Ведьмин сын

      Лололошка, будучи уже смышлёным мальчиком, понимал - происходит что-то ужасное. Однако разум двенадцатилетнего мальчика не мог до конца осознать что конкретно происходит. Мать в спешке спрятала его под полом, где находился небольшой погреб с разнообразными травами. Никогда такого не бывало. Это первый раз, но мальчик знал, что нельзя шуметь. Мама когда-то говорила ему, что если он прячется, то не должен шуметь. Никогда. Она говорила, что такое будет, что подобное случится. Но Лоло мальчик умный, послушный. Он никогда не расстроит маму. Он её слишком любит и она его. И вот, спустя буквально пару минут в дом вламываются люди с мечами. Их было около пяти, это всё равно напрягло мальчика, но он верил, что всё будет хорошо. Он видел сквозь щель в полу и пытался всмотреться в людей. Внезапно матушка заговорила. - Ох, дорогой герцог Дейв Эллиот Харрис, что же вы забыли в моём скромном жилище? - поинтересовалась статная и красивая женщина. - Здравствуй, ведьма Люция, давно не виделись с тобой. Как твои дела? Как ребенок твой? - ехидно поинтересовался разодетый мужчина средних лет. - Ох... Герцог, вы не знаете... Нет ребёнка у меня. Умер, не стукнуло и года. В холодную зиму заболел и не пережил. - Горестно ответила женщина       Герцог, как понял Ло, подошёл к его маме и взял прядь её волос в свои руки, рассматривая. - Ах, Люция, ты всё так же прекрасна, как и тринадцать лет назад. Всё те же медные волосы и яркие зелёные глаза. Настоящая ведьма. - мужчина опустил прядь волос и уже более грубо схватил Люцию за подбородок, насильно удерживая направляя взгляд изумрудных глаз на себя. - Жаль, что наш с тобой первенец не пережил зиму. Будь он жив, может быть я бы забрал его с собой. К примеру... Слугой, личным телохранителем моего сына или же... Приятелем для игр. Хотя не думаю, что герцогиня была бы рада его появлению. - Неудивительно. Думаю, что он был бы твоей копией, только, увы, - женщина хищно улыбнулась. - он явно был бы куда лучше тебя.       Это явно задело и разгневало Дейва, ведь мужчина моментально схватил наглую ведьму за горло и чуть приподнял над полом, из-за чего она начала задыхаться. - Слишком много ты себе позволяешь, дрянь. Я так понимаю жизнь тебе совершенно не дорога? - Герцог Дейв Эллиот Харрис просто махнул рукой и вот уже, ранее стоявшие столбом подчинённые, окружили ведьму, направляя на неё оружие. - Помнится, ты просила, даже молила меня если не разорвать помолвку, то взять твоего сына на попечение, когда тот родится. Только вот, ты сбежала. Спряталась. И только спустя десять лет поисков я смог тебя найти, а сейчас, будучи на грани жизни и смерти, ты просто язвишь мне. Мне! Тому, кто готов сейчас же тебя прикончить, даже не задумываясь.       Всё это было сказано с дикой злостью и ненавистью. Такой ярости, Ло, всё ещё находившийся под полом и наблюдавший за всем через щель, никогда не ощущал. Как будто что-то тёмное и ужасное стояло там и душило его любимую, нежную и хрупкую маму. В голове мальчика всё никак не укладывалось то, что сейчас он видит своего отца, о котором в раннем детстве так много слышал. Мама пела ему о великом и красивом господине, что был герцогом и отцом мальчика. Что когда-нибудь он вернётся за своим сыном... Но с тем, как шли года, так и мама всё реже говорила об отце. Ло понимал, что его мать всё меньше верила в свои же слова.       Мальчик сжал свои ладони, не издавая ни единого звука, ведь мама просила молчать. И он молчал. Даже в тот момент, когда мужчина всё сильнее сжимал в своей ладони её хрупкую шею. - Ты такая хрупкая, что сломать твою шею мне не доставит много хлопот. - мужчина резко разжал ладонь и ведьма с грохотом упала на пол. - Но я не хочу марать свои руки в ведьмовской крови. - Знаешь... - Люция откашлялась и с нескрываемым презрением смерила герцога, когда-то бывавшим её возлюбленным, взглядом. - А ведь я верила тебе, твоим словам. И всё же надеялась, что ты когда-нибудь вернёшься за мной. За сыном. Но после смерти своего ребёнка я потеряла всякую надежду на то, что ты придёшь. Я поняла, что ты никогда не любил меня. - пальцы женщины начало покалывать. - Будь ты проклят. Сгинуть тебе через десять лет!       Щелчок пальцев и мужчина слегка отшатнулся. Проклятье ведьмы не шутки. Конечно, не всегда оно работает. Всё зависит от определённых обстоятельств. И сейчас они опасно накалялись. - Ты... Следи за своим языком, отродье! - отозвался один из подчинённых герцога - Молчать! - крикнул герцог. Он перевёл полный презрения взгляд на Люцию, что сидела у его ног, держась за шею. Мужчина поднял руку верх и легко махнув ей, подал подчинённым команду действовать. - Прощай, ведьма Люция.       Как только подчинённые получили сигнал к действию, то моментально проткнули ведьмовское отродье оружием. Женщина лишь прохрипела свои последние слова вновь и воцарилась тишина. Кровь залила весь пол вокруг уже мёртвого тела, что в конце концов отчаялась.       Находящийся в погребе под полом мальчик притих и затрясся. Он видел всё, не отрывая глаз, которые залило кровью, просочившейся в трещены между досок. Беззвучные слезы стекали с его щёк, мешаясь с кровью его матери. Горечь и боль мешались с яростью и гневом, практически затмевая разум, но Лололошка терпел, как когда-то просила его мама. Только вот жажду мести никак не спрятать. Мелкое зёрнышко ненависти было посеяно. Оно будет расти, пока тот не отомстит за убийство матери. Это преступление не будет прощено. Только надо окрепнуть, вырасти. Сейчас нельзя. Не сможет. Слишком мало сил. - Мы уходим. Тело бросьте здесь. Кто знает, что может ещё произойти. - герцог слегка наступил ногой на лицо мёртвой ведьмы, явно празднуя свою победу. - Ох, бедная Люция... Так желала любви, даже будучи таким отродьем. Жаль... - он вздохнул, убирая ногу. - Жаль, что не убил сразу, как узнал о её беременности... - Господин. Могу задать вопрос? - обратился один из подчинённых. - Задавай. - коротко отозвался мужчина - Что же всё таки связывало вас с этой ведьмой? - Ну, история это не слишком интересная, но я, так уж и быть, расскажу. - Герцог Харрис всё продолжал упиваться долгожданным убийством. - Эту ведьму зовут Люция. Лет тринадцать назад, когда я был ещё только помолвлен с нынешней герцогиней, моей женой, я гулял по местной деревушке. - Мужчина облокотился на стену дома, сложив руки на груди. - Там я встретил юную деву с изумрудными глазами и рыжими, почти медовыми волосами. Стройная, статная, но такая наивная и глупая. Молодая ведьма меня заинтересовала. Так мы и виделись с ней. - Он вздохнул, вспоминая как это всё было. - Спустя четыре месяца наших встреч она приходит в наше место и говорит мне о том, что носит под сердцем моего первенца. - Слегка запнувшись на слове первенец под неоднозначные взгляды, герцог всё так же спокойно продолжил. - Она просила меня разорвать помолвку, ну или же хотя бы взять к себе в дом нашего сына, чтобы тот жил в тепле и достатке. Но мне это было не нужно. Мне не нужен сын от ведьмы, тем более когда у меня вот-вот будет свадьба с дочерью соседнего графства. Выгодный брак. В итоге она сбежала, скрылась... Наивное отродье. В первые годы мне было не до её поисков, ведь Аттия сначала стала мне женой, а потом и матерью моего наследника. А вот потом... - Он с ухмылкой и глазами полными презрения посмотрел на лежащий труп женщины. - Я всё же начал поиски. И вот спустя десять лет нашёл. К сожалению, ребёнок не выжил. Думаю, было бы славно и его прикончить. Отродье ведьмы не должно существовать.       Дейв лишь выпрямился и молча покинул дом, не желая тут оставаться. Следуя за своим господином вышли и подчинённые, которые не ожидали именно такой истории. Кто же знал, что герцог крутил роман с местной ведьмой, так ещё и будучи помолвлен. Каждый был вправе сам решать как относиться к этой истории, однако это не должно было быть произнесено вслух. Эта история будет унесена с ними в могилу. Такую клятву на крови давали пять приближённых рыцарей герцога, когда выходили на "охоту". Что бы ни увидели или услышали, никто и никогда об этом не узнает. Если кто-то попытается хоть мельком намекнуть, того сразу же постигнет небесная кара. Все это знали.

