нужно спасать. Теперь точно всё. Так что, я не прав? - Не-а, всё именно так. Я горжусь, ты смог запомнить такой объём информации, - Кихун, который, по мнению своего друга, спятил совсем, продолжал делать вид, словно ничего необычного он не предлагает. Каждый день новое приключение. - И за это мы получим хорошие деньги. Ты сможешь закрыть свои долги, а я смогу побороться за свою дочь. - Я люблю Сан Ву, он хороший парень, но ради него я не хочу рисковать своей задницей. Куда бы он не влез, он должен был понимать, что будет дальше. И я уверен, что он всё рассчитал и просто решил не выходить на связь. - Мы должны ему помочь, - по голосу Кихуна Чонбэ уже прекрасно понимал, что даже если он откажется, его друг попрыгает туда один. И его точно убьют. - Кихун, у меня жена и ребенок. Что я буду делать? – Чонбэ уже представлял, как будет объяснять происходящее жене. Наверно, она всё же подаст на развод окончательно. Он бы точно подал, если бы оказался в такой ситуации. - У тебя тоже долги! Так что не бойся. Никто нас убивать не станет! Им невыгодно! - За наши органы они получат больше, чем от нас самих, - хмуро заметил Чонбэ, нервно потирая руку. – Так что я бы так не утверждал. - Нас никто убивать не станет, я клянусь тебе! - Откуда у тебя такая уверенность? - Её нет, - пожал плечами Кихун. - Отлично, я просто не нахожу слов. Их и нет, ты, как всегда, умеешь удивлять, - Чонбэ замер на месте, всматриваясь в стол. – Почему ты так уверен в словах того парня? Он ведь тебе никаких доказательств не предоставил. Ты фактически поверил на слово. - У него очень честные глаза. - Тебя так наебали три раза на кредиты, Кихун. Какие добрые глаза? - Оленьи. - Я теряю суть нашего разговора быстрее, чем ты находишь проблемы. - У тебя всё равно нет дел, - попытался добавить аргументов Кихун. – Почему бы и нет. Мы сможем закрыть все наши долги. - Я в ахуе, Кихун. Я даже не знаю, что ещё сказать. У меня закончились слова для удивления. - Если ты не хочешь, я же пойду один, - Кихун выглядел вполне довольным и Чонбэ подумал, что нужно всё-таки было проверить его уровень развития. А то реально, как будто с пятилеткой разговаривает. Что дальше? Он пойдёт к дяде в фургон, потому что тот обещал ему конфеток или показать щеночков? - Куда тебя одного отпускать? – Чонбэ был бывшим военным и он научился принимать ответственность. В конце концов, у него шансов выжить точно больше, да и деньги не повредят. Вступление в подобные организации практика распространённая, но не положительная. То есть, намного лучше, если вы будете работать на нормальной работе, а не рисковать своей жопой. - Я так рад. - Не смей радоваться, что подписал меня на суицид! Я с тебя потом твой долг с процентами возьму, если мы выживем. Кихун уже терял идеи, которыми можно было объяснить его задумку. То есть, как убедить друга пойти с тобой поиграть в мафию? И ведь Кихун даже никогда не подглядывал, просто его всегда убивали первым, потому что просто так. Так ведь бывает: ты не мафия, но все считают, что ты, потому что подозрительно дышишь. - Давай сходим к гадалке? - Кихун, ту херь, которая сидит в тебе с самого первого дня твоей жизни, мы уже никакими молитвами не отмолим и никакими отварами не выгоним. Какой смысл? - Ты сказал, что тебе нужен знак свыше. - Я надеялся, что это будет кирпич, который упадёт тебе на голову и спасёт нас всех, - вздохнул Чонбэ. – Я бы предложил пойти в полицию, но, учитывая, что полиция пришла к тебе – вариантов мало. - Я его не звал. Ты ведь не думаешь, что я бегал по улице с плакатом, чтобы найти себе компанию, - не переставая есть, тараторил Кихун. – Это сама судьба. Чонбэ думал, что он слишком добрый человек. Какой ещё будет терпеть Кихуна? Он запихнул в себя остаток лапши, полагая, что за