𝐇𝐄𝐋𝐏𝐋𝐄𝐒𝐒

С каждой затянувшейся секундой беспокойство Вероники росло. Она нетерпеливо постукивала пальцами по колену, тревожно отсчитывая минуты. ...4 ...5 ...6 — Я не могу Октавия, мне нужно им помочь, — проворчала она, собираясь подняться с бревна. Однако Октавия вытянула руки, чтобы остановить её. Вероника и сама не смогла бы встать — стоило ей приподняться, как голова закружилась, и она снова рухнула на бревно, схватившись за пульсирующий висок. Она зажмурилась, когда зрение поплыло, и застонала, осознавая, насколько опрометчиво было резко двигаться, когда её тело ещё не оправилось от ран. — Ты никуда не пойдёшь, — твёрдо сказала Октавия, протягивая ей влажную тряпку. — Сколько ещё мы будем просто сидеть и ждать? — Вероника вздохнула, вздрогнув от холода ткани на рассечённой брови. — Нечего не делая, мы лишь помогаем Мёрфи. — Когда эти двери откроются, он уже будет мёртв, — Октавия слабо улыбнулась, дружески похлопав Веронику по плечу. — Мой брат может за себя постоять, перестань волноваться. Вероника не ответила. Она поджала губы и уставилась на свои колени. По спине пробежал холодок, и она пожалела, что оставила куртку в десантном корабле. Чем больше она думала, тем сильнее росло чувство вины. Она знала, что вероятность того, что Беллами выберется невредимым, невелика, и теперь её решение игнорировать его казалось глупостью. Да, он ей нравился, и да, они поцеловались, но это не давало ей права так себя вести. Опять эмоции взяли верх. Она должна была поговорить с ним, сказать, что случившееся причинило ей боль, заставило почувствовать себя преданной. Но вместо этого она просто оттолкнула эту мысль, решив, что у них будет ещё время. Она давно должна была понять, что время — это роскошь, которой у них нет. Среди всего этого чувства, она вдруг вспомнила слова Рейвен, когда та призналась ей в случившемся: — Я сказала, что нам нужно поторопиться, пока ты не заметила, что я ушла, но он оттолкнул меня. Он сказал, что не собирается так с тобой поступать... И всё равно Вероника решила его избегать. Это не было чем-то серьёзным. Технически он не сделал ничего плохого, так почему же её это так задело? Она покачала головой, отгоняя ненужные мысли. Неважно, что произошло между Беллами и Рейвен. Неважно, почему она вела себя как обиженная девочка. Всё, что имело значение, — это то, что она могла всё исправить. Их время на Земле было неопределённым, и она не собиралась тратить его на обиды. Посмотрите, куда это привело Мёрфи. Она должна была поговорить с Беллами. Он был единственным, кому удалось пробиться сквозь её стены. И она не собиралась его терять. Её вырвал из раздумий силуэт, мелькнувший у задней части десантного корабля. Лицо бегущего человека выражало крайнюю срочность. Вероника медленно поднялась, стараясь не нагружать раненую ногу, и, прихрамывая, направилась к Джасперу, который уже стоял рядом с Октавией. — Она сделала это? — спросила Вероника, выхватывая пистолет у одного из членов лагеря. Джаспер повернулся к ней, его глаза расширились, когда он заметил её запястья, но вместо вопросов лишь кивнул. — Похоже, да. — Когда дверь откроется, оставайся позади меня, хорошо? — проинструктировал он Октавию, которая удивлённо кивнула, поражённая тем, что Джаспер взял на себя инициативу. Затем он обернулся к Веронике. — А ты оставайся здесь. Тебе и так досталось. — У меня может быть и сотрясение, Джаспер, но я не беспомощна, — невозмутимо парировала она, выдерживая его взгляд. — Бывали времена и похуже, помнишь? Но спорить времени не осталось. Внезапно изнутри десантного корабля раздалась серия выстрелов, и все трое застыли, опасаясь худшего. Вероника широко раскрыла глаза, глядя на дверь. Ну же... Давай... Раздался шипящий звук — замки начали открываться. Вероника выдохнула с облегчением. — Рейвен, у тебя получилось! — заорал Джаспер, нетерпеливо рванув вперёд с оружием наготове. Он был готов заставить Мёрфи заплатить за всё: за Коннора, Майлза, Веронику, Беллами... за всех. Дверь уже почти коснулась земли, когда Джаспер, откинув занавеску, заглянул внутрь. Вероника услышала его резкий вздох. Она заметила, как его лицо исказилось от ужаса, прежде чем он рванул внутрь, забыв о потенциальных угрозах. И тогда она поняла — всё гораздо хуже, чем они могли представить. Ничто не могло подготовить её к тому, что ожидало за занавеской. Глазам потребовалось мгновение, чтобы привыкнуть к темноте, и в ту же секунду, когда она разглядела происходящее, ей захотелось закрыть глаза и сделать вид, что она этого не видела. — О боже... — прошептала она, оцепенело глядя на Беллами, подвешенного к одному из столбов. Петля из ремней безопасности крепко охватывала его шею. Джаспер удерживал его ноги, не давая дыхательным путям полностью перекрыться. Холод пробежал по её телу. Это был её худший кошмар, воплотившийся в реальность: потерять того, кого она... — Белл! — Октавия ахнула, бросившись к брату. Паника исказила её лицо. Она заговорила с Беллами, но Вероника не слушала. Её взгляд стал жёстким, когда осознание пронзило разум. — Я заставлю Беллами почувствовать то же, что и я, когда он выбил ящик из-под меня. Он заплатит за всё.... — Это был план Мёрфи с самого начала. Повесить Беллами, оставить его умирать. Вероника встрепенулась, осознав, что Октавия изо всех сил пытается найти способ освободить брата. — Ремни безопасности! — выкрикнула она, энергично указывая на импровизированную петлю. — Расстегни один из ремней! Октавия поспешно последовала совету, и как только раздался щелчок, Беллами рухнул на пол, обмякший. — Дыши, давай, ты же можешь! — Джаспер встряхнул его, пытаясь привести в чувство. Вероника сжала губы, молча наблюдая. Когда Беллами вдруг резко втянул воздух, она облегчённо выдохнула, а напряжение в её теле ослабло. Их лидеру не понадобилось много времени, чтобы собраться. Спотыкаясь, он поднялся на ноги с помощью Джаспера и Октавии, затем направился к люку, ведущему на второй уровень. Вероника не сомневалась — Мёрфи заперся там, как трус. — Мёрфи! — прорычал Беллами, его голос дрожал от ярости. Вероника никогда не видела его таким. Да, он был вспыльчив, но не так, как сейчас. С глухим стуком кулаки обрушивались на металл люка. — Всё кончено! Выходи! Беллами продолжал бить по люку, стараясь открыть его, и никто не пытался его остановить. Даже Октавия смотрела на брата с растерянностью — она никогда не видела его в таком состоянии. Без предупреждения раздался мощный взрыв, сотрясший весь десантный корабль. Вероника вскинула голову, вглядываясь в металлический потолок. Пожалуйста, скажите мне, что он не использовал остатки пороха... Наконец, Беллами прорвался сквозь люк и рванул на второй уровень, Джаспер последовал за ним. Увидев клубящийся дым, Вероника с трудом поднялась по лестнице и закашлялась, когда едкий запах ударил в горло. Добравшись до вершины, она увидела зияющую дыру в стене корабля. Оборванные края металла говорили о силе взрыва. — Куда он делся? — спросила она, прикрывая рот рукой и отмахиваясь от дыма. Осторожно двинувшись вперёд, она увидела Беллами и Джаспера, смотрящих на убегающего в лес Мёрфи. Беллами только сейчас, кажется, заметил Веронику. Его глаза расширились, и прежде чем она успела что-либо сказать, он крепко обнял её, уткнувшись лицом в изгиб её шеи. Он что-то бормотал, но она не могла разобрать слова. Сначала её тело напряглось, но затем она расслабилась, позволив себе насладиться моментом. Беллами жив. Он отстранился, всё ещё потрясённый. — Он сказал мне, что убил тебя, — его голос был хриплым от давления на горло. Он опустил взгляд, замечая тёмно-красные следы на её запястьях, и сжал челюсти. — Мне жаль, Вероника. Я не должен был отпускать тебя из лагеря. — Не надо, — она улыбнулась, в её улыбке смешались грусть и облегчение. — Это моя вина. Я потеряла бдительность, и поплатилась за это. — Не хочу вас прерывать, — нерешительно вмешался Джаспер, привлекая их внимание. — Но что мы будем делать с Мёрфи? — Земляне о нём позаботятся, — пробормотал