𝐇𝐄𝐋𝐏𝐋𝐄𝐒𝐒

Ложь во благо можно считать оправданной, верно? Кларк обхватила голову руками, не зная, как поступить. Она прекрасно понимала, что он непременно спросит о ней. Наивно было надеяться на иное. И как бы сильно она ни радовалась снова услышать голос Беллами, Кларк ясно осознавала, что это счастье продлится недолго. Особенно если она скажет, где на самом деле находится Вероника. — Она... сейчас немного занята, — произнесла Кларк. Но короткая пауза выдала её. План рассыпался. — Где она, Кларк? — голос Беллами лишился всей радости и облегчения, что были ещё мгновение назад. Он сразу почувствовал, что что-то не так, и совсем не благодаря её слабой способности лгать. Кларк не знала, что делать. Ей хотелось поступить правильно и сказать, куда на самом деле ушла Вероника. Но она понимала, что если признается, он тут же отправится её искать, вместо того чтобы завершить начатое. А весь план Кларк держался именно на Беллами. Он не имел права отвлекаться. Она делала это ради друзей. Ради их спасения. — Она помогает Рейвен с сигнальной вышкой. Рейвен не в силах подняться по лестнице из-за ноги, — сказала Кларк и, кашлянув, сжала кулаки. Ложь обжигала, но она убеждала себя, что поступает правильно. — …Ладно, — голос Беллами оставался подозрительным, но он, похоже, смирился. — С Октавией всё в порядке? — Ты уже спрашивал. С ними обоими всё хорошо, — фыркнула Кларк. «Надеюсь» добавила она мысленно. — Просто сосредоточься на своём задании, Беллами. Всё зависит от тебя. — Всё будет хорошо. Не волнуйся. Связь оборвалась. Кларк опустила голову ещё ниже. Вероники не было всю ночь, рассвет уже близился, а вестей от неё всё не поступало. Уик уверял, что у неё есть рация. Почему же тогда молчание? Мысль о худшем вспыхнула мгновенно. Кларк молилась, чтобы она была ошибочной. — Она выйдет на связь. Не волнуйся, — раздался за спиной голос Рейвен. Кларк выпрямилась и обернулась. — Но врать ему не стоило. — А что мне оставалось? Сейчас Беллами нужен нам как никогда. Если он погибнет, погибнем и мы. Он не должен отвлекаться. — А если она найдёт его? — Рейвен села рядом. — Он поймёт, что ты солгала. — А если нет? — резко бросила Кларк. — Её нет уже несколько часов, и от неё ни слуху ни духу. Отпускать её одну было глупо. — Думаешь, она осталась бы только потому, что ты приказала? — Рейвен вскинула бровь, в глазах мелькнуло тусклое веселье. И Кларк знала, что та права. Вероника никогда не слушалась приказов, если они шли вразрез с её решением… даже приказов отца. — Поверь в неё. Её не так-то просто убить. Она одна из нас, Кларк. Я уверена, она справится. Кларк отчаянно надеялась, что Рейвен права.

***

Вероника нахмурилась ещё сильнее, уловив в радио лишь шипение. Она уже разобрала прибор, чтобы убедиться, что он не сломан, но так и не нашла в комнате Рэй ничего, что могло бы усилить сигнал. Оставалось только слушать белый шум и ждать её возвращения. Где-то она задержалась — то ли пошла за едой, то ли ещё куда-то. Вероника даже не пыталась следить за её перемещениями. Ей необходимо было связаться с лагерем, сообщить, что она жива и находится внутри Горы Везер. Ей нужно было услышать, что там знают хоть что-то о Беллами: жив ли он ещё и где находится. Ей хотелось вновь услышать голоса друзей. Но в ответ звучал лишь пустой треск. Вероника застонала и в отчаянии запрокинула голову. Джаспер и остальные были совсем рядом, всего в нескольких коридорах отсюда. Но для неё действовал строгий домашний арест — по приказу какой-то рыжеволосой. Она усмехнулась и закатила глаза. С каких это пор она вообще подчинялась приказам? Оттолкнувшись ногами от расколотого журнального столика, Вероника поднялась, готовая сорваться с места. Но в ту же секунду по комнате щёлкнул дверной замок. Не успев толком осознать, что происходит, она рванула обратно на диван и с грохотом ударила ногами о стол, стараясь выглядеть как можно более непринуждённо. Будто вовсе и не собиралась никуда уходить. — Дорогая, я дома! — хихикнула Рэй, входя в комнату. В руках у неё было несколько пакетов с заморской едой, какую Вероника раньше и не видела. Она вывалила всё на стол, а затем пристально посмотрела на Веронику. Веселье в глазах померкло, сменившись серьёзностью. — Итак. Поскольку мы теперь сообщницы — мне нужно тебе кое-что сказать. Уголки губ Вероники дрогнули в лёгкой улыбке. Она надеялась, что Рэй останется и поможет ей. Было очевидно, что сама она не слишком хороша в планировании, но просить об этом напрямую ей не хотелось: Рэй и так уже сделала слишком много. — Говори, — подбодрила