Intrusion │ Вторжение

Я задумчиво прикусила губу, рассматривая заколотого вампира. Зрелище оказалось откровенно жутким: тёмные вены тянулись паутиной по всему лицу и очевидно дальше по телу, кожа была бледной, почти белой, ну и торчащая из груди рукоять кинжала не добавляла привлекательности. А пропитанная засохшей кровью рубашка вообще нагоняла тревогу, коричневые разводы остались даже на волосах и кое-где на коже. Что-то мне подсказывает, что это всё появилось совсем недавно… На долю секунды меня привлёк некий артефакт на руке Кола: что-то похожее на бусы или чётки обматывало запястье в несколько рядов, хотя рассмотреть не получилось, потому что касаться этого я не рискнула. Каждая бусина овита таким количеством магии, что смотреть больно, к тому же, свойства у них явно не безобидные. Трогать чужой проклятый непонятный артефакт – себе дороже. В любом случае, разглядывала Кола я не просто так. Сосредоточившись на аркане, постаралась как можно чётче передать посыл: “Если что, мы с тобой не знакомы. Элайджа всё ещё не знает в полной мере о нашей шалости. Может, лучше, чтобы и не узнал. Как хочешь” Некоторое время ничего не происходило, и я уже собралась попробовать ещё раз, но внезапно по аркану ко мне вернулась забава и радость. Будем считать, что мы друг друга поняли. Элайджа наконец вернулся, выслушав что-то срочное от Жана. То ли про кого-то оставшегося в городе, то ли про вампиров в особняке. Кстати, он в самом деле знал о проклятии на Никлаусе самый минимум, причём, по его же словам, совершенно сознательно, чтобы не проникнуться сочувствием, которого гибрид, откровенно говоря, не заслуживает. Вытащил кинжал первородный без заминок и промедлений, даже говорить ничего не стал или таращиться на брата. А затем отдал оружие мне, к моему искреннему удивлению. Баночки с пеплом, кстати, нигде не было. – Я бы предпочел уничтожить их все, если бы это возможно было сделать моими руками, но знаю, что обычными способами этого не добиться. Я приняла кинжал и задумчиво покрутила перед собой, ставя метку. Оружие отправилось в карманное измерение. Посмотрим, что можно сделать. – Я могу снять чары, и он превратится в обычный стилет. Это, конечно, будет тяжко: узлы крепкие, к тому же из одной нити: так просто не поддадутся, но… в конце концов, из подпространства его никто не сможет умыкнуть. Элайджа кивнул, а затем перевёл взгляд на Кола. – Лучше тебе с ним не пересекаться, когда он очнётся. Кинжал полностью иссушивает, независимо от количества времени, так что… – Думаю, вы сами разберётесь, кем его покормить, кроме меня, – закончила я и повернулась к Элайдже, чтобы оставить поцелуй на его щеке, – Тогда спокойной ночи и продуктивной беседы. Первородный тоже развернулся, легко мазнув своими губами по моим. – Спокойной ночи. Спасибо. Я заснула, едва моя голова коснулась подушки. Может, из-за облегчения или просто слишком сильно морально вымоталась. Один из трёх пленных Майклсонов освобождён, уже прогресс. Хотя, ещё двоих Клаус однозначно не отдаст так же просто. С Колом он просто отчаялся, а потому оступился. Ещё раз на те же грабли он вряд ли встанет, хотя... кто знает. Утро началось довольно поздно. Судя по тому, что проснулась я в состоянии куколки, Элайджа спать не приходил или давно ушёл. Сообщение на телефоне, пришедшее около часа назад, подтвердило, что первородному пришлось срочно отправиться разбираться с кучей проблемных вампиров, которых, очевидно, любезно прислал Никлаус, чтобы жизнь мёдом не казалась. А Кол где-то в доме, уже в полном адеквате, так что я вполне могу с ним пересечься, хотя Элайджа выразил искреннее сожаление, что не может нас познакомить лично. Что ж, де юре он, конечно, прав, но де факто… так даже лучше, потому что разыгрывать первое знакомство было бы немного утомительно. Мы сложносоставное проклятие на основе нескольких разных дисциплин магии вместе ваяли, это делает нас чуть ли не бестис или как минимум очень хорошими приятелями. Кстати, получается, младший первородный за ночь в процессе слезливой беседы с братом так и не раскололся ни касательно своего недолгого недавнего пробуждения, ни непосредственного участия в проклятии Никлауса и нашего неожиданного превентивного знакомства в целом. Кремень. Я подозревала, что Кол шастает где-то по дому, разглядывая интерьеры, но он нашёлся на кухне непримиримо борющимся с кофеваркой. Вампир, к слову, явно ей пока проигрывал. – Определи, какой напиток ты хочешь, а потом нажимай на запуск, – подсказала я, насмотревшись с минуты три на эти мучения. – Я просто хочу кофе, дорогуша! – воскликнул он, снова ткнув пальцем не по той кнопке, – Но я не понимаю, чего от меня хочет это порождение больной инженерной мысли! Последний раз, когда я пользовался автоматической кофемашиной, туда нужно было залить воду, опустить рычаг и отжать клапан – и всё! И то кофе оттуда был довольно паршивый… Я вздохнула и отпихнула истерящего первородного от несчастной кофемашины. Выбрала эспрессо и запустила процесс, аппарат сразу же начал урчать. Наверно, стоит благодарить господа (или Сайласа, который не устроил это всё раньше), что я стала Еленой в двадцать первом веке, а не Катериной в каком-нибудь затёртом шестнадцатом столетии… – Потрясающе, – мрачно прокомментировал Кол, взглянув на машину как на классового врага, – Две кнопки… Что дальше, дорогуша? Они научатся варить кофе из таблеток? – Они уже умеют. Но, на твоё счастье, это не капсульная кофемашина, – я отошла, чтобы поставить чайник. Вампир совсем скис, скривив губы. – Очередные сто лет в гробу – и человечество снова сделало прорыв, а я ведь только застал изобретение дизельного двигателя… – По крайней мере, это точно был последний раз, когда тебе пришлось совершить такое путешествие во времени, – заметила я, сев за стол. Кофеварка запищала, – И твой кофе готов. Кол с сомнением забрал чашку и принюхался, а затем всё же отхлебнул. – Это… не так плохо, как я опасался, – впрочем, лицо его всё равно скуксилось. – Для любителей поторчать за плитой и помыть за собой посуду: джезва в верхнем шкафчике над кофемашиной, а молотый кофе и зёрна вон там, – я указала на одну из тумб. – Сразу об этом сказать мне никто не мог, конечно же! – воскликнул вампир, драматично вскинув руки, а затем без жалости вылив содержимое чашки в раковину. Пока Кол валандался по кухне в поисках желаемого, я смогла его наконец внимательно рассмотреть. Всё же наше общение до этого было исключительно… вербальным, если можно применить данный термин в этом случае. Он немного выше Элайджи, но при этом совсем жилистый, так что кажется слишком худым, хотя это, очевидно, не так – мышечной массы у него достаточно. Внешне они тоже очень похожи, хотя у Кола черты лица тоньше, вероятно, в силу того что он младше. Тот же цвет глаз и волос, даже мимика перекликается. Сильнее всего в его образе выделялся язык, мелькающий за зубами в процессе речи, который оказался раздвоен. Сначала я решила, что мне показалось, но при очередной реплике вампира убедилась, что он действительно каким-то образом, видимо, подавляет собственную регенерацию, чтобы поддерживать сплит. Иначе не знаю как это возможно. – Насколько я понял, снимать проклятие с Ника ты не стала? – не скрывая довольства, уточнил Кол, когда наконец нашёл всё необходимое. Я оторвалась от разглядывания намотанных на его запястье чёток, пообещав себе, что обязательно полюбопытствую о них, но как-нибудь попозже. – Ну, он с Элайджей