Ветер, устремлённый на Север

      Эти дни, проведённые на фестивале Расцвета, и правда пошли мне на пользу. Тревоги временно отступили, хоть и обещали вернуться вместе с тем, как я переступлю порог монастыря. Но думать об этом не хотелось, наслаждаясь мгновениями спокойствиями. Правда, большую часть времени всё равно приходилось проводить в храме. Наверное, так много я не работал с тех пор, как оказался в монастыре. Даже в библиотеке не найдётся столько работы, как здесь.              Но вскоре эти десять дней подошли к концу, и настало время возвращаться обратно. Многие люди собрались около храма, чтобы проводить Божество, чинно восседающего на лошади. Не хватало только доспеха, чтобы выглядеть ещё более недосягаемым, но, как получилось заметить, Ворео не слишком любил его носить, выходя в свет лишь на праздники.              Несколько жрецов из монастыря должны были остаться в городском храме, а несколько старших жрецов же наоборот возвращались в монастырь, чтобы вести размеренную жизнь без суеты. Среди, к слову, был и Ан. Даже как-то неловко стало находиться рядом с ним после той ночи, но старший жрец тоже предпочитал делать вид, что ничего тогда не было.              Сам же Ан находился в окружении молодых жрецов, которые тянулись к нему, как простые люди и тянулись к Божеству. Кроме старших жрецов, которые отправлялись с нами, я заметил и несколько новых лиц: это были довольно молодые омеги, а некоторым из них, судя по внешнему виду, не было и четырнадцати.              Но, как там ни было, скоро город остался позади, а перед нами виднелась лишь дорога до портала. Портал встретил таким же белёсым сиянием, а после я уже оказался на той стороне, оглядывая привычный горный пейзаж. Снова стало холоднее, но этот холод казался родным, приветливым. Снег осыпал землю тонким слоем, делая вид, что никакая весна и не наступала — погоде было всё равно, что там у людей в календаре.              Монастырь в свете дня выглядел умиротворённым. Ничего здесь не изменилось за более чем неделю отсутствия, да и не должно было. Дал и ещё несколько жрецов вышли нас встретить. Настоятель быстро отдавал распоряжения, куда отвозить подношения и закупку продуктов и вещей для быта, прежде чем переключиться на нескольких новых омег и старших жрецов. Когда я подошёл к Далу, чтобы поздороваться, старшие жрецы уже уходили, лишь Ан мимолётно взглянул на меня, улыбнувшись, прежде чем уйти с ними. Это немного смутило меня, но виду я не подал.              — О, Юри, ты вовремя, — сказал Настоятель, задумчиво смотря на молодых омег, прежде чем поднять глаза на меня.              — Что-то случилось? — поинтересовался я, став рядом и глядя на младших. Несколько котов-оборотней, крылатый, эльф, человек — стандартный набор в таких ситуациях. И все младше пятнадцати. Более старшие новенькие пока стояли в отдалении, робко глазея на нас.              — Можешь взять ещё одного младшенького себе? — спросил Дал, хотя моего одобрения, чтобы приставить кого-либо, ему не требовалось.              — Конечно, — я кивнул. Настоятель подозвал одного мальчишку лет двенадцати, оборотня кота с серо-рыжими полосами на коротких волосах и пушистом хвосте. Большими жёлтыми глазёнками он смотрел на меня, размахивая хвостом и прижимая уши к голове.              — Это Нао, — представил он оборотня. — Нао, это Юри. Ты будешь его помощником, — теперь он обратился к самому мальчишке. Тот кивнул, глядя на меня всё тем же взглядом с расширенным зрачком, почти заполняющим радужку, словно кот, заметивший свою жертву. Со стороны это выглядело мило.       — Здравствуйте, — тихо детско-писклявым голосом поздоровался Нао, прежде чем Дал передал Нао мне и отпустил в монастырь, возвращаясь к остальным.              Я сжал руку оборотня, ведя его в библиотеку. Мальчишка любопытно оглядывался по сторонам, пока мы не пришли. В библиотеке нас встретил Исси, зависший над каталогом, активно над чем-то раздумывал, но скрипнувшая дверь быстро вернула его в реальность. Уши эльфа дёрнулись, когда он подскочил со своего места:              — Юри! — помощник вмиг оказался рядом, обнимая меня.              — И я рад тебя видеть, — я обнял его одной рукой в ответ, второй продолжая держать Нао. Оборотень непонимающе на нас глядел, размахивая хвостом, но не встревал.              — Это такой ужас! Больше не оставляй меня здесь одного, — проговорил Исси голосом, словно сейчас разрыдается.              — Хорошо, я больше и не собираюсь, — ответил я, когда эльф наконец отстранился. — Знакомься, это Нао. Дал его приставил нам вторым помощником, — я указал на оборотня, который теперь так же хищно глядел и на Исси.              — Какой ты у нас милый, — опустился до умиления помощник, когда переключил внимание на оборотня, как если бы тот был котом, а не разумным существом. В любом случае, кажется, Нао это нравилось. Исси даже начал трепать его по волосам, а тот подставлялся под ласку, мурча.              Немного постояв, наблюдая, мне пришлось прервать их, чтобы приступить к работе и Исси мог рассказать, что произошло за время моего отсутствия. Снова включиться в рутину было приятно, и начинало казаться, что всё становилось на свои места, после изматывающего труда в городском храме.              Уже вечером я показал Нао столовую, пообещав после ужина отвести к Далу, чтобы тот показал его будущую комнату. Столовая же встретила привычным шумом. Где-то слышались отголоски и шепотки за спиной, среди которых угадывалась уже знакомая тема, но я старался её игнорировать. Нао вертел головой, разглядывая помещение, прижимая уши к голове. Видимо, с непривычки было не очень приятно оказаться в шуме: всё же уши у оборотней были достаточно чувствительными.              Исси предложил присесть с ним и его компанией, пока мы искали свободное место. Дал, похоже, был занят делами и решил пропустить ужин, так что я оставался почти один в этом месте. Не к Нари с Хо же идти? Хотя эльф, кажется, заметил меня, а его взгляд обещал поговорить после. Утром, видимо, времени встретить у него не было.              Ужин прошёл спокойно, а после я передал Нао Далу, в кабинете которого собрались и другие новые жрецы, собираясь перед посвящением. После я ушёл прогуляться во внутреннем дворе, где ко мне и присоединился Нари.              — С возвращением, — друг налетел на меня с объятиями, повалив на землю, на тонкий слой снега.              — Нари, — я спешно обнял его в ответ, но быстро отстранился, поднимаясь, — рад тебя видеть.              — Я думал, ты совсем решил уйти, — внезапно сказал он.              — С чего ты взял? — удивился я, но больше тому, что мои намерения могли так быстро разгадать.              — В последнюю нашу встречу ты выглядел так, будто не можешь здесь больше находиться, — признался Нари.              — Ну, я всё ещё здесь. Мне просто и правда нужно было немного прийти в себя, — покачал головой я, улыбнувшись, пока отряхивался от снега.              — Ох, мне нужно многое тебе рассказать, что произошло за это время, — Нари хихикнул, приглашая прогуляться, а я последовал за ним.       

***

             Практически неделя прошла незаметно. Нао показывал себя неплохо, хотя, похоже, грамоте он не был обучен. Но, в любом случае, ему нужно было посещать школу, так что большую часть времени он отсутствовал.              Исси тоже пропадал, часто оставляя меня одного. Похоже, помощник мстил за то, что я бросил его в праздничные дни, — хотя, честно признаюсь, я сомневался, что библиотека в это время работала, — но сейчас одиночество, после постоянной шумихи и пребывания среди людей, пойдёт мне на пользу.               Даже такое надоедающее дело, как переписывание книг приносило умиротворение, и это несмотря, что уже через несколько часов у меня отваливалась рука. За этими мыслями я не сразу заметил, что подошёл к последней странице в книге. Закончив с ней, я откинулся на спинку стула, раскинув крылья по полу. В голове я прокручивал всё написанное, но всплывали лишь разрозненные медицинские термины. Не быть мне лекарем, так что я решил на это не зацикливаться и просто выбрать другую книгу, которую стоит переписать в скором времени.              Поставив на место теперь новую книгу, я начал рассматривать те, что пострадали от времени, прежде чем вернуться немного передохнуть в читальный зал. На самом деле, их было слишком много для меня одного, а штат библиотекарей только сейчас начал постепенно восстанавливаться. Исси иногда тоже занимался переписыванием, но надолго его не хватало, учитывая его учёбу.              Задумавшись, я решил вытащить случайную книгу из стопки, разглядывая её обложку. Кажется, это был старый сборник легенд о Десяти Богах. Пролистав её дальше, я заметил несколько упоминаний Вторых Богов, но, по всей видимости, на момент написания книги, большинство из них ещё не было рождено. И так же стало понятно, что книгу уже переписывали как  минимум раз, и занимались этим несколько людей, а почерк некоторых был… мягко говоря, не совсем разборчивым. Я ломал голову, вчитываясь в каракули, но понимал разве что половину слов и то с переменным успехом. Часть страниц и того была с выцветшими чернилами, что усложняло чтение.              