Вспомни меня, Вэй Ин

Когда Лань Ванцзи вернулся в цзинши и не обнаружил там Вэй Ина, он заволновался. «Неужели сбежал?» — мелькнула паническая мысль. Но тут он заметил на столе записку. Узнал почерк Сычжуя. «Мы на Кроличьей поляне» — гласил явно наспех накорябанный текст. У Лань Ванцзи отлегло от сердца. Кролики — это хорошо. Они способны если не вылечить мятущиеся душу и разум, то хотя бы отвлечь на время. Он решил, что пока Вэй Ин отдыхает в обществе малыша А-Юаня и пушистых целителей, надо сходить к целителю-человеку. В суматохе и огорчениях он все же не забыл, что глава лечебницы так и не сказал ничего внятного о состоянии Вэй Ина. Не факт, что он уже упорядочил свои выводы и захочет ими поделиться, но спросить необходимо. Вдруг он обнаружил что-то очень серьезное и не захотел пугать и так ослабленного пациента… или его смутила почти неприкрытая враждебность дяди? Лань Ванцзи невольно ускорил шаги. Главный лекарь обнаружился под навесом у своего дома, изучающим ветхие свитки и попивающим бурду нежно-зеленого цвета. Завидев Ванцзи, он кивнул. — Очень кстати, молодой человек, я как раз размышляю над вашим случаем. — Со мной все в порядке, — сообщил Ванцзи. — Вы позволите? — его схватили за руку, — да, действительно. Ваша ци вновь течет равномерно и плавно, хотя в ней и присутствуют темные потоки. Лань Ванцзи недоуменно поднял бровь. — Видите ли, у вас с другим молодым господином схожая проблема. Светлая и темная ци сплелись в ваших меридианах воедино. Есть и отличия. У вас преобладает светлая, у него — наоборот. Но он как-то умудряется ее успешно контролировать, несмотря на отсутствие золотого ядра. — Что?! — поразился Ванцзи. — Вот и я пока не могу понять, как он вообще удерживает духовную энергию в своем теле. Конечно, ее количество несоизмеримо с вашим… — Повторите ещё раз про золотое ядро, лаоши, — прохрипел Лань Ванцзи. Лекарь забеспокоился. — Вам нехорошо? Сделать подкрепляющий напиток из водорослей? — он помахал своей чашей, — может, иглоукалывание? Нет? Тогда, возвращаясь к ядру, то есть его отсутствию… а вы разве не знали об этом? Лань Ванцзи сокрушенно покачал головой. — Судя по всему, он потерял его уже давно. Может, во время войны. В проклятом клане Вэнь был один такой негодяй, выжигавший ядра. Хотя ваш друг слишком молодо выглядит… — Вы точно уверены? — понуро спросил Лань Ванцзи, пытаясь увильнуть от страшной правды и понимая всю тщетность этого. — Уверен. Честно скажу, ни разу ни с чем подобным не сталкивался. Без ядра он должен был стать обычным человеком, но… вопреки всему, его меридианы не усохли, и хотя духовной энергии мало, она держится. — Бедный мой Вэй Ин, — беззвучно пробормотал Ванцзи, — ещё тогда… Как я мог не догадаться. Он терпел грубости и насмешки, но все равно не брал с собой Суйбянь. Он так глубоко ушел в свои мысли, что очнулся только тогда, когда старый лекарь деликатно тронул его за рукав. — Я могу вам чем-то помочь? Лань Ванцзи с надеждой посмотрел на него. — А можно это вылечить? Восстановить золотое ядро? — Я не в силах, — развел руками целитель. — Я сейчас задам вопрос, только поклянитесь, что всё останется между нами. — Ну вы прямо как ваш дядя... — Простите, — Ванцзи оставался предельно серьезным, — это может быть связано с Темным Путем? В глазах лекаря зажёгся живейший интерес. — Интересная мысль… Ну-ка, ну-ка, — он лихорадочно зашуршал свитками, — энергетические поля, магнитные бури, трансцендентные кривые… не то. Ага, вот оно, — он стал зачитывать вслух, — «несмотря на бесспорный вред, который Темный Путь наносит душе и телу отступника, пренебрегшего…бла-бла-бла… нельзя отрицать, по крайней мере, теоретически, что у заклинателей, сильных духом и с чистыми намерениями, могут наблюдаться и положительные аберрации, позволяющие им пользоваться темной ци, не нанося себе ущерба» Ваш… хм, можно я всё-таки буду называть его настоящим именем? молодой господин Вэй доказал, что эта теория верна. — Как вы догадались? — быстро спросил Ванцзи, — по его пульсу? — Нет. По его лицу. Он очень похож на свою мать. Она помогала мне в лечебнице… ну когда не тратила попусту, время, дразня Лань Цижэня. — Другие старейшины тоже ее помнят? — забеспокоился Ванцзи. — Вряд ли, — засмеялся старик, — они обходили ее по широкой дуге, так боялись. — Кто написал про Темный Путь? — Один из ваших предков. Свиток долгое время находился в запретной секции. Теперь им владею я. — А есть там ещё что-то полезное? — продолжал допытываться Лань Ванцзи. Лекарь, который помнил его не по возрасту тихим ребенком, потом замкнутым подростком и безучастным взрослым, ощутил желание написать трактат о пользе любви. Вздохнул и ответил. — Думаю, Старейшина Илина вряд ли узнает из него что-то новое… А тоник из водорослей я вам всё-таки дам. Полезнейшая вещь. Господин Вэй может смешивать его с вином, — он протянул Лань Ванцзи здоровенный кувшин. — Спасибо за ваш труд, — поклонился Ванцзи. Тем временем на Кроличьей поляне молодежь продолжила донимать Вэй Ина расспросами на личные темы. — Вэй-гэгэ, — спросил Сычжуй, преодолевая робость, — вы же не поссорились с отцом? — С чего нам ссориться? — удивился Вэй Усянь, — зачем мне раздражать своего охранника? Лань Цзинъи от возмущения разронял всю морковь. — Вы опять за свое! Он ваш партнер на пути… — Ты уже говорил, — напомнил Усянь, — не пойму, почему вас это так волнует, романов перечитали? Он понизил голос и забубнил себе под нос. — Когда пылкая молодежь живёт взаперти и питается травой, то становится похожей на кроликов… излишне интересуется брачными играми. Однако говорят, устами младенцев глаголет истина… — он покачал головой и спросил уже громко. — А это точно был я? Или он? Вы не обознались? — вопрос прозвучал невнятно, но Цзинъи сразу ухватил суть. — Нет, вы первый его поцеловали. Сказали, на удачу. — А, — облегчённо вздохнул Вэй Ин, — тогда понятно. Я ещё, наверно, и пьяный был. — Нам так не показалось. Вэй Усянь решил на этом пока закончить свое расследование, чтобы не смущать бедных детей ещё больше. Хотя смущался один Лань Сычжуй, и то несильно. У Цзинъи глаза горели неподдельным интересом. «Если вдруг его выгонят из клана, смело может открывать брачное агенство, — подумал Вэй Усянь, — сначала всех переженит, потом разведет». — Не пора ли нам подкрепиться? — сказал он, ссаживая разомлевшую собачку на землю и поднимаясь, — кролики так аппетитно хрумкают, я тоже хочу. Сычжуй с готовностью протянул ему морковь. Вэй Усянь дар отверг, и он достался Милашке. — Лучше что-нибудь посущественней, — сообщил Усянь, потягиваясь. — О, у нас же есть копчёная рыба. Она на кухне, уже готова, можно забрать. Пойдёмте скорее, — заторопился Цзинъи. Вэй Усянь радостно потёр руки. Они попрощались с кроликами и заспешили навстречу рыбе. Довольная жизнью Милашка вернулась к старым привычкам и весело вертелась в ногах Вэй Ина. Не прошли они и сотни шагов, как кусты сбоку нехорошо затрещали и из них им наперерез выскочила крупная пушистая собака. Вэй Ин не сдержался и заорал «Лань Чжань!» так, что с деревьев посыпались листья, а стая ворон в поднебесье решила облететь опасное место стороной. Фея тоже оторопела от вопля и плюхнулась посреди дороги, вывалив язык. Следом за ней подоспел Цзинь Лин. Он тер уши и ворчал родное и привычное. — Ну зачем же так орать! Вэй Усянь не успел оправдаться. Появился Лань Ванцзи, загородил его собой, и сурово посмотрел на провинившихся. — Молодой господин Цзинь, следите за своей собакой! Цзинь Лин бросил на него недовольный взгляд. — Глава Лань мне разрешил. — Но это не значит, что она может разгуливать где угодно. — А он, преступник, может разгуливать где угодно? — Цзинь Лин обличающе ткнул пальцем в сторону Вэй Усяня, который высунулся из-за спины Ванцзи и разглядывал его, — это он убил моих родителей! — Это не так, — мягко сказал Ванцзи. — Все равно они погибли по его вине! — упорствовал Цзинь Лин, упрямо выпятив подбородок. — Он прав, — вздохнул Вэй Ин, — все из-за меня… я потерял контроль. — Будет только справедливо, если Фея тебя загрызет, — мстительно закончил Цзинь Лин, — и вообще, ты всех обманул, прикинувшись Мо Сюаньюем. Я немедленно сообщу дяде Цзяну. Он убьёт тебя Цзыдянем, а предварительно запытает. — Жду-не-дождусь, — вздохнул Усянь. Лань Ванцзи с неодобрением покосился на него. Сейчас было не время шутить. Но выражение лица Вэй Ина говорило, что это вовсе не шутка. Ванцзи поджал губы. — Глава Цзян обо всем знает. — И до сих пор не убил его? — поразился Цзинь Лин. Он беспомощно уставился на Вэй Ина, потом перевел взгляд на серьезных Лань Сычжуя и Лань Цзинъи. — Ты не должен меня прощать, — тихо сказал Вэй Ин. Цзинь Лин растерялся ещё больше, помрачнел, и взял Фею за ошейник. — Пойдем. Через мгновение два силуэта растворились среди древесных стволов. Милашка неожиданно заскулила и побежала за ними. — А я хотел позвать его поесть с нами рыбки, — огорчённо сказал Цзинъи. — Вы ещё сможете нагнать его, — сказал Вэй Ин, — пусть бегут, да, Лань Чжань? — Мгм. Лань Сычжуй и Цзинъи переглянулись и кинулись вслед Милашке. Вэй Ин тоскливо посмотрел на Лань Ванцзи. — Что и следовало ожидать. Сын шицзе меня ненавидит… Ты должен был позволить его толстой собаке погрызть мои косточки. — Нет. — Что-то я устал, — Вэй Ин потёр лоб, — вернусь, пожалуй, к кроликам. — Пойдем в цзинши, я приготовил обед, — Лань Ванцзи с надеждой посмотрел на него. — Сам приготовил? — заинтересовался Вэй Ин. — Не совсем. Посылал за ним в Цайи. Ещё Не Хуайсан передал тебе письмо. Он отправляется в Ланьлин и мой брат тоже. Вэй Ин кивнул и позволил себя увести. После всех переживаний забота Лань Ванцзи успокаивала. Давала почувствовать, что ни он сам, ни мир вокруг ещё не распались на части. В цзинши Вэй Ин без зазрения совести плюхнулся на уже оккупированную им ранее кровать Лань Ванцзи и похлопал рукой рядом с собой. — Иди сюда, Лань Чжань. Лань Ванцзи смущённо порозовел. — Это неудобно. — В смысле, есть на кровати? А мы столик поближе подтащим… Но сначала объясни мне одну вещь. Почему все вокруг упорно твердят, что мы помолвлены? Оттенки алого, которыми заполыхали уши Ванцзи, сделали бы любой закат неповторимо ярким. Вэй Ин невольно залюбовался. — До чего ты милый, когда смущаешься.— ляпнул он, не задумываясь, — если поразмыслить, ты не такая уж плохая партия для бездомного нищего с ужасной репутацией. А зачем тебе вот это вот все, загадка. Лань Ванцзи пристально посмотрел на него и губы его дрогнули. — Вэй Ин знает ответ. — Но не помнит. Не хочешь объяснить? Лань Ванцзи дотронулся до его запястья. — Я очень виноват перед тобой. — Разве? — нахмурился Вэй Ин, — ты что-то сделал, чего не должен был? Ах, неужели соблазнил? Какая досада, мой первый раз, а я забыл! Скажи, мне хотя бы понравилось? Лань Ванцзи отдернул руку. — Вэй Ин! — Я за него! — залился смехом Вэй Ин. Дразнить такого неуверенного в себе Лань Ванцзи ему очень нравилось. Даже мысль о том, чтобы разделить с ним жизненный путь казалась уже не такой дикой. Ванцзи обиженно посмотрел на него и отвернулся. — Ладно-ладно, не буду больше над тобой смеяться, — пообещал Вэй Ин, бесцеремонно дергая его за прядь волос, — в чем ты там виноват? Заранее прощаю. — Я не был на твоей стороне, — серьезно и печально ответил Лань Ванцзи. — Ты о чем? — не понял Вэй Ин. — Лагерь военнопленных, гора Луаньцзан, Безночный Город. Не помог тебе. Вэй Ин перестал смеяться. — Ты поступал, как должно. Ваши правила запрещают помогать порочным людям. — Никогда не говори так, — Ванцзи так крепко схватил его за плечо, что Вэй Ин поморщился. — Эй, ты мне его вывихнешь. Лань Ванцзи побледнел и разжал пальцы. Вэй Ин потер плечо и хмыкнул. — Ты хочешь сказать, что выбрал этого недостойного в спутники, чтобы успокоить свою совесть и загладить вину? Лань Чжань, ты достоин памятника за свою добродетель ещё при жизни! Лань Ванцзи вздохнул. Он, кажется, понял, откуда у Цзян Ваньиня привычка постоянно закатывать глаза...