Повелитель пыли

— «Шото, щас я схожу в учительскую и потом мы вместе идëм ко мне домой.» — Зачем? — «Дело есть.» — Я не хочу есть дело, я хочу — крем брюлле.       На этом моменте у меня знатно подгорело. — Слышь ты, черепаха двумордая, выëбываться потом будешь. Я сказал, что надо ко мне прийти — придëшь блять, — я дëрнула Шото за воротник рубашки. — У меня и без тебя день хуйня, так не усложняй себе жизнь.       Пока я старательно материла себя за необдуманную вспышку гнева, а окружающие нас одноклассники ахуевали от моего словарного запаса, Шото примирительно поднял ладони и сказал короткое «ладно», после чего отцепил мою руку и сделал шаг назад. — Иди в учительскую… — Без тебя разберусь… Кха…       Мрачно хромая в уже известную сторону, я очень сильно хотела кому-нибудь врезать. Мало было того, что я проспала, так ещё и новое задание мне прям перед школой выдали. Я ещё и навернулась сначала с кровати, потом с лестницы, а Даби не подумал держать язык за зубами. Вот же ж. А задание… — Ты чë здесь забыл? — я остановилась рядом с воротами Юэй.       Передо мной стоял знакомый превратник с территории клана, всё такой же длинный, тощий и нескладный. В чумной маске с клювом дятла. — Работаю, — он фыркнул, сунув мне восемь раз свëрнутый лист. — Новое задание. Зелëнка передать пока что не может, у него экзамен, так что меня послали, — он недовольно цыкнул. — Топай давай, а то опоздаешь. Или ты уже опоздал? Я здесь с самого утра торчу… — Заткнись, — в очередной раз вспоминать о своём опоздании не хртелось. — Вали отсюда.       Задание состояло из пары коротких предложений. Для начала прощупать почву, а затем — привести Тодороки Шото в Шие Хассайкай. Задачу дерьмовее не придумаешь. Сделать злодеем парня, чей отец — герой Номер два? Из Чисаки ирония так и прëт. — Ичиго, — в очередной раз позвал меня Айзава-сенсей.       Я моргнула. — А… «Простите, задумался,» — ещё раз моргнула, почесала затылок. — «Вы что-то спрашивали?» — Я просил тебя рассказать, что случилось, — класрук оторвался от чего-то в компьютере и повернулся ко мне. — С кем подрался? — Я не дрался, кха, — я потрогала горло. — «Я не дрался. Хотя, лучше бы это было так…» — Что случилось? — продолжил спрашивать сенсей.       От соседнего стола поднял голову классный руководитель первого В. Я посильнее сжала рукрятку трости. Неприятненько, мягко говоря. Точно пойду просить у босса разрешение на спарринг с Раппой, иначе сорвусь, как сейчас с Шото… — «Упал,» — мне не поверили. — «С кровати,» — я сцепила зубы. — «А потом ещё и с лестницы в коридоре.»       Точно сегодня явлюсь пред ясны очи босса. Иначе кого-то покалечу. — И поэтому опоздал на три урока? — «Проспал.»       Айзава смотрел на меня очень долго, мне даже начало казаться, что он отключился и спит с открытыми глазами. — Ладно, — наконец вздознул классный руководитель, потерев лицо ладонью. — Иди домой.       Я согнулась в поклоне, после чего вышла из учительской. В коридоре меня ждал Шото. Только Шото. — А… А эти где? — Кто? — Ну… Хагакурэ… — А брат говорил, что ты к ней неровно дышишь, — Шото фыркнул.       Я не сдержалась.       До ворот мы шли молча. Я переваривала раздражение и разминала кулак, Шото прикладывал лëд к саднящей щеке. — Заебали мне её приписывать, — пробурчала я, отключая машинку на шее и убирая её в сумку. На телефоне был открыт переводчик. — «Вот тебе бы понравилось, если бы тебя постоянно сводили с Яойрозу?» — А она при чëм? — «Вы на уроке у Всемогущего пять раз в паре были.» — А, — и ему было совершенно похуй, даже не смутился. А я видела его смущëнное лицо, я знаю о чём говорю. — Вот и я про то, — я почесала затылок. — С чего вообще все решили, что я с ней как-то по особенному… Ну… Это самое… — С чего все решили, что ты с ней встречаешься? — Да! — до меня дошло. — Что блять? Кто это спизданул?! — Да это даже озвучивать не надо было, — Шото удивился. — Ты не оттолкнул её руку, когда она сегодня тебя касалась, вы ездите домой вместе, ты её провожаешь, Даби говорил, что вы каждый день переписываетесь. И ты говоришь, что вы не встречаетесь? — Мы не встречаемся! — А как назвать то, что в первый день вы ушли от камер и всё время перед началом задания провели непонятно где и делая непонятно что? — Ты про урок у Всемогущего? — Ага.       