Хитросплетение надежд

      Хоть днём, хоть ночью это место всегда было наполнено промозглой сыростью. Тени жались по углам, крысы в клетках шептали настораживающие предзнаменования, через огромное панорамное окно открывался вид на глубины залива. Из стеклянных бутылей взирали жуткие мёртвые глазницы заспиртованных уродцев. Помещение поражало своими размерами, но коробки, шкафы, клетки и ряды химического оборудования создавали иллюзию лабиринта, готового принять в свои цепкие объятия любого, но никак не выпустить. Доктор Синджед расположил свою лабораторию там, где и искать не будут, а даже если попробуют — поплатятся сразу же.       Доки считались небезопасным местом для служителей «право» — так сказать — порядка.       Силко буднично спустился вниз, к подножию подземного лабиринта, и ожидаемо застал доктора за работой. Тот что-то рассматривал в микроскоп в окружении толстых книг, лабораторного журнала и десятка образцов жидкости цвета фуксии. — А-а-а, вы пришли, — проскрипел доктор, не отвлекаясь, впрочем, от своего занятия. — Не ожидал вас сегодня так рано. — Вечером образовались дела, — сдержанно пояснил Силко. — Надеюсь, не побеспокоил?       Вежливость — ключ к спокойствию.       Они никогда не были друзьями. Не обсуждали жизнь, проблемы, мысли и надежды. Их разговоры всегда касались исключительно работы. Сухо. Буднично. — Хорошо. Это очень хорошо, — Синджед сосредоточенно капнул в пробирку какое-то вещество, и та потемнела. — У меня есть, что вам показать. Прошу, присаживайтесь. Я освобожусь совсем скоро.       Доктор выглядел оживлённо. Дышал чуть чаще, подёргивал ногой и, кажется, даже украдкой улыбнулся. Такое случалось, когда исследования приносили многообещающий результат.       Силко присел на диван, едва заметный в многообразии лабораторного оборудования, и принялся ждать. Жаль, не достать сигару. Под землёй, под пластом воды, под толщей не то, что породы, а самого времени, он позволить себе такой вольности не мог. Сигара — ключ к его спокойствию. Не раз и не два именно она помогала ему расслабиться на предельно напряжённых переговорах. Впрочем, не время расслабляться. Раз появилась минутка на размышления, стоило потратить её с пользой.       Синджед не любил, когда его отвлекали. В этом они были схожи. Оба посвящали себя полностью делам, оба непременно достигали своих целей. Предпочитали тишину, работали в одиночку и не сомневались в собственных методах. Или… он размышляет неверно?       Сравнивать себя с этим человеком в глубине души не хотелось. Что-то было не так. Что-то волновало Силко от кончиков посеребрившихся волос до мысов лакированных туфель, ныне испачканных в пыли, песке и грязи. И это неясное, но оформившееся буквально только что чувство требовало хладнокровно избавиться от знакомого, казалось бы, человека. Того, кто пришёл ему, Силко, на помощь, когда он был на дне. Тихого, невероятно умного и бережно хранящего тонны скелетов в прямом и переносном смысле. Не заподозрил ли доктор его уже?.. — Простите, что заставил вас ждать, — прервал размышления вышедший из-за груды оборудования Синджед. — Прошу.       Он указал в сторону стеклянного бронированного террариума, стоявшего в отдалении. Внутри что-то шевелилось. Такое же липкое ощущение перекатилось в груди — Силко явственно почувствовал отвращение, как только понял, чему свидетелем скоро станет. — Нет ли новостей о моём лекарстве? — как бы невзначай поинтересовался он. — Сожалею, — ни капли сожаления в голосе, — но проект столкнулся со значительными проблемами. Быть может, чуть позже… Впрочем, посмотрите на иное свойство вещества.       