Отчасти мне были интересны истории из этой книги, тем более, если там найдётся что-то, чего я ещё не читал о Богах. В этом случае переписывание пошло бы легче, чем с текстом, из которого ты понимаешь разве что десятую часть написанного, как с медицинским трактатом. Но, с другой стороны, мне не сильно хотелось тратить время на разбор нечитаемого текста с учётом, что часть страниц пострадала от времени. Хотелось скорее определиться, ведь, пока я работаю над книгой, будет меньше тревожных мыслей, да и сама книга была прекрасным кандидатом на переписывание: выцветшие чернила, некоторые страницы рассыпались, корешок был сломан…              Пока я задумчиво разглядывал потрёпанную чёрную обложку с золотистыми вставками, дверь в библиотеку хлопнула, привлекая моё внимание. Я поднялся, чтобы проверить, кто зашёл, отложив книгу на столик, прежде чем в читальный зал заглянул Ворео.              — Здравствуйте, — я слегка склонил голову, спешно поднимаясь, хотя, кажется, приветствие вышло слишком официальным.              — Я не помешал? — спросил Север, оглядывая комнату.              — Нет, я только закончил переписывать книгу — улыбнувшись, проговорил я.              — Славно, — он осторожно приблизился и присел на диван рядом со мной. — Это… — Ворео протянул руки и взял книгу, оставленную на столе, — сборник легенд о Первых Богах? — он задумчиво пролистал книгу.              — Одна из книг, которые нужно переписать. Она сильно истрепалась и, кажется, скоро начнёт разваливаться. Сколько ей лет? — я продолжал разглядывать книгу в руках Бога.              — Лет… хм, триста-четыреста? Прости, я давно перестал считать проходящие годы, — признался Ворео, после секундного замешательства. — Кажется, её ещё Соль, Жу и Тору писали…              Пока Ворео продолжал листать, я задавался лишь одним вопросом: у кого из этой троицы был настолько ужасный почерк? Но задумчивый Ворео, сидящий над книгой, заставил просто замереть и любоваться им.              — Если хочешь, — продолжал говорить Север, — я могу помочь разобрать, что тут написано. Узнаю почерк Тору…              — А, — я даже не сразу понял, что сказал Ворео, и только спустя несколько секунд до меня начало доходить: — Вы сейчас серьёзно? Я не посмею вас просить тратить на это ваше время…              — Всё нормально, мне и самому бы не помешало чем-то разнообразить занятия, ты не переживай, — Север закинул ногу на ногу, вчитываясь текст.              — Тогда, я не буду отказываться, — пролепетал я, чувствуя, как румянец снова появляется на щеках. Один на один с Ворео сидеть и переписывать книгу. Кажется, мой мозг окончательно сломался от осознания.               — Давай тогда начнём, — Ворео улыбнулся и закрыл книгу. Я кивнул, хотя рука всё ещё ныла и пророчила отвалиться, реши я ещё хоть слово написать.              Мы прошли к столу, где я обычно занимался переписыванием. Это была отдельная комната, чтобы никто не отвлекал, где было несколько столов со стульями и умиротворяющий вид из окна на горы. Я подтянул второй стул к столу, за которым обычно работал, положив на стол книгу.              — И так, — Ворео наклонился над книгой, раскрывая её на первой странице, где неровным и неразборчивым почерком был выведен текст.              Несколько часов мы сидели на книгой. Даже Северу оказалось трудно разобрать почерк Тору. Кто бы знал, что бессмертное Божество окажется бессильным перед человеческой неряшливостью. Меня же довольно скоро сломила боль в руке и, как бы не пытался её скрыть, Ворео всё равно заметил, как я старался лишний раз не надавливать на перо.              — Сказал бы сразу, — Север взял мою ладонь в свои руки, растирая кожу на запястье. Чувствовалось, как магия проникла под кожу странной прохладой, и боль довольно быстро отступила. — Хотя, мне и самому следовало быть внимательнее… — он покачал головой, вздохнув. — Лучше?              — Да, спасибо, — кивнул я, чувствуя смущение от прикосновения Бога.              — Наверное, нам стоит прерваться, — предложил Ворео, хотя мне хотелось лишь остаться ещё на немного в этом моменте. — Тем более, уже скоро стемнеет, — указал он и только сейчас я обратил внимание, что солнце постепенно клонилось к горизонту, оказываясь всё ближе и ближе. Невольно я провожал его печальным взглядом.              — Можем ещё завтра встретиться, — предложил он, видимо заметив моё настроение.              — Будет хорошо, — я просиял, а на лицо опять прилип предательский румянец, поняв, что только что снова произошло. — Если вам не трудно… — спешно добавил я.              — Не волнуйся за это, — прыснул от смеха Ворео, накрыв меня своим крылом.              — Тогда, до завтра? — проговорил я, чувствуя, как сердце в груди застучало.              — До завтра, Юри, — он улыбнулся, прежде чем нам пришлось разойтись.              В комнату я вернулся, всё ещё не веря, что вот так просто провёл практически весь вечер с Ворео. Стоило хоть ненадолго остаться с ним наедине, как я начинал прокручивать этот момент в голове, вспоминая тепло его рук, его ласковый голос. Похоже, я уже начинаю сходить с ума, или как объяснить, что Бог так часто всплывал в моих мыслях?              Да настолько, что до полуночи я так и не смог уснуть, понимая, что не смогу отказаться от своих чувств. Даже ради Хо, всё равно не смогу. Это нужно было делать раньше…  намного раньше.       

***

             Прошло время, наступило лето и слухи наконец поутихли. Сплетники всё же нашли новую тему для обсуждения, оставив меня и Хо в покое. Можно было снова спокойно ходить по коридорам монастыря и не слышать разговоры за спиной, замечая косые взгляды.              Хотя, первое время, как я вернулся с фестиваля Расцвета, начали ходить новые слухи, потому что я часто ходил гулять по вечерам по городу, и все решили, что у меня новый роман. И я беременен. Оставалось лишь бить себя ладонью по лицу, когда Нари мне в первый раз это рассказал. Глупость на глупости. Чего только не придумают.              Но уже можно было, наконец, расслабиться и перестать дёргаться по любому поводу. Правда, на то, чтобы успокоиться ушло ещё несколько месяцев.              Но вот Хо так и не отшёл после всего, что тогда произошло. До сих пор он отказывался разговаривать со мной и о его делах я узнавал от Нари. Постепенно приходило осознание, что стоило его отпустить и перестать биться об глухую стену. Если человек не желал общаться, то я никак не мог его заставить. Правда, принять это было трудно, и я продолжал надеяться, что нашу дружбу ещё можно было вернуть.              Тешась этими надеждами я снова оказался около двери в комнату Нари и Хо, рассуждая, стоит ли оно того. Глубоко вдохнув и выдохнув, я всё же постучал. Дверь открыл эльф в одной ночной рубашке. Волосы его были влажными после ванны, и он растерянно оглянул меня.              — Я хотел поговорить с Хо, — сказал я, пытаясь разглядеть комнату за спиной друга.              — Думаешь, это хорошая идея? — он печально улыбнулся, пропуская меня в комнату.              Здесь всё было так же, но в то же время и по-другому. К ним в комнату ещё после Расцвета подселили нового жреца, вещи которого виднелись на прикроватной тумбочке, но его самого не было видно, так что я решил, что он ушёл по делам.              — Стоит попытаться, — лишь бросил я, продолжая оглядывать до тех пор, пока из ванной не вышел Хо, так и застывший в дверях, вытирающего волосы.              — Что ты здесь делаешь? — спросил он холодным тоном, разглядывая меня и сжимая полотенце в руках, отчего мокрые волосы рассыпались по плечам.              — Я хотел поговорить, — сказал я, чувствуя себя не в своей тарелке из-за его тона, но старался делать вид, что всё нормально.              — Нам не о чём говорить, — раздражённо отмахнулся Хо.              — Хо, прошу, давай хотя бы сегодня, — каждый такой разговор, который, к слову, проходил одинаково, вызывал у меня лишь усталость. В эту секунду начал жалеть, что вообще пришёл. Возможно, и правда пора было завязывать.              Хо демонстративно вернулся в ванну, захлопнув за собой дверь. Я вздохнул:              — Я надеялся, что хотя в этот раз выйдет поговорить нормально, — проговорил я, — и что хотя бы перед моим днём рождения он решит забыть обиды.              Я невольно обнял себя за плечи, разглядывая закрытую дверь, за которой скрылся Хо.              — Он немного упёртый, — но «немного» — это было мягко сказано, — и если что-то уже взбрело ему в голову, то он от этой мысли не отступит. Особенно, если это заденет его гордость, — утешающе сказал Нари, когда я уже собирался на выход, чтобы ещё больше не мозолить Хо глаза.              