𝐇𝐄𝐋𝐏𝐋𝐄𝐒𝐒

— Мне нужен гаечный ключ. Финн Коллинз обычно просыпался от едва заметных движений своей девушки, собирающейся по утрам, или от приглушённых голосов Сотни снаружи. Однако в это утро его разбудил торопливый голос лучшей подруги, которая, не утруждая себя стуком, ворвалась в его палатку и громко объявила о своей насущной необходимости в гаечном ключе. Он собирался притвориться спящим, надеясь, что она уйдёт и оставит его в покое, но внезапный резкий толчок ботинка в спину дал понять, что Вероника не отступит, пока не получит то, за чем пришла. Неохотно перевернувшись, Финн посмотрел на неё, не скрывая раздражения. В темноте он различал лишь её лицо. Солнце ещё не взошло, а она уже будила его. — О, отлично, ты проснулся, — удовлетворённо констатировала Вероника. — Мне нужен гаечный ключ. — Я похож на хранителя гаечных ключей? — Финн устало изогнул бровь. — Зачем он тебе? — Мне скучно, и я хочу заняться чем-то, что потребует нескольких болтов с десантного корабля. А значит, мне нужен гаечный ключ, чтобы их ослабить, — пояснила она со вздохом, но тут же махнула рукой. — Забудь, неважно. Найду себе другое занятие. — Прекрасно. Теперь я могу снова заснуть, как нормальный человек? — проворчал Финн, голос которого всё ещё был хриплым после сна. После того как Вероника наконец рассказала ему о Шамуэе и угрозах с его стороны, атмосфера между ними стала легче. Финна раздражало, что она сначала обратилась не к нему, а к Беллами, но, проворчав что-то себе под нос и немного подувшись, он признал, что её действия были вполне логичны. Теперь между ними больше не было секретов... за исключением мелочей, таких как то, что Дакс пытался застрелить Веронику, Беллами убил Дакса, а чувства Финна к Кларк никак не ослабевали. — Как скажешь, болван, — пробормотала Вероника, выходя из палатки и направляясь к костру. Если уж не удавалось найти себе занятие, можно хотя бы посидеть у огня и дождаться пробуждения остальных. Режим сна у неё давно сбился: засыпала она позже всех, а просыпалась до рассвета. Пару раз даже засыпала днём, но, что удивительно, при всём этом чувствовала себя бодрой. — С Днём Единства! — внезапно раздался радостный голос за её спиной, вырывая из задумчивости. Вероника резко обернулась и увидела знакомую фигуру Стивена, крепко сжимающего пистолет в руках. Он часто сопровождал её по утрам своей бессмысленной болтовнёй, поскольку его смена заканчивалась как раз к тому моменту, когда она покидала палатку. — Чёрт, неужели ты никогда не бываешь недовольным по утрам? — поморщилась она от его громкого голоса. Стивен лишь усмехнулся, сел рядом и аккуратно положил пистолет на землю. — Ну, попробуй угадать, кто родился в День Единства шестнадцать лет назад... — с широкой улыбкой произнёс он. — Дай подумать... Может быть, ты? — Вероника приподняла бровь. Стивен быстро кивнул головой, подтверждая её догадку. — С днём рождения, малыш, — бросила она на шведском, закатив глаза. — Что? — С днём рождения, — повторила Вероника. Стивен улыбнулся, принимая поздравление, и вновь поднял пистолет, намереваясь повозиться с ним. Однако, делая это, он случайно задел Веронику, чуть не сбив её с бревна. — Боже, Стивен! — возмутилась она, потирая висок, в который угодила рукоятка оружия. — Смотри, куда ты этой штукой машешь! Ты мне чуть глаз не выбил! — О, чёрт, прости! Я идиот, — забормотал он, тут же положив руку ей на плечо. Вероника изогнула бровь, но он, кажется, не заметил. — Ты в порядке? — В полном, — усмехнулась она, развлекаясь его явным раскаянием. Как они рассчитывают, что этот парень будет убивать людей, если он чувствует такую вину за случайный удар? Хотя в последнее время у неё появлялись сомнения насчёт его увлечения смертью. Человек, который хочет ходить на охоту, вряд ли будет так остро переживать из-за случайного удара. — Надеюсь, ты стреляешь лучше, чем обращаешься с оружием, — добавила она с усмешкой. — Ещё бы! — оживился Стивен. — Теперь я почти попадаю в центр мишени! Вероника приподняла брови, впечатлённая. С момента их последней вылазки Беллами начал учить её стрелять, и хотя киллером она пока не стала, прогресс был очевиден. Накануне ей удалось попасть точно в центр, чем она, разумеется, тут же начала хвастаться, заставив Беллами закатить глаза на её эгоистичное поведение. Он уже привык к её внезапным вспышкам самодовольства. Прежде чем Вероника успела возобновить разговор с лохматым парнем, её внимание привлекла знакомая фигура, устало выходящая из палатки. Она тут же вскочила, бросив Стивену через плечо: — Поговорим позже! И поспешила к Каре. Брюнетка заметила её приближение и тут же сменила нейтральное выражение лица на слегка кислое. Вероника поморщилась, но не замедлила шаг. — Если ты снова пришла на меня кричать, то могла бы подождать, пока я окончательно не проснусь? — буркнула Кара, избегая её взгляда. — Вообще-то, — начала Вероника с извиняющейся улыбкой, — я пришла, чтобы извиниться. — …Что? — Ладно, я не говорю этого часто, так что не привыкай, но… я была не права. Веронике пришлось буквально выдавливать из себя эти слова. Она почти никогда не извинялась, а уж признавать, что не права, — и подавно. Кара сохраняла бесстрастное выражение лица, и Вероника вздохнула. — Мне жаль, что я так остро отреагировала в тот вечер. По правде говоря, я понимаю, почему ты сделала то, что сделала. Не могу сказать, что мне понравился твой метод, но дело уже сделано. Я не хочу, чтобы между нами оставались обиды из-за того, что я вела себя, как стерва. И, в конце концов, какой день лучше подходит для извинений, чем День Единства? Она усмехнулась, но тут же поняла, что момент для шутки выбран неудачно, и замаскировала смех кашлем. — Так что да. Мне жаль. Кара внимательно изучала её лицо, пытаясь уловить признаки лжи. Но, не найдя ничего, лишь устало выдохнула: — Ладно, хорошо, я прощаю тебя. Просто в следующий раз, когда захочешь на меня наехать, убедись, что у тебя есть все факты. — Принято к сведению, — кивнула Вероника с лёгкой улыбкой. Они пошли обратно к костру, где всё ещё сидел Стивен. В лагере уже значительно посветлело — рассвет вступал в свои права, а значит, вскоре все проснутся. — Итак, День Единства, да? — выдохнула Вероника, нарушая молчание. — День Единства — это здорово, — с улыбкой кивнула Кара, садясь рядом со Стивеном. — Мне всегда нравился этот праздник. — Маскарадный бал был лучшей частью, — оживился Стивен, глуповато ухмыляясь. — Такой таинственный! — Ну да, в этом-то и суть маскарада, — усмехнулась Вероника. Она подняла взгляд к небу, окрашенному в нежные персиковые оттенки утреннего солнца. — Это наш первый День Единства без семей… — И наш первый День Единства на Земле, — добавил Стивен, задумчиво глядя туда, где, по их расчётам, должен был находиться Ковчег. — Ну, тогда стоит извлечь из этого максимум пользы, — голос Кары стал бодрее. — Это первый и, возможно, последний раз, когда мы можем праздновать его так, как хотим. Когда прибудут взрослые, всё изменится. Так что давайте сделаем этот День Единства самым крутым из всех! — Вот-вот, — тихо подбодрила Вероника, улыбаясь. Они продолжили беззаботно болтать, пока солнце окончательно не взошло. Потом небо заволокло тучами, а лагерь постепенно ожил — люди начали выходить из палаток. Стивен, зевая, объявил, что хочет поспать перед вечерней «вечеринкой», а Кара сказала, что у неё есть дела, прежде чем она сможет насладиться праздником. Вероника решила воспользоваться возможностью и наконец-то найти гаечный ключ. Оказалось, что он был в руках у Кларк. — Финн сказал, что ты его ищешь? — Да! Где ты его нашла? — Вероника с благодарностью взяла инструмент. — У твоей кровати, — ухмыльнулась Кларк. Вероника почувствовала непреодолимое желание ударить себя по лбу. — С Днём Единства, кстати, — добавила Кларк. — И тебя, — ухмыльнулась Вероника. — Кстати, у Стивена сегодня день рождения, ему шестнадцать. Она задумчиво нахмурилась. — А когда у тебя день рождения, Кларк? — Мы здесь, сколько… три недели? — Кларк нахмурилась, сосредоточенно вспоминая. — Когда я была заперта, до моего дня рождения оставался месяц… — Подожди. Ты хочешь сказать, что он уже прошёл? — Вероника приподняла брови. — И ты ничего не сказала? — Сейчас есть дела поважнее, чем мой день рождения, — устало вздохнула Кларк, заметив шок на лице подруги. Прежде чем Вероника успела возразить, к ним подбежал мальчишка, зажав нос. Кровь просачивалась между пальцев. — Что случилось? — встревоженно спросила Кларк. — Мы с Миллером просто дурачились, и я упал со стены лагеря, — пробормотал он гнусавым голосом. — Идиот, — пробормотала Вероника себе под нос, убедившись, что ранение не смертельное. — Давай посмотрим, не сломал ли ты его, — Кларк принялась осматривать пострадавшего, снова переключившись в свой профессиональный, почти материнский режим. Перед тем как уйти, она бросила Веронике слегка хитрую улыбку, давая понять, что тему её дня рождения можно считать закрытой. — Если думаешь, что я оставлю это просто так, ты ошибаешься, Кларк, — пригрозила Вероника, отступая назад. Кларк едва заметно поморщилась, уловив решимость в её глазах. Пока Кларк занималась раненым, Вероника снова занялась поиском полезных деталей для лагеря, хотя в глубине души уже планировала, как заставить подругу нормально отпраздновать восемнадцатилетие. Кто знает, увидят ли они следующее?

***

— Эй, ты идёшь слушать речь Джахи? — неожиданно спросила Рейвен, догнав её. Вероника взглянула на неё с насмешливой усмешкой. — Нет уж, у меня есть дела поважнее. Она шагнула в палатку с боеприпасами, и Рейвен последовала за ней, недоверчиво приподняв бровь. — Да ладно, Рейвен, он говорит одно и то же каждый год. Разве что теперь добавит что-то про высадку. — И что ты собираешься делать? — скептически спросила Рейвен, оглядывая разбросанные патроны. — Только не говори, что решила разобраться, какие из них ещё годны. Зная тебя, ты в итоге просто покалечишься. — Твоя вера в меня просто ранит, — театрально прижала руку к сердцу Вероника. Когда она поняла, что Рейвен не поддалась на ее театральность, она закатила глаза. — Нет, я даже не собираюсь прикасаться к пулям. Это твоя работа, о великий механик. Я попробую разобрать одно из орудий и посмотреть, смогу ли собрать его обратно. Если все пройдет гладко, попробую применить свое потрясающее инженерное волшебство, ну, знаешь, немного их усовершенствовать. — Я начинаю думать, что тебя сделали инженером исключительно из-за твоего самомнения, — поддразнила Рейвен, игриво толкнув Веронику в бок. Та лишь пожала плечами, не найдя аргумента. — В любом случае, мне нужно послушать речь, а ты продолжай делать то, что делаешь. — Хорошо, — пробормотала Вероника, уже полностью погруженная в работу. Она не имела ни малейшего понятия, что делает с оружием. На Ковчеге у нее никогда не было интереса к подобным вещам, и даже если бы был, технологии вооружения девяностолетней давности и современные системы безопасности станции — две совершенно разные вещи. Конечно, оба типа стреляли, активировались спусковым крючком и выглядели схоже, но на этом сходство заканчивалось. Когда ей, наконец, удалось разобрать оружие, она пожалела, что вообще за него взялась. В разобранном виде оно казалось еще сложнее, чем в собранном, что само по себе говорило о многом. Когда она попыталась собрать его обратно — ключевое слово попыталась — полог палатки вдруг откинулся. Вероника резко вскочила, заслоняя разобранное оружие своим телом. Монти нахмурился, заметив ее странную позу. — Э-э... всё хорошо? — Да, да, все отлично! — Вероника выдавила улыбку, продолжая заслонять собой стол. — Почему ты здесь? — Точно! — Монти тут же забыл о ее странном поведении. — Угадай, кто успешно сварил волшебный сок для празднования Дня Единства? Вероника замерла, глаза расширились. — Ты не шутишь… — Ага, — гордо ухмыльнулся Монти. — Это потребовало много усилий и всей моей гениальности, но я справился! Так что выходи скорее, пока напиток еще свежий. Она уже было направилась к выходу, но тут вспомнила о беспорядке на столе. — Я подойду через пять минут. Нужно... э-э... кое-что уладить. — Ладно, но тебе лучше быть хорошей в играх с выпивкой, потому что они уже начались. — Вызов принят.

***

— Мне сказали, что ты полетишь на первом же корабле, — Вера заговорила медленно, приближаясь к сыну. Кейн лишь бросил на нее косой взгляд, прежде чем вновь уставиться на реконструкцию Дня Единства перед собой. Он избегал общения с матерью с тех пор, как она настояла, чтобы он рассказал Веронике правду. Гнетущее чувство вины он оправдывал тем, что был слишком занят. — Да, — коротко ответил он, не отрывая взгляда от сцены, где дети образовали круг, каждый с флагом своей страны. — Вероника — мой главный приоритет. Но я также буду обеспечивать безопасность на Земле. — Возьмёшь с собой моё дерево? — Вера улыбнулась, ее голос звучал мягко. Кейн едва сдержался, чтобы не вздохнуть. Любовь его матери к этому дереву всегда была для него загадкой. В детстве он пытался понять, но с возрастом лишь все больше недоумевал. Почему она так религиозно к нему относилась? Сначала он списывал это на ее веру в невозможное: тогда он был убежден, что Земля навсегда потеряна. Теперь же, когда стало ясно, что планета пригодна для жизни, он просто смущался ее привязанности к этому маленькому саженцу. — Мама, у меня куча дел. — Ну, хотя бы приди на службу перед вылетом, — Вера не сдавалась. — Ты мог бы дать своё благословение. Сделай это ради меня на прощание. Уверена, Веронике было бы приятно услышать от тебя что-то подобное. — Она ненавидела эти церемонии, мама, — напомнил Кейн, вспомнив, как нервничала Вероника, когда они с Мией посещали одну из них. Она всегда жаловалась, что они тянутся бесконечно. — К тому же, я не помню слов, — солгал он, надеясь, что это положит конец разговору. Но, увидев разочарование в глазах матери, почувствовал укол вины. Ему нужно было уйти. Он не мог видеть ее такой. — Прости, — пробормотал он, проходя мимо. Не успел он сделать и нескольких шагов, как воздух взорвался оглушительным грохотом. Жар обжег кожу, а ударная волна заставила его инстинктивно пригнуться. Он был достаточно далеко, чтобы не пострадать, но окружающим повезло меньше. Люди лежали на земле, кто-то стонал, а кто-то был без сознания. И среди них он увидел ее. Его мать. Нет.

***

— Ладно, на этот раз хочу слышать, как все поют! — выкрикнула Вероника, блаженно не ведая, какая трагедия разыгрывается далеко в космосе. Она стояла на импровизированном столе, сжимая в руке полупустой стакан алкоголя, едва удерживаясь на ногах. Толпа под ней засмеялась, но все же собралась и, пусть нестройно, но хором запела: — Пей пиво на заре. Пей пиво перед сном. Пей пиво на траве. Пей пиво за столом. Пей пиво натощак. Пей пиво со хмеля. Пей пиво просто так! Вероника подбодрила их, несмотря на их жуткую фальшивую какофонию. Волшебный сок Монти ударил ей в голову с полной силой. Ей никогда не удавалось держать алкоголь, но в этом была и некоторая выгода: после стакана-другого воды и пары минут на свежем воздухе она приходила в себя. Она практически никогда не страдала от похмелья. Спрыгнув со стола, она протиснулась сквозь толпу и увидела небольшое кольцо людей, окружавших двух девушек. Обе стояли на руках. Заинтересованная, она наблюдала, пока одна из них — Кара — не пошатнулась и рухнула на землю, выругавшись. Толпа разразилась смехом, а девушка принялась наливать себе очередную рюмку. Вероника прищурилась. — В чём смысл игры? Монро, вторая участница, поставила ноги на землю и отряхнула ладони. — Просто стоишь на руках, пока один из вас не упадет. Проигравший делает шот. Все просто. — Ты права, — ухмыльнулась Вероника, бросая Каре вызов в глазах. — Давай сыграем. — Готова проиграть, Спарки? — поддразнила та. — Удиви меня, Рейнольдс, — парировала Вероника с игривой усмешкой. Обе девушки приготовились. Монро начала отсчет, и на счет три они одновременно встали в стойку на руках. Мало кто знал об одной особенности Вероники: когда ей было скучно, а выходить из дома было не вариант, она придумывала странные способы