***
Вероника чувствовала себя так, словно бежала уже несколько часов. Ее ноги пульсировали от постоянных ударов о землю, легкие горели от нехватки воздуха, а в боку кололо – все это лишь усложняло задачу. И все же Мёрфи и его люди продолжали преследовать ее. Не осознавая этого, Вероника промчалась мимо скрытого бункера, в котором Финн спрятал двух девочек, и устремилась к холму с крутым склоном. Оказавшись там, она воспользовалась моментом, чтобы перевести дыхание, согнувшись пополам. — Мне... определенно стоит... больше тренироваться... — прохрипела она, тяжело дыша и опираясь руками на колени. — Шарлотта, ты только усложняешь себе жизнь. Вероника зажмурилась на мгновение, затем выпрямилась. Ее взгляд тут же наткнулся на Мёрфи, пробирающегося сквозь лесную чащу. За ним следовали несколько членов сотни. Черт. Она оглянулась на тропу, ведущую вниз по склону, и мысленно прокляла тот момент, когда решила отделиться от остальных. — Вероника! Ты не сможешь ее спасти! Просто отдай ее, пока у тебя еще есть шанс! — Да иди ты, Джон! — прошипела она и бросилась вниз. Ее руки были вытянуты вперед, помогая сохранить равновесие, а ноги едва успевали ловить землю, пока она отчаянно пыталась не упасть. Она ловко увернулась от дерева, перескочила через куст, но, заметив, как Мёрфи без особых усилий спускается следом, едва сдержала стон. Стиснув зубы, Вероника схватила рюкзак свободной рукой, в другой продолжая крепко сжимать нож. Она снова рванула вперед, петляя между деревьями, надеясь запутать своего преследователя.***
Кейн чувствовал гнев, смешанный с недоумением. Он не понимал, зачем члену Совета Эбби Гриффин понадобился регулятор давления и почему она готова была обменять на него морфин. У него было подозрение, что это как-то связано с Кларк, ее дочерью. Но, как бы там ни было, она нарушила закон. А никто не стоит выше закона. Хуже всего было узнать об этом от Найджел — хитрой, изворотливой женщины, которую он безуспешно пытался поймать годами. Когда он уже собирался уйти, ее насмешливый голос остановил его: — Ах, глупая я, забыла спросить о твоей дочери. Вероника, да? Кейн напрягся и медленно повернулся к ней, не позволяя себе выдать ни единой эмоции. — Ходят слухи, что ее никто не видел уже больше недели, — продолжила Найджел, равнодушно рассматривая свои ногти. — Хотя, чего тут удивляться? Вероника всегда была... сложной девочкой. Она подняла на него невинный взгляд. — Ты ее видел? Кейн не ответил. — Боже мой, Маркус, — издевательски вздохнула она. — Ты даже за собственной дочерью не можешь уследить... Как же так выходит, что у тебя всегда находится время следить за моими передвижениями, а за Вероникой — нет? Найджел усмехнулась. — Может, тебе стоит проводить с ней больше времени, а не преследовать таких невинных граждан, как я. Кейн молча смотрел на нее, прежде чем усмехнуться с холодным презрением. — Мы оба знаем, что ты далеко не невинна. Его лицо стало жестче. — И если бы мне понадобился твой совет по воспитанию моей же дочери, я бы его попросил. Он развернулся на каблуках и сцепил руки за спиной. Прежде чем уйти, его взгляд встретился с глазами матери. Чувство вины сжало грудь. Он слишком долго с ней не разговаривал. И знал, что пора это исправить. Не только для того, чтобы рассказать ей об исчезновении Вероники, но и чтобы наладить отношения. Он все еще не понимал ее веру в то, что Земля пригодна для жизни, но теперь, когда его собственная дочь умерла, ему нужно было восстановить хотя бы одну связь. Видит Бог, это было самое меньшее, что он мог сделать.***
Вероника прижалась к шершавой коре дерева, пытаясь замедлить учащенное дыхание. Лес окутала темнота, зловещий туман стелился между деревьев, усложняя навигацию. Она не знала, как долго бежала, но каждая мышца болела, а раздражение уже перешло все границы. Внезапно впереди замерцал огонь — люди Мёрфи держали факелы, освещая себе путь. Вероника затаила дыхание. Она едва могла защититься от них в полную силу, а в таком состоянии и подавно. — Куда она делась? — раздался хриплый голос совсем рядом. — Думаю, она играет с нами, — процедил Мёрфи, его голос был полон злобы. — Вероника не с Шарлоттой. Она одна. Она просто выигрывает время, чтобы Кларк и Финн успели спрятать девчонку. — Тогда зачем мы все еще ее преследуем? — Давно пора преподать ей урок за то, что она сказала про моего отца, — холодно ответил он. — Ее смерть будет просто приятным бонусом. Вероника стиснула зубы. Он все еще не забыл? Черт, умеет же он держать обиду. — Продолжайте поиски, — скомандовал Мёрфи. Звук шагов начал удаляться, свет факелов тускнел, и Вероника с облегчением выдохнула. Но ненадолго. Вдруг пронзительный крик разорвал ночную тишину. — Мёрфи! Я здесь! Нет... Этого не может быть. Шарлотта. Вероника ахнула, оттолкнулась от дерева и стала отчаянно осматривать лес, пытаясь понять, откуда доносится голос. Она ждала, что девочка снова закричит, чтобы она смогла последовать за ней. Еще один крик. — Мёрфи! Не раздумывая, Вероника сорвалась с