договорились, что за снятие ограничителей с его оборотнической сущности он отдаст вас всех или просто отпустит. Однако этого Никлаус так и не сделал, поэтому… получил штраф за неисполнение обязательств, снимать который нет никаких причин. В конце концов, пока он вернул только тебя. Вампир широко улыбнулся и отвернулся к плите, с включением которой, благо, справился без подсказок. Впрочем, с устройством газовой горелки он должен быть прекрасно знаком: её изобрели несколько раньше дизельного двигателя. – Это были очень увлекательные полтора месяца его нытья по поводу пауков. У него вроде есть какая-то крутая ведьма, но она не справилась даже с тем, чтобы облегчить симптомы, – воодушевленно поделился он, – О! Знаешь, в чём он умудрился меня обвинить? – Теряюсь в догадках… – пробормотала я. Кол последние девяносто лет лежал в гробу. Он, типа, мог сделать чуть меньше, чем ничего за это время. А касательно пауков… сомневаюсь, что Никлаус мог бы найти связь даже в приступе паранойи. – Так уж случилось, что больше девяти сотен лет назад именно я вывел ритуал по разрушению его проклятия… О. Надо же. Хотя это логично: где ещё он бы нашёл колдуна, который бы помог ему бескорыстно и с гарантией? До меня неожиданно дошёл посыл фразы, и я просто закрыла лицо руками. Да нет. Не мог же Клаус наехать на Кола за то, что не получилось, как ему хотелось? – Он же не сказал, что это ты виноват в том, что у него не выходит сделать жизнеспособных гибридов? Первородный снял джезву с огня и на удивление медленно и терпеливо перелил напиток в чашку. Кухню заполнил густой запах кофе. – Именно это он и сделал, дорогуша. И ещё сказал, что это я что-то не так рассчитал и из-за этого его звериная сущность ему не подчиняется и пытается выйти из-под контроля! – Плиту выключи, – буркнула я, заметив ещё горящий огонь. Кол встрепенулся и всё же отщёлкнул регулятор на ноль, – Кстати, Элайджа уже поведал тебе, чем мы тут развлекались до явления Никлауса? Он отрицательно промычал в чашку. – В общем, я нашла способ создать гибридов без его крови и… Кол со звоном опустил чашку на блюдце, всем своим видом демонстрируя одновременно и неверие, и крайнюю степень злорадного восторга. – Вы что, с моим дорогим старшим братом вероломно наплодили общих гибридов прямо у Никки за спиной, пока он захлёбывался горькими слезами, что у него ничего не выходит и он весь такой несчастный и одинокий?! – Тринадцать штук, ага. Элайджа сказал, что как заботливый и ответственный старший брат он должен всеми способами помочь младшему, раз у него есть такая возможность, так что… у нас есть маленькая жизнеспособная стая гибридов, да. Кол провёл ладонью по лицу и невидящим взглядом уставился в столешницу, вскинув брови. Хотя выглядел он скорее впечатлённо, чем удивлённо. – Это похоже на Элайджу, которого я помню до обращения, – пробормотал он, а затем встрепенулся, – Это всё невероятно потрясающе, но меня больше интересует, что ты накрутила здесь? – Кол поднял палец и описал круг, намекая, видимо, на защитные чары, глаза его при этом загорелись неприкрытым энтузиазмом, – Такая структура – это что-то новенькое… Кол чувствует магию, я помню. А ещё что было бы достаточно добавить обменные каналы, чтобы он вновь смог ею пользоваться. Пока не знаю как, но… довольно грустно быть одной единственной ведьмой в семье, так что стоит об этом задуматься… хотя теперь же ещё Хенрик, но всё равно. Полноценный шабаш – круче, чем его отсутствие. Тем более, у Кола огромный личный резерв и не меньше теоретических знаний. Это как минимум очень полезно. Я с удовольствием развернула “терминал” прямо на небольшом обеденном столе. Майклсон сначала приоткрыл рот, забегав взглядом по проекции всех чар на особняке, а