Стало неловко. К ушам и щекам прилил жар. — Мы готовились. — А зачем надо было уходить? — Надо было и всё тут, — я не слишком сильно треснула Шото тростью. — Умолкни. — Вы занимались непотребствами? — ЧТО-О-О?!       У меня закоротило часть мозга, отвечающую за эмоции и адекватные действия. Я снова врезала Шото.       До нужной станции мы ехали молча. Шото слушал музыку, я нервно стучала пяткой по полу. В какой-то момент ему это надоело и он положил руку на моё колено. Бить Шото при свидетелях я не хотела. Мы ехали под скрывающиеся взгляды пожилых женщин и смущëнно смеющихся девушек. Когда мы вышли из метро, я снова врезала Шото, он снова приложил к щеке лëд. — Мне кажется, или ты сегодня какой-то особенно злой? — Я сегодня с лестницы наебнулся, а ты это всему классу растрещал. — Ну прости уж. — Да тебе даже не жаль.       Мы зашли в комбини, я купила роллы, Шото взял себе газировку. На кассе была очередь, мы пристроились в самом хвосте. — Что ты думаешь о том, чем я занимаюсь? — О твоих недо-отношениях с Хагакурэ? — Нет, — у меня даже уже не было желания его бить. — Я про организацию и всё такое. — Пока вы бесите моего отца — всё прекрасно, — Шото пожал плечами.       Пожилая женщина наконец расплатилась за свои многочисленные покупки и принялась собирать их в пакеты, очередь, как будто, облегчëнно вздознула и пошла живее. — А Старатель расследует что-то связанное с Шие Хассайкай? — удивилась я. — Ну, типа того, — Шото пожал плечами.       Мужчина перед нами коротко обернулся, удивлëнно окинул взглядом, но тут же отвернулся — его очередь была следующей. — Пиздец, — мужчина снова оглянулся, я спокойно выдержала его недовольный взгляд. — Честно говоря, я почти не интересуюсь внутренней кухней всего этого, — пожала плечами, — моё дело маленькое. — Настолько маленькое, что с тобой общается босс. Лично. — Не придирайся к деталям. — И ты ездил в командировку в другую префектуру за чужой счëт. — Оно было и в моих интересах, и в интересах организации. — А ещё поступил в Юэй просто потому, что тебе сказали. — Твой отец хотел этого больше. — Вы будете платить?       Настала моя очередь.       До дома мы шли молча. Опять. Как будто темы для разговоров появлялись раз в много минут и слишком быстро быстро иссякали. — Надо будет съездить к сестре, — без всего вдруг сказала я. Мысль пришла так же неожиданно, как и вылетела на воздух. — Хочешь, чтобы я поехал с тобой? — Ага.       Впереди замаячил мой дом, я сократила радиус подконтрольной пыли территории. Где-то пронëсся молоцикл. Думаю, его скоро остановят и оштрафуют за такую скорость. — Сегодня?       Я посмотрела на Шото. В темноте, на фоне белоснежных волос и светлой кожи, его ожог казался чëрным, в этой темноте светился бирюзовый, как у старшего брата, глаз. Я остановилась. Обняла Шото. По сравнению с Даби он был совершенно маленьким. Это было не странно, но непривычно. Так же непривычно, как и то, что он тоже меня обнял. — Значит, сегодня, — констатировал он. Я вздохнула, отлепляясь от тëплого с одной стороны Шото. — Мы, кстати, давно не обнимались. — Это потому, что ты давно у меня не был. — Или потому, что у тебя теперь для обнимашек есть Тойя? — Не неси бред, — я поморщилась. — Только Даби не говори, куда мы пойдëм. — А чего так? — Не хочу, чтобы он тоже напрашивслся. — Ты не показывал ему свою сестру? — Показывал, но… — я вздохнула, нажимая на кнопку лифта. За время разговора после обнимашек мы дошли до подъезда. — Просто не хочу.       Скорее всего он вспомнит про учителя и его странности, не хочу, чтобы он попытался отговорить меня или что-то подобное. — Как скажешь.       Поднявшись на этаж, я прошла к двери и открыла её ключом, после чего повесила сумку на крючок, забрала сумку Шото и повесила туда же, перекинулась парой слов с Даби, не ответив на его вопрос о том, что я хочу на ужин, после чего вышла из квартиры следом за Шото и закрыла дверь. — Вы поссорились? — С чего ты взял?       Я посмотрела на Шото, он ответил мне усталым взглядом человека, который давно прохавал эту жизнь. — Нет. — Это из-за того, что он лишил тебя своей готовки на месяц? — Нет. — А почему? — Потому что после больницы ещё кое-куда надо будет зайти.       До закрытия метро было ещё часа три, мы вполне успевали добраться до больницы, но вот дальше придëтся шататься по городу на своих двоих, потому что после полуночи и автобусы тоже ходили очень редко.       Медсестра на ресепшене была другая, она не знала, кто я, а потому попросила записаться. Уборщица, к счастью, была всё та же, так что меня и Шото пропустили, лишь велев накинуть белые халаты. Я поднялась пешком, на своих двоих пересекла коридор и оказалась перед дверью в её палату.       Тонкие кости, обтянутые бледной прегаментной кожей, тонике, словно покрытые пылью и паутиной серебристые волосы. Я резко захлопнула дверь, делая нетвëрдый шаг назад. Она… Причуда отказалась держать меня, следующий шаг стал последним и я упала, во все глаза глядя на закрытую дверь. Она… Я отползла к противоположной стене, вжавшись в неё всем телом. Этого не могло быть. Она не могла… Как? Почему? Это… В сознании вспыхнули очертания, я зажмурилась, сжимаясь вся, целиком, мне казалось, что сейчас сожмëтся самая моя душа, моё сознание превратится в точку и укатится в стык между плитами. Лишь бы эти кости не касались меня. Лишь бы она не добралась до меня, не схватила своими обтянутыми пергаментной кожей жëсткими пальцами. Помогите… — Даби…       Точно. Он поможет мне. Он сможет помочь мне. Он меня защитит. Обязательно. Даби. Я кое-как заставила себя отодрать руку от собственной головы и нашарить в кармане телефон. Только бы он пришëл. Так темно и страшно.

***

      Даби влетел на этаж с серьëзным выражением, маской застывшим на лице, больничный халат едва держался на нём. — Что случилось? — обратился он к брату, старающемуся хоть как-то поддержать Ичиго. Сжавшегося в комок и дрожащего Ичиго. — Он позвонил мне, но толком ничего не объяснил. — Не знаю, — Шото коротко глянул на дверь. — Открыл дверь, захлопнул, упал и… Вот. Я даже медсестëр позвать не могу, что с ним может случиться? — Доку бы позвонил, — оборвал брата Даби, направляясь к двери и намереваясь выяснить, что за ней.       Что могло так сильно напугать Ичиго? Даби казалось, этот пацан натерпелся столько, что уже ничего не могло бы его довести, кроме собственного сознания. — Вот же сволочь.       Шото с недоумением посмотрел на брата, который стоял перед открытой дверью и не двигался. Он резко развернулся и направился к Ичиго. Опустившись на колени Даби взял лицо Ичиго в ладони и с силой поднял вверх, заставляя посмотреть на себя. — Он обманул тебя. — Н-нет… Даби… Она… Она там… Ты видел её?.. — последнее Ичиго произнëс задушенным испуганным шëпотом, до предела расширив глаз, из которого градом катились слëзы. Поняв что-то для себя, он резко вырвался из рук Даби и отшатнулся назад, ударяясь затылком о стену только для того, чтобы согнуться уже от боли. — Ты видел её! Видел! Это… Ты ведь закрыл дверь?! Даби! Дверь! Закрой её! — Она закрыта, закрыта, — не позвляя посмотреть себе за спину Даби снова взял подростка за щëки, установил зрительный контакт. — Хокори, послушай меня. Дверь закрыта, но за ней никого нет. Ты слышишь? За дверью никого нет. — В том-то и дело, — Ичиго говорил это каким-то суеверным заговорщецким шëпотом. — Это забрало мою сестру. Моей сестры там, вероятно, уже нет…       Из жëлтого глаза вновь полились огромные градины слëз. — Она придëт и за мной, — он вдруг улыбнулся, словно из последних сил. — Теншино-сенсей был прав… Он был прав, так ведь, Даби? — В чём прав? — Даