𝐇𝐄𝐋𝐏𝐋𝐄𝐒𝐒

Прошло несколько часов с тех пор, как Вероника решила, что сломанные браслеты — безнадежное дело. Где-то между одиннадцатью вечера и двумя часами ночи (она все еще не могла точно определить время) Монти объявил, что работа окончена, пожелал Веронике спокойной ночи и удалился. После этого Вероника решила заняться чем-то менее сложным, чем технология, скрытая в устройстве. Когда она, наконец, закончила и покинула десантный корабль, на небе уже брезжил рассвет. Она схватила со стола фонарь, который они с Монти собрали своими руками, и плотнее закуталась в куртку, придерживая ее одной рукой, а другой крепко сжимая фонарь и небольшой металлический крест. Создать крест из металла без инструментов оказалось куда сложнее, чем она думала. Ей следовало бы сделать его из дерева, как поступил бы любой нормальный человек. Как только она вышла, то заметила, что патруль на стене удвоился. Вероника знала о строгом правиле — не покидать пределы лагеря ночью, но пришла к выводу, что технически ночь уже закончилась. Не то чтобы ее вообще волновали правила. Те, что действовали на Ковчеге, едва ли могли заставить ее поступать иначе, а уж тем более те, что установили здесь, на Земле. Тем не менее, она все же обнаружила, что на цыпочках крадется через лагерь, стараясь держаться в тени, приближаясь к хорошо укрепленной стене. Окинув взглядом часовых, Вероника осторожно приоткрыла ворота — ровно настолько, чтобы проскользнуть в образовавшуюся щель. Ее сердце громко билось в груди от волнения. Она не прокрадывалась так с тех пор, как Финна заперли. Обычно он был ее соучастником в подобных авантюрах, но его и Кларк по-прежнему нигде не было видно. И у Вероники было дурное предчувствие насчет того, чем они сейчас заняты. Как раз в тот момент, когда она собиралась проскользнуть наружу, чей-то голос заставил ее замереть. Она вздрогнула, пораженная его громкостью. — Куда ты идешь? Вероника резко обернулась и тут же прижала палец к губам, требуя тишины. Она узнала голос. Это был Стивен. Он спрыгнул с небольшого балкона, на котором дежурили стражники, и теперь стоял перед ней, терпеливо ожидая ответа. — Вон, — прошептала она, надеясь, что ее уклончивость намекнет ему, что обсуждать что-либо сейчас — не лучшая идея. Однако если он и понял ее намек, то предпочел его проигнорировать. — Но нам не разрешается выходить... — начал было Стивен, и глаза Вероники расширились от страха, что их могут услышать. — Тс-с-с! — Извини. У меня от природы громкий голос, — прошептал (скорее даже прошептал-крикнул) он, а затем добавил: — Можно мне с тобой? — Что? — Вероника нахмурилась. Она едва знала этого мальчишку. — Пожалуйста? Меня никогда не выпускают из лагеря! Мне не разрешают участвовать во всех этих крутых приключениях, в которые отправляетесь вы! — Он умоляюще смотрел на нее своими темно-синими глазами. Она едва ли могла назвать «приключением» то, что пришлось пережить: Копье в ноге и бегство от безумного Мёрфи. Однако спорить не имело смысла. Вероника не собиралась рисковать и привлекать внимание только потому, что этот ребенок не переставал ее упрашивать. Поэтому, тяжело вздохнув, она просто кивнула. Стивен радостно потряс сжатый в кулак кулак и поспешил за ней. Как только они оказались за стеной и вдали от часовых, Вероника включила фонарь, позволяя ему освещать путь. Она четко знала, куда идет и что делает, в отличие от своего спутника. — Куда мы направляемся? Мы идем на охоту? — нетерпеливо спросил Стивен, ускоряя шаг. — Нет. — Будем сражаться с землянами? — Нет. — Мы выслеживаем ту самую змею, что укусила сестру Беллами? — Нет. — Тогда куда мы идём? — он нахмурился, слегка разочарованный тем, что их вылазка не связана с чем-то столь захватывающим, как убийства. Вероника не могла отрицать: его наивность забавляла ее. — Я собираюсь оставить это, — она