𝐇𝐄𝐋𝐏𝐋𝐄𝐒𝐒

— Из тебя никудышная девушка. — Заткнись, Финн, — прошипела Вероника, бросив на друга прищуренный взгляд, прежде чем вернуться к делу. Рассвет неумолимо приближался, а ей еще предстояло очистить котелок до того, как остальные проснутся. Накануне вечером (или ранним утром — Вероника не из тех, кто следит за временем) Монти и Джаспер заявили, что не намерены делать абсолютно ничего, пока не поедят, ведь ужин у них уже был. Рейвен быстро отвергла идею готовки, сославшись на то, что даже не знает, как вскипятить воду, хотя Вероника подозревала, что это лишь отговорка, чтобы не покидать палатку. Монти и Джаспер тем временем избрали тактику полной беспомощности, утверждая, что слишком голодны, чтобы даже двигаться. В итоге вся ответственность легла на нее. Она сразу предупредила, что готовить не умеет, но это никого не волновало. После одного подгоревшего блюда все пришли к единодушному выводу, что поручать ей готовку больше не стоит. Как ей вообще удалось сжечь овощи? Даже она не знала. А поскольку никто не удосужился объяснить, что еду нужно помешивать, содержимое кастрюли превратилось в обугленную массу. Вот почему теперь, когда все, кроме Финна, спали, Вероника сидела у костра, отчаянно пытаясь отскрести пригоревшие остатки. Это оказалось куда сложнее, чем она предполагала. — Серьезно, я думал, что это заложено в девушках. Разве не в их природе — уметь готовить? — Финн пожал плечами, садясь рядом на бревно. — О, если ты настаиваешь на таких стереотипах, то почему сам не можешь починить радио? Ведь, как известно, мужчины должны уметь чинить вещи, — парировала Вероника, не поднимая взгляда от злополучного котелка. В лагере было всего три таких, и если кто-то узнает, что она чуть не уничтожила один, ей не поздоровится. — Если следовать этой логике, то это делает тебя мужчиной? — Финн изогнул бровь. Вероника наконец оторвалась от работы и встретила его взгляд — твердый, вызывающий. — Впрочем, это имеет смысл, учитывая, что ты не умеешь ни готовить, ни заниматься чем-то, что принято считать женским делом. — Я дам тебе пощечину, если ты не заткнешься, — пригрозила она. — Видишь? Это было очень по-мужски, — хихикнул Финн, за что тут же получил локтем в бок. Он согнулся от неожиданности, а Вероника довольно улыбнулась. Отлично. Пусть знает, что самоуверенность имеет свои последствия. — Я не говорю, что это плохо... — простонал Финн, выпрямляясь и потирая ушибленное место. — Просто хотелось бы, чтобы больше девушек были такими же понятливыми, как ты. — О, боже... — вздохнула Вероника, ставя кастрюлю и нож на землю, чтобы полностью сосредоточиться на своем собеседнике. — Похоже, у тебя проблемы с девушками. Ну, давай, выкладывай. Финн удивленно моргнул, явно не ожидая такой прямоты, но затем, раздраженно проведя рукой по волосам, все же ответил: — Всё... сложно. — "Сложно" — это все, что ты можешь сказать? — Вероника прищурилась. — Давай уточним: это связано с Рейвен? Финн покачал головой, и она поджала губы. — Тогда просто забудь об этом. — Забыть? — он нахмурился. — Да. Ты только что расстался с Рейвен, так что вряд ли сейчас в состоянии заводить новые отношения. А если все же в состоянии, то будь хотя бы порядочным — подожди, пока она тебя забудет. — Это она порвала со мной, — напомнил Финн. — Да, но не потому, что хотела. Просто ты постоянно строил глазки Кларк. И, честно говоря, я ее понимаю. Ни одной девушке не понравится, когда ее парень заглядывается на другую. Особенно если эта другая — твоя подруга. Финн открыл рот, собираясь возразить, но вместо этого лишь вздохнул. Она была права, и он это знал. Другое дело, что ему не особо нравилось это признавать. — Значит, твое новое осложнение связано с Кларк? — Не только с ней. — Что? — Вероника нахмурилась. У него появилась еще одна? Ну, он точно не теряет времени даром. — Еще одна девушка? — Вот именно поэтому все так