сегодняшний день ещё раз поесть он точно не успеет. И ладно. Во всяком случае, через пятнадцать минут они уже стояли около какого-то офиса шамана, готового дать ответ на всё, кроме того, чего он не может прогуглить. - Добрый день, - для человека, который собирался вступать в ебучую мафию, он выглядел слишком дружелюбно. В комнате, где они находились, было всё в фиолетовых тонах, словно кто-то вылил банку краски и решил не размазывать, оставив всё так. Чонбэ привалился к стене, рассматривая происходящее, словно забавный сериал. – Нам нужен совет от вас. Точнее, мне нужно убедить друга, что моя идея не так плоха. Понимаете ли, он сказал, что трудно поверить в то, что это успешно закончится. А я уверен в обратном. Шаманка посмотрела на него, потом на Чонбэ, словно невольно спрашивала, а есть ли им вообще восемнадцать в психическом смысле. Она подождала, пока они сядут на стулья и тасовала в руках колоду карт. - О, в дурака можно сыграть, - она посмотрела на Кихуна так, словно уже успела проклясть всю его семью до двадцатого поколения. – Кхм, э, мы бы хотели задать вопрос. - Говори за себя. Хотя нет, - Чонбэ внимательно посмотрел на женщину, протянув купюру. – Скажите, когда он окончательно сойдёт с ума и я смогу принудительно посадить его в комнату с белыми стенами? - А он не уже? – поинтересовалась она, забирая деньги. - Что у вас за командная игра против меня? - Эту претензию оформи ко всему миру, а не только ко мне. Давай, говори свой вопрос и пойдём, а то мне ещё родным объяснять куда я пропадаю. - Ты ведь помнишь – это ради Санву, - попытался оправдать свою попытку суицида Кихун. – Скажите, что меня ждёт в будущем? - Морг. - Чонбэ, не влезай. Я твою версию уже знаю. Дай послушать другую. - Что ж, посмотрим, - гадалка стала выкладывать на стол карты. - Хм, вижу, у вас есть проблемы с деньгами, - в целом, неудивительно. У них были таблички на шее, где большими буквами написано «Подайте на рис». - Вижу, вы что-то найдёте, господин Кихун, что-то утерянное давно, но желаемое. - Воу, то есть интеллект и инстинкт самосохранения! – удивился Чонбэ. – Неужели мы доживём до этого момента? - Но это что-то достанется вам с трудом, - Кихун буквально наклонился над столом, впитывая информацию. – Ты должен будешь пройти большой путь… Вижу, что ты этого сам ждёшь. - Да, - Кихун согласно закивал, а затем всё же спросил: – Извините, а чего я жду? - Это я у тебя должна спросить. Чего ты ждёшь? Коммунизма? Нет, там придётся работать. Чтобы на него упало миллиард долларов с неба? Он хотел многого и сразу, но ведь хотеть – это неплохо. А как иначе жить? Но вдруг в голове всплыло нечто. Кое-кто уже двадцать лет дрочит на воспоминания о прошлом. - О, я понял, и это даже имеет смысл! *** - Что у тебя имеет смысл? – спросил Чонбэ, когда они закончили читать инструкции от Джунхо. – Не подумай, но это просто удивительно. - У Инхо отец мафиозник, а нас как раз зовут в подобное, ты понимаешь? Если гадалка права, то мы встретимся. - И он сразу же с первого взгляда тебе отсосёт. Кихун, ты лучше бы книги почитал или на людей на улице посмотрел. Подводки к порно не дают тебе знания об отношениях между людьми. - Тебе-то откуда знать? Я уверен, что твоя жена вышла за тебя из жалости. - А у тебя другая ситуация? По словам и инструкциям Джунхо они оказались около какого-то заброшенного здания. Не самое подходящее место для вечера, а как это было объяснять родным: «Дорогая, мы с другом, которого ты считаешь последним долбоебом и абсолютно права насчёт этого, отъедем ненадолго или навсегда в одно интересное место. Пожалуйста, не сообщай в полицию". В любом случае, его жена пообещала не искать его, потому что надоел, сил нет. Чонбэ был согласен. Нужно было в третьем классе сильнее ударить его по голове. Они