подняла фонарь, чтобы осветить серебряный крест. Затем посмотрела на Стивена и ткнула его в грудь пальцем. — А ты должен проследить за тем чтобы нас никто не увидел. — О, круто! Без проблем, можешь на меня положиться! — Он выпрямил спину и демонстративно хрустнул костяшками пальцев. Вероника подавила улыбку, изучая его лицо. Оно было довольно круглым, но не пухлым — скорее детским, с круглыми карими глазами и тонким носом. Лохматые каштановые волосы скрывали верхнюю часть бровей. Она не могла точно определить его возраст, но он вряд ли был старше шестнадцати. — Сколько тебе лет? — Пятнадцать. А что? — Стивен сдул прядь волос с лица. В нем было что-то, что напоминало ей Финна. — За что тебя арестовали? Любопытство росло в ней с каждой секундой. Она часто видела его в лагере, но никогда не удосуживалась узнать поближе. Стивен смущенно опустил взгляд и пробормотал что-то себе под нос. — Что? — переспросила Вероника. — Я взял на себя вину за незаконный «сад трав» своих родителей, — пробормотал он, заливаясь румянцем. Вероника не удержалась от хриплого смешка. — Эй! Это не смешно! — возмутился он. — Либо я соглашался на наказание и проводил пять лет взаперти, либо мои родители отправлялись на верную смерть. Даже в тринадцать лет я понимал, что должен сделать. — Я смеюсь не над тем, почему ты оказался здесь, — усмехнулась она. — А над тем, что ты этого стыдишься. Это достойный поступок, Стивен. Ты должен гордиться собой, а не стыдиться. — Ты считаешь меня достойным восхищения? — Его глаза расширились, а на лице появилась ослепительная улыбка. — Да, — Вероника кивнула. — Ты не плохой парень. Вероника улыбнулась и вновь сосредоточилась на том, ради чего вообще оказалась здесь. — Ладно. Это там. Просто стой на месте и следи, чтобы никто не подошел. Я ненадолго. — Подожди! — Стивен остановил ее. — У меня нет света! — И что? — Вероника подняла бровь. — Если у тебя будет свет, нас сразу заметят. — О... Ты права. — Вот и отлично. Если кто-то появится, издай звук... не знаю, пусть это будет крик птицы, только не слишком громко, — она направилась к месту, где собиралась оставить крест. — Понял. Так вот, как только я скажу — Кар-кар! — это будет означать, что кто-то идет. Что ты будешь делать? — Убираться к черту. Ты тоже, — Вероника пожала плечами. — Можно мне теперь идти? — О, да, да, извини... Закатив глаза на явную застенчивость Стивена, Вероника направилась туда, где покоились четыре свежие могилы. Она знала имена двух погибших — Уэллса и Атома, но личности остальных оставались для нее загадкой. Чувство вины неприятно сжало желудок — знал ли вообще кто-нибудь их имена? Отбросив эту мысль, она опустилась на колени возле могилы Уэллса. Глубоко вдохнув, поставила фонарь рядом и начала пальцами выкапывать небольшую ямку. Теперь было ясно, что тело Шарлотты никогда не найдут. Даже если бы его обнаружили, Вероника не была уверена, что хотела бы увидеть девочку в таком состоянии. Она предпочла бы помнить ее улыбающейся, а не раздавленной о камни. Нет. Она быстро прогнала эти мрачные мысли и вновь взглянула на металлический крест. Провела пальцем по выгравированным буквам: Покойся с миром, Шарлотта. Вероника не знала ее фамилии, и этот факт неприятно резанул по сердцу. Она так много знала о девочке, но никогда не задавалась этим вопросом. Хотя, возможно, это потому, что она думала, что у них будет больше времени. С тихим вздохом она поместила крест в ямку и аккуратно засыпала его землей, чтобы тот не упал. Затем подняла голову, всматриваясь в темно-синее небо, усыпанное мерцающими звездами. Ее губы тронула легкая, почти невидимая улыбка. — Позаботься о ней, мама. — Вероника? Она вздрогнула и резко обернулась. В тусклом свете фонаря ей удалось разглядеть знакомый силуэт. По голосу она уже знала, кто это. — Октавия? Это ты? — Что ты здесь