сложно, — пробормотал Финн, проводя рукой по лицу. — Мне кажется, я просто слишком легко привязываюсь. — Без шуток, — усмехнулась Вероника, снова берясь за котелок. В конце концов, что он делает со своей личной жизнью — его дело, не ее. Она могла только давать советы и поддерживать его... ну, по крайней мере, пытаться. Но если это снова превратится в любовный треугольник, она официально выходит из игры. У нее своей драмы хватает. И все же... любопытство взяло верх. — У тебя есть слабость или что-то в этом роде? — Хм? — Ну, какой-то общий фактор, который объединяет всех девушек, которые тебе нравятся? — пояснила Вероника. Увидев, что Финн продолжает смотреть на нее непонимающим взглядом, она закатила глаза. — Например, мне нравятся темные глаза, и, возможно, это объясняет мой выбор парней. Но это не обязательно внешность, это может быть что-то в характере. Финн задумался. — Они обе хотели мира с землянами и заботились о людях в лагере? — Значит, у тебя слабость к миротворцам, — подытожила Вероника, усмехнувшись. — Вполне в твоем стиле. — Эй! Зато у тебя странный фетиш на темные глаза! — Это лучше, чем фетиш на хиппи, — пожала она плечами, наконец поднимаясь и отряхивая штаны. Она сделала все, что могла с котелком. Если кто-то решит ее убить за испорченную посуду — пусть так. Ей больше не хотелось соскребать пригоревшую массу. Подавив зевок, она взглянула в сторону палатки с оружием. — Ладно Финн, у меня работа. Надеюсь, ты разберешься со своими девчачьими проблемами и поймешь, что быть одному — проще. Она взъерошила ему волосы, на что Финн лишь взглянул на нее с легким раздражением. — О, как мне нравятся твои советы, — невозмутимо произнес он, поднимаясь следом. — Только не перетрудись, это ведь не женское дело. — Ты-то у нас эксперт по тому, что женственно, а что нет, — усмехнулась Вероника, закатывая глаза. Помахав ему на прощание, она направилась к палатке, которая уже давно стала ее вторым домом.

***

— Не думаю, что это сработает, — вздохнула Вероника, устало наблюдая, как Рейвен чертила размеры вокруг лагеря. Темноволосая девушка оторвалась от бумаги и нахмурилась. — Да ладно, Вероника. Это, наверное, наш лучший шанс победить землян. — Ты так говоришь, но если мы это сделаем, то потратим критическое количество пороха. И что тогда? — Она помолчала, затем провела рукой по своим спутанным волосам. — Кроме того, я сомневаюсь, что земляне действительно попадутся на это. — Они ведь попались на бомбу на мосту, не так ли? — парировала Рейвен. — А Джаспер сейчас пытается сделать больше пороха, так что в чем проблема? — Но мины? — Вероника подняла брови. — Я понимаю, что они будут эффективны, но что, если наши люди их активируют? — Они этого не сделают. — Ты так уверена, — пробормотала Вероника с недоверием. Она не была против самой идеи установки мин, на самом деле, это казалось ей блестящим решением. Но риск навредить своим... вот что не давало ей покоя. — Я уверена. Все будут в лагере, никто не взорвет мины, — уверенно сказала Рейвен, положив руку на запястье подруги. Ей было важно, чтобы Вероника поддержала эту идею, и не только потому, что вместе они могли бы изготовить мины в два раза быстрее. После расставания с Финном подруга была единственным человеком, к которому она могла обратиться. Теперь, когда Рейвен больше не была с Финном, Вероника оставалась ее единственной опорой. — Ладно, Рейв. Пусть будет по твоему, — улыбнулась Вероника, и Рейвен ответила ей тем же. — Что вы делаете вне лагеря без оружия? Вероника подавила желание застонать от требовательного тона Беллами Блейка. Она медленно повернулась и посмотрела на него со спокойствием, контрастирующим с его хмурым взглядом. — Придумываем стратегию нападения на землян, — ответила она просто, даже не пытаясь шутить. — Как ты относишься к минам? — Мины? — переспросил он, приподняв бровь. — Да. На мгновение он задумался, а затем