стояли уже пятнадцать минут, Чонбэ успел отморозить себе задницу, а всё потому, что они пришли раньше. - Драсте, - Кихун улыбчиво посмотрел на мужчину в маске Квадрата, который приехал на парковку на большом автобусе, где уже было пара человек. Чонбэ с опаской посмотрел на это. - А мы тут уже успели вас заждаться, - он поправил кепку, оглядываясь на друга. Чонбэ не разделял его радости. Они стояли в абсолютной тишине и темноте и начинали закрадываться мысли, что их просто отвезут на органы и дело с концом. Человек за рулём был в маске и в розовом комбинезоне. Достаточно ярко для тех, кто занимается незаконными делами. Маска полностью скрывала лицо, а на ней был нарисован квадрат. Геометрия, блять. У них что, первый вступительный экзамен – это доказать то, что квадрат есть квадрат? А если ещё и объемная фигура, то Чонбэ проебёт всё точно. Математика не сильная его сторона. - Пароль? – механический голос прозвучал так, словно они были в очень странной экранизации Звездных Войн. Кихун наклонился ближе, улыбаясь. - Тише едешь – дальше будешь, - они бы хоть куда-то уехали. И желательно - не на органы. - Ваше имя, - Квадрат откуда-то извлёк планшет с каким-то списком. – Полное, - уточнил он, словно ему до этого попадались совсем идиоты. Хотя почему «словно". - Сон Кихун, - мужчина опустил лицо в планшет, листая там что-то. - Проходите в салон. Следующий, - Кихун показал большой палец Чонбэ, который думал, что ещё не поздно убежать. Кихун запрыгнул внутрь, осматриваясь. На задних сиденьях уже были люди, но они спали. Видимо, устали, долго ехали. Ну, может и он уснёт. Интересно, а куда? Кихун слабо представлял. Джунхо дал краткую инструкцию и просил вести себя нормально, ничем не выдавая то, что они смусорились. А так же объяснил, как с ним связаться. Кихун пока смутно представлял, что их ждёт, но представлял. Уже лучше, чем неизвестность. Чонбэ зашел через три минуты, явно недовольный жизнью. - Вот куда меня черти с тобой несут? – тихо поинтересовался он. - В веселое приключение. - Нужно тебя второй раз качелями ударить. Я как-нибудь найду возможность, - Кихун не успел ответить, потому что в машине решили устроить вечеринку и пустили дым. Что ж, люди сзади не устали.

***

Сомин, чей позывной был Пятнадцатый, уныло курил у входа, наблюдая, как на телефон выводится изображение из клуба, где его босс проводил очередную встречу. Сомин был ставленником самого Инхо и на это было несколько причин. Во-первых, они познакомились, когда Сомин был на грани еба. Он тогда промышлял незаконным взломом и нарвался не на тех людей. К счастью, он не хакер из России и его не расчленили в подсобке, зато заметил Инхо и позвал к себе, обещав социальное страхование и что никто не насадит его на бутылку за подобные делишки. Жопа Пятнадцатому была дорога. Во-вторых, Инхо испытывал отеческую заботу к бедному программисту с желанием повиснуть на ближайшей сосне или же родственные души находили друг друга быстрее навигатора. Так что Сомин по праву считался вторым человеком, которому было позволено просто стоять рядом с ним и пропихивать остальных. - Что случилось, Первый? – хмуро поинтересовался он, зажимая нос. Вонял Хисун своей ахуительностью на три квартала вперед, забывая, что люди от запаха дыма и сандала хотят вздернуться, а не отсосать ему. Во всяком случае, точно не Пятнадцатый и точно не сейчас. - Там неполная информация, - с ахуеть каким важным видом начал Хисун. - Ты мне скинул, но не упомянул раннюю жизнь. Как я должен решить, что они подходят и не представляют угрозы? А если засланные? - Расслабься, босс какое-то время учился с ними. Ну, только помладше был на два года. Обычные ребята, - то, что у Кихуна и Чонбэ жизнь сложилась херово было как-то печально. Сомин нахмурился, чувствуя себя совсем уничтоженным морально. Он просто устал и хочет побыстрее в отпуск, где его никто не будет трогать. А если ещё господин Инхо заебется, то у них будет попойка. А потом блевать под мостом в четыре часа утра, потому что вы резко решили, что нужно увидеть свет, пока не замужем.