Мы обнялись на прощание. Нари пообещал завтра вечером прийти ко мне, когда освободиться от работы. Я благодарно кивнул и, наконец, ушёл, возвращаясь к себе.              Следующий день наступил довольно скоро. Ночь прошла незаметно и даже тревога, после неудачного разговора с Хо, меня не посещала. Дал вернулся поздно ночью, а ушёл, судя по всему, ещё до рассвета, так что его я не застал, спокойно собираясь в одиночестве.              Я взглянул на себя в зеркало. Даже не верилось, что прошёл уже год, как я сбежал из дома, и скоро стукнет год, как я живу в монастыре. Время летело стремительно, не давая оглянуться назад, а всё произошедшее, казалось, было только вчера.              Только вчера я праздновал своё шестнадцатилетие, принимал поздравление от друзей отца и дальних родственников, а папа заводил разговор о моём будущем муже, который, к слову, наблюдал за нами со стороны, оставляя грязные взгляды на моём теле и, вместе с тем, непринуждённо общаясь с отцом. Только вчера, вечером, оставшись один в своей комнате, я наскоро собирал припрятанные припасы и деньги в одну сумку, чтобы сбежать. Только вчера я покинул отчий дом и не посмел даже оглянуться назад, чтобы не испугаться и не передумать.              А сегодня я уже живу в монастыре, не переживая, что завтра мне придётся выйти замуж за практически незнакомого альфу. С того времени даже волосы отросли немного ниже ушей и причёска сошла бы уже за короткое каре. Хотя, я всё продолжаю ждать того нескорого момента, когда волосы достанут мне по пояс, как и раньше.              Уложив волосы, которые обычно пытались торчать во все возможные, а иногда и невозможные, стороны, я принялся переодеваться в более праздничную одежду. Это, конечно, не та одежда для обряда, а скорее обычная одежда жреца с единственным отличием — разноцветной вышивкой.              После Расцвета, чтобы занять себя в свободное время и не изматываться тревогой, я снова вернулся к вышиванию, которое забросил после побега и вспоминал лишь изредка. Вышивал я всё, что под руку попадало: одежду, наволочки, платки. Ещё немного, когда одежда и прочие вещи закончатся, придётся перейти на картины. Но, пока это не светило, потому что начали поступать просьбы что-то вышить: сначала от Нари и Исси, а потом и от других жрецов, которым нравилась вышивка на моих друзьях.              Образ дополнил серебряными серьгами, браслетом, цепочкой с кулоном и парой колец с бриллиантами, которые в последнее время набирали популярность среди омег в Малефисии. Их мне передал Ворео, как и многим другим жрецам, из числа того, что ему подарили последователи на Расцвете, а сейчас подвернулся повод их надеть. Невольно вспомнилось, что дома у меня было довольно большое количество украшений и платьев. Я мог бы на протяжении нескольких месяцев менять одежду и ни разу не повториться, когда сейчас у меня было всего несколько комплектов.              Самое забавное, что меня это нисколько не печалило, даже наоборот, я перестал панически думать, что одеть, чтобы выглядеть в лучшем свете и ни в коем случае не опозорить родителей неправильным выбором, перестал держаться молчаливой стеной, лишь изредка бросающей краткие фразы восхищения своим собеседником. Всё же побег принёс мне намного больше, чем принесло бы молчаливое послушание.              Застегнув цепочку, я в последний раз осмотрел себя в зеркале, убеждаясь, что доволен тем, что видел, прежде чем, наконец, покинуть комнату и спуститься на завтрак. Настроение было приподнятым, даже день казался по-летнему солнечным, тёплым. Уже несколько недель температура не опускалась ниже нуля, будто дожидаясь моего дня рождения. Даже тучи на небе не собирались, чтобы упасть каплями дождя.              После короткого завтрака, я отправился в библиотеку, по дороге прихватив Исси и Нао. Старший помощник что-то радостно щебетал после поздравлений с праздником, рассказывая, что сейчас твориться в монастыре, в то время как младший помощник его внимательно слушал, уставившись своим привычно-охотничьим взглядом.              Библиотека встретила приветливой тишиной. Работать сегодня не хотелось, а лишь посидеть почитать книгу, но всё же некоторые дела нужно было закончить, чем мы и занялись, освободившись чуть позже обеда, чтобы можно было спокойно провести остаток дня. Исси и Нао по итогу я отпустил, так как не видел смысла держать их сегодня у себя под боком, а сам расположился в читальном зале с одной из новых книг, где солнце заливало зал через цветные стёкла витражей, оставляя рисунок на полу.              