Спустя несколько минут приготовлений доктор подманил лабораторную мышь, вколол ей Мерцание и выпустил на арену в лапы кошке. Неспроста Синджед использовал для клетки закалённое стекло. Мгновение. Волосы зашевелились — как у невольного зрителя, так и у животных. Кошка ведь должна сообразить, что наживка с подвохом? На глазах мышь из забитой добычи стала превращаться в хищника. Клыки, мускулы, лихорадочный пурпурный отблеск в глазах-бусинах. Момент — и прыжок. Укус. Ещё один. И ещё. Крошечные коготки-лезвия раздирали плоть. Силко не смог отвести взгляда — кровавое месиво с каждой секундой отпечатывалось на подкорке сознания. Несомненно, он видел вещи и похуже, но слова Вандера о том, что Мерцание — это отрава, проклятие и бич Зауна, — вновь всплыли в памяти. — Образец номер сто тридцать четыре, — спокойно пояснил доктор, делая какие-то пометки в тетради. — Повышение тонуса мышц, выброс гормона стресса, понижение инстинкта самосохранения. Даёт значительную прибавку в силе.       От кошки остались лишь кровавые ошмётки. А мышь вдруг застыла посреди клочьев шерсти и прочих останков, будто задумавшись. Но вряд ли ушастая могла оценить, что сотворила.       Доктор поманил посетителя в сторону другого рабочего стола. Там стояли разноцветные склянки с неизвестным содержанием, там же и хранились папки и тетради с формулами.       «Разве может действительно желающий процветания Зауну человек сотворить такое?» — билась мысль, которую Силко старательно прятал за маской спокойствия и лёгкого интереса. «Разве этого добиваюсь я?» — Я считаю, что данный образец — оптимальное соотношение времени действия и эффективности, — продолжил отчёт Синджед. Он что-то искал на столе, но не прекращал рассказывать. — Теперь после успешного испытания на животных, думаю, необходимо перейти дальше. Кажется, вы упоминали кого-то из своих телохранителей, кто выразил желание, — судя по звуку, доктор усмехнулся, — послужить науке? Приводите его в следующий раз. Так, ещё минуточку, куда-то эта бумага запропастилась…       Силко не чувствовал раскаяния. Рука дернулась к пистолету несколько мгновений назад, как только доктор повернулся к нему спиной. Размышления, пусть они и вытекали логически из случившегося, нисколько тому не помогали, не обеляли его (а обеляли ли они его самого?), не делали ситуацию хоть капельку лучше. С каждой секундой Силко лишь твёрже убеждался в своих намерениях, и, наконец, случилось роковое действие. Молниеносное движение — доктор, однако, успел обернуться вполоборота — и в него полетели все пули без остатка. Голова. Грудь. Легкое. Кажется, шея. Живот. Контрольный в голову.       Из-за близкого расстояния пули прошли сквозь мякоть тела насквозь. Не мышцы, связки, ткани, кости, а решето. Свинец разлетелся по подземелью, разбивая склянки и выпуская на волю заспиртованных мертвецов. Синджед завалился вперёд, на стол, сбивая с него всё там находившееся.       Жуткий грохот. Силко чувствовал колотящееся сердце. Пульс будто в мгновение ока подскочил до предельных показателей. Внезапная вонь чуть не вывернула желудок — содержимое банок благоухало отнюдь не фиалками. Цветные испарения. Химикаты. Надо поскорее уходить. Стекло и склизкая жидкость на полу. Мёртвое тело — мёртвое наверняка. Дышать становилось тяжело.       И странные звуки, раздающиеся из глубины лаборатории.       Пробудилось что-то. Или кто-то.

***

      Вандер не имел привычки опаздывать. Это дурной тон. Если хочешь, чтобы тебя уважали, сам в первую очередь прояви уважение. Именно поэтому, сверившись со временем, он заглянул к детям, проверил бар, дав наставления сменщику, и отправился к месту, которое указал на визитке Силко.       Однако не успел он оставить позади пару кварталов, как заметил за собой слежку. Кто-то — весьма тихий и аккуратный, к слову, — преследовал его от самой «Капли». Если бы не чуткий слух и опытный взгляд, незнакомцу бы удалось сохранить тайну своего присутствия несмотря на ещё светлые улицы. — В вечерние часы не принимаю, — хмуро бросил Вандер в сторону подозрительной подворотни. Только неприятностей сейчас ему не хватало. — Если вам что-то от меня нужно, приходите завтра в бар к открытию. — До завтра не ждёт, — на свет вышла Сейвика.       Кого Вандер не ожидал здесь увидеть, так это её. Обычно они встречались в чётко обговоренное время и в особом месте. Что же привело её сюда? Этот вопрос он задал вслух. — Мне известно, с кем на встречу вы отправляетесь, Вандер. Хочу предупредить, что это очень опасный человек. — Я знаю, — он посмотрел на часы. Нельзя опоздать. — Это всё? — Позвольте дать вам совет — не обольщайтесь и не недооценивайте его. — Спасибо, не буду, — вежливо, но твёрдо поблагодарил он, собираясь продолжить путь и всем видом показывая, что не желает компании. — Возьмите, пригодится, — Сейвика кинула ему маску — одну из тех, что используют так называемые «миротворцы» на вылазках в Заун, — и скрылась в переулке. Вандер не обольщался. Это ничуть не означало, что она прекратит преследование.       Странно всё это. К чему была ему эта приблуда? Что успела узнать наёмница, чего не знал он, Вандер? И какой сюрприз подготовил Силко для встречи на своей территории? Но спросить было уже не у кого — женщина скрылась так же тихо и быстро, как и появилась.       День клонился к вечеру. Становилось прохладнее. С залива дул влажный ветер, принося в Нижний город запах рыбы, водорослей и кисловатую примесь токсинов. Вандер редко выходил близко к берегу — место ему навевало слишком уж негативные воспоминания. Но на этот раз, к удивлению, мысли о прошлом не беспокоили. Добраться до доков не заняло много времени. Путь даже превратился в весьма приятную прогулку, которых Вандер последнее время позволял себе всё меньше и меньше: работа, повседневные заботы да домашние хлопоты.       Силко на оговоренном месте не оказалось. Часы твердили, что у друга есть ещё пара минут, но Вандер отчего-то сомневался. Что-то было не так.       Зоркий взгляд оценил округу. Если спуститься вниз, к самой воде, то там влачили печальное существование две прогнившие лодки. Следов человека не заметно. Левее ярдах в двухстах — комплекс складских помещений, где навели шороху Паудер с Экко. Тоже тихо и пусто. Неподалёку справа виднелся вход в какое-то подземное помещение, вокруг которого только слепой не разглядит хоженую тропинку. Туда-то Вандер и двинулся, а когда откуда-то снизу прогремело с полдюжины выстрелов, неспешная походка сменилась на бег. — Чёрт тебя подери, Силко, — сквозь зубы выругался Вандер, минуя лестничные пролёты на предельной скорости.       Лишь зловонный шлейф, появившийся при приближении, заставил Вандера на секунду сбавить скорость и приложить к лицу отданную Сейвикой маску. Да, так однозначно было лучше. И откуда она узнала?..       Вскоре перед Вандером открылось огромное пространство, уставленное шкафами, столами, бутылями самых разных размеров — от рядов малюсеньких до громадных стеклянных баков. И в центре металась знакомая фигура Силко.       Вандер, не раздумывая, бросился к нему. — Что… произошло? — хотел было закричать он, но взгляд упал на труп мужчины неподалёку. Тот лежал в луже собственной крови на столе навзничь, а с кромки стола капала багряная жидкость вниз. — Кто это?       Силко молчал. Его нетронутый токсинами глаз был будто в расфокусе. А тот, что горел углём на фоне страшного шрама, оставленного им самим, и вовсе почти закатился.       Силко тяжело дышал, оглядывался и будто не замечал или не узнавал его. — Эй! — Вандер махнул ладонью прямо перед чужим носом.       