Так-то это грустно. Сомину скоро двадцать восемь, а всё, что он делал – это следил за всеми. Вместо суровой практики – только видео отчеты того, как очередной бизнес-партнер тусуется в борделе. Зачем их организации была настолько узкая информация – он не знал. Если только вдруг откинется какой-то враг или друг от венерички. Тогда можно будет узнать, к кому именно можно не ходить.Двадцать восемь, а он девственник. И проблема не во внешности. Пятнадцатый надеялся, что он пиздат или хотя бы «с пивком потянет». Сомин просто ненавидел установки семьи и прочего. Он безответственный идиот, который о себе мог с трудом позаботиться. Интересно, если он дотянет до тридцати – он станет волшебником? Письмо из Хогвартса, конечно, не придёт. Вроде как там совсем другие условия поступления, хотя правила могли измениться после второй Магической войны. Вдруг там объявили, что неебанным туда нельзя, потому что вся подростковая жестокость – это гормоны. Сомин просто хотел увидеть другой мир, чуть лучше того, который он видел каждый день. Иначе он сойдёт с ума. - А как господин? – Первый уже его раздражал. Он просто хотел курить и отдохнуть от занудных разговоров. Если кто-то хочет трахнуть босса, пусть идёт прямой дорогой к нему. Пятнадцатый не регистрировался на должность администратора в трах-центре, это другая сфера услуг. И босс ему явно за это не доплачивал. - У него сейчас совещание, поэтому я тут. Ноыль как обычно на крыше с винтовкой. Не парься.Или ты по какой-то другой причине спрашиваешь? - Нет, просто ходят слухи. Да и за тебя беспокоюсь, - последнее он проговорил, слегка понизив голос. Слухи не ходят, а бегают по городу, словно им в задницы петарды запихали и пустили в свободное плаванье. И вот надо же было до такого докатиться? А всё началось с обычного вечера. Инхо в компании своих любимчиков, в число которых входил и Сомин с Ноыль, просто культурно так отдыхали в заброшенной больнице с тремя литрами спиженного у Кругов самогона собственного производства. Может они и выглядели как аристократы, но иногда душа просила простого и качественного бухла, после которого ты думаешь только о том, чтобы не сдохнуть под забором и «Боже, я больше не буду пить". Почему они решили отмечать в заброшке? Только там их не мог отследить вездесущий глава, который относился к Инхо так, словно он ему не родной. Они очнулись в чьей-то машине, едва вспомнив свои имена и каких пиздюлей им вставит главный, если Инхо предстанет перед ним в виде мусорного пакета. - Клянусь, он правда так сказал, - в расстроенных чувствах начал Хван, пока Ноыль пыталась открыть минералку и выпить. – «Нам нужно продолжение рода»! Он сам виноват в том, что мой брат сбежал! - Господин, - Сомин поморщился, ощущая на языке вкус ужина, который уже успел выйти на траву. – Простите, я не в состоянии давать вам советы. Я сейчас органы здесь оставлю. Ноыль, не будь сукой, оставь воды. Ноыль только показала средний палец. На утро после пьянки каждый сам за себя. - Я без брата и с попыткой навязать мне брак. Там наши позиции ослабли из-за усиления отдельных китайских картелей, с другой стороны - африканский рынок оружия принижает нас! И я один вынужден всё это разгребать, потому что у отца опухоль мозга и он может только командовать! Инхо редко выражал свои эмоции, предпочитая сходить с ума в одиночестве, и продолжать работать так же успешно, как и всегда. Редкие друзья, которых ему удалось сохранить помогали несколько пережить говно его