Master Of Mine

      КЁХ: ты благополучно добрался до дома?       КГО: да       КГО: извинитесь за меня перед Элией       КЁХ: уже извинился       КЁХ: должны ли мы поговорить об этом?       КЁХ: о том, что мы сказали друг другу сегодня       КГО: давайте поговорим завтра, судья Кан       КГО: я просто       КГО: очень устал       КЁХ: верно       КЁХ: [голосовое сообщение] спокойной ночи       КГО: [голосовое сообщение] и вам

__________________________________________________

      

      — Эй, ты так и не рассказал мне, почему Га Он-и не пришел домой с тобой прошлой ночью, — Элия сразу перешла к утренним любезностям, стоило Ё Хану зайти на кухню. Под его глазами виднелись первые намёки на темные круги. — Вы двое поссорились, верно? — легко предположила она, потягивая кофе. — У тебя всегда проблемы со сном, когда вы ссоритесь.       Ё Хан вздохнул и занялся приготовлением своей собственной чашки кофе. — Это были небольшие разногласия, — солгал он, хотя и слабо. — Он вправе вернуться в свою квартиру, Элия. Формально он живёт там, а не здесь, — он прислонился к кухонной стойке, повернувшись к ней лицом, и поймал её разочарованный взгляд. — Что?       Девушка мило фыркнула, надув очаровательные щечки. — Почему он не может? — легко спросила она.       — Почему он не может что? — Ё Хан поднес чашку к губам, позволяя аромату кофе взбодрить его.       — Почему он не может просто переехать сюда? — уточнила она, постукивая ногтями по керамической чашке в её руках. — Он и так пробыл у нас гораздо дольше, чем ты мне говорил, когда привез его домой после того, как вы оба пострадали, — задумчиво рассуждала Элия. — Вы вместе работаете, проводите вместе эти сомнительные встречи, о которых, как ты думаешь, я не знаю. И.. он так хорошо заботится о нас, — она склонила голову набок. — Один ужин без Га Она, и я уже скучаю по его дурацким шуткам, когда мы едим вместе, — она слегка улыбнулась. — Он мне нравится, Ё Хан. Он мне нравится, и мне нравится, каким ты становишься, когда он здесь, с тобой.       Ей нравится, какой я, когда он здесь, со мной. Ё Хан улыбнулся её признанию. — Я рад, — честно ответил он, потягивая кофе. — Как бы то ни было, ему разрешено возвращаться в свою квартиру, когда он захочет. Все его вещи по-прежнему на месте, Элия. Хотя с каждым днем он приносит с собой всё больше, как будто я этого не замечаю. — мужчина опустил глаза. — Я поговорю с ним сегодня на работе и узнаю, захочет ли он вернуться.       — Отлично, — кивнула Элия, бросив на него взгляд. — Вне зависимости от того, что ты ему скажешь, убедись, что ты извинился, как следует.       — Эй, — Ё Хан притворился оскорбленным. — Откуда ты знаешь, что это моя вина, а не его? — поддразнил он.       — Потому что, если бы это была его вина, то уже утром он бы стоял здесь, чтобы извиниться, — подметила Элия. — Он слишком мягок, чтобы сердиться, — сделав последний глоток, девушка со стуком опустила чашку. — Иди и приведи его, Ё Хан.       Ё Хан кивнул. — Что правда, то правда, — размышлял он, оставляя недопитую чашку кофе на столе и уходя, легко похлопал Элию по руке.       Слишком мягок, чтобы злиться, повторил Ё Хан про себя слова племянницы, направляясь к машине.       Будем надеяться, что так оно и есть.       

       __________________________________________________

      КЁХ: доброе утро       КЁХ: увидимся сегодня на работе?       КЁХ: Га Он, ты специально меня игнорируешь?       КЁХ: я заходил в твой кабинет, но тебя там не было       КЁХ: ты взял отгул, чтобы не встречаться со мной?       КЁХ: хотя бы одно слово, Га Он       КЁХ: я звонил, но ты не ответил       КЁХ: если ты решил наказать меня молчанием, то это работает       КЁХ: прости меня за вчера       КЁХ: можешь, пожалуйста, ответить, чтобы я мог извиниться, как следует?       КЁХ: ты уже в офисе?       КЁХ: позволь угостить тебя обедом       КЁХ: или нет       Ё Хан поставил стакан кофе со льдом с мягким стуком на стол, проверяя время. Уже после обеда, но он так и не приходил. Он взял телефон и набрал номер Га Она, слыша лишь гудки. Снова? Он не может продолжать избегать меня. Или может? Мы стали близки, но теперь… он потер глаз.       КЁХ: судья Ким уже пришел в офис?       ОДД: нет       ОДД: он заболел?       КЁХ: не думаю       КЁХ: извините, что беспокою вас, судья О       КЁХ: если сегодня дел нет, то не стесняйтесь уйти пораньше              ОДД: любезно с вашей стороны, судья Кан       ОДД: если получу от него весточку, я дам вам знать       КЁХ: благодарю       Ё Хан уставился на свою переписку с судьёй О. Он ничего не сообщил даже ей. Странно. Мужчина наклонился вперед, опершись на локти, и сцепил пальцы на своем профиле, размышляя. Он и раньше уходил к себе, но никогда не оставлял меня так надолго. Он вздохнул, уткнувшись в свои пальцы. — Это было ужасно... — он закрыл глаза.                     — Вы снова лжете мне, — категорично заметил Га Он и посмотрел на него. — Я так устал от того, что вы мне не всё рассказываете, — он провел рукой по волосам, наклоняясь к Ё Хану через стол. — Что на этот раз?       Ё Хан поднялся, придав своему лицу серьезное выражение. — Я никогда не лгал тебе, — поправил он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно. — Ты забыл, как начинались наши отношения? Тебя подослали сюда. Тебе было приказано шпионить за мной, мой драгоценный судья. И ты шпионил. Конечно, я скрыл от тебя некоторые вещи. Я был вынужден, разве нет? Тогда я недостаточно хорошо тебя знал, — он подошел к Га Ону и поправил его галстук. — Я слишком много и долго работал ради этого. Да, я скрыл некоторые детали от тебя, когда это было необходимо. Но я никогда не лгал тебе.       Га Он отбросил его руку. — Разве я не доказывал вам снова и снова, что я на вашей стороне? — парировал он. — Что ещё вы хотите, чтобы я сделал? Смотрите, — он сунул свой телефон в руку Ё Хана. — Я никому ни слова не сказал о том, что вы делали. О том, что мы делали. На протяжении месяцев, — он вздохнул, отступил назад и прислонился к стене. — Что ещё вы хотите, чтобы я сделал? — снова спросил он. — Пожалуйста, больше ничего от меня не скрывайте. В последний раз, когда вы это сделали, вас пырнули ножом, — напомнил он ему с грустью в голосе. — Неужели вы недостаточно доверяете мне, чтобы я мог помочь вам? Чтобы я мог быть рядом с вами?       Ё Хан положил телефон Га Она на стол. — Дело не в доверии. Уже не в нем, — настаивал он. — Когда головорезы президента ударили меня ножом, если бы ты был здесь, то ты пострадал бы тоже, — размышлял он вслух. — И что бы мы делали тогда? Истекали кровью вместе? — вздохнул он, делая шаг к мужчине. — Одному из нас нужно выбраться из этой чертовой игры живым, Га Он, — он протянул руку, чтобы обхватить его лицо. — Я не хочу быть тем, кто причинит тебе боль. Я не позволю никому забрать тебя у меня.       — Судья Кан… — Га Он закрыл глаза и выскользнул из рук Ё Хана. — Я не стеклянный, — вздохнул он, отходя в сторону и убирая свой телефон со стола в карман пиджака. — Вам стоит поверить, что я могу справиться со всей правдой. Как я могу помочь вам, если я не знаю всего? Не знаю о всех поджидающих опасностях? — он мягко оттолкнул руку Ё Хана, когда тот снова потянулся к нему, и посмотрел в сторону закрытой двери. — Если вы не позволяете мне помогать вам, защищать вас, поддерживать вас… тогда для чего это вообще? — он оглянулся на него. — В холодильнике есть несколько приготовленных блюд, которые нужно лишь разогреть. Они для вас и Элии, — произнес он тихо.       — Га Он…       — Я просто… Дайте мне пару дней, судья Кан, — решил он, прикусив губу. — Не думаю, что смогу сейчас находиться с вами под одной крышей. Не тогда, когда… — он закрыл глаза и вежливо склонил голову, прежде чем уйти, и дверь кабинета тихо закрылась за ним.                     — Ты упрямее Элии, — тихо пробормотал он в свои ладони. — Неужели наш вчерашний разговор заставил тебя наконец ненавидеть меня? Что если он прав? — он встряхнул головой. Это не из-за того, что я не доверяю тебе. Весь мой гнев иссяк в ту ночь, когда ты оттолкнул меня от взрыва в этом офисе. — Глупый мальчишка… — Я так испугался, что ты умер. Ты лежал рядом со мной, когда мы упали на пол. Я был в ужасе. У меня не было сил злиться на тебя за то, что ты мне солгал, только не после этого.       Когда всё вскрылось, я был так зол на тебя. В ту ночь я хотел разорвать тебя на куски, пока от тебя ничего не останется. Я хотел, чтобы ты рассказал мне всё. Ты выглядел таким испуганным. С моей рукой на твоей шее. Но потом… он содрогнулся, вспомнив это. Всё произошло так стремительно. Если бы ты не оттолкнул меня в сторону, я был бы мертв. Моему врачу пришлось извлекать из твоей спины так много маленьких осколков шрапнели.… ты выглядел очень бледным, когда я привез тебя домой. На следующее утро, когда я сидел у твоей кровати, а ты всё не приходил в себя, я так волновался. Я не ненавижу тебя. Я даже не злюсь. Всё, чего я хотел, это чтобы ты очнулся.       Всё, чего я хотел, это быть тем, кто тебя защитит, потому что ты сделал то же самое для меня.       Мы так погрязли в этом плане. Слишком много людей хотят твоей смерти так же сильно, как хотят видеть меня повешенным. Если я буду выбирать, во что тебя втянуть, я смогу уберечь тебя от худшего. Он инстинктивно ощупал свое бедро, шрам от колотой раны внезапно заныл, хотя он знал, что эта боль только в его голове.        Я лучше умру, чем стану причиной твоих страданий. Как ты можешь этого не видеть?       Он ещё раз проверил время и набрал номер Га Она — безрезультатно.       Мне нужно поехать к нему домой и притащить его сюда самому?       Как вдруг…              Пинг.              — Чей это номер… — Ё Хан открыл свои сообщения и обнаружил два файла: фото и видео, отправленные с незнакомого номера. Его глаза расширились, когда он увидел лицо на фотографии.       Га Он. А это… Сон А.       Блять.       Его похитили.       Он поднес дрожащую руку к губам и развернул фотографию, чтобы увеличить её, и почувствовал, как у него сжалась челюсть, когда он увидел множество ран, покрывающие лицо и грудь Га Она. Глаза мужчины были закрыты, лицо было опущено вниз, но его было видно ровно настолько, чтобы Ё Хан мог заметить синяки и кровоточащие раны на его щеках.       Ё Хан почувствовал, как кровь забурлила по венам, и, поднявшись из-за стола, открыл следующее видео.       Он нажал на воспроизведение.              Сон А дала ему пощечину. — Скажи ему, — сказала она. — Придите и спасите меня, судья Кан, — насмешливо проскулила она.       Га Он прикусил губу. — Придите и спасите меня, судья Кан, — наконец произнес он ровным голосом. Он не отрывал взгляда от камеры.       Сон А ударила его снова, и на этот раз Га Он застонал, сплевывая кровь. — Какой приятный звук, — она лукаво усмехнулась. — Хороший мальчик, — она отпустила его и погладила по голове. — Давай проверим твою теорию, а? — она приподняла его подбородок изящным пальчиком. — Интересно, как быстро прибежит твой сторожевой пёс?              Ё Хан почувствовал, как к горлу подступает паника. Я знаю, где это. Я должен… он закрыл глаза. Спокойствие. Он вышел из своего кабинета и позвонил Кею, быстро шагая и выбирая лестницу, не желая дожидаться лифта.        Если мы не поторопимся, она убьет его. Она любит играть со своей едой. Но что, если она уже наигралась?       Подавив свой гнев, он подождал, пока Кей возьмет трубку.       — Саджангним? — удивленный голос Кея привел его в чувство.       — Га Он у Сон Ы, — сказал он, выходя на дневной свет и садясь в свою машину. — Я знаю, где. Пришлю адрес сообщением.        — Захвачу с собой пистолет.       Ё Хан завел машину и сжал руль так, что побелели костяшки пальцев. — Отлично.