ухмыльнулся. — Взорвать несколько землян? Почему бы и нет. — Отлично, — кивнула Рейвен, сложив руки на груди, прежде чем окинуть взглядом истоптанную землю. — Это не должно быть слишком сложно. — Как вы собираетесь это сделать? — спросил Беллами. — С кучей пороха, — пробормотала Вероника. — Но Джаспер и Монти работают над этим, так что проблем быть не должно, — добавила Рейвен. — Ладно, хорошая работа, — оценил Беллами. Инженер и механик кивнули в ответ. Затем он посмотрел на Веронику и продолжил: — Ты сделала двойную раздельную грузку? — Конечно. Они в палатке, можешь проверить. — Все в порядке. Я тебе верю. Губы Беллами дрогнули в подобии улыбки, прежде чем он развернулся и оставил их наедине. Ничего не изменилось в их отношениях, хотя они оба знали, что это не так. Теперь в глазах Беллами была новая мягкость, когда он смотрел на Веронику, а она все чаще ловила себя на желании улыбнуться. Глупо. Нравится кто-то посреди войны? Безумие. Но все же. Вероника всегда считала себя умной, но даже не заметила, когда влюбилась. Она не могла различить свои чувства, пока это не стало настолько очевидным, что отрицать было бессмысленно. — Земля зовёт Веронику, — Рейвен помахала рукой перед ее лицом, вырывая из раздумий. — Хм? — Я спросила, нам стоит уже начать делать мины? Вероника кивнула, и они направились к воротам лагеря. — Что с тобой? Ты не могла сосредоточиться весь день. — Просто устала, — отмахнулась она. — Мы не спали почти двое суток. Они добрались до палатки, где собирались изготовить мины. Работа оказалась сложнее, чем предполагала Рейвен. Не было инструкций, не было чертежей, не было и тестового манекена. Они действовали вслепую, надеясь, что их расчеты окажутся верными. Обычно они работали в молчании, но в этот раз Рейвен первой нарушила тишину. — Финн приходил ко мне, пока ты проверяла Монти и Джаспера, — сказала она, не поднимая головы. Вероника приподняла бровь. — Он хотел извиниться… — Рейвен замялась, в ее глазах промелькнула боль. Вероника поморщилась, желая, чтобы могла помочь подруге больше. — Я сказала, что все хорошо. — Но? Рейвен вздохнула. — Но я не уверена, так ли это, Вероника. — Ее плечи расслабились, словно признание хоть немного облегчило груз. — Я знаю, что не должна ожидать, что он будет страдать после нашего разрыва, но он не проявляет никаких эмоций. Пока что мне кажется, что страдаю только я. — Это не так, — тихо возразила Вероника, пытаясь утешить подругу, но сама не веря в свои слова. Через несколько часов Финн вернулся в свою привычную форму, не проявляя ни малейших признаков того, что только что пережил расставание с первой любовью. — Да, это так, — Рейвен уныло усмехнулась. — Даже ты это знаешь. Я не хочу всё заканчивать, я имею в виду, мы ведь как семья, но... — она замолкла, пытаясь подобрать слова, а Вероника кивнула в ответ, понимая. — Я поняла, Рейвен, тебе не нужно объяснять, — мягко вмешалась Вероника, улыбаясь подруге. — Но думаю, тебе стоит двигаться дальше, понимаешь? Как всегда говорила моя мама "Ut med det gamla, in med det nya". — Что? — Рейвен нахмурила брови. Вероника обучала ее шведскому, но Рейвен все еще не была уверена в своих знаниях, так что она не совсем поняла, что только что сказала подруга. — Долой старое, впусти новое, — вздохнула Вероника. — По-шведски это звучит лучше. В любом случае, я хочу сказать, что тебе пора двигаться вперед. Я позволила тебе страдать два дня, но ни за что на свете не отпущу тебя на третий. Здесь полно парней, да, все они преступники, но некоторые из них нормальные, например Миллер. Он вполне классный. Рейвен открыла рот, готовая возразить, но то, что они услышали, явно не принадлежало ей. Снаружи раздались крики и вопли, заставившие обеих девушек насторожиться. Быстро выбежав из палатки, они увидели, что происходит. Мясной цех был охвачен яростным пламенем. Вот и вся еда. — Черт, — выдохнула Вероника.