Когда зацветёт облепиха

Разлепив глаза, Данко сразу оглядел палатку, погружённую в ночную темноту. Внутри царила тишина, лишь изредка доносился звук, похожий на шёпот ветра. С трудом осмотрев занавески и ковры, парень, поморщившись, бросил взгляд на спящего рядом силуэт. Дахир, скрестив руки на груди, сопел, и Данко решил не тревожить его сон. Медленно поднявшись, Данко вышел из палатки. Как только мужчина ступил на свежий воздух, его окружила немая тишина, которая казалась почти волшебной. Ночное небо усыпано звёздами, и он на мгновение задержал дыхание, наслаждаясь красотой окружающего мира. Стоило Данко лишь оглядеться, как его внимание привлёк легкий звон браслетов. Звук был знакомым и манящим. Заметив на одном из отдалённых деревьев силуэт, мужчина двинулся к нему, обходя расставленные палатки. Каждый шаг был осторожным, чтобы не разбудить спящих. В темноте он различал лишь очертания, но сердце забилось быстрее от странного предвкушения. Ило удобно устроился на толстой ветке старого дуба, вытянув ноги и скрестив их в щиколотках. Он смотрел вдаль, туда, где горизонт сливался с темным полотном ночи, и время от времени бросал взгляд на усыпанное звездами небо. Казалось, он пытался разгадать тайны мерцающих огоньков, потерявшись в лабиринте собственных мыслей. В тишине ночи раздался тихий шорох шагов, но Ило, поглощенный своими размышлениями, не обратил на него внимания. У подножия дерева замер Данко, с любопытством наблюдая за юношей, сидящим на ветке. Мужчина тихо вздохнул и прислонился спиной к шершавой коре дуба, решив не нарушать уединение Ило. — Мама... я скучаю, — вдруг раздался шепот юноши, что тут же донёсся до Данко. Тяжесть в груди скрутила неприятным узлом. Мужчина поджал губы, словно пытаясь удержать рвущийся наружу вздох. Что-то внутри, какое-то смутное предчувствие, настойчиво шептало: "Не сейчас." И он замер, как статуя, так и не решившись нарушить тишину ни словом, ни движением. *** Казалось, легкая пелена навалилась на глаза, и Данко погрузился в неё, так и не двинувшись с места. Вокруг царила тишина, лишь изредка нарушаемая шорохом листвы. Вдруг раздался шум — треск веток и шорох, который вновь привлек его внимание. Подняв глаза к небу, Данко увидел Ило, который медленно спускался с дерева. Его фигура выделялась на фоне яркого неба, а движения были осторожными и грациозными. Юнец повис на ветке, вытянув руки, словно пытаясь дотянуться до чего-то недостижимого. — Что ты делаешь? — вдруг спросил Данко. Ило вскрикнул от неожиданности, когда его внимание отвлекло внезапным голосом. В этот момент он потерял бдительность, и его руки непроизвольно отцепились. Юноша полетел вниз, и в этот критический момент Данко, как по волшебству, успел его поймать. Они оба рухнули на землю, и удар оказался довольно сильным. Ило зашипел от боли, когда, наконец, смог подняться. Его взгляд встретился с глазами цыгана, что теперь лежал под ним. Юноша замер, не в силах произнести ни слова в полном замешательстве, не понимая, как оказался в такой странной ситуации. Расположившись на его груди, юноша опешил, мгновенно потеряв дар речи. — Ай! — наиграно произнёс Данко, поморщив глаза. Мужчина поморщился, словно от яркого света, хотя вокруг царил лишь сумрак. Все чувства обострились до предела, и он почти физически ощутил вес Ило на своей груди. Забыв, как двигаться, и даже дышать, Ило продолжал лежать, цепляясь руками за широкие плечи Данко. Данко не сразу осознал, что происходит. Мир вокруг словно замер, оставив лишь тепло чужого тела и учащенное дыхание над ухом. Ило был таким хрупким, таким уязвимым в этот момент. Инстинктивно, будто повинуясь древнему зову, сильные руки Данко прижали его к себе, плотным кольцом, оберегая от всего мира. — А-а! — вскрикнул Ило и, резко отстранившись, рухнул на землю. Парень, с трудом сев, поспешно отполз от Данко, давая тому возможность выпрямить спину и расправить плечи. Теперь они замерли друг напротив друга, в тишине, которая казалась оглушительной. Ило вдруг ощутил, как перехватило дыхание, словно кто-то сжал его грудь в тиски. Сердце колотилось так сильно, что казалось, будто барабанит прямо в ушах. На щеках вспыхнул предательский румянец, будто кто-то провел по ним наждачной бумагой. Ило невольно вздрогнул от этого внезапного жара, чувствуя себя совершенно незнакомо. — Ты что тут забыл? — вскрикнул юноша. Заметив его реакцию Данко усмехнулся, почесав затылок. — Это был мой вопрос. — А? — изумился Ило. Увидев его улыбку, юноша будто продрог от пробившего тело жара. Внутри все сжалось, а по коже пробежали мурашки, словно от ледяного ветра. Проглотив застрявший в горле ком, Ило отвёл взгляд в сторону, на расплывающиеся в полумраке очертания деревьев. Нужно было собраться. Нужно было думать о чем-то другом, о чем-то простом и понятном, но в голове царила лишь оглушительная пустота, заполненная лишь отголосками этой улыбки. «Да чего я нервничаю то? Сколько можно, блин? Сердце уймись уже…», — приказал себе парень, но глаза снова придательски скользнули по Данко. Сжав дрожащими пальцами траву, Ило снова ощутил странное и незнакомое ему ранее чувство. Оно начиналось где-то глубоко внутри, в районе солнечного сплетения, и медленно расползалось по всему телу, словно теплый, но колючий поток. Это не было страхом, хотя и вызывало легкую дрожь. Не было и радостью, хотя уголки губ невольно приподнимались. Он закрыл глаза, пытаясь уловить ускользающие нити этого ощущения, вдохнуть его полной грудью, но оно было таким эфемерным, таким неуловимым, словно дымка над утренним лугом. «Да, что с ним не так? Почему я так на него реагирую? Что вообще за чертовщина тут происходит?» — Так ответишь? — Что? На что? — запаниковал Ило. — Почему ты не спишь? — А-а... ну... это..., — пытался объяснить парень, но он будто напрочь забыл все слова. Заметив, как Ило растерянно смотрит в сторону, Данко, словно играючи, решил подойти ближе. Он чувствовал, что в воздухе витает напряжение, и это его забавляло. Когда Данко оказался рядом, Ило невольно вздрогнул, его сердце забилось быстрее. Он попытался отстраниться, но тут же наткнулся спиной на дерево, что неожиданно оказалось за ним. В этот момент он понял, что у него нет пути назад, и смущение накрыло его с головой. Данко, заметив это, лишь улыбнулся, не собираясь отступать. «Бля... дерево!» — прозвучало у парня в голове. Горячее дыхание Данко коснулось его лица, словно легкий ветерок в тёплый летний вечер. Они встретились взглядами, и в этот момент мир вокруг замер. Каждый из них пытался прочитать мысли другого, изучая линии на лицах, искры в глазах, каждую деталь, которая могла бы рассказать о том, что скрывается внутри. В этом молчаливом обмене чувствами и эмоциями они понимали, что между ними возникло что-то большее. «Да, что ему от меня надо? Да ещё и так близко... чёрт, чёрт, чёрт, я же сейчас задохнусь». — Ило! — вдруг позвал тот легким бархатным голосом. Юноша заметно занервничал, ерзал на месте и теребил край своей рубашки. Медленно, словно боясь спугнуть, Данко протянул руку к его лицу. Горячие пальцы коснулись покрасневшей щеки юноши. Прикосновение было легким, почти невесомым, но достаточно сильным, чтобы заставить его вздрогнуть. По спине пробежали мурашки, смешанные с удивлением и какой-то странной, новой эмоцией, которую Ило не мог сразу распознать. Встревоженный взгляд юноши встретился с мягким, успокаивающим взором Данко. — Почему ты сбежал из табора? — решил спросить Данко. Замявшись, Ило невольно скользнул взглядом по его ключицам и линиям широкой груди, которые исчезали под воротом рубахи. Внутри него разразилась буря эмоций — он понимал, что бежать было некуда, и, словно загнанный в угол зверь, на мгновение притих. В этот момент все вокруг замерло, и только сердце стучало в унисон с его мыслями. Данко, не обращая внимания на смятение Ило, продолжал приближаться. Нежно и медленно он провёл пальцами по изгибу губ Ило, не сводя с них пристального взгляда. Это прикосновение было таким легким, что казалось, остановило время. Внутри Ило вспыхнуло желание, возникшее из ниоткуда, словно невидимая нить тянула его к этому человеку, призывая касаться его кожи, исследовать каждый изгиб и каждую линию. Ило чувствовал, как его сердце колотится, а дыхание становится прерывистым. Он не знал, что делать с этим новым, неожиданным чувством, но в глубине души понимал, что не хочет, чтобы этот момент заканчивался. Вокруг них царила тишина, и только их взгляды говорили о том, что слова были излишни. — Из-за брака..., — выдавил Ило. Тут же Данко замер, поднимая глаза уже на погрустневшее лицо юноши. — Отец решил заручится поддержкой и связями с другим табором. — Ты – сын барона? — слегка удивился Данко, не спеша отпрянув. — Он решился на брачный союз, а кто, как не ребёнок барона, укрепит эту связь? — с легкой обидой ответил тот. Данко тяжело вздохнул, напряженные плечи опустились, словно с них свалился неподъемный груз. Он застыл перед парнем, не зная, что сказать, как начать. Ило, сидя на траве, с силой сжимал ее в кулаках. В голове снова и снова прокручивался тот непростой разговор с отцом. Слова, сказанные тогда, до сих пор всплывали в памяти, острые, как осколки стекла, ранящие каждый раз по-новому. Он пытался от них отмахнуться, забыть, но они цеплялись, не отпускали, напоминая о прошлом, которое он так отчаянно хотел оставить позади. — Ило! — Не сдался мне этот брак..., — прошипел парень. На мгновение глаза защипало, и юноша не заметил, как начали наворачиваться слёзы. — Не собираюсь я жить с мужиком, о котором не знаю ничего, — вскрикнул юноша. Всё произошло так внезапно, что Ило словно парализовало. Не успел он и слова вымолвить, как Данко впился в его губы, мгновенно заглушив сдавленный крик. Обжигающая волна тепла прокатилась по телу, заставив Ило невольно вздрогнуть. Слёзы непроизвольно потекли по щекам, а спина инстинктивно прижалась к шершавой коре дерева. Данко нежно обвил руками тонкую талию Ило, не прерывая поцелуя. Губы были мягкими, требовательными, и Ило, вопреки своему страху, почувствовал, как внутри зарождается что-то новое, незнакомое. Стон, вырвавшийся из груди, заставил Ило снова вздрогнуть. Он судорожно сжал рубашку на груди Данко, словно пытаясь удержаться за что-то реальное в этом вихре ощущений. Сердце колотилось в бешеном ритме, готовое вот-вот выскочить из груди, и парень зажмурился, пытаясь разобраться в своих чувствах, в этом неожиданном и пугающем влечении. Как только Данко медленно отстранился, легкий стон вырвался из уст Ило, привлекая к себе внимание. Он замер, глаза наполнили слезы, и на мгновение юноша забыл, как дышать. Взгляд Ило был прикован к Данко, что, несмотря на напряжение момента, лишь улыбался. Он продолжал обнимать парня, который, дрожащими пальцами, крепко сжимал его рубаху, словно боялся, что тот исчезнет. В этом мгновении между ними витала особая связь, полная нежности и понимания, которая говорила больше, чем слова. — А за меня выйдешь? — с легкой улыбкой спросил Данко. Ило потерял дар речи. Слова застряли где-то глубоко в горле, не в силах вырваться наружу. Он просто смотрел, как тот, к кому он испытывал такую сложную гамму чувств, медленно приближается. Снова. Снова это горячее дыхание, щекочущее кожу лица, заставляющее сердце биться быстрее. Ило судорожно сглотнул, пытаясь унять дрожь, охватившую все тело. И вот, это случилось снова. Нежные губы коснулись его губ в легком, почти невесомом поцелуе. Приятное тепло разлилось по телу, вытесняя страх и неуверенность. В этом мимолетном прикосновении было обещание чего-то большего, чего-то, о чем Ило давно мечтал, но боялся даже представить. «Почему... сердце так колотится? Не... могу оттолкнуть...», — прозвучали мысли в голове Ило. Данко, не раздумывая, одним движением приподнял парня и прижал к себе, продолжая погружаться в страсть поцелуя. Его желание росло с каждой секундой, и он крепче обнял юношу, словно боясь потерять. Из уст Ило вырвался стон, полный эмоций, заставивший его зажмуриться от волнения. Он вцепился ногтями в плечи Данко, пытаясь произнести что-то, но вместо слов лишь вырвалось легкое, трепетное дыхание, которое Данко тут же накрыл своим поцелуем, поглощая все вокруг. Пытаясь прийти в себя, Ило почувствовал, как его сердце колотится в груди. Данко снова и снова впивался в его губы, и в этом поцелуе была какая-то жадность, будто он хотел заполучить что-то недостижимое. Ило, словно отрезвев от этого вихря эмоций, резко оттолкнул Данко от себя. Парень, не ожидавший такого поворота, оказался на спине, и его тело мягко коснулось травы. Воспользовавшись моментом, Ило, будто ошпаренный, вскочил на ноги и, не оглядываясь, бросился в сторону леса. Ноги несли его прочь от этого напряженного момента, от этого чувства, которое он не мог понять. Он чувствовал, как в груди разгорается паника, и лишь одно желание – убежать подальше от всего этого сейчас приобладало над ним. Данко остался лежать на траве, глядя в след удаляющемуся юнцу. Он облизал губы, ощущая вкус поцелуя, и не спешил догонять Ило. В его глазах читалось удивление и некое смирение – он понимал, что сейчас не время для преследования. — Сладко! *** Ило мчался сквозь лес, словно загнанный зверь. Не разбирая дороги, оббегая корявые стволы деревьев и цепляющиеся кусты, он бежал, движимый лишь одним желанием – скрыться. Папоротник, словно живые плети, хлестал по лицу и рукам, но Ило не обращал на это внимания. Тяжело дыша, он перепрыгнул через поваленное дерево и, не останавливаясь ни на секунду, бросился дальше в чащу. Каждый вдох давался с трудом, легкие горели огнем, но страх гнал его вперед. Внезапно дыхание перехватило, словно кто-то сжал его грудь в тиски. Ило, забыв, как дышать, рухнул на колени, скользя по влажной земле. Паника захлестнула его. Задыхаясь, юноша прижал ладонь к груди, будто пытаясь удержать бешено колотящееся сердце, которое, казалось, вот-вот выскочит наружу. «Что это было?», — спросил он сам себя, не в силах успокоиться. Плечи подрагивали при каждом тяжелом вздохе, а ноги и вовсе онемели, не давая ему возможности подняться. Ило лежал на холодной земле, чувствуя, как пробирает до костей. Каждая попытка пошевелиться отзывалась лишь тупой болью, словно его тело превратилось в неподъемную глыбу. «Он же просто поцеловал меня... так в чём же дело? Что... это за чувство? Сейчас... задохнусь», — в панике начал спрашивать тот. В голове вспыхивали обрывки воспоминаний: жаркие объятия Данко, такие крепкие, что казалось, кости вот-вот хрустнут, и его поцелуй – обжигающий, страстный, словно глоток раскаленного солнца. Стоило лишь этим образам возникнуть, как внутри Ило все сжималось в тугой узел. Сердце начинало бешено колотиться, дыхание сбивалось, а в животе разливалось странное, болезненное, но в то же время волнующее чувство. И он ничего не мог с этим поделать. Воспоминания накатывали волной, захлестывая его, и он тонул в них, беспомощный и одновременно плененный. Он не мог, да и, честно говоря, не хотел останавливать этот поток, что было мучительно, но в то же время до боли сладко. *** Медленно выйдя из палатки, Дахир протяжно потянулся, чувствуя, как мышцы расслабляются после долгой ночи. Вскинув широкие плечи, он невольно привлёк внимание нескольких девушек, которые сидели у костра, но их заинтересованные взгляды не смогли отвлечь его от мысли о предстоящем дне. Он был сосредоточен и целеустремлён, поэтому, не теряя времени, направился к Данко. Парень нашёл друга у одной из лошадей, где тот заботливо поправлял седло. Легкая улыбка на лице Данко сразу же подняла настроение Дахиру. В этом мире, полном забот и тревог, дружеское тепло всегда было для него важным источником силы. — Ты чего светишься как ясно солнышко? — спросил Дахир, зевая. — Гляди! — попросил тот и указал в сторону одной из палаток. Парни тут же заметили Ило, что неторопливо собирал припасы, щедро предложенные женщинами. Вскоре они окружили юношу, и каждая женщина, словно соревнуясь, пыталась вложить что-то своё в его небольшую сумку: пирожок, кусок сыра, горсть сушеных ягод. Ило смущенно улыбался, благодаря каждую, чувствуя себя одновременно польщенным и немного неловко. — Не понял! — признался Дахир, хмуря брови. — С виду простой, а внутри загадка. — Ты о чём? — Не видишь ты истины, — усмехнулся Данко, проведя рукой по роскошной лошадиной гриве. Снова переведя взгляд на Ило, парень столкнулся с его взором, который тот поспешно и смущённо отвел. — Чего это с ним? — Кто знает, — усмехнулся Данко. — Он тебе приглянулся что ли? - решил уточнить тот, но ответа так и не получил. Тяжело вздохнув, Дахир прокрутил в голове все возможные варианты, и тут же покосился на старого друга. — Так вот почему тебя не было в палатке, с ним развлекался? — Немного, — с улыбкой признался цыган, снова оглядев Ило, что всячески старался избежать его взора. — Не дури парнишке голову, или забыл, что у тебя другие дела есть? — Помню! — Я поблагодарю барона, а после пойдём дальше, — бросил на последок Дахир, а после направился к самой раскошной палатке. Проводив его взглядом, Данко, как и ожидалось, снова перевёл своё внимание на Ило. Каждая случайная встреча с этими пронзительными зелёными глазами вызывала у него странное, приятное покалывание на языке, словно он только что съел что-то сладкое. Его сильные руки, помнившие прикосновение к нежной коже Ило, и горели этими воспоминаниями. Данко снова и снова желал ощутить ту щемящую тоску в груди, ту непреодолимую тягу к этому юноше, бежавшему от предначертанного пути. Он чувствовал, что Ило - это что-то большее, чем просто случайная встреча, и Данко был готов следовать за ним, куда бы тот ни направился. *** Миновав перелесок, путники вышли на тропу, уходящую в самую даль гор, окутанных туманом. Ило, возглавлявший процессию, старался не оглядываться. Он кожей чувствовал прожигающий взгляд Данко, устремленный ему в спину, и всеми силами избегал зрительного контакта. Лишь Дахир заметил странное поведение Ило. Бросив быстрый взгляд на старого друга, он увидел, что Данко просто молча идет следом, не предпринимая никаких попыток сблизиться или заговорить. Что-то явно происходило между ними, и Дахир не мог понять, что именно. — Да, что между вами случилось? — Ничего! — Ничего? Вчера? Ночью? Слабо вериться, — усмехнулся Дахир. Парень нахмурился, почесывая подбородок. Данко молчал, как рыба об лед, и в его взгляде не читалось ни капли желания сотрудничать. Тогда в его голове созрел другой план. Он окинул Данко оценивающим взглядом, и в его глазах мелькнул озорной огонек. Цыган решил действовать по-другому. — Эй, Ило, а Данко рассказал, как вы вчера развлекались, — вдруг вскрикнул тот. Резко остановившись, Ило с изумлением обернулся, и столкнулся с направленными на него взглядами. — Чего? — громко изумился юноша. Усмехнувшись, Данко виновато провёл рукой по лицу, с неким раздрожением косясь на товарища. — Не было такого! — громко объявил Ило. Тут же на его щеках вдруг вспыхнул яркий румянец, настолько неожиданный и заметный, что невольно привлек внимание спутников. — Да? А мне он сказал обратное. — Прекрати! — шепотом попросил Данко, но тот решил идти до конца. — Ой, а в каких подробностях он мне это рассказал… — Да не было ничего! — запротестовал Ило. Щеки вспыхнули, словно перезрелый помидор. Ило отчаянно пытался вытолкнуть из головы обрывки прошлой ночи, словно это были назойливые мухи. Каждое воспоминание жалило, заставляя его съеживаться. Но стоило ему встретиться с пронзительным взглядом Дахира, как все усилия шли прахом. В этих темных глазах, казалось, отражались все его вчерашние грехи и слабости, и юноша снова тонул в пучине смущения и неловкости. Он был пойман с поличным, и Дахир, казалось, наслаждался его мучениями. — Он меня поцеловал! — сдавленно признался юноша, отводя глаза. Застыв на месте, тот даже вскинул брови от удивления. Секунду назад он был уверен, что все идет по плану, но теперь... Что-то явно пошло не так. Покосившись на Данко, Дахир тут же заметил его виноватую ухмылку. Ага, вот и причина. Этот чертов Данко, вечно влипающий в неприятности! — Чё ты сделал? — Да так, ничего! — Что значит «ничего»? — вдруг возмутился Ило. Юноша решительно приблизился, тут же замерев перед Данко, просверлив его взглядом. — Это ты называешь: «ничего»? — Если хочешь, сделаю так ещё раз, — с улыбкой проговорил тот. Ило вздрогнул, словно от удара током. Сердце бешено заколотилось в груди, отбивая какой-то панический ритм. Жар волной прихлынул к лицу, обжигая щеки. Парень замер, как парализованный, слова застряли в горле, не находя выхода. Данко, стоявший напротив, слегка наклонился вперед. В его глазах читался неподдельный интерес, когда он внимательно оглядел раскрасневшееся лицо юнца. В этом взоре не было ни насмешки, ни осуждения, лишь какое-то странное, изучающее любопытство, от которого Ило стало еще неловче. — Понравилось? — Не... не понравилось. — Ты даже не представляешь, какие у тебя сладкие губы. — Не понравилось, я сказал, — вскрикнул Ило, и, поспешно развернувшись, двинулся вдоль дороги. Проводив его взглядом, Дахир слегка отступил от Данко, с опаской покосившись на него. — Правда что-ли? — Не вижу в этом ничего запретного. — Данко, но у тебя же скоро свадьба, — тихо напомнил тот. Стоило ему произнести эти слова, как Данко будто подменили. Лицо исказилось, словно от внезапной боли, а руки сжались в кулаки так сильно, что костяшки побелели и, казалось, вот-вот хрустнут. Взгляд его, до этого спокойный, метнулся к Ило, который уже успел отойти от них на несколько шагов. В глазах Данко читалась тревога, смешанная с какой-то решимостью, будто он только что осознал, что-то важное и теперь должен действовать. — Знаю. — Ну, и что ты вытворяшь? — Сам пытаюсь понять, — признался тот, будто обдумывая свои действия. Тяжелые мысли давили на плечи, как мешки с песком. В голове снова и снова всплывало заплаканное лицо Ило, а юноша, погруженный в свои переживания, не замечал ничего вокруг. Данко молча двинулся вперед словно оглохнув ко всему миру, не сводя взор с удаляющейся спины Ило. Дахир смотрел ему вслед. Широкая спина, обычно излучавшая уверенность, сейчас казалась сгорбленной под бременем печали. Дахир невольно вздохнул, словно прокручивая в голове недавний разговор, каждое слово, каждое движение. Он понимал, что сейчас лучшее, что он может сделать - это просто дать ему пространство. — Да что у него на уме?