Силко чуть дёрнулся назад, вступил в зловонную жидкость на полу, в которой хрустнули осколки стекла, скривился и, как и раньше, много-много лет назад, попытался смахнуть со штанины грязь, будто это он на выходе из шахты вступил в кучу собачьего дерьма. — Здесь… кто-то есть, — сказал он и прокашлялся. — Там.       Дуло пистолета — откуда у него, чёрт возьми, пистолет? — указывало в конец зала. Куда-то, где за всем этим лабиринтом шкафов заканчивалось огромное подводное окно. Кто бы мог подумать, что под Зауном такое есть. Вандер, сколько ни всматривался, ни вслушивался, не понимал, о чём твердил Силко.       Тот выглядел жутко. Его потряхивало. Он, сам того не осознавая, то и дело хватался за горло, кашлял. — Слышишь? Ты это слышишь? — Силко, будто безумный, указывал в конец зала, откуда не доносилось ни единого звука.       Вдруг с противоположной стороны, от входа, послышались шаги. Вандер выступил вперёд, заграждая от взгляда кого бы то ни было Силко, но то оказалась всего лишь Сейвика. Или не всего лишь?       Экипирована первоклассно — будто собиралась на задание. Брови нахмурены, пушка при деле и, если бы не маска, наверняка на губах бы виднелась самоуверенная усмешка.       Погодите, маска. — Где он? — Всё в поря… — хотел было ответить Вандер, как позади него раздался выстрел. — Чёрт, — прошипел Силко. — Ты чего творишь? — обернулся Вандер, в то время как тот целился куда-то вдаль. — Разве не видно, что оно сейчас на нас нападёт? — зло выплюнул Силко. Выстрел. Где-то лопнула ещё одна банка. — Там никого нет! Дай пистолет, — потянулся за оружием Вандер, однако тот несмотря на состояние изловчился и выскользнул из захвата. — Необходимо проверить! — не терпящим возражений голосом приказал Силко. Удивительно, как даже Сейвика дёрнулась, будто собиралась тотчас ринуться в гущу нагромождений бороться с неизведанной опасностью.       Сейвика. Маска. — Надень маску! Оно в воздухе!       Осознав причину случившегося, Вандер ни секунды не сомневался: маска Силко нужна больше, чем ему. Он сильный. Его не пробьёт, чем бы оно ни было. Да даже грёбаное Мерцание, Сияние или как там его!       Бах! Пуля попадает в стекло панорамного окна. По нему пугающе медленно стали расходиться светлые нити трещин, грозящих в любой момент не выдержать, проломиться и впустить в подземную обитель тонны воды.       У них не больше пары минут. — Быстро! — крикнула Сейвика. — Я прикрою. — Силко! — Вандер бросился на него, и в этот раз успешно. Обезвредить — пистолет из скрученной руки падает на пол, у ног остывающего трупа неизвестного. Силко пытался сопротивляться — бил, кусал, плевал в глаза, лишь бы выскользнуть из захвата. Он будто бы не понимал, что происходит. Будто это всё не сейчас, будто они внезапно оказались в том далёком прошлом, когда Вандер потерял голову, а Силко боролся за свою жизнь. Но ведь сейчас всё не так! Вандер пытается спасти его, пытается утащить за собой из этой подводной норы.       Почти настигнув лестницы и оторвавшись от Сейвики, Вандер сжался — точный удар в пах настиг неожиданно, разлетаясь искрами из глаз и волнами жгучей боли. Силко яростно пытался высвободиться, но нельзя было терять ни секунды. — Прости меня, — обречённо прошептал Вандер, приняв решение. Впервые за этот день он по-настоящему боялся. Он осознавал последствия, осознавал, что робкие переговоры о мире разрушатся одним его действием. Силко больше его никогда не простит.       Вандер как можно аккуратнее перехватил всё сильнее бредящего Силко. Прижал спиной к собственной груди, не прекращая подниматься по лестнице. Чужие ноги мешались, Силко так и норовил выбить ступеньку из-под ног. А теперь, когда почувствовал захват на шее, и вовсе обезумел, но ненадолго.       Точное действие — зажать сонную артерию на десяток секунд. Вандер молился, чтобы не навредить. Чтобы только лишь успокоить. Ненадолго. Пожалуйста, не навсегда.       Тело в руках обмякло. Теперь он мог без помех выбраться наружу со своей драгоценной ношей. Спасти их жизни. Но какой ценой? — Прости меня. Прости. Прости.