жизни. Сомин думал в такие моменты, что его жизнь не такой пиздец. По крайней мере, он может проходить игры и заводить котов сколько его душа пожелает. - Он недавно предложил идею игр на выживание, - признался Инхо, отпивая из бутылки. – Устроить игры, где девяносто процентов людей умрёт. - Ладно, мы не должны были ограничиваться алкоголем тогда, - вздохнула Ноыль. – Но вы сами понимаете, что у меня парень с дочкой, я не могу к ним такой приходить. - Очаровашки, - выдохнул Сомин, зажигая сигарету. – Как он решился встречаться с тобой, имея ребенка? Вдруг ты научишь её убивать людей. - Тогда у девочки будет работа, - кивнула Ноыль. – И Гёнсок не против того, чем мы занимаемся. Тем более, он думает, что я просто на военной службе. - Терпеливый, - кивнул Сомин. - А меня все дружно игнорируем? – Инхо выглядел более адекватно из их троицы. Он отряхнул пальто, усаживаясь на сиденье автомобиля. Он замер, держа в руках бутылку воды и вчитываясь в этикетку, словно надеялся, что там резко будет инструкция по тому, как выбраться из этой ситуации. - Я не знаю, что мне делать, - честно признался он. - Значит ничего не делай, - сделал вывод Сомин. – Мы все ходим под твоим отцом и за каждым нашим шагом следят. Мы уже в ловушке, так что не пытайся навредить себе. Остаётся дождаться, пока он умрёт. - Учитывая диагноз - это произойдёт скоро, - напомнила Ноыль. – А до этого ты можешь просто притвориться. - Да, обручишься с кем-нибудь, - согласился Сомин. – А спать будешь с кем угодно. Твой альфа тебе ни слова не скажет. Будет смирно слушать твои приказы и довольствоваться своим положением. - Не хочу я, чтобы мной пользовались, - вздохнул Инхо. – Вся жизнь по его указке. Неужели это никогда не закончится? Сомин и Ноыль не ответили, но понимали полностью. - Ты плохо выглядишь, - продолжал Хисун, рассматривая Пятнадцатого, словно тот с луны ебнулся, а не просто не спал трое суток. - Ничего, - отмахнулся Сомин, вдыхая тяжелый сигаретный дым. Хисун продолжал упорно стоять рядом. Он был левой рукой Инхо и отвечал за более жесткие методы воздействия, отчего Сомину приходилось часто с ним взаимодействовать. Даже если он этого не хотел. Или убеждал себя в этом. Самообман – самая прекрасная вещь, которую придумал человеческий мозг. Сам Сомин не был на операциях и кровь с бойней были ему не знакомы. Он другой класс персонажа качал, чтобы сейчас отдыхать. Он чародей, всё что может - это подмогу вызвать и дать наводку. Остальное – не его проблема. - Мне нужно ему тогда предоставить отчёт по новичкам, - сообщил Первый, вставая непозволительно близко. Пиздеть о том, что Пятнадцатый ему не нравился, было глупо, но его динамили круче, чем в любой визуальной новелле. Ему словно никогда не хватало алмазиков на очередное взаимодействие. Сомин, по скромному мнению Первого, был пиздатей всех, кто в общем мог претендовать на этот титул. С периодической сменой цвета волос и запахом вишни, которая так-то неплохо сочеталась с его дымом, но кому какое дело, да? Ведь Первый всего лишь долбоёб! Обидно. - Ещё на шаг приблизишься и отдавать отчёт будешь в реанимации, - Сомин скептически посмотрел на своего коллегу, подумывая попросить вновь вернуться на удаленку. Хотя он провёл там три года и стал пугаться людей настолько, что Инхо пришлось его насильно вытаскивать из дома. Сомин кричал и упирался, что не хочет ни с кем говорить и вообще, двухмерные парни рулят миром, оставьте его там. Ещё пара лет такой жизни и он точно сдохнет в одиночестве. - Не начинай, - обиженно вздохнул Хисун, который явно пойдёт ныть Четвертому. А Четвертому уже некому ныть. На нём этот порой круг нытья заканчивался, как и расшатанная психика самого парня. Настолько, что поговаривали, что он стал употреблять, так ещё и с Таносом