она. — Даже не знаю, как сказать проще, — Рэй прикусила губу. — Я… беглянка. — Что? — протянула Вероника, озадаченно прищурившись. Ей и вправду послышалось, будто Рэй назвала беглянкой не себя, а её. — Я преступница в бегах, — уточнила та. Невинная улыбка на её лице казалась странным контрастом с собственными словами. — Эта комната не моя. Она пустовала, и я устроилась здесь последние четыре недели. — Почему? — Вероника несколько раз моргнула, не в силах справиться с нахлынувшей растерянностью. — Долгая история, — отозвалась Рэй, небрежно откинувшись на спинку дивана. Веронику поразило, насколько спокойно и безразлично она это произнесла. — Ничего. Ночь длинная, — заметила инженер, кивая в сторону радио, которое всё ещё шипело. — Ладно, — нехотя начала Рэй. — В Горе Везер есть две группы. Есть подонки и есть порядочные люди. У подонков почти вся власть, и они диктуют остальным, что делать. А если кто-то не подчиняется — его судят. И чаще всего казнят. — Звучит как на Ковчеге, — пробормотала Вероника. — Думаю, быть подонком — цена власти. В любом случае, мои родители встали на сторону порядочных людей, когда узнали, что главный врач разрешил переливание крови для лечения больных, — сказала Рэй. — Не понимаю, что в этом плохого, — возразила Вероника, поджав губы. — Перестань перебивать и доберёшься до сути, — Рэй закатила глаза. — Эти переливания делали из людей снаружи. Кровь, которая лечила нас, убивала их. Главный врач решил, что проще всего вытащить чужаков из их домов и выкачать из них всю кровь, чтобы мы дожили до завтра. Мои родители были в ярости. Они устроили акцию протеста у входа в лазарет. Мне тогда было всего семь лет, но я помню всё до мелочей. Отец и ещё несколько человек кричали, называя охранников животными, потому что те берут кровь, убивая других. И тогда… — её голос сорвался, словно воспоминание ожило в памяти. Она закрыла один глаз, сложив пальцы в пистолет, и тихо пробормотала: — Бах. — Всех их расстреляли. Потом охрана заявила, что у протестующих было оружие, будто они собирались напасть. Запись с камер сожгли, чтобы прикрыть убийства. — Мне жаль, Рэй, — Вероника поморщилась. Она потеряла мать, но, по крайней мере, у неё был отец. И сколько бы всего ни случилось между ними, Вероника не пережила бы, если бы с Кейном что-то произошло. — Но как ты сама стала беглянкой? — Я никогда не верила в ту чушь, которой они пытались меня кормить, — фыркнула Рэй. — К одиннадцати годам я знала, как здесь всё устроено. Если где-то происходило что-то важное, я обычно узнавалa первой. Пойдём, я покажу. Она встала и направилась к одной из дверей. Вероника последовала за ней, любопытно прищурившись. Рэй открыла дверь — и перед ними открылась комната, заставленная рядами экранов. На каждом шли трансляции из разных уголков Горы Везер, внутри и снаружи. Челюсть Вероники невольно отвисла: люди на мониторах даже не подозревали, что за ними наблюдают. — Они используют экраны всего год, потом списывают, — пояснила Рэй. — Я их собирала и взломала систему безопасности. Так, я почти всегда знаю, где ходят охранники. Круто, правда? — Не то слово, — согласилась Вероника. Но тут её осенило. Она резко подняла глаза, расширив их от догадки. — Подожди… чтобы получать столько картинок сразу, должен быть бустер? — Если ты про мигающий квадратик внизу, то да, — Рэй показала на экран. Вероника беззаботно рассмеялась. — Я и не знаю, что это. Но без него изображение с камер превращалось бы в пиксели. — Это усилитель, — объяснила Вероника. — Неофициальное название, конечно. Если подключить к нему рацию, сигнал усилится. Может, я наконец свяжусь с лагерем. Она схватила рацию со стола и принялась рыться в ящиках в поисках хоть какого-нибудь провода, который мог бы заменить порт. — А ты? — вдруг спросила Рэй. — А? — Вероника подняла бровь. — Теперь ты знаешь мою историю. А какова твоя? — Рэй облокотилась о дверной косяк, скрестив руки на груди. — Э… я не понимаю. — Почему ты так одержима поиском своих людей? — она чуть склонила голову набок. — Здесь каждый сам за себя. Если кто-то попадёт в беду, остальные просто продолжат жить своей жизнью. — Мы прошли вместе через многое, — Вероника пожала плечами. — В какой-то момент они перестали быть просто знакомыми. Они стали для меня семьёй. Я не хочу чтобы они пострадали. — Логично, наверное, — кивнула Рэй. — Но разве ты не говорила, что ещё один твой человек здесь, в Горе Везер? — Беллами, — она кивнула, — Из того что мне сказали, он пришёл сюда вместе с Линкольном. С землянином... или чужаком, как ты их называешь. Я не могла просто сидеть сложа руки, зная, что они здесь вдвоём против всего вашего народа. — Значит, ты собиралась вытащить их и друзей одна, хотя сама же считаешь, что двоих недостаточно? — нахмурилась Рэй, не понимая её шаткой логики. Вероника и сама редко понимала собственную логику — просто принимала её и надеялась на лучшее. — Да, — кивнула Вероника. — Когда я его найду, я такое ему устрою, что он ещё долго будет жалеть, что вообще посчитал это хорошей идеей. Он лучше всех знает, что я не могу и не собираюсь терять тех, кто мне дорог. — Похоже, вы с этим Беллами близки, — пробормотала Рэй, отступая в сторону, чтобы пропустить Веронику в комнату с камерами. Увидев запасной провод, та тут же занялась делом: срезала резину с конца и обнажила жилы. — Можно и так сказать, — уклончиво бросила Вероника. — Он столько раз вытаскивал меня из всяких передряг, что я уже сбилась со счёта. Я у него в долгу... — О боже, да ты влюблена, да? — усмехнулась Рэй. Сарказм, чистой воды. Её слова явно не стоили того, чтобы принимать их всерьёз. Но сердце Вероники болезненно сжалось, а глаза чуть не вылезли из орбит. Нет. Конечно, нет. Они ведь даже не были вместе так уж долго... И всё же чувства к нему появились задолго до того, как она сама себе в них призналась. Нет. Она покачала головой: это не любовь. Точно нет. Словно в горло набили ваты. Вероника едва дышала, пытаясь взять себя в руки, но судьба выручила: яркая искра обожгла пальцы, и она вскрикнула, отдёрнув руку. К счастью, к тому моменту провод уже был подсоединён к рации и соединён с усилителем. Иногда казалось, что рассеянная Вероника куда полезнее сосредоточенной. Она подняла взгляд на Рэй, та лишь пожала плечами. Вероника снова посмотрела на рацию, нерешительно поднесла её ко рту и нажала чёрную кнопку сбоку. — Кларк?.. Повисла томительная тишина. Обе ждали ответа, затаив дыхание. Но ничего не произошло. Вероника обречённо выдохнула: — Безнадёжно... — Вероника?! Это ты? — раздался хриплый голос из динамика. Вероника ахнула, вскочила и вцепилась в рацию, боясь потерять сигнал. — Кларк! Да, это я! — выпалила она, улыбаясь до ушей. После стольких попыток ей наконец удалось связаться с лагерем. — Слава богу, ты жива! Я думала, с тобой что-то случилось, — голос Кларк дрогнул от облегчения. Улыбка Вероники на миг померкла. — Честно говоря, Кларк, я немного обижена, что ты думала иначе, — беззаботно пошутила Вероника. — Не стоит меня недооценивать. — Приняла к сведению, — весело рассмеялась Кларк. — Ты внутри? — Да, мне помог кое-кто из местных, — ответила Вероника, бросив взгляд на Рэй, которая самодовольно улыбалась. — Без её помощи я бы точно стала подопытной. — Беллами сказал то же самое. Ты с Майей? — с любопытством спросила Кларк. — Нет, я с девушкой по имени Рэй, — кивнула Вероника, слегка покачав головой, хотя Кларк этого не видела. — Подожди… Беллами жив? Он здесь? — Да, он там, — подтвердила Кларк. — Тебе нужно его найти. Он знает, что дальше в нашем плане… Мы не можем просто так взорвать Гору Везер — там слишком много невинных. — Вы собирались взорвать это место? — нахмурилась Рэй. — Похоже на то, — кивнула Вероника. — Но мы не монстры, Рэй, и не собираемся убивать тех, кто этого не заслуживает. Не волнуйся. Рэй не меняла выражения лица, но кивнула и поджала губы. — Где мне найти Беллами? — снова спросила Вероника, приподняв бровь и внимательно глядя на рацию. — Его главная задача — вытащить остальную сотню из Горы, прежде чем мы что-либо предпримем. Тебе нужно найти Джаспера, а потом Беллами, — осторожно объяснила Кларк. — Мы только что были там… Джаспер ничего не сказал о Беллами, — пробормотала Вероника в замешательстве. Она была уверена, что Джаспер не стал бы держать такое в себе. — Возвращайся туда как можно скорее. Беллами понадобится помощница. — Есть, капитан, — слегка ухмыльнулась Вероника. План начал вырисовываться, и теперь она действительно чувствовала, что шанс на победу появился. — Мне пора. Мы с Лексой собираемся к другим племенам, чтобы сформировать настоящую армию. Удачи, Вероника, — сказала Кларк, а в её голосе Вероника уловила улыбку. — Будь осторожна. — Я всегда такая, — ответила Вероника, прежде чем отпустить рацию. Весть от Кларк подняла ей настроение. Теперь, зная, что делать, а не бесцельно ждать, Вероника снова почувствовала решимость победить. Она с ухмылкой взглянула на Рэй: — Ты устала? — Ни капельки, — ответила та. — Отлично, потому что впереди у нас много работы, — сказала Вероника, и в её глазах вновь заиграл озорной блеск.