делаешь? — проигнорировав вопрос, спросила Октавия. — Я могла бы спросить тебя о том же. Октавия приподняла бровь и подошла ближе. Ее взгляд на мгновение задержался на могиле Атома, прежде чем вновь вернуться к Веронике. — Не могла уснуть, вот и решила прогуляться к полю бабочек, — она подавила зевок. — Теперь твоя очередь. Вероника вздохнула и подняла фонарь, направив его на крест. Металл поймал свет, привлекая внимание Октавии. — Мы не смогли ее похоронить, понимаешь? У нас не было тела. Поэтому я решила сделать ей маленький крест. Она нахмурилась, внезапно вспомнив вопрос, который терзал ее весь вечер. — Ты случайно не знаешь, кто были те двое парней, которые погибли при посадке? — Нет, — покачала головой Октавия. — Я мало кого знаю. Прежде чем Вероника успела ответить, в кустах за их спинами послышался шорох. Октавия резко обернулась, широко распахнув глаза. — Кар-кар-кар! Кар-кар-кар! — Слишком поздно, Стивен, — закатила глаза Вероника, наблюдая, как пятнадцатилетний подросток спотыкается, выбираясь из кустов, и выдергивает ветки из своих волос. — Ты худший сторожевой пес на свете. Я вообще не понимаю, как тебя допустили до охраны лагеря. Стивен виновато посмотрел на нее, но его взгляд тут же скользнул к Октавии. В следующую секунду его челюсть медленно отвисла. — Ого... Вблизи ты еще красивее. Вероника и Октавия переглянулись, удивленные таким заявлением. Затем Октавия, ухмыльнувшись, посмотрела на подростка. — Может, если бы ты был на несколько лет старше. Они уже собирались незаметно вернуться в лагерь, когда странный звук над головой заставил Веронику замереть. Она подняла взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как что-то пролетает мимо них. Глаза широко раскрылись, а дыхание перехватило. Секундой позже из-за объекта вырвался парашют. Даже в темноте она знала, что это. Спасательная капсула. Из Ковчега. — Боже мой, — выдохнула она. Надежда еще была. Они ни за что не стали бы отправлять что-то подобное без радиопередатчика. Если бы она смогла добраться до него, то могла бы связаться с отцом и убедиться, что с ним все в порядке. Разумеется, если только Шамвей не добрался до него первым. В таком случае ей пришлось бы предупредить его о мерзком охраннике, который и стал той самой причиной, из-за которой она вообще оказалась на Земле. — Что это? — спросила Октавия, опустив взгляд и встретившись с дикими глазами Вероники. — Капсула. Она... она с Ковчега, — лицо Вероники расплылось в широкой улыбке, смешавшей в себе облегчение и неподдельное счастье. — Пошли, нам нужно в лагерь. Не дожидаясь остальных, Вероника сорвалась с места, бросилась к стене и проскользнула в узкую щель, придерживая ее для Октавии и Стивена, которые были всего в нескольких шагах позади. К тому времени, как они добрались до лагеря, большая его часть уже поднялась, и теперь все смотрели в небо с тем же выражением, что и у Вероники. Наконец-то у нее появилась возможность поговорить с отцом. Она никогда не признавалась в этом вслух, но она чертовски скучала по нему. Следуя за Октавией, она заметила, как та бросилась к своему брату, который, разумеется, вновь был без верхней одежды. Снова. На этот раз Вероника отказалась даже смотреть в его сторону. Она не поддалась на подтянутые мышцы и гладкую загорелую кожу. Прочистив горло, она подняла глаза на Октавию, которая с ухмылкой смотрела на брата, затем на небо. — Ты видел это, Белл? — Да, — ответил глубокий голос Беллами с заметной отстраненностью. — В капсуле наверняка есть радио, — произнесла Вероника вслух. — Сомневаюсь, что там найдется что-то по-настоящему ценное, — она вновь перевела взгляд на обоих Блейков. — В конце концов, для них «жизнь преступника ничего не стоит». Просто один большой эксперимент, чтобы они смогли спасти свою собственную шкуру. Но если у них есть хоть капля ума, там должна быть еда или что-то еще, что поможет нам выжить. — Теперь то землянам не поздоровится! — крикнул кто-то позади. Вероника узнала голос: парень часто что-то выкрикивал в лагере, но она понятия не имела, как его зовут. — Хоть бы они привезли шампунь, — протянула девушка, закутанная в одеяло и стоявшая рядом с Беллами. Вероника нахмурилась, бросив на нее взгляд, в котором смешались замешательство и отвращение. Что?.. — Эй, Вероника! Она обернулась и увидела Монти, стоявшего в нескольких футах от остальных. Рядом с ним был Джаспер. Монти выглядел взволнованным, но его лучший друг казался уставшим и смущенным. — Привет, ребята. Вы видели капсулу? — спросила Вероника, подбегая к ним. Ее охватил неожиданный прилив энергии, что было удивительно, учитывая, что она не спала почти сутки. — Еще бы! — воскликнул Монти, едва сдерживая воодушевление. — Ты хоть представляешь, как она будет полезна? — Я сильно сомневаюсь, что нам прислали что-то правда важное. Разве что радио... — Дело не в том, что внутри, а в самой капсуле! Мы можем разобрать ее и использовать детали, чтобы собрать радиопередатчик для лагеря! Если все сделать правильно, наша жизнь здесь изменится! — Монти говорил быстро, его голос дрожал от волнения. — Да! — Вероника кивнула, мгновенно загоревшись этой идеей. — Нужно пря... — Нет, — вмешалась Октавия, оборвав ее на полуслове. Вероника взглянула на ее удрученное лицо и сразу поняла, что та собирается сказать. — Беллами приказал никому не уходить, потому что «ещё темно и слишком опасно» и сказал всем ждать до рассвета, — произнесла она, язвительно передразнив брата. — А что, если до нее доберутся земляне? — Вероника вопросительно подняла бровь. Октавия пожала плечами и вздохнула: — Это приказ моего брата. Так что будет так, как он сказал. — Нам остается просто сидеть и ждать? — нахмурился Монти. — Похоже, что так, — пробормотала Октавия с явной неохотой. — «Ещё темно и слишком опасно»? — простонала Вероника, нетерпеливо барабаня пальцами по колену. — Где Беллами? — В своей палатке, — рассеянно ответила Октавия, ковыряя палкой в огне. — Но я бы на твоем месте туда не ходила. У него там… компания. — Он знает правила игры, — ухмыльнулся Джаспер, играючи хлопнув Монти по ладони. Вероника закатила глаза. Она никогда не понимала, почему парни празднуют то, что кто-то другой переспал с девушкой. Это ведь не они. Только она открыла рот, чтобы что-то сказать, как в лагерь ворвались две фигуры. Финн и Кларк. Вероника вскочила на ноги и побежала к ним. Финн едва не врезался в нее, неожиданно крепко обняв. — Господи, где ты была всю ночь?! Я искал тебя повсюду! — воскликнул он, отстраняясь, чтобы осмотреть ее. — О нет, только не начинай, — фыркнула она, вырываясь из его рук. — Это не я отсутствовала всю ночь. — У нас нет времени на это, — резко перебила Кларк, ее лицо выражало сосредоточенность. — Где Беллами? — В своей палатке. Он приказал никому не уходить до рассвета, — ответила Вероника, пожав плечами. — С каких это пор ты соблюдаешь правила? — Финн прищурился. Вероника усмехнулась и, охваченная любопытством, последовала за ними. Когда Кларк откинула полог, перед ними предстала девушка, натягивающая одежду. Она резко подняла голову и злобно взглянула на незваных гостей. — Тебя что, стучаться не учили!? — Где Беллами? — требовательно спросила Кларк. — Он уже ушел, — недовольно бросила девушка. Финн огляделся. — Оружия нет. Кларк стиснула зубы. — Он всем сказал остаться. Что бы там ни было, ему нужно это. Нужно добраться первыми. На выходе Финн резко повернулся к Веронике, положив руки ей на плечи. — Оставайся здесь. — Что?! — возмутилась она. — Вероника, пожалуйста. Если мы не вернемся через час, можешь отправляться за нами. Она недовольно прищурилась, но, встретившись с его взглядом, наконец сдалась. — Ладно. Но только на час.