подружился. Не самая редкая практика в их обществе, но сам Сомин обходил любую наркоту стороной, потому что это только мешало думать, да и возраст уже не тот. Такое обычно по молодости уносит, а они с Инхо перевалили за тот порог, когда уже детей отчитывают за такое. - Хочешь? – Сомин протянул сигарету с мятным вкусом Хисуну, решив, что действительно перегнул палку. – Не ссы, не отравлю. - Хм, - Хисун усмехнулся, принимая «подарок» из рук. На вкус приятно, хотя сам Хисун обожал вишневые. Они напоминали ему самого Пятнадцатого и этот вкус был лучше всего, что он только знал. Небольшое послабление. Или очередное сумасшествие. Они все там ебнутые, если честно говорить. - Зачем тебе знать правдивы ли слова про господина Инхо? – внезапно начал говорить Сомин, поражая Первого своей разговорчивостью. Завтра снег пойдёт, наверно. Или Хисуна собьёт машина, за рулём которой точно был бы сам Пятнадцатый. В любом случае, сегодня явно его день. - Сам хочешь к нему в кровать? - Ты долбоёб? – Первому казалось, что он делал прямые намеки, а оказывается, что он нихуя не понятный. Может, Сомин не понимал корейский и на самом деле был засланным китайским шпионом? - Не отверчивайся, а отвечай честно, - Сомин выдохнул ему в лицо клубок темно-серого мятного дыма. Он смешался с его природным и Хисун едва ли не ебнулся на колени. Пожалуй, ему нужно выдавать награду за выдержку, потому что вместе они работали уже пять лет, и он до сих пор не залез в петлю. - Нет, конечно. Меня устраивает роль левой руки, - усмехнулся он, надеясь, что хотя бы к пятидесяти годам Сомин перестанет вести себя как мудак. – Просто мне стало интересно, когда мне придётся терпеть приступы ревности и власти от какого-то везунчика, который с нихуя получит всё. - Вряд ли, - пожал плечами Сомин. – Там у господина Ильнама целый список требований к кандидату его сына. Список длиной в целую жизнь для кого-то. - Мы всё равно будем собачками. - Мы и так собачка, так что смирись. Слухи – не нам это решать. Так что отдохни от них. Просто не мучай этих, которые к тебе пришли. Они неплохие, просто глупые. - Ты так защищаешь, - Хисун подавил в себе недовольство. Те двое альф, видимо, были достойнее его. Это бесило пиздецки, но так как на объект симпатии он не мог вывалить весь негатив – пизды получат именно эти альфы. - Ты так и не нашёл Джунхо? - Неа, да я и не пытаюсь особо, - Сомин был честен. – Парень просто не хочет брать себе в пару психа. Что здесь удивительного? Кон Ю реальный псих. Он нервный, постоянно бегает и предлагает всем сыграть ттакчи. У меня смены ночные, а он ещё и обижается, когда я отказываюсь, - он решил выговориться, пока Хисун не послал его. – И это я говорю как омега об альфе. Джунхо вздернулся бы. - Насколько боссу не повезло, учитывая его нелюбовь к омегам. Два сына – и все мимо. - Ну, конечно, - недовольно фыркнул Сомин. – Мы же такие бесполезные. Пойду на ноготочки схожу, - он помахал рукой перед лицом собеседника. Хисун завороженно рассматривал парня, пытаясь вспомнить все те подкаты, которые он когда-либо знал. Проблема в том, что он с большим успехом мог отпиздить любого, кто стал бы угрозой для его Сомина, но проблема в том, что сам Сомин бы отпиздел его за «его». Хисун за свою активную подростковую жизнь попробовал многое, но въебывало его раз за разом только от одного парня, младше его на десять лет. Посильнее любых таблеток, которыми они баловались с Четвертым, когда перешли в старшую школу. - Не хочешь как-то вечером завалиться в бар? - предложил Хисун, наслаждаясь ароматом своего коллеги. – Мы с тобой давно работаем, а так не и знаем друг друга. - А нужно? - Я же предложил. Ты можешь отказаться. - Я подумаю. Инхо вышел из клуба привычно шикарный и недосягаемый. Каждое движение, звук голоса