места, игнорируя боль в ногах. Она лавировала между деревьями, перепрыгивала через поваленные стволы. Зачем она зовет Мёрфи? — Выходи, Шарлотта! — рявкнул он. Сердце Вероники застучало быстрее. Она должна найти ее первой. Вероника бежала быстрее, ее дыхание становилось поверхностным и неровным. Деревья сливались в сплошную стену, но она продолжала прорываться сквозь них, не обращая внимания на боль в изнеможенных мышцах. — Шарлотта! — раздался голос Мёрфи. Вероника резко остановилась, осматриваясь. Она могла бы поклясться, что крик донесся именно из этого направления. — Шарлотта! — вновь прокричал Мёрфи. Вероника резко повернула направо и бросилась вперед. Вокруг были лишь деревья — никаких следов девочки, за которую она так отчаянно боролась. — Беллами! Не надо! — пронзительно выкрикнул чей-то голос. Кларк? Протискиваясь сквозь густой кустарник, Вероника чувствовала, как её сердце колотится. Голоса были близко, но она всё ещё никого не видела. — Нет! Я должна! — прозвучал хриплый голос Шарлотты. И вдруг впереди мелькнул слабый свет. Вероника рванула к нему, ее дыхание сбивалось, но она не останавливалась. С каждым шагом свет становился ярче, очертания людей вырисовывались всё отчетливее. Вот они — группа Мёрфи. Она выскочила на небольшую поляну, едва успев осознать происходящее: Беллами и Шарлотта стояли у самого края обрыва, Мёрфи приставил нож к шее Кларк, а Финн выглядел готовым броситься на него. Но Вероника видела только одно — маленькую девочку, опасно балансирующую над пропастью. — Шарлотта? — выдохнула она, привлекая к себе внимание остальных. — Мёрфи, ничего не выйдет, — твёрдо сказал Беллами. — Я не хочу чтобы кто-то еще погиб, — голос Шарлотты дрожал, но в нем звучала решимость. Её лицо исказилось в отчаянии. — Только не из-за меня, после всего что я натворила. Она повернулась к Веронике, и та увидела, как глаза девочки наполняются слезами. — Прости, — прошептала она. А затем сделала шаг назад. — Шарлотта! — отчаянно закричала Кларк. Шарлотта исчезла за краем обрыва. Глаза Вероники расширились, дыхание застряло в горле. Нет. — Шарлотта! — выкрикнула она, бросаясь вперёд, но чьи-то руки схватили её за талию, не давая сделать ни шага. Она рухнула на землю, чувствуя, как невыносимая боль пронзает её грудь. — Шарлотта, нет! — её голос срывался, когда она вглядывалась в темноту, где только что была девочка. Первый всхлип сотряс её тело. Шарлотта умерла. Её грудь сдавило, когда новый всхлип вырвался наружу, и она полностью рухнула, больше не в силах сдерживать себя. Всё произошло так быстро. Рядом с ней раздался голос Мёрфи — впервые он звучал не уверенно, а сбивчиво. — Беллами… Но он не успел сказать больше. Беллами бросился на него, сбив с ног, и начал с силой наносить удары. Один за другим, всё сильнее и сильнее. — Беллами, хватит! Ты убьешь его! — закричала Кларк, но он её не слушал. Финн рванул вперёд, схватив его и оттащив прочь. — Отпустите меня! — Беллами вырывался, его дыхание было тяжелым, а взгляд холодным, наполненным гневом. — Он заслужил смерти! Остаток разговора превратился для Вероники в далекий, приглушенный шум. Она вытирала слёзы, стараясь взять себя в руки, хотя её тело всё ещё сотрясалось от прерывистых вдохов, неизбежных после слёз. Сквозь гул голосов до неё донеслось, что Мёрфи изгнали из лагеря. Её пальцы сжались в кулаки. Беллами был прав — после того, что Мёрфи сделал с Шарлоттой, он заслуживал смерти. Резкий звук заставил её вскинуть голову. Беллами угрожающе подтолкнул Мёрфи ближе к краю обрыва, и Вероника стремительно поднялась на ноги. — Увижу тебя рядом с лагерем, полетишь с этой скалы. Понял!? — голос Беллами был холодным и твёрдым. Мёрфи, насколько мог, кивнул, его лицо пылало от полученных ударов, и свежая кровь текла по подбородку. Беллами оттолкнул его, и тот тяжело рухнул на землю. — А что касается остальных — можете вернуться вместе со мной или сдохнуть вместе с ним. Выбор за вами. Группа Мёрфи колебалась, но затем нехотя двинулась вслед за Беллами. Все, кроме Вероники и Финна. — Пойдём, Вероника, — тихо сказал Финн. Он видел красные, заплаканные, опухшие глаза, но не позволил себе показать удивление. Он знал — последний раз она плакала так после смерти матери. Вероника подняла на него пустой, отрешённый взгляд, затем подошла к Мёрфи. Он лежал на земле, жалкий и побеждённый. Она медленно наклонилась над ним, глядя сверху вниз. — Лучше молись, чтобы земляне нашли тебя первыми, — её голос был низким, холодным, лишённым эмоций. Она смотрела прямо в его глаза, и в этом взгляде не было ни сострадания, ни сомнений. — Мне следовало оставить тебя висеть на том дереве. Выпрямившись, она развернулась и направилась к Финну. Он бросил последний взгляд на избитое тело Мёрфи, затем тяжело вздохнул и небрежно кинул ему самодельный нож. — Пошли, — сказал он, глядя на Веронику. Её плечи дрожали, но она позволила ему обнять себя, прижавшись к нему головой. По пути в лагерь она молчала, но её слёзы продолжали течь — за того, кого она не смогла спасти.