Sun hath clouded over

— Исследование, да? — повторил Джаспер, и Белла не могла понять, что он имеет в виду, хотя в его голосе слышалось лёгкое веселье. Элис позволила себе отстать от них, чтобы присоединиться к ним. — Если мы говорим о талантах, я хочу поучаствовать в разговоре. Белла рассмеялась. — Ладно, конечно. Тогда расскажи, каково это — быть одарённым вампиром? Элис взвесила все варианты, прежде чем повторить слова Джаспера: —Опыт бывает разным. Белла фыркнула: — Я поняла. Тебе есть что ещё добавить? Элис взвесила свои слова, теперь серьёзно обдумывая вопрос Беллы. —Ну, для меня всё по-другому, потому что я забрала свой дар с собой из человеческой жизни. Я не помню… ничего из того, если честно, но когда я очнулась в этой жизни, мне это совсем не показалось странным. Моим первым и самым настойчивым видением был Джаспер, за которым сразу же последовал Карлайл и его образ жизни. Элис подошла ближе к Джасперу, который взял её за руку и снова улыбнулся. — Конечно, было удивительно, когда я встретил её в баре и почувствовал её эмоции. Трудно было поверить в её историю, но её чувства не могли лгать мне. Элис рассмеялась. — Я даже представить себе не могу, как ты, должно быть, растерялся, — её тон снова стал серьёзным, когда она продолжила: — Тот факт, что я знала, какие у меня есть варианты, когда дело доходит до питания, не означает, что я никогда не питалась людьми. Контролировать себя… гораздо сложнее, чем кто-либо думает. — Я даже представить себе не могу, каково это — голодать, — тихо пробормотала Белла, не зная, что и думать об этой информации. — Ты не сможешь, — легко сказал Джаспер. — Это не сравнимо ни с чем в человеческой жизни. Но все через это проходят. Некоторым из нас удалось полностью отказаться от людей. Белла посмотрела вперёд, остановив взгляд на спине Карлайла, и предположила, что он был одним из них. А вот второй… — Итак, если бы ты могла выбирать сейчас, кем быть — человеком или вампиром, что бы ты выбрала? — спросила она, немного нервничая из-за этого вопроса, но стараясь сохранять спокойствие. — Хм… — Элис легко подпрыгнула, намереваясь приземлиться на Джаспера, который без труда поймал её и перекатил на спину. — Я поняла, — Белла рассмеялась и ускорила шаг, возвращаясь в центр группы, где Карлайл и Эдвард что-то тихо обсуждали. Их разговор прервался, когда она присоединилась к ним, и ей показалось, что она помешала личному разговору. — Я не помешала? — спросила она, хотя и знала, что помешала. Карлайл уже собирался сказать «нет», она видела это по его глазам, когда Эдвард сказал: — На самом деле, я думаю, что ты тоже можешь поучаствовать в разговоре, — удивив и её, и Карлайла. — Хорошо, — пробормотал Карлайл всё тем же тихим голосом. — Мы говорили о том, как, по нашему мнению, можно облегчить переход. У нас никогда не было возможности поэкспериментировать с этим, и идея… интересная. — Когда Карлайл изменил меня, он подумал, что характер его травм сделал его более сострадательным по отношению к людям и что это, возможно, также усилило его контроль, — объяснил Эдвард. — Поэтому он повторил свои травмы на мне. — К сожалению, это лишь отсрочило превращение и ничего не изменило, — добавил Карлайл подавленным тоном. — Это лишь усилило его боль. — Не говоря уже о том, что какое-то время я питался людьми, — сказал Эдвард отстранённым тоном. — И это тоже, — согласился Карлайл. — С тех пор я не пытался… не осмелился бы снова экспериментировать. Для каждого изменения, которое я инициировал после этого, тоже не было времени на эксперименты. Розали, Эмметт и Эсме умирали, когда я их изменил. — Понятно, — пробормотала Белла. — Так что же ты задумал теперь, когда теоретически можешь экспериментировать? — она схватила его за руку в перчатке, переплетая свои пальцы с его. Карлайл замешкался, и Эдвард заговорил за него: — Есть несколько моментов, на которые мы можем обратить внимание; например, момент боли. Обращение — это… — он сухо усмехнулся. — Если честно, самый болезненный опыт, который