или даже смех могли оплатить кредит и закрыть три ипотеки на квартиру, которую выплачивали они оба, но каждый за свою. Один его плащ стоил больше, чем органы всех людей клуба. Он замер на выходе, вопросительно посматривая на своих людей, которые вместе и пяти минут не могли вместе провести, не устроив гражданскую войну. - Хисун? - Господин, - Хисун и Сомин одновременно выкинули сигареты, поклонившись. Синхронность такая, что любой танцевальный клуб бы позавидовал. Этим двоим нужно было уходить в развлекательную индустрию. Порнохаб ведь тоже развлекательный? - Вы оба? Удивительно, - заметил Инхо, проходя к машине. – Что ж, так даже проще. За мной. Машина Инхо стояла рядом. Темно-серая агера, подарок какого-то очередного ухажёра, который надеялся на ответ «да», но как обычно был тактично послан нахуй. Слишком быстрая для города, но им пришлось ехать сюда срочно, стоило только поступить первому сигналу. В остальных случаях Инхо пользовался услугами своего водителя, которые вымирали быстрее амурских тигров. - Садитесь, - он кивнул на заднее сиденье, не давая шанса выбрать. Сомин и Хисун послушно выполнили указание, занимая места. Машина была достаточно узкой и тесной для троих человек, но терпеть можно. - Сомин, нужно найти кое-каких людей. Китайский синдикат уже начал захват нашего рынка и мы не можем позволить их ставленнику дальше работать. Найди его, как хочешь, но найди, - голос Инхо был нервным, что автоматически заставляло остальных подыскивать места на кладбище, пока цены не так сильно поднялись. - Что с новичками? – Хисун оторвался от раздевания Сомина глазами и вспомнил, что он на работе. Он посмотрел на Пятнадцатого, словно спрашивая, стоит ли ему рассказывать о том, что вместо набора новичков у них вечер встречи выпускников школы. Тот только слегка кивнул ему. - Господин, - тихо и даже робко начал Хисун, сжимая в руках зажигалку. – Всё хорошо. Сомин предоставил мне всю необходимую информацию, и мы уже распределили их по обучающим лагерям. Они остановились на светофоре, ловя на себе взгляды всех окружающих. Сомин, выполнив свою работу, откинулся на сиденье, прикрыв глаза. Втихаря он просто наслаждался запахом Хисуна, который напоминал ему сами сигареты. Курить Пятнадцатый начал давно и связано это со временем, когда у него начались первые отношения. Как и все подростковые блядки закончились они печально, зато хотя бы без передачи «Беременна в шестнадцать». Но привычка осталась. Хисун был мудаком уровня «Бог», но всё же было в нём что-то. Или тот удар по голове две недели назад действительно негативно на нём сказался. - Я думаю, что мне нужно сообщить, и вы сами просили докладывать обо всех людях, которые когда-то были с вами. Среди новичков числились несколько человек из одной из ваших прошлых школ. - Удиви меня, - хмыкнул Инхо. Не столь удивительное явление, он сменил много школ, городов, так что везде находились знакомые. Некоторые полезные, некоторые нет. Некоторых становилось жаль, как Санву. - Пак Чонбэ и Сон Кихун, - Хисун внимательно следил за господином в зеркале. Его лицо застыло, как маска, но по глазам он увидел удивление. - Интересно, - это всё, что он выдавил. Никаких указаний не последовало и Хисун решил, что мужчины не относятся к какой-то высшей касте. В иных случаях босс сразу объяснял, что делать и куда отправлять. - Сомин, тебя домой? - Да, господин. Если у вас есть время, мне нужно выполнить ваше указание. Постараюсь, чтобы все было готово через день, максимум два. - И меня там же оставьте, - попросил Хисун. – Мне нужно зайти ещё кое-куда, - Сомин на это только усмехнулся. Он хотел что-то сказать, но решил, что сказано уже достаточно. Конечно, из минусов будет то, что Хисун будет знать, где он живёт, но Пятнадцатый был готов потерпеть.