Многочисленные начинания
13 февраля 2025 г., 17:14
Падме мягко посадила корабль на поляне, о которой ей рассказала Майра Вирс, и выключила двигатель. Сола подошла к ней сзади.
— Нам лучше накрыть его ветками, или брезентом, или еще чем-нибудь, — сказала она. — Не самый незаметный корабль, Падме.
— Не все из нас агенты, Сола. И он быстрый. Кроме того, — Падме самодовольно нажала кнопку на панели управления, — мой муж установил голографические панели. Теперь мы невидимы.
— Вы с Анакином — пара, — сказала Сола, качая головой.
— Ты уже закончила устраивать капитану Пиетту допрос третьей степени? — поинтересовалась Падме, вставая. — Потому что я действительно думаю, что этот человек пережил достаточно.
Ее сестра возмущенно всплеснула руками.
— Я не использовала даже первую степень. Мы почти не разговаривали после того, как ты вернулась сюда. Мы оба были заняты тем, что изображали подушки для джедаев. И он очень усердно старается притвориться, что в данный момент не испытывает постоянной боли.
Да, им нужно будет незамедлительно решить эту проблему. Она надеялась, что жена генерала Вирса была во всеоружии.
Падме обернулась, чтобы увидеть, что Пиетт все еще был «подушкой для джедая», а Лея свернулась калачиком у него на коленях. Люк лежал поперек секции напротив них, спящий мертвым сном.
Пиетт поднял на нее усталые глаза, но встретил ее улыбку ответной. — Она у меня, капитан, — сказала ему Падме, осторожно поднимая дочь на плечо. — Вы могли бы переложить ее на сиденье. Ваше плечо...
Он чопорно поднялся. — Она была немного... взволнованной, сенатор. Я не возражал.
Этот человек был подарком.
— Охраняй корабль, Арту, — сказала она ему, и маленький дройд защебетал.
Сола вошла, чтобы забрать Люка, а Пиетт забрал две сумки, которые им удалось захватить из разрушенной конспиративной квартиры, и они спустились на поляну.
— Майра Вирс сказала, что их дом примерно в четверти мили отсюда, — указала Падме, как можно внимательнее разглядывая Пиетта, отметив, что теперь он слегка прихрамывает.
Крифф, неужели они не могли дать ему перерыв больше, чем на неделю?
Но все они продолжали двигаться, и челюсть капитана была сжата так, что Падме поняла: он никому не сказал бы спасибо за сомнение в его способностях.
Когда они приблизились к окраине маленького городка, Падме увидела дом, который описала Майра — он был серым с черной отделкой и красной дверью, и пока она смотрела, дверь открылась, и темноволосая женщина некоторое время наблюдала за ними, прежде чем повернуться, чтобы закрыть дверь, а затем быстро вышла им навстречу.
— Вы, должно быть, Падме, — сказала она, подходя к ним и улыбаясь спящему ребенку у нее на руках. — Я — Майра. Я так рада, что вы все здесь, и с вами все в порядке.
— В основном, — вставила Сола, быстро взглянув на капитана, — я — Сола, ее сестра.
Майра улыбнулась ей, кивнув, затем повернулась к Пиетту с ослепительной улыбкой.
— А с вами я давно хотела встретиться, — заявила она, осторожно его обнимая. — Не могу передать, как я рада, что вы здесь.
Пиетт немного удивленно рассмеялся и свободной рукой похлопал ее по спине. — Я чувствую то же самое. Я всем обязан Максу, и теперь нас приютила его семья.
Она отстранилась и посмотрела ему в лицо. — Макс был ужасно обеспокоен. Зайдите в дом и отдохните.
Падме безмерно понравилось, когда Майра, не говоря ни слова, обняла Пиетта за талию, и они направились к дому.
Тот был небольшим — многие дома вокруг казались довольно скромными, — но удобным и светлым.
— Если вы хотите уложить близнецов прямо сейчас, я отправила Зева на ночь домой к Болдуинам, чтобы вы все могли привыкнуть. Они разделят с ним комнату, — сказала она Падме и Соле. — Вы обе в моей комнате, надеюсь, вы не возражаете, если мы все будем жить вместе. А вы, Фирмус, займете комнату для гостей.
Падме поднялась наверх, за ней последовала ее сестра, и они легко нашли комнату Зева, где Майра приготовила на полу спальный мешок для своего сына, а близнецы были уложены на двухъярусную кровать и заснули сном глубокого истощения.
Они спустились вниз, где пахло восхитительным кофе, и Майра быстро вышла из кухни, держа в руках грелку и гипоспрей.
— Мы сами переехали в этот дом всего несколько дней назад, — сказала она, протягивая Пиетту гипоспрей для инъекции, и после того, как он ввел средство, приложила грелку к его плечу. — Возможно, у нас сейчас не так много припасов, тем не менее, мы очень благодарны.
— Вы потрясающая, — сказала ей Падме, поражаясь спокойствию и непринужденной деловитости, которые демонстрировала другая женщина. — Большое спасибо.
— На самом деле, я рада, что мы можем побыть все вместе, пусть и недолго, — сказала Майра. — Это помогает не чувствовать себя одинокой. — Она опустилась на колени и потянула Пиетта за сапоги. — Фирмус, дорогой, это нужно снять, а затем дать ногам отдых. Без сомнения, на данный момент вы делаете гораздо больше, чем следовало бы.
Падме усмехнулась, увидев наполовину веселое, наполовину изумленное выражение лица Пиетта, обращенное поверх головы Майры к Соле, которая улыбнулась ему в ответ.
— Я не совсем уверен в том, что Макс вам сказал, — начал он, когда сначала один сапог, а затем и второй были стянуты, и она подталкивала его ноги к дивану, — но когда дело доходит до переусердствования...
— О, я знаю, что мой муж — ужасный лицемер...
Падме так хорошо понимала. Возможно, Анакин окружил себя мужчинами, которые были гораздо больше похожи на него, чем он думал.
— ...но это не меняет того факта, что он прав насчет вас. Итак, — сказала Майра, вставая, — сначала каф или еда?
— И то, и другое? — предложила Сола.
— Ты сиди, — сказала Падме своей сестре, — я знаю, что ты не останавливалась с тех пор, как узнала о нападении. Составь компанию капитану. Я вам помогу, Майра, — продолжила она, и зеленоглазая женщина кивнула и направилась на кухню.
Еда была горячей и пахла восхитительно.
— Просто паста, потому что это было быстро и просто, — заявила Майра, беря нож, — но я нарезаю фрукты, а вы можете перемешать соус, Падме.
— Я едва познакомилась с генералом Вирсом, — сказала Падме через мгновение. — Вы, должно быть, так волновались.
— Да, — кивнула Майра, — но, в какой-то степени, я сама выбрала такую жизнь. Отчасти это нормально. Но мы все равно готовились к побегу, — Макс знал, что это — вопрос времени, особенно после того, как Фирмус согласился шпионить.
Она сделала паузу.
— Как он на самом деле?
Это был очень хороший вопрос. Падме видела прогресс, и не только физический, но, с другой стороны, она не хотела давить на него по поводу того, как у него идут дела в остальном, позволяя мужчине не торопиться.
— Я думаю, что ему помогло пребывание с нами, — задумчиво ответила она. — Близнецы его обожают, и я видела исцеление.
Майра кивнула. — Но он не собирается просто рассказать. Что ж, мое понимание его дружбы с моим мужем дает надежду, что он, возможно, поговорит с Максом.
— Как давно они знают друг друга? — с любопытством спросила Падме, помешивая соус и вдыхая насыщенный томатный аромат.
— Около пяти лет. Макс... нелегко заводит друзей, поэтому я была весьма довольна, когда продолжала слышать о капитане Пиетте. А потом я узнала, что он служит на флоте. Так что это было еще более уникально. Они уже много раз спасали друг другу жизни, и я сомневаюсь, что эта эскапада будет последней. Хотя за некоторое время она была самой ужасной.
Она опустила глаза.
Итак, Вирс рассказал ей о случившемся. Это было хорошо — Майра явно могла с этим справиться, и это во многом объясняло ее беспокойство по поводу капитана.
— Но вы! Как вы это делаете? Замужем за джедаем? Я полагаю, ваши дети тоже?..
Падме слегка усмехнулась. — О да. Скучно точно не бывает. Иногда мне хочется просто быть с ним на корабле. Возможно, когда-нибудь я так и сделаю, если дела пойдут так, как мы надеемся. Однако близнецы еще недостаточно взрослые, какими бы пугающими они иногда ни были. Видите ли, их хочет заполучить Палпатин.
— Сила. Этот старый ублюдок.
Падме громко рассмеялась, и это было приятно. — Да, действительно.
— Он должен умереть, — пылко сказала Майра, нарезая фрукты так, словно отрезала Палпатину голову.
— Ну, в конце концов, такова идея. Я знаю, Оби-Ван и Анакин понимают, что его нужно навсегда остановить. Однако уничтожить ситха ужасно сложно.
Майра остановилась и уставилась на нее, разинув рот.
— О да, — кивнула Падме. — Именно поэтому он хочет заполучить детей.
— Криффова преисподняя, — выдохнула Майра. — Теперь я хочу присоединиться, чтобы нанести ему удар, и не только за то, что эти ублюдки сделали с Фирмусом.
Падме действительно нравилась эта женщина.
— Ваша помощь в обеспечении безопасности моих детей — часть этого плана, спасибо, Майра.
— Что ж. Поскольку в данный момент мы не можем убить Палпатина, давайте поедим, — практично сказала Майра, отряхивая руки.
****
Майра предусмотрительно поселила Пиетта в комнате на первом этаже, чтобы ему не пришлось подниматься по лестнице.
И это было хорошо, потому что ноги давали ему понять, что он зашел слишком далеко.
Капитан рано лег спать, прежде чем полностью уснул за ужином. Он знал, что, должно быть, проспал, по меньшей мере, несколько часов, но кошмарный сон снова заставил его проснуться в поту. Он надеялся, что истребительница его ночных кошмаров на этот раз все еще спит — она казалась измученной после своего использования Силы.
Пиетт поднял с кровати свое ноющее тело и попытался не обращать внимания на боль в плече, которая подсказывала, что еще одно обезболивающее не помешает. Майра сказала ему, что они на кухне. Вероятно, она также пила там чай.
Здесь было намного холоднее, чем на Альдераане, но ему выдали спортивные штаны и носки, которые откуда-то раздобыла потрясающая жена Вирса, а также рубашку хенли с длинными рукавами, которую он носил.
И мысль о Майре Вирс заставила Пиетта улыбнуться. Она была похожа на его старшую сестру — прагматичная, восхитительная и невероятно компетентная. И еще один человек, которого он никогда раньше не встречал, но который сразу же его принял.
Он добрался до кухни, чтобы включить свет и подогреть чайник. Одной рукой это получалось медленнее, но движения помогли ему успокоиться.
Пока он не понял, что кто-то стоит за спиной, и плавно схватил мясницкий нож с колодки, чтобы повернуться...
...и оказаться лицом к лицу со слегка удивленной Солой Наберри.
— Рада знать, что я — не единственный параноик, — спокойно прокомментировала та. — Для всех нас безопаснее, если их больше одного.
— Ну, после всего, я действительно не думаю, что вы можете меня винить, — сказал он ей, открывая шкафы в поисках кружек и находя их. Он слегка зашипел, когда потянулся, и ее маленькая ладонь опустилась на его руку, чтобы достать для него две кружки.
— Вы уже принимали какие-нибудь обезболивающие? — холодно спросила она, находя также чай и готовя кружки.
— Я еще не рылся в шкафах, но, кажется, Майра говорила, что у нее кое-что есть, — ответил Пиетт, начиная поиски.
— Вон там, — сказала Сола, уверенно указывая пальцем.
— Откуда вы знаете? — спросил он, забавляясь.
— Знать — моя работа, — серьезно ответила она, снова напомнив ему выражением лица свою племянницу. Но потом она улыбнулась. — На самом деле, нет, просто я бы положила их так, чтобы это было недоступно семилетнему ребенку.
Хорошо. Да, это имело смысл.
Он нашел лекарство и ввел его, на мгновение опустив голову от облегчения. Когда он снова поднял ее, то встретился с темно-синими глазами, смотревшими на него с состраданием.
Он печально улыбнулся. — Обычно я не из тех, кто обращается к врачу, но эта операция будет полезна.
Она изучала его еще немного, затем взяла две кружки.
— Пойдемте, составите мне компанию, — сказала она и вышла из кухни. Пиетт последовал за ней, выключив свет.
Он был слегка удивлен, когда она не остановилась в гостиной, а продолжила путь к крыльцу. Сола поставила кружки на столик у мягкого плетеного дивана и бросилась обратно в дом.
Женщина вышла с шерстяным одеялом и тихо закрыла за собой дверь.
— Садитесь, капитан, — мягко сказала она ему, и он подчинился. Сола села рядом с ним и встряхнула одеяло, чтобы укрыть их обоих.
— Надеюсь, я вас не разбудил, — сказал он, забирая у нее свою кружку.
— Не у вас одного бывают плохие сны, — серьезно сказала она ему, осторожно потягивая чай.
— Как вы узнали?..
— Издержки профессии, — ответила она, — и у вас просто был такой вид.
Он не был уверен, что на это ответить, и с удовольствием выпил теплый чай, глядя в осеннее ночное небо.
— Я сожалею, что намекнула, будто они нашли Падме по вашей вине, — сказала Сола ни с того ни с сего.
— Все в порядке, — мягко ответил он, — это понятно.
— Нет, она права. Вы достаточно пережили и без моего подозрительного ума.
Значит, Падме его защитила. Это было любезно.
— Вы прибыли очень вовремя, — сказал он с легкой улыбкой миниатюрной женщине, согревшейся рядом с ним.
— Я была в ужасе, что не успею, — честно ответила она. — Моя главная работа — следить за ситуацией на предмет угроз всем людям, которых мы пытаемся таким образом защитить. Я годами боялась, что узнают, где сестра. Ваше присутствие там было бонусом. И, конечно, мои внушающие ужас племянница и племянник.
— Они такие. Тем не менее, они все равно восхитительны.
Сола фыркнула. — О да.
— Что за плохие сны снились на этот раз, капитан? — спросила она через некоторое время, и холод пробежал по его телу, несмотря на теплое одеяло и чай.
— Я...
Ее ладонь легла на его руку. — Однажды я была захвачена, около четырех лет назад.
Она была?.. Крифф.
Он набрался смелости взглянуть ей в лицо. — И?..
— Это длилось не так долго, как у вас, но достаточно. У меня есть шрамы. И... Я тоже ненавижу об этом говорить. Но, действительно, это помогает. Даже с одним человеком.
Ему не нравилось думать о ней, одинокой и беспомощной.
— Как вам удалось сбежать? — спросил он, ставя пустую кружку.
— На помощь пришли мой весьма могущественный зять и генерал Кеноби. Падме тоже прибыла бы, если бы смогла.
Сола сделала паузу, и он впервые по-настоящему посмотрел на нее. Тонкие черты и элегантные скулы. Изогнутые брови, как у ее сестры, и гораздо более темные волосы, выбившиеся из пучка, который она заплела днем, и просто зачесанные назад. Глаза цвета нынешнего полуночного неба.
Эти глаза встретились с его. — Мне до сих пор снятся кошмары.
Она знала.
— Хуже всего, когда вместо меня берут Макса, — сказал он, не сводя с нее взгляда.
Она кивнула. — Или Падме.
— И я ничего не могу поделать...
— Быть беспомощным — это самое худшее, — согласилась она, и он понял, что ее маленькие пальчики переплелись с его.
— Да.
Ее плечо, прижатое к нему, было теплым. — Но мы просыпаемся. И я люблю выходить на улицу — знаете, свежий воздух.
Да. На открытом воздухе с большим небом, напоминающим ему, что он больше не узник в маленькой комнате.
— И еще чай.
Она рассмеялась.
Ему нравился ее смех.
— Или какао.
— Мм.
Они долго молчали, и Пиетт не осознавал, что может чувствовать себя настолько умиротворенным.
— Моя племянница, кажется, думает, что вы ей принадлежите, — сказала сестра Падме, глядя на деревья во дворе, уже лишившиеся листвы.
Он усмехнулся. — Похоже на то.
— Интересно, как она справится с конкуренцией, — сказала Сола и крепче сжала его руку.
