Критические мгновения
26 апреля 2025 г., 19:43
— Сэр. Мы обнаружили вражеские шагоходы, приближающиеся к другой стороне базы, сэр. Первые два транспорта ушли в гиперпространство, но их еще много.
Пиетт быстро соображал. Ему нужно было сделать все возможное, чтобы остановить «Звезду Смерти», было ли у них время?..
— Сэр, вас вызывает генерал!
— На связи.
— Адмирал, я был бы признателен, если бы вы смогли убрать этих шагоходы на севере. Я сейчас направляюсь туда, чтобы оказать поддержку...
Он сделал паузу, и Пиетт услышал какое-то сообщение на заднем плане.
— Адмирал... — голос Вирса был ровным, но Пиетт хорошо знал своего друга и услышал скрытое напряжение. — Докладывают, что сенатор находится там. И ее дочь.
Сила. Вероятно, Сола и Рилла тоже. Пиетт пожалел, что не может спросить о Майре.
— Начинаем наведение, генерал. Пожалуйста, доберитесь туда.
— Слушаюсь, адмирал.
— Цель захвачена, сэр!
— Огонь! — приказал Пиетт, и Леди подчинилась.
— Пилот, вверх на сорок градусов! — Его офицер уже действовал, и Леди начала удаляться со своей защищенной позиции рядом со «Звездой Смерти».
Пожалуйста, пусть это сработает...
Постепенно массивная станция начала становиться более четкой по мере того, как они удалялись на некоторое расстояние. Теперь они также подвергались ударам имперского флота.
— Огонь по этим звездным разрушителям по готовности, — приказал Пиетт. — Держитесь к ним правым бортом. Огонь из ионных пушек!
Он гордился отличной реакцией своих людей, а Келли был эффективной фигурой позади него.
— Мы уже в зоне досягаемости системы вооружения на «Звезде Смерти»? — спросил он.
— Двадцать секунд, сэр.
— Увеличить мощность щитов правого борта! — крикнул Пиетт, когда даже массивная Леди затряслась под обстрелами, по меньшей мере, двенадцати звездных разрушителей.
Он знал, что ему подчинялась сама Леди, когда дело касалось щитов и энергии, двигаясь немного быстрее команд, которые вводились в ее систему управления.
— Бортовой батарее нацелиться на систему вооружения, — сказал он.
— Когда вы говорите «бортовая батарея»... — начал Келли.
— Все турболазеры, которые мы физически способны запустить, — пояснил Пиетт. — Я понимаю, что даже это, скорее всего, не повредит станции, но мы должны попытаться. Это, безусловно, заставит их отреагировать.
— Путем... стрельбы по нам, сэр? — спросил Келли старательно нейтральным тоном.
— Да, — твердо ответил Пиетт. — Огонь!
На этот раз массивный корабль содрогнулся от мощного выстрела его собственных орудий, нацеленных в одно и то же место.
— Сэр, они нацелились на нас!
Но Пиетт уже реагировал.
— Немедленно на один километр ниже! — взревел он, и пилот подчинился. Леди начала медленно погружаться, когда в оружейном отсеке станции начала разгораться зеленая смерть.
Пиетт рассчитывал, что Леди будет немного быстрее, чем более тяжеловесная «Звезда Смерти».
Но это будет близко.
— Они стреляют!
И все на корабле рефлекторно пригнулись, когда мощный луч разрушения прошел в нескольких ярдах от их щитов, но пролетел над ними...
...чтобы уничтожить шесть звездных разрушителей.
Пиетт позволил себе слегка улыбнуться.
— Аксиланский цыпленок, сэр? — тихо спросил Келли, стоявший рядом с ним. — Какие куры живут на вашей планете?
Пиетт поднял брови, глядя на командира. — Злые.
— Думаете, мы сможем повторить это дважды? — спросил Келли.
— Я думаю... — начал Пиетт, но его прервали.
— Сэр! С нами связывается один из наших крестокрылов!
Адмирал подумал о Венке и «Опустошителе». Они потеряли связь?
— Соедините.
— Адмирал, это капитан Антиллес. Капитан Венка приказал мне связаться с вами, сэр. Мы пытаемся уничтожить станцию. Я делаю заход, сэр, — вам, вероятно, захочется быть подальше от зоны досягаемости, адмирал.
— Как скоро станция окажется в зоне досягаемости луны? — уточнил Пиетт.
— Через десять минут, сэр!
— Антиллес... — Пиетт знал, что его командир был на борту. Его племянник. Он должен был дать им шанс.
— Дайте ей пять минут.
— Да, сэр. Выхожу на второй заход.
Тем временем, смогут ли они представлять собой достаточно заманчивую цель, чтобы отвлечь «Звезду Смерти»?
— Верните нас в зону действия оружия «Звезды Смерти», — приказал Пиетт. — Я хочу, чтобы вы рассчитали нашу траекторию так, чтобы оставаться прямо перед выстрелом из их системы наведения.
Он чувствовал, как у всех на мостике перехватило дыхание. Но он собирался поставить на свою Леди. Были птицы, которые делали подобное, чтобы выманить змей из их гнезд, порхая вне досягаемости удара.
Ну...
Его птица была 19-тикилометровой.
— Ты понимаешь, что я делаю, Леди? — мягко спросил он, отступая к началу прохода.
Она показала фотографию щита рядом с базой на луне.
Этот чудесный корабль. Он хотел пережить это, сохранив его в целости.
— Да, — согласился Пиетт. — Я рассчитываю на то, что ты поможешь нам опередить этот луч.
— Траектория рассчитана, сэр! — сообщил навигатор.
— Вступайте в бой, — сказал Пиетт.
****
Вирс скорее почувствовал, чем увидел нападение Леди на имперские силы на другой стороне базы. Его дивизия — то, что от нее осталось, — пробивалась по фронту, прокладывая себе путь через обломки и подбитые корабли и технику.
Когда они приблизились к другой стороне, он подал сигнал своим людям.
— Смотрите в оба, джентльмены. Леди, возможно, нанесла некоторый ущерб, но мы будем иметь дело с солдатами. Джесси?
— Готов, сэр!
Они завернули за угол частично разрушенного храма и увидели вдалеке на севере большое количество сгоревших AT-ATов.
Спасибо, Пиетт.
Как сообщили их разведчики на спидерах, приближалось большое количество имперских наземных войск. Вирс знал, что их отступающие силы садятся на транспорты примерно в миле позади него.
А в непосредственной близости...
Он направил свой перископ к верхним уровням храма, и да. Сола и Падме были в отличной позиции, чтобы вызвать опустошение в рядах под ними. Что они и делали с неистовым рвением.
Но один меткий выстрел с любого из этих небольших аэроспидеров может сбить их с ног.
— Шагоходы 3 и 11! Сосредоточьтесь на защите наших людей там, на посадочной площадке! — приказал он, одновременно сканируя местность в поисках Леи…
Там. Вспышка светлого цвета на дереве. Очень высоко на дереве. Рилла. Звезды, маленькая девочка никак не могла забраться так высоко...
Прямо под ней была Лея, более легко сливающаяся с местностью в своем зеленом наряде, а затем еще одна фигура.
Майра.
И у Вирса внезапно прибавилось энергии. Его жена была жива и защищена настолько хорошо, насколько в данный момент это было возможно.
Но теперь начали прибывать солдаты.
Пришло время выпустить на волю Джесси и его людей.
— Теперь, штурмовики! — приказал он.
Вирс не мог этого видеть, но знал, что это происходит, когда услышал, как тяжелые магнитные сапоги приземляются на вершины его шагоходов, зная, что это происходит по всему «Стаду».
Хорошо вооруженные и хорошо обученные солдаты ЭРК ехали поверх назначенных им AT-AT, тяжелые бластерные винтовки работали, пока «Стадо» продвигалось вперед, обеспечивая более быстрый и прицельный огонь.
Они скосили первые три ряда солдат, а затем спустились вниз, используя свои магнитные абордажные крюки, и побежали к наступающим линиям противника, ведя скоординированный огонь очередями, позволяя AT-ATам вести дальнейший огонь по своим противникам.
Вирсу потребовалось мгновение, чтобы понять, что он видит зеленые вспышки рядом с наступающими солдатами ЭРК. Лея Скайуокер вступила в бой, и даже пока он наблюдал, эта маленькая рука метнулась вперед, и солдат отбросило.
Действительно, дочь обоих своих родителей — он мог видеть, что Падме и Сола все еще с большой выгодой использовали свое положение.
В рядах людей Джесси сработал термодетонатор, и двое солдат остались лежать без движения.
Был брошен еще один детонатор…
...а затем остановился в воздухе, чтобы развернуться и помчаться обратно тем же путем, каким прилетел, взорвавшись посреди солдат, разбрасывая тела в стороны, пока Лея защищала своих людей.
Действительно полезная способность.
— Третий транспорт вылетел, генерал! — доложил его пилот.
— Хорошая работа. Держите меня в курсе.
Сможет ли он убедить Падме Амидалу сесть на борт одного из этих транспортов вместе со своей женой и Солой? Восстанию требовалось ее руководство, если оно хотело выжить. Он понятия не имел, живы ли еще Мон Мотма и Акбар.
Шагоход 11 сбил аэроспидер, который едва не убил двух женщин Наберри.
— Молодец, 11! — сказал он. — Так держать!
Но в этом, на самом деле, и заключалась проблема. Как долго они смогут так продолжать?
****
Анакин попытался вернуть свой рассеянный разум обратно в тело. Боль...
Он смутно слышал, как кто-то настойчиво произносит его имя, но казалось, будто он находился под водой.
Нападение прекратилось, и он лежал на холодном металлическом настиле, прижавшись щекой к гладкому полу.
Сила, этот старый ублюдок.
Казалось, что все его кости были охвачены огнем, и он не мог пошевелиться, особенно со скованными за спиной руками.
— Анакин!
Оби-Ван. Это был голос Оби-Вана рядом с ним, а на заднем плане он мог слышать знакомые треск и шипение.
Столкновение световых мечей.
Сделав невероятное усилие, Анакин поднял голову и увидел своего сына — Люка! — сражающегося с крупным датомирцем.
Палпатин снова обратил свое внимание на двух старших джедаев и отвратительно ухмыльнулся.
— У него все так хорошо получается. Он такой сильный, Анакин. А у молодого человека такие сильные эмоции... будет легко вызвать его ненависть...
Он снова поднял свои похожие на когти руки, и Анакин попытался приготовиться к тому, что должно было произойти...
Когда Палпатин внезапно дернулся, закричав от боли и ярости.
Его ученик приостановил атаку на Люка, который воспользовался возможностью, чтобы махнуть рукой в сторону двух старших джедаев.
Наручники Оби-Вана упали на пол, и он вскочил на ноги, указывая на наручники Анакина и призывая с трона Сидиуса свой световой меч.
Лорд ситхов зарычал, и волны темной энергии прокатились по комнате, отбрасывая их всех назад…
…включая маленького синего дройда, который своей маленькой рукой ударил императора током.
Он врезался в столб и слегка покачнулся.
— Арту! — закричал Анакин, когда огни астромеха слабо замерцали.
Но Сила вернулась к нему.
И в ней он мог почувствовать перед собой могущественное зло. Он мог ощутить грубую силу своего сына, когда тот возобновил свою атаку на Дарта Магнуса. Анакин чувствовал силу Оби-Вана и его стальную поддержку. Анакин потянулся к Силе, ища контроля, преодолевая боль от атаки, обрушенной на него Сидиусом...
Император метнул в них свою голубую молнию, и внезапно Оби-Ван оказался перед ним, принимая на свой световой меч основную тяжесть атаки, все его тело дрожало от силы нападения.
Анакин начал сосредотачиваться на Палпатине, ища почти невидимые линии внутри него с того времени, когда он чрезмерно использовал свою темную силу и искалечил свое тело.
— Нет, Скайуокер! — прорычал его бывший наставник, взмахнул рукой, и ужасные синие разряды ударили в него еще раз, отшвырнув вниз на половину широкой черной лестницы.
— Папа! — закричал Люк, и Анакин внезапно почувствовал боль своего сына и понял, что Сидиус направляет такую же атаку на Люка.
Нет.
Оби-Ван бросился защищать его сына, когда Магнус опустил на корчащееся тело Люка свой красный клинок. Два меча яростно схлестнулись, и Оби-Ван ударил Магнуса ногой в грудь, отбросив его от Люка.
Его сын лежал неподвижно возле трона императора… но живой, слава Силе… и Анакин глубоко вдохнул, сосредотачиваясь, принося в свое тело исцеляющую энергию Силы...
— Да... — хихикнул Сидиус. — Только теперь, в конце, ты понимаешь. Это сила, Анакин. Ты так небрежно выбросил это, и все это было зря.
Анакин открылся Силе. Это была не сила. Она была темной и могущественной, но ограниченной, зависящей от ненависти Сидиуса и жажды упомянутой власти.
Анакин дотянулся до Оби-Вана, отчаянно сражающегося с Магнусом на другой стороне тронного зала.
Он обратился к своим детям, живым, Люку, пытающемуся восстановить силы, Лее, сражающейся на более отдаленном расстоянии, чтобы защитить своих людей, — он мог это почувствовать.
Он опирался на надежду Восстания — на людей, которые так упорно борются за свободу и в этот момент защищают эту надежду: Падме. Пиетт. Вирс. Сола. Майра. Венка.
И он потянулся к гудящей и деятельной жизни яркой луны, входящей в зону досягаемости перед ними...
— Что ты делаешь? — рявкнул Сидиус, больше не смеясь. — Прекрати!
Он взмахнул руками — ужасная голубая энергия, потрескивающая, вырвалась наружу, когда Анакин встал на колени и поднял свои руки.
И толкнул.
Молния остановилась. Она его не коснулась.
Анакин поднялся на ноги, напрягая все свое тело, но Сила наполняла его мощью — необузданной, золотой мощью, подобной которой он раньше не чувствовал...
Дарт Магнус взревел и внезапно выхватил второй световой меч.
Оби-Ван пошатнулся под двойной атакой, и Палпатин рассмеялся, даже когда напрягся в ответ на Анакина.
— Принесешь ли ты его в жертву, мой бывший ученик? Стоит ли того цена его жизни и жизни твоего сына?
Его друг и брат. Его сын.
— Я чувствую, что ты делаешь, Анакин. Не останавливайся. Даже ради меня.
— Я не делаю этот выбор за них, Сидиус. Они уже сделали его для себя.
А затем всплеск Силы...
...Люк. Люк вскакивает на ноги, снова призывает отцовский клинок и прыгает к Оби-Вану.
Анакин широко улыбнулся, снова потянувшись к тем трещинам глубоко внутри лорда ситхов.
— Остановись! — прорычал Палпатин. — Ты не отдаешь себе отчета в том, что делаешь!
Анакин не ответил. Он видел, как дрожат руки императора, и ситх сделал в его сторону последний отчаянный выпад.
Отстраненно он снова почувствовал боль от удара голубой молнии, но теперь был выше этого.
Он увидел трещины, для его восприятия Силы они светились золотым, и Сидиус закричал от ярости...
...Дарт Магнус был отвлечен страданиями своего учителя, и в этот момент Люк сбил его с ног.
Анакин задействовал все свои резервы — там, это было то самое место, он это знал, — и надавил Силой...
— Точка разрушения, — торжествующе выдохнул он Сидиусу, который теперь безумно дрожал, прежде чем издать последний ужасный вой и рассыпаться.
Темная сила, вырвавшаяся из его тела, с огромной силой отбросила их всех назад.
Падме, — подумал Анакин.
Темнота.