***

      Когда дом наконец покинули названные "гости", то Лололошка, не без труда, наконец-то выбрался из погреба хижины. Упав на колени перед трупом матери, в лужу холодной крови, уставился в глаза матери, в которых застыли слёзы. К сожалению мальчик не знал из-за чего же его дорогая мама в последние секунды проливала слёзы. Страх за сына? Страх перед смертью? А может быть ненависть? Предательство возлюбленного? Что же было в голове у неё перед смертью. Ло мог лишь считывать как её эмоции и чувства, так и чувства и эмоции окружающих. Страх, ужас, боль, непонимание. И самое страшное и мерзкое - ненависть и злоба, исходящие от герцога. Такой чистой ярости мальчик не чувствовал никогда за двенадцать лет жизни. Казалось, ещё чуть-чуть, то его настигнут эти чувства и эмоции. Поглотят, проникнут под кожу, начнут ковырять тело изнутри, перебирая кости и кожу, нервы и сознание с головы до ног. Как же это было отвратительно и мерзко. Хотелось отмыться от этого. Но он не мог пошевелиться. Труп матери прямо перед ним не отпускал его. Как будто что-то удерживало мальчишку. Он просто сжался над холодным телом и беззвучно плакал. Слёзы не могли остановиться. Боль разрывала сердце, не оставляя ничего больше, кроме как пустоту и желание - желание отомстить отцу за смерть матери.