развлечь себя. В том числе, упражнялась в стойке на руках. Она даже считала себя в этом почти профессионалом, хотя, надо признать, обычно такие эксперименты она проводила уже изрядно навеселе. Поэтому вначале ей было непривычно. Кто из них проиграет, оставалось загадкой — обе девушки были достаточно сильны. Однако вскоре Вероника почувствовала, как ее корпус наклоняется в сторону, равновесие начинает шататься. Она попыталась исправить положение, но в тот же момент заметила, что и Кара тоже дрожит. Прежде чем кто-либо из них успел среагировать, обе рухнули на землю. Однако Веронике «повезло» — она свалилась первой. — Чёрт, — пробормотала она, вставая на ноги и протягивая Каре руку, чтобы помочь подняться. — Я была так близка к победе. — Да, но ты всё равно проиграла, так что... — Кара лукаво улыбнулась и протянула Веронике стакан. — Пей! Вероника без лишних раздумий взяла стакан и залпом выпила её содержимое, поморщившись от жгучего привкуса. — Ладно, мне нужно найти себе занятие, которое не так бьёт по самолюбию, — пробормотала она, махнув Каре рукой и отправившись дальше в поисках развлечений. Она провела большую часть ночи, пробуя всевозможные игры с выпивкой, и ей долгое время удавалось выигрывать. Но удача внезапно отвернулась, и теперь ей всё чаще приходилось расплачиваться за проигрыши. Уже собираясь подойти к Джасперу, чтобы вместе позлить Монти, Вероника заметила знакомую блондинку, пересекающую лагерь в сторону другого лидера. — Кларк! — радостно воскликнула она, подбегая к ним. Ей казалось, что бежит она вполне нормально. Однако все, у кого были глаза, прекрасно видели, что её траектория оставляла желать лучшего: на этом коротком пути она умудрилась задеть нескольких человек. — Сколько ты выпила, Вероника? — Кларк вопросительно приподняла бровь, а уголки её губ изогнулись в насмешливой улыбке. — Понятия не имею. Я сбилась со счёта после девятого шота, — беспечно пожала плечами Вероника, её слова прозвучали лишь слегка невнятно. — Но я должна спросить тебя кое о чём. — О чём? — Твои родители тоже хотели назвать тебя в честь мальчика? — Вероника склонила голову набок. Кларк мгновенно нахмурилась в замешательстве, но Вероника поспешила объяснить: — Просто мои родители были уверены, что я буду мальчиком, а мой отец всегда мечтал назвать сына Ронни... но та-дааа! — Она взмахнула руками, изобразив импровизированный джаз-хэндс. — Я оказалась девочкой! Разочаровала отца ещё до рождения, — хихикнула она. — Так что мне стало интересно, не такая ли у тебя история? Тебя ведь назвали Кларк. — Нет, меня назвали после того, как я родилась, — усмехнулась Кларк. Вероника медленно кивнула, задумчиво щурясь. — Возможно... — протянула она. — Или они просто хотят, чтобы ты так думала, чтобы тебя это не расстроило. Она снова нахмурилась. — Хотя Кларк не такое уж и мужское имя. Не то что Ронни... — на мгновение задумалась, а затем оживилась. — Мне нравится твоё имя! Оно напоминает мне о супергерое, про которого я когда-то читала... — она прищурилась, стараясь вспомнить. — Всё, что помню — он носил плащ и летал. Глупо, да? Если бы люди могли летать, плащ стал бы скорее угрозой безопасности, чем модным аксессуаром. — Ладно, Вероника, — вмешался Беллами, приподняв брови, явно сдерживая смех. — Думаю, тебе пора остановиться. — Я думала, мы уже установили, что ты не можешь мне указывать, что делать, — Вероника бросила на него многозначительный взгляд, но тут же её лицо внезапно побледнело, и она скривилась, когда неприятная волна пробежала по позвоночнику. — Нет. Ты прав, Белл. Мне и вправду пора остановиться... У меня такое чувство, что меня сейчас стошнит. Беллами, казалось, был слегка удивлён тем, что она назвала его этим прозвищем — обычно так делали лишь немногие избранные, — но виду не подал. Он повернулся к Кларк и пожал плечами: — Иди, развлекайся, Кларк. Я за ней присмотрю.