Некоторое время ещё я любовался этой умиротворённостью в свой день, надеясь, что так будет всегда, прежде чем погрузиться в книгу, чего, на самом деле, давно не делал. Жизнь в монастыре вернула меня в реальность, заставив перестать прятаться в выдуманных мирах. Больше не было потребности проживать чью-то жизнь, когда можно было наслаждаться своей. Хотя, иногда, я чувствовал потребность в разнообразии будней и тогда снова возвращался в мир книг, но хватало всего немного, чтобы снова вернуться в строй.              Но долго ворочать бумажные страницы мне не дали, потому что в читальном зале показался Ворео. Увлёкшись, я даже и не услышал, как хлопнула массивная деревянная дверь, ведущая в библиотеку, хотя обычно замечал всё, что происходит здесь.              — Добрый день, — поприветствовал я Божество, откладывая книгу в сторону и поднимаясь.              — С днём рождения, Юри, — улыбнулся Ворео, держа в руках небольшую чёрную коробочку, обитую бархатом, с серебристой лентой.              Я замер на секунду, уставившись на Ворео. Я был рад, что он помнил, или скорее даже вообще знал, о дне моего рождения, при том, что я обмолвился об этом лишь раз, и смущён этим же фактом, кидая взгляды на коробку в руках Севера.              — Спасибо, — уже привычно щёки начали гореть от присутствия Ворео. Я так и не мог привыкнуть, что он часто оказывался рядом. В какой момент мы перестали бегать друг от друга и стали проводить много времени вместе? Я уже и не мог вспомнить.              Довольно быстро Ворео приблизился, протянув мне коробочку.              — Это тебе подарок, — проговорил он. Я неловко принял коробочку, прижав её к себе.              — Спасибо, — ответил я, заглядывая Северу в глаза, пытаясь убедиться, что это происходит на самом деле, настолько нереально это ощущалось.              — Я, наверное, не очень вовремя, — обеспокоенно сказал он, когда я продолжал просто смотреть на него, так и застыв.              — Нет-нет-нет, всё нормально. Я рад, что вы пришли. Просто это немного неожиданно, — признался я.              — Ты хочешь, чтобы я остался или ушёл и не смущал тебя, — он чуть склонил голову.              — Останьтесь, пожалуйста, — на секунду показалось, что я не слышал собственного голоса, а в ушах стояло только биение моего взволнованного сердца. Сказать что-то подобное было очень сложно, особенно, когда настигало понимание, что я не был достоин даже пера на крыле Божества.              — Хорошо, — и Ворео пригласил меня присесть обратно, а я, как глупец, продолжал сжимать коробочку, пока не заставил себя отложить её к книге, которую читал.              До вечера мы оставались вместе наедине, обсуждая книги, а после решили вместе продолжиться расшифровывать сборник легенд. Разбор некоторых слов походил больше на абсурд, потому что иногда ни у кого не было даже малейших догадок и приходилось угадывать по контексту, что тоже не всегда спасало. Наверное, если бы я занимался этим в одиночку, до конца жизни так бы и не управился.              И только вечером, когда солнце приблизилось к горизонту, мы разошлись, но Ворео обещал навестить ещё завтра. Библиотеку я закрыл, после чего поспешил в нашу с Далом комнату. Там я уже застал и самого Настоятеля, который освободился сегодня раньше, и Нари.              — С днём рождения! — Нари резво вскочил с дивана и в мгновение оказался рядом, крепко обняв. На секунду показалось, что воздух вышибло из груди, но всё вернулось, когда эльф решил отпустить меня.              — Спасибо, — проговорил я, пока Нари уже подводил меня к дивану. Сейчас только получилось осмотреть комнату, которая успела преобразиться, хотя, казалось, что утром я оставлял её в обычном состоянии: цветочные гирлянды, светящиеся полупрозрачные камни.              — Поздравляю, — проговорил Дал, когда я оказался рядом с ним.              — Вот твой подарок, — протянул небольшую коробку Нари, хотя, наверное, по сравнению с подарком Ворео, она была немного больше.              — Спасибо большое, — проговорил я, снова прижимая подарок. Подарок Ворео так же была у меня в руках, но мне пришлось оба отложить. Было неловко открывать прямо сейчас.       — Я заметил, что ты стал чаще занимать вышивкой, и я смог достать набор ниток для вышивки. Ты бы знал, как это было трудно! — продолжал щебетать эльф. — Это не обычные нити, они переливаются на свету. И очень красиво переливаются, я проверил. Давай, открывай.              И по итогу пришлось открывать. В продолговатой деревянной коробке лежало на первый взгляд несколько десятков разных нитей. Нари был прав, на свету они и правда красиво переливались, заставив на некоторое время залюбоваться ими.              — Они и правда очень красивые, спасибо, — ещё раз поблагодарил я Нари, вынуждая себя отложить коробку.              — Рад, что тебе нравится, — проговорил эльф.              — Раз вы закончили, то я могу рассказать о своём подарке, — вставил Дал, который уже и вино открыл, и разлил его по бокалам, и один из них уже вручил Нари.              — Подарки нужно вручать, а не рассказывать о них, — хихикнул эльф.              — Извините, но мой подарок нематериальный, — оборотень отпил вино, закидывая ногу на ногу. — Юри, ты как-то просил найти тебе учителя по магии, кто бы мог с тобой заниматься…              — Мог бы меня попросить, — надулся Нари, напоминая, что тоже владеет магией.              — У тебя и так много обязанностей, — парировал я, что друг не мог отрицать.              — Так вот, — нервно дёрнул ушами Дал, привлекая наше внимание, — я нашёл того, кто согласился заниматься с тобой, — закончил он, прежде чем продолжиться спиваться, потому что его тяга к алкоголю никак иначе не объяснялась.              — Спасибо, Дал, — поблагодарил я, чуть склонив голову, на что Настоятель кивнул.              — Это один из старших жрецов, уже пожилой крылатый. Может, вы с ним виделись на Расцвете, — продолжил оборотень. — Его зовут Ан.              — О, мы с ним знакомы, — вдруг сказал я, вспоминая, как тот фактически отговорил меня сбегать из монастыря.              — Это хорошо, — сказал Дал. — Ан сказал, что завтра вы начнёте занятия.              — Что ж, похоже, Исси снова придётся меня подменять меня, — хмыкнул я, понимая, что помощник не будет рад этой новости.              — Немного времени пройдёт и он станет твоим полноценным напарником, — заметил Настоятель.              — Думаю, этому он тоже не будет рад, — не удержал очередной смешок Нари. Исси был из тех, кто любил отлынивать от работы. Дай ему волю, и он все дела переложит на беднягу Нао, сбежав куда подальше. Хотя, может, с возрастом он станет чуть более ответственным. Я тоже не сразу к этому пришёл, так что надежда ещё была. — Предлагаю выпить за то, чтобы Исси скорее стал ответственнее и смог стать полноценным хранителем книг!              Нари поднял свой бокал, а Дал последовал его примеру. Я повторил за ними. Звон стекла раздался в комнате, прежде чем мы все выпили. За этими разговорами время пролетело незаметно. За одним бокалом шёл второй, а одна тема сменялась другой. Даже принесённые Нари закуски быстро кончились.              В итоге Дал заставил нас разойтись по комнатам, когда время пробило час ночи, потому что завтра нам в любом случае нужно работать. Я и сам уже был рад: от алкоголя начало сильно клонить в сон.              Усевшись на кровати, я бросил взгляд на серебристую коробочку подаренную Ворео. Руки сами потянулись к ней, развязывая ленту и осторожно откладывая её в сторону, прежде чем поднять крышку, под которой обнаружилось перо для письма. Серебряный наконечник, — простой, но в тоже время элегантный, — украшал широкое чёрное птичье перо. Там же лежала небольшая чернильница.              Я осторожно достал перо, вглядываясь в птичье перо. Оно казалось до жути знакомым, но я так и не смог даже предположить, чьё оно. Для такой изящной вещи, казалось, что перо обычной птицы не подойдёт, но это были лишь мои догадки, потому что на перо магического существа это тоже было мало похоже. Правда, я и не специалист в этом вопросе, так что решил не зацикливаться на том, в чём не могу быть уверенным, продолжая крутить подарок в руках.              Признаюсь честно, он пришёлся мне по душе. Даже руки чесались вернуться в библиотеку (ну и что, что сейчас пошёл второй час ночи) и сесть за переписывание текста. Особенно приятно, что это подарок Ворео. Интересно, как часто я теперь буду зависать над текстом, думая об этом?              Я вернул перо на место, закрывая коробочку. На лицо прилипла глупая улыбка: алкоголь в крови всё же делал своё дело, пока я откладывал коробку на тумбочку и выключая свет. Но даже в темноте я продолжал любоваться ей, как самым дорогим сердцу. Невольно от этого даже писк из груди вырвался, прежде чем я начал проваливаться в сон.       