может пережить вампир — первое воспоминание о жизни в качестве вампира, и благодаря нашей прекрасной памяти мы все можем вспомнить его с идеальной ясностью. — Могут ли человеческие обезболивающие сделать что-нибудь, чтобы смягчить эту боль? — Карлайл размышлял вслух. — И насколько сильными они должны быть? Какой эффект окажет, например, морфин. Яд выжжет его, прежде чем подействует? — он вздохнул. — Полагаю, мне придется снова начать экспериментировать с нашим ядом. Белла шагнула к нему ближе, прижимаясь бедром к его бедру. — Я бы с радостью сдала для этого несколько пробирок крови. — Хм-м-м… — промычал Карлайл. — Неплохая идея. — Так, о каких еще вещах ты думал? — Эдвард предложил подумать о том, как лучше всего вводить яд в кровоток. Если он будет распространяться быстрее, то теоретически изменения произойдут быстрее. — В среднем это занимает около трёх дней, — услужливо добавил Эдвард к заявлению Карлайла. — У меня это заняло чуть больше четырёх, а у Эмметта — чуть меньше двух дней. — Звучит так, будто здесь задействовано много математики, —сказала Белла, стараясь говорить легким тоном, несмотря на темный предмет. Эдвард рассмеялся. — Хорошо, что мы тоже хороши в математике. — У Эдварда несколько медицинских степеней, а также степень по математике, — Карлайл предоставил Белле дополнительную информацию. Она повернула голову и широко раскрыла глаза, глядя на Эдварда. — Правда? Эдвард опустил голову и посмотрел в землю. — Да. — Что ты делаешь в старшей школе, если уже всё это сделал? — она слегка повысила голос, удивляясь. — Это помогает с прикрытием, — пожал он плечами. — Поэтому я не против. Белла постаралась пропустить эту информацию мимо ушей, как будто ей было всё равно, но она не давала ей покоя: это, должно быть, так скучно, интересно, как они это выдерживают. Карлайл и Эдвард продолжили разговор, с каждым предложением углубляясь в медицинскую теорию, и вместо того, чтобы пытаться следить за их беседой, Белла позволила их тихим голосам окутать её, успокаивая и расслабляя. Белла устала после похода, и они с Карлайлом отправились домой. Она рухнула на диван, зевая. — Если долгие походы — время для семейного общения, мне, возможно, придётся больше тренироваться, — пошутила она. Карлайл рассмеялся на кухне, и от этого звука Белла почувствовала себя тепло и счастливо. Он принёс ей чашку чая и разжёг камин чтобы согреть дом. — Думаю, ты в хорошей форме, — сказал он игривым тоном. — Пфф, ты думаешь, что комплименты помогут тебе в чём-то? — рассмеялась она. Он присоединился к ней на диване. Она положила ноги ему на колени, шутливо приподняв брови, и рассмеялась, когда он взял одну из её ступней и начал массировать её, разминая уставшие мышцы. Она закрыла глаза и вздохнула, глубже погружаясь в диван. — Боже, как я устала. — Почему бы тебе не вздремнуть? — предложил Карлайл, но Белла покачала головой. — Нет, если я это сделаю, то не смогу уснуть сегодня ночью. — Хорошо, — его голос был низким и мягким, и она открыла глаза, чтобы посмотреть на него и понять, что не так. — Эй, если ты голоден, я не против, если ты пойдёшь поохотиться, — сказала она, решив, что, вероятно, дело в этом. — Я не хочу тебя оставлять, — пробормотал он. Она села, убрав ноги с его колен. — Ладно, я пойду навещу Джейка, а ты иди на охоту. Можешь забрать меня, когда закончишь. Как тебе? Несколько мгновений они молчали, но затем Карлайл встал. — Звучит неплохо. Он протянул ей руку, и она взяла её, позволив ему поднять себя с дивана. Белла прижалась к нему и поцеловала, пробормотав: — А когда ты вернёшься, мы могли бы… — между ними было негласное правило, что их физический контакт ограничивался держанием за руки, поцелуями и, может быть, объятиями, когда он был голоден. Белла знала, что он до сих пор чувствует себя ужасно из-за того, что причинил ей боль, и хотя с тех пор это не повторялось, она не хотела давить на него, поэтому они не говорили об этом. Он усмехнулся, прежде чем отойти от неё. — Я заеду за тобой через несколько часов.