Беллами, наблюдая за удаляющейся фигурой. Затем он повернулся к Веронике и Джасперу, его выражение смягчилось. — А мы пойдём за Финном, Кларк и Монти. Вероника улыбнулась шире, а Джаспер изумлённо поднял брови. Это тот же Беллами, который несколько часов назад не хотел рисковать? — Вы были правы, — сказал он, глядя на Джаспера. — Мы своих не бросаем. Два автомата, и мы с тобой — и всё. Он взглянул на Веронику, ожидая, что она начнёт спорить, но она лишь спокойно посмотрела на него и пожала плечами. — Я не смогу помочь, — признала она, пусть ей и не нравилась мысль остаться в лагере. — Мёрфи здорово помял мою ногу. Она попыталась пошутить, но мрачное выражение Беллами не изменилось. — Тогда останься здесь и помоги Рейвен укрепить лагерь, — распорядился он, и Вероника согласно кивнула. — Мы и так потеряли целый день. И кучу пороха. Беллами направился к люку, но Джаспер окликнул его. — Беллами, подожди! Я просто... — Младший парень запнулся, не находя слов, и вместо этого заключил его в крепкие объятия. Вероника с улыбкой посмотрела на них. Беллами похлопал Джаспера по спине с легким замешательством. — Спасибо, — прошептал Джаспер, отстраняясь и слегка улыбаясь. — Ты очень изменился за это время. Слабая улыбка скользнула по губам Беллами. Джаспер похлопал его по плечу, повернулся к Веронике и послал ей короткий кивок. Она ответила тем же, перед тем как он спустился по лестнице. Прежде чем Беллами успел последовать за ним, Вероника схватила его за руку, останавливая. Он обернулся и взглянул на её руку с легким недоумением. — Разве обычно не я должен тебя хватать? — Обычно да, — ухмыльнулась Вероника, но улыбка быстро угасла. — Слушай, нам нужно поговорить. — Если это о той ночи… — Дай мне первой высказаться, прежде чем ты выроешь себе еще более глубокую яму, — перебила она, и на ее губах мелькнула тень ухмылки. — И не жди от меня сентиментальности. Это не по моей части. Она глубоко вздохнула и провела рукой по волосам. — Я знаю, сейчас не лучшее время для подобных разговоров, но когда оно вообще будет? Я собиралась просто игнорировать тебя некоторое время. Но если я что-то и поняла сегодня, так это то, что у нас нет на это времени. Она на мгновение отвела взгляд, прежде чем снова встретиться с ним глазами. — Да, я была зла. Это нормально, когда тебя целуют, а потом бросаются к твоей лучшей подруге. Но я слишком зациклилась на этом и упустила одну важную деталь — ты ее оттолкнул. Вероника неловко кашлянула. — Я запуталась. Я не собираюсь извиняться за свою злость, потому что ты мне нравишься… очень. У меня были все причины злиться, но я отреагировала неправильно. Надо было просто врезать тебе и не усложнять себе жизнь. Она снова вздохнула и на мгновение закрыла глаза. — Время не на нашей стороне, Беллами. Не было с того самого момента, как мы сошли с десантного корабля. Так что я не собираюсь ждать «подходящего момента». Ты мне очень нравишься, Беллами. Больше, чем мне бы хотелось. И я до сих пор не понимаю, как это случилось, как я перешла от ненависти к… этому. Но, знаешь что? Мне все равно. Если ты не чувствуешь того же... ничего страшного. Главное, чтобы ты знал, что чувствую я. Она улыбнулась, и с плеч словно свалился тяжелый груз. Беллами несколько секунд молча смотрел на нее, и у Вероники внутри неприятно сжалось. Она сказала что-то не то? А потом он поцеловал ее. Поцелуй был мягким, осторожным, словно он оставлял ей выбор — остановить его или ответить. Вероника замерла, но не отстранилась. Она закрыла глаза, медленно подняла руку и коснулась его плеча, чувствуя, как он чуть сильнее притягивает ее к себе. Все происходило спокойно, естественно, будто так и должно было быть. В этом поцелуе не было поспешности, ни резкости, ни жадности — только осторожное исследование, словно они пытались понять, что значит этот момент. Когда Беллами наконец отстранился, он не убрал рук. Их лбы соприкоснулись, дыхание оставалось немного сбивчивым, но не из-за поцелуя, а от осознания, что между ними изменилось нечто важное. — Это достаточно четкий ответ? — его голос был слегка хриплым. Вероника посмотрела в его темные глаза и усмехнулась. — Определенно. — Всем кто вооружён, у южной стены какое-то движение! — раздался по рации искаженный голос Миллера. Этого было достаточно, чтобы отрезвить их. Беллами и Вероника обменялись настороженными взглядами, затем спрыгнули с лестницы и выскочили наружу. Большинство из сотни уже стояли с оружием наготове, направив его прямо на ворота, ожидая, что вот-вот что-то произойдет. На наблюдательной платформе Миллер вытянул руки, останавливая всех, кто был готов стрелять. — Не стрелять, это Кларк и Финн, откройте ворота! У Вероники перехватило дыхание. Она протиснулась сквозь толпу, как раз в тот момент, когда в ворота вбежала Кларк, а следом за ней Финн. С облегченной улыбкой Вероника бросилась к нему, закинула руки ему на плечи и крепко обняла. Финн тут же ответил ей, сжав в ответ. — Слава Богу, ты меня так напугал — прошептала она, зажмурив глаза. Финн первым отстранился, удерживая ее на расстоянии вытянутой руки. Его взгляд остановился на порезе у нее на брови, затем опустился к запястьям, на которых темнели красные следы. — Что случилось? — спросил он, нахмурив брови. — Долгая история, — решительно отмахнулась Вероника. — Я рада, что ты жив. Они оба обратили внимание на Джаспера, который только что обнял Кларк. Видимо, он был большим любителем объятий. Теперь он выжидающе смотрел то на Кларк, то на Финна. — Слава богу! Где вы были? И где Монти? — Монти не с вами? — Кларк замерла, ее голос был полон потрясения. — Кларк, нам нужно уходить, скорее, — вмешался Финн, прежде чем разговор мог продолжиться. Что-то в его голосе заставило Веронику напрячься. Финн оглядел собравшуюся толпу, нахмурился, затем заговорил: — Всем нам! Целая армия землян уже идет на нас, их больше чем когда бы то ни было. Нужно взять все что мы можем и бежать. — Еще чего, — парировал Беллами, его голос звучал куда спокойнее, чем у Финна. — Мы ведь знали что так будет. — Белл, мы не готовы, — заметила Октавия. — Но они еще не пришли, — возразил старший Блейк, переводя взгляд с сестры на остальных. — У нас есть время подготовиться. И кроме того, куда нам идти? Назовите мне место безопаснее этого лагеря. — К востоку отсюда океан. Там нам помогут, — ответил Финн. Вероника нахмурилась, повернувшись к лучшему другу. — И ты готов поставить на это свою жизнь? — Вы видели Линкольна, — Октавия вмешалась раньше, чем Финн успел ответить. Это было скорее утверждение, чем вопрос. — Да, — кивнул Финн. — Предлагаешь доверится землянину? — Беллами изогнул бровь, проигнорировав предостерегающий взгляд Октавии. Он сделал шаг вперед, повернулся к сотне и обвел всех взглядом. — Это место, теперь это наш дом! Мы построили его собвственными руками! — Он указал на стены лагеря. — Наши мертвые похоронены за этой стеной, на этой земле, на нашей земле! Земляне хотят отобрать ее у нас. Они думают раз мы спустились с неба, нам здесь не место! Но они еще не поняли, мы теперь на Земле, а значит, мы земляне! — Да! — раздались голоса в толпе, поддерживающие Беллами. Вероника наблюдала за происходящим с тревогой. Это напомнило ей его прежнюю речь — ту самую, про «Каждый делает что хочет». Как же изменились времена… — Земляне с оружием! — выкрикнул кто-то с решимостью в голосе. — Вот именно! — согласился Беллами. — Так что пусть приходят! — Беллами прав, — подала голос Кларк. Все взгляды обратились к ней. — Если мы уйдем, то вряд-ли найдем более безопасное место, — продолжила она. — И кто знает сколько... сколько еще опасностей подстерегает нас в этом мире. Она замолчала на мгновение, прежде чем добавить: — Но все это не отменяет того простого факта, что если мы останемся здесь, то не доживем до завтра. Так что собирайте вещи, возьмите все что можете унести. Поторопитесь! По толпе пронесся ропот. Люди метались между решениями, выбирая, за кем следовать. Большинство разошлись по лагерю, чтобы собирать вещи, но те, кто остался, с тревогой оглядывались, ожидая дальнейших приказов. Вероника молча стояла, ее брови слегка дернулись, пока она обдумывала сказанное обоими лидерами. Какое бы решение они ни приняли, оно было рискованным, но она пыталась найти вариант с меньшими жертвами. Если Земляне действительно придут — в чем она не сомневалась, — их шансы выжить здесь были гораздо ниже, чем если бы они сбежали. С этим Вероника не соглашалась, особенно потому, что она больше не убегала от своих проблем. Но ей нужно было проглотить свою гордость. На кону стояли жизни людей — ее товарищей по лагерю, ее семьи. — Нам нужна помощь! — раздался панический голос, выдернув Веронику из мыслей и возвращая в реальность. Она повернула голову и увидела, как Кара поддерживает Рейвен, которая упала, схватившись за бок. — Ее подстрелили! — закричала Кара. — Рейвен! — выдохнула Вероника, подбежав к ним в тот момент, когда Финн подхватил девушку на руки. — Как...? — Мёрфи попал в нее, — Кара ответила на вопрос, который Вероника с трудом успела задать. — Я найду этого ублюдка. — Я пойду с тобой! — крикнула Вероника, едва удерживая голос. Как один человек мог вызвать столько разрушений? — Нет, — покачала головой Кара. — Тебе нужно остаться здесь с Рейвен. Я вернусь до темноты. — Но земляне! — запротестовала Вероника, сглотнув желчь, подступившую к горлу. — Не беспокойся обо мне, ладно? Я буду в порядке, — Кара ободряюще улыбнулась, прежде чем развернуться и побежать в том направлении, где они видели, как исчез Мёрфи. Вероника, оцепенев, вошла в десантный корабль, готовая поддержать Рейвен любым возможным способом. Она только что вернула Финна, и не было никаких шансов, что она потеряет и Рейвен.

***

Кейн уставился на мерцающие экраны, поджимая губы, пытаясь найти способ выиграть Ковчегу еще немного времени. Ему нужно было заставить их дышать еще немного, пока он не придумает, как доставить их на Землю. — Что если мы сбросим отсеки с третьего по седьмой? — спросил он, постукивая по подбородку. — Сэр, мы уже прогнали все варианты... дважды. У нас нет выхода, — вздохнул Синклер, опустив голову в знак поражения. — А теперь я бы хотел пойти к жене. Внезапно раздался свист двери, и Синклер выпрямился, увидев, кто вошел. — Канцлер на палубе. — Вольно, Синклер, — отмахнулся Джаха, сосредоточив внимание на Кейне. — Есть новости? — Нет, сэр, — Кейн покачал головой. — Ничто из того, что мы пробовали, не спасет Ковчег. — Может и не надо его спасать? — возразил Джаха, заслужив недоуменные взгляды Синклера и Кейна. — Что вы задумали? — спросила Эбби с другого конца комнаты, скрестив руки на груди. — Мы задумали вернуться домой, — ответил Джаха. — Насколько я понял, у нас два варианта, умереть в космосе... или возможно умереть пытаясь вернуться на Землю. Кейн поджал губы. — Кораблей Исхода больше не осталось, сэр. — Ты ошибаешься, Кейн, — слегка улыбнулся Джаха. — Остался ещё один. Кейн наклонил голову в бок, ожидая продолжения. — И он называется Ковчег, — продолжил Джаха. Кейн поднял брови и обменялся шокированным взглядом с Синклером, который, похоже, тоже был удивлен ответом канцлера. — Синклер, скажи мне, что будет если мы используем двигатели, которые держат Ковчег на орбите, чтобы полететь в атмосферу? — Ковчег разорвёт на части. Сначала рассоединяться все двенадцать станций, а потом они будут рушиться по мере падения. 95% корабля взорвётся ещё до приземления, — произнес Синклер, Джаха развернул схему Ковчега и разложил её перед старшим инженером. — Как думаешь, у тебя получится выяснить какие 5% уцелеют? — Мы действительно это сделаем? — спросил Кейн, ощущая, как в его груди вспыхивает искра надежды при одной только мысли о том, что он снова увидит свою дочь. — Вернём Ковчег на землю? — Есть идея лучше? — Джаха изогнул бровь. Синклер на мгновение моргнул, обдумывая информацию, прежде чем приступить к расчетам по чертежу Ковчега. — Что скажите? — Канцлер слабо улыбнулся Эбби и Кейну. — Готовы снова увидеть своих дочерей?