Жертвоприношения

      Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в оттенки золотого и пурпурного. Эндрю и Нил сидели у костра, наблюдая за тем, как языки пламени пляшут на фоне темнеющего горизонта. Рыба, пойманная днём, была давно съедена, но тёплый уголь всё ещё потрескивал, создавая вокруг уютный ореол. Эндрю сидел, подперев подбородок рукой, его взгляд был направлен вдаль, куда-то за линию горизонта. – Ты когда-нибудь задавался вопросом, почему я здесь? – внезапно спросил он, нарушив тишину. Нил взглянул на него, голубые глаза блеснули в свете костра. – Ты же сказал, что тебя заставили... Или это не вся правда? Эндрю на мгновение замолчал, потом усмехнулся, но в его улыбке было больше горечи, чем веселья. – Меня действительно заставили. Но не так, как ты думаешь. Нил чуть подался вперёд, заинтересованный. – Расскажи. Эндрю вздохнул, проведя рукой по своим белоснежным волосам. – Я не всегда был драконом, – начал он. Его голос звучал глухо, будто он с трудом заставлял себя говорить. – Когда-то я был человеком, таким же, как ты. У меня была семья, друзья. Но однажды я сделал ошибку. – Какую ошибку? – тихо спросил Нил. Эндрю посмотрел на него, его карие глаза были полны боли. – Я доверился людям. Они сказали, что я избранный, что у меня есть дар, способный изменить мир. Но всё это было ложью. Они использовали меня, а когда я перестал быть им нужен, они обрекли меня на проклятие. – Проклятие? Эндрю кивнул. – Они превратили меня в дракона и сослали на этот остров. Сказали, что я должен искупить свои «грехи». Но я ничего не сделал. Они просто боялись меня, боялись того, что я мог стать сильнее их. Нил почувствовал, как внутри него что-то ёкнуло. – Сколько ты здесь? – Сто лет, – Эндрю улыбнулся, но это была холодная, пустая улыбка. – Может, больше. Время здесь течёт по-другому. Нил молчал, не зная, что сказать. Он смотрел на Эндрю и видел не только силу, но и глубокое одиночество, которое тот скрывал за маской безразличия. – Это должно быть невыносимо, – наконец произнёс он. Эндрю пожал плечами. – Я привык. Или, по крайней мере, так себе говорю. Между ними снова повисла тишина. Но на этот раз Нил не смог её вынести. Он опустил голову, сжимая руки в кулаки. – Ты думаешь, ты одинок, – начал он дрожащим голосом. – Но ты не знаешь, что такое настоящая изоляция. Эндрю посмотрел на него, нахмурившись. – Что ты хочешь сказать? Нил поднял голову, и в его голубых, как небо, глазах стояли слёзы. – Мой отец... он никогда не любил меня. Для него я был просто инструментом, способом доказать свою власть. Когда я был ребёнком, он... он... Голос Нила дрогнул, и он закрыл лицо руками, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. Эндрю смотрел на него, его глаза смягчились. – Он мучил меня, – продолжил Нил, его голос был едва слышен. – Бил, унижал... А потом... потом... Он не смог договорить, но Эндрю понял. Он протянул руку, но не прикоснулся, давая Нилу пространство. – Люди в моей стране всегда смотрели на меня с презрением. Для них я был никем, хотя и носил титул принца. Они шептались за моей спиной, смеялись надо мной. А отец... он знал, что я слаб, и использовал это. Слёзы катились по щекам Нила, и он даже не пытался их вытереть. – Я думал, что смерть будет лучше. Когда меня решили отдать тебе, я был... рад. Рад, что всё закончится. Эндрю нахмурился, его челюсти сжались. – Не говори так. Нил посмотрел на него, его лицо было искажено болью. – Почему нет? Это правда. Я не видел смысла в своей жизни. До сих пор не вижу. Эндрю вдруг схватил его за плечи, заставив взглянуть в свои карие глаза. – Ты видишь смысл сейчас. Потому что ты жив. Потому что ты здесь. Ты сильнее, чем думаешь, Нил. Нил смотрел на него, поражённый неожиданной твёрдостью в его голосе. – Сильнее? – горько усмехнулся он. – Я слаб. Я... – Нет, – перебил Эндрю. – Ты выжил. После всего, что с тобой сделали, ты всё ещё стоишь на ногах. Это и есть сила. Слёзы продолжали катиться по щекам Нила, но он вдруг почувствовал странное тепло, исходящее от слов Эндрю. – А ты? – тихо спросил он. – Почему ты здесь? Почему ты не ушёл, если мог? Эндрю вздохнул, отпуская его плечи. – Потому что я думал, что это моя судьба – быть одному. Но, возможно... возможно, я ошибался. Нил посмотрел на него, чувствуя, как между ними возникает связь, которой он не мог объяснить. – Я рад, что стал твоей жертвой, – прошептал он. Эндрю замер, удивлённый этими словами. Он ничего не ответил, просто сел рядом и положил руку на плечо Нила, молча поддерживая его. Так они и сидели, два сломанных существа, которые вдруг поняли, что их одиночество больше не так непреодолимо.