***

— Боже, Белла, от тебя отвратительно пахнет, — пожаловался Джейкоб, открывая перед ней дверь. — Спасибо, женщинам нравится это слышать, — ответила она со смехом. — Я приняла душ перед тем, как прийти сюда, знаешь ли. — Полагаю, вонь трудно смыть, когда живёшь с пиявками, — усмехнулся он, но всё равно притянул её к себе и обнял. — Эй, как ты? — спросил он уже гораздо мягче. — Я в порядке, — она осталась рядом с ним, продлевая их объятия дольше, чем следовало. Джейкоб ничего не сказал по этому поводу, просто обнимал её так долго, как она хотела. Когда она отстранилась от него, он без возражений отпустил её, одарив лёгкой улыбкой. — Ты должна посмотреть на мотоциклы, над которыми я работаю. Они почти готовы и потрясающие. Она рассмеялась. — Конечно - конечно, показывай дорогу. Прогуливаясь по гаражу, Белла почувствовала ностальгию — она практически жила здесь летом, когда приезжала к Чарли. Она плюхнулась на потрёпанный диван. — Давай посмотрим на твои мотоциклы. Джейкоб рассмеялся и откинул ткань, обнажив два блестящих мотоцикла, один красный, а другой синий. Белла присвистнула. — Они хорошо выглядят. Джейкоб слегка покраснел и откашлялся. — Да, эм. Они почти готовы, мне просто нужно провести несколько испытаний, прежде чем я смогу их продать. — Потрясающе. Джейкоб на мгновение отвёл взгляд, а затем присоединился к ней на диване. — Ну что, как у тебя дела? — его голос дрожал и срывался, выдавая его волнение. Она поборола желание пожать плечами. — Наверное, всё в порядке, — подтянув ноги и глядя на бетонный пол, она добавила: — Рождество было… в каком-то смысле поучительным, — Джейкоб хмыкнул, подталкивая её к продолжению, и она продолжила: — Я провела его у Карлайла, с семьёй, и мне понравилось, но… — она замолчала, прежде чем начать новую фразу. — Они предложили мне обратиться. Он издал сдавленный звук, заставивший её поднять взгляд. Его лицо исказилось так, как она никогда не видела: от отвращения, страха и грусти одновременно. У неё защемило сердце, и она поспешила добавить: — Я ещё ничего не решила. Карлайл хочет, чтобы это был мой собственный выбор. — И что ты собираешься делать? — его голос был слабым. Чувствуя себя виноватой, она хотела солгать ему, но… Он её друг, и имеет право знать правду. — Я ещё не знаю. Я сказала ему, что мне нужно время. Я не могу вот так сразу сделать такой выбор. Поэтому мы… пришли к соглашению. — Какого рода соглашение? — слабым голосом спросил Джейкоб. — Хм... Мы берём год на раздумья и… исследуем тему вампиризма, — её голос смягчился и превратился в неуверенный шёпот. — Через год я… или мы с ним вместе… примем окончательное решение. — Ты действительно позволишь им превратить тебя в пиявку? — Я не знаю, Джейк, — повторила она, стараясь говорить спокойно. — И не называй их так. — Как ещё я должен их называть? — он повысил голос. — Белла, я не могу — ты не можешь так поступить! Тебе придётся умереть! Что ты скажешь Чарли? Или своей маме? Ты бы бросила всех нас?! Она отстранилась, создавая между ними физическую дистанцию. — Ты думаешь, я этого не знаю? Почему, по-твоему, я не вскочила и не сказала «да» сразу? Я люблю Карлайла, но люблю ли я его больше, чем привязанности, которые у меня есть в моей человеческой жизни? Ты усложняешь мне задачу, Джейк. Джейкоб, казалось, съёжился, опустив голову и поджав под себя ноги, выглядя маленьким и подавленным. — Я не могу потерять тебя, Белла. — Я знаю, — ответила она, тихо шепча. — Я знаю, Джейкоб.