затем согнулся, сложив руки на столешнице и уронив на них подбородок так, чтобы смотреть прямо сквозь схему. – Это потрясающе, – выдохнул он, скользя глазами по структуре, – Только не доделано пока, да? – У меня не так много сил, чтобы зачаровать такую бандуру за раз, тем более… – проекция особняка немного сжалась, и над ней появился купол, – Есть ещё внешний контур защиты. И… – проекция сжалась сильнее, чтобы показать следующий уровень, – сигнальный купол над городом. Правда, от него пока реально только примитивная основа. Кол растёкся по столу, заворожённо рассматривая нити. – Ты видишь её, верно? Магию. Я только чувствую, но ты… и взаимодействовать у тебя получается намного тоньше… – он цокнул и нахмурился, наклонив голову вбок и сосредоточенно вглядываясь в структуру, – А это что? – вампир указал на заметное уплотнение нитей на внешнем контуре особняка, как раз перед входом. – Никлаус приволок с собой ведьму, может, даже ту самую, которая ему не помогла снять проклятие. Она пыталась вломиться. Без дополнительных мер защиты у неё бы получилось, но так как она пыталась лишь с одной стороны, я не стала тратить силы на всю площадь щита. Кол понимающе промычал и оторвался от столешницы, теперь привстав и рассматривая всю конструкцию сверху. - На удивление много дырок наверху, – заметил он, – Хотя, может, и без разницы, ни разу не видел, чтобы кто-то ломился через крышу, если честно… – Если добавить ещё пару колец “скелета” здесь... – я указала пальцем на верхушку купола, – то можно будет опереться на них и уплотнить защитные чары. Кол кивнул, не отвлекаясь от разглядывания проекции. Я же взглянула на него, вместо того чтобы осматривать структуру, которую и так знаю наизусть. У меня под носом катастрофически сильный и талантливый ведьмак, который потенциально способен на любые выкрутасы, лишь бы только… понять, как организовать постоянные, не перегорающие от превышения лимита и времени каналы для магии. Впрочем, он ведь уже тысячу лет страдает и едва ли не искал способа вернуть утраченное, а значит… – Ни на секунду не поверю, что за десять веков ты не вывел идеальный, но невозможный способ вернуть себе магию, – я внимательно уставилась на него. Кол цокнул и повёл челюстью, вернувшись на стул. Проекция потухла. – У тебя получилось что-то подобное, пусть и одноразово, – заметил он, – Когда ты дала мне возможность вытолкнуть кинжал и мы строили проклятие для Ника. – Да. Искусственные каналы, но они не выдерживают больше одного-двух использований, и пропускная способность у них… ну… так себе, мягко говоря, – я задумчиво наклонила голову к плечу, – Твоя магия на месте, она просто как будто… – Закрыта в замкнутом сосуде, да, дорогуша, – первородный хмыкнул и сощурился, досадливо скривив губы, – Чтобы снова получить возможность ею пользоваться, мне нужно воссоздать каналы, какими они были до обращения. Ты создавала временные, которые сразу истлели после использования из-за непрочности и своей изначально хрупкой структуры, для постоянного использования такие бы не подошли. Я вздохнула и уперлась локтями в стол, сцепив руки и уложив на них подбородок. – И я понятия не имею, как сделать прочные, хотя, теоретически, могу создать практически любую нить и сплести её с другими желанным образом. Так что, возвращаюсь к вопросу: нашёл ли ты какой-нибудь способ, который мы могли бы адаптировать под имеющиеся возможности, а не сочинять с нуля? – Готова помочь мне на чистом энтузиазме? – Кол вскинул брови и немного наклонил голову к плечу, хитро улыбнувшись, – Альтруизм тебя погубит, дорогуша. Я фыркнула и откинулась на спинку стула. – Ведьме нужен шабаш, Кол. Даже если это всего двое. У меня есть родственники, к которым я могла бы обратиться, но… они не слишком заинтересованы в том, чтобы участвовать в движе свыше необходимого минимума. А с тобой, мне кажется, мы могли бы сработаться в более динамичную команду. К тому же, разве это не ещё один повод щёлкнуть по носу Никлауса? Кол рассмеялся, его улыбка стала шире. – Определённо! – он взъерошил свои и без того растрепавшиеся волосы, – У меня есть схема, как это должно выглядеть в идеале… Вернее, нет её на руках, конечно, но я без проблем перерисую. А способ, как это воплотить… – Его мы подберём или разработаем намного быстрее, если будет финальная точка, которую необходимо достигнуть, – закончила я, – Не одной же мне, в конце концов, маяться с этими многослойными чарами над домом. Надеюсь, ты не рассчитывал улизнуть от общественно полезных работ? Кол снова звонко переливчато рассмеялся. В его голосе слышалось много бессознательного облегчения. – Никак нет, мадам! В общем, первородный получил в своё распоряжение кучу писчих принадлежностей и бумаги и занял небольшую комнатку, примыкающую к библиотеке и вроде как, судя по количеству полок, являющуюся её частью, чтобы визуализировать всё необходимое. В процессе размещения он повозмущался, что я не оформила в доме никакого магического закутка, но сдулся после моего резонного замечания об отсутствии необходимости в оном на данный момент. Мне и в комнате места хватало, а делиться ресурсами пока не с кем было. Да и карманное измерение как-то не располагает к оформлению магического кабинета. Впрочем, теперь есть мотивация этим развлечься, в конце концов, не только с Колом, но и с Хенриком делиться. К ужину вернулся Элайджа. Уставший и, кажется, немного злой. Насколько я поняла, ни он, ни Кол сегодня не спали вовсе, проведя ночь за душещипательными семейными беседами. Хотя наша компания за столом его явно приободрила и заставила слегка расслабиться. По крайней мере, слабая улыбка на пересказ возмущений Никлауса о невозможности плодить гибридов выглядела вполне искренне. – Думаю, пора запускать поисковые чары вновь, – заметила я, когда мы доели, – Кого первого ищем? – Финна, наверное, – ответил Элайджа, почему-то взглянув на Кола, но тот лишь пожал плечами. – Скорее всего, Ник в первую очередь кинется к Ребекке, если опасается, что ты выполнишь угрозу и сразу приступишь к поискам, – всё же заметил младший, – Это имеет больше смысла. На Финна ему всегда было плевать, а малышку Бекс он никогда на дно океана не бросит, даже если грозился в приступе ярости. В конце своей речи Кол опустил голову, сосредоточившись на тарелке, явно подумав, что и его самого сводный брат утопил бы без жалости, если бы вопрос встал ребром. Элайдже тоже такая постановка вопроса заметно не понравилась. Одновременно угрюмо нахмурившись, они стали действительно поразительно похожи друг на друга. – Тогда Финн, – заключила я, – Надеюсь, Никлаус успел перевезти его поближе и в менее пустынное место, чем Невада. Карта и маятник остались на ночь на столе, а мы разошлись спать. Кол вообще выглядел поразительно воодушевленно. От его комментария о том, что впервые за сотню лет он переночует в кровати, а не в гробу, Элайджа, кажется, совсем расклеился. Я его, конечно, очень люблю, но не могу сказать, что он прямо совсем не заслужил выпадов в свою сторону. Всё-таки, очевидно, помогал в решении проблем он лишь Никлаусу, а вот поддержку Колу оказывал едва ли. Несправедливо, гибрид ведь ему даже не родной, в отличие от бывшего ведьмака. Мужчина не сдержал облегчённого судорожного выдоха, когда мы наконец легли, и я провела массажными движениями по его вискам и дальше к затылку. – Мы с Колом обсудили возвращение ему магии, – поделилась я, переместив руки дальше на шею Элайджи, а затем на плечи. Лицом к лицу делать массаж не очень удобно, но первородный, кажется, не собирался переворачиваться и облегчать мне задачу. Он промычал и сцепил руки у меня на пояснице. – Полагаю, вдвоём вы быстро найдёте способ это осуществить, – он прикрыл глаза и несильно потянул меня к себе, побуждая тоже лечь, – Он искал способ это сделать с самого обращения. – Ему, в отличие от Никлауса, кажется, в этом никто не торопился помогать, – заметила я, вернув свои пальцы на чужой затылок, хотя это было и не очень удобно. Мне правда совсем непонятно такое откровенное двуличие. Ради единоутробного брата, который убил мать, значит, всё, а ради родного и ни в чём не повинного – ничего? Элайджа тяжело вздохнул и немного нахмурился. Выглядел он… виновато. – Да. Это так. Хотел бы найти оправдание, но его нет. Кол в отличие от Никлауса… никогда не делал из этого трагедию, хотя, определенно, если объективно сравнивать, у него как раз ситуация таковой и была… – Клаус громче всех кричал: “волки!”, а потому всегда получал помощь? – я хмыкнула и провела пальцами по лбу и спинке носа мужчины. Элайджа обронил сухой невесёлый смешок и поймал мою руку, прижимаясь к ней губами. – Да, наверное, хотя это всё ещё не может быть оправданием для меня, – тихо заметил он, – Просто… с Никлаусом было проще. Его волчья часть была заблокирована не сущностью, а заклинанием, которое… реальнее снять, чем найти лазейку в изменённой сути. Кол быстро разработал способ разрушить чары, когда мы обратились к нему, отчаявшись тыкаться вслепую… Никлаус всегда привлекал к своей проблеме много внимания. Даже эта легенда о проклятии “Солнца и Луны”, расползшаяся по миру... Я понимающе промычала и прижалась мягким скользящим поцелуем к его губам. Сознание потихоньку начало уплывать, не в последнюю очередь из-за бархатистого мужского голоса. – Что ж, как и в басне, в конце концов, рано или поздно, на его новый крик никто уже не придёт, даже если на этот раз проблема будет настоящей. И волки в итоге съедят и пастуха, и овец… – пробормотала я, окончательно проваливаясь в сон. Утром мы выяснили, что Финна везут по трассе в Колорадо. Вглубь страны, что удивительно, а не к побережью, как я про себя очень опасалась. Это именно тот случай, когда приятно было ошибиться, потому что мне всё же хотелось отчаянно верить, что Никлаус блефовал и никого из родственников в океан бы не бросил ни при каких условиях. Не может же он быть настолько гандоном. – Похоже, они ещё не доехали до Колорадо Спрингс, – отметила я, разглядывая карту, – От Ричмонда до Денвера прямым рейсом четыре часа… – Конвой можно перехватить уже сегодня, – заключил Элайджа, тоже изучая карту, – Отлично. Но вы двое останетесь здесь, – неожиданно строго сказал он, указав на меня и Кола. – Серьёзно? – Кол закатил глаза, хотя явно драматизировал, – Вот так всегда, как только начинается что-то интересное, меня не берут! – Это Колорадо, Кол, – я цокнула. Меня только радовало, что тащиться в ебеня не придется, – Пустые трассы, горы и пустыня. Туда ехать только ради видов. Оно тебе надо? – И мне кажется, вам есть чем заняться, – заметил Элайджа, уже раздав какие-то поручения подчинённым. – Ладно, – протянул младший первородный, – Ты прав. И у меня, кстати, почти всё готово! – Отлично. Тогда мы остаемся работать над твоей магией и приглядывать за картой, на случай если что-то изменится, – резюмировала я. Что ж, несколько месяцев покоя ради того, чтобы внезапно рухнуть в стремительный водоворот событий. Не худший вариант. Правда, в случае Ребекки, нам, вероятно, придётся вновь лично встретиться с Никлаусом. Хотя... Я глянула на выложенные Колом схемы. Очень может статься, что именно гибриду стоит беспокоиться о новой встрече с нами.