***

             Время летело стремительно, и снова наступила зима. За это время я успел уже соскучится по снегу, который снова засыпал все дорожки толстым слоем. Это навевало на меня желание прогуляться, чувствуя, как отмораживаются руки и ноги. Стоило признать, что у меня появились некоторые мазохистские наклонности, и это меня устраивало.              И именно поэтому, поднявшись утром в свой выходной с мыслью, что сегодня хорошая погода, я решил прогуляться за монастырём. Дал снова отсутствовал, так что собрался я без лишних вопросов и скоро покинул стены храма, кутаясь в тёплый плащ. Неспешно я спускался к озеру по знакомой тропе, наслаждаясь колющим морозом и пробирающимся под кожу ветром.              На удивление, стоило приблизиться к озеру, как я заметил стоящую тёмную фигуру, которую трудно было не узнать. Ускорив шаг, я поспешил оказаться рядом. Ворео задумчиво смотрел на озеро, что-то сжимая в руке, прежде чем повернуться в мою сторону, обеспокоено глядя.              — Что ты здесь делаешь? — тревога так и сквозила в его голосе.              — Решил прогуляться, — признался я, мимолётно оглядывая озеро, стараясь понять, что так взволновало Божество. На самом деле, в последнее время я часто сюда приходил, но признаваться не спешил, чтобы меня не стали ругать за глупость.              — Не стоит этого делать, за монастырём не безопасно. Я уже это тебе говорил, — проговорил он, накрывая крылом, когда я оказался совсем близко.              — Я помню, просто мне нравится это место. Здесь спокойно, — сказал я, на что Ворео усмехнулся.              — Тогда хоть один не ходи. Можем вместе сюда приходить, — предложил он, пытаясь найти компромисс, понимая, что я всё равно продолжу ходить сюда, как и любой другой молодой жрец, даже если он запретит.              — Вы выглядите обеспокоенным, — заметил я. — Что-то случилось?              Он несколько секунд глядел на озеро, а после поднял руку с небольшим куском ткани, показывая его мне. Я вгляделся, рассматривая узор, но одного взгляда хватило, чтобы понять, что на ней был рисунок облаков — знака последователей Каелума, Божества Небес. Я замер, чувствуя, как тело парализовало. Понятно, почему Ворео был так обеспокоен и почему просил не выходить одному.              — Что каелумовцы задумали? — шёпотом спросил я, будто боялся, что они могут услышать. Внутри разгорался ужас осознания, что моя сегодняшняя прогулка могла печально закончиться и даже сам Север уже не смог бы мне помочь.              — Если бы я знал, — он покачал головой. Ворео снова спрятал ткань, чтобы не нервировать меня ещё больше, потому что, наверное, выглядел я так, будто прямо сейчас упаду в обморок. — Пообещай, что не выйдешь больше один за пределы монастыря.              Он строго посмотрел на меня. Я невольно сглотнул, чувствуя, как от тревоги скрутило живот.              — Не волнуйтесь, я понимаю опасность, — проговорил я, стараясь вернуть голос, который неизменно скатывался в еле слышное бормотание.              — Хорошо. Я сейчас отведу тебя в монастырь, — продолжил Ворео, ещё раз глянув на озеро. — Скорее всего, Дал вечером объявит, что каелумовцы были замечены рядом с монастырём. Я хочу их поискать, так как они не могли далеко уйти, но меня это всё равно беспокоит.              — Извините, что отвлекаю вас…              — Ничего страшного, ты не знал. И тем более, повезло, что я всё же оказался рядом, — не дал он мне свалиться с извинениями. Лучше пойдём, не будем больше тратить время.              Я согласился, и мы отправились обратно. С неба снова посыпался снег из серых туч, заслонявших солнце, которое ещё недавно светило, отражаясь от белоснежного поля, заставляя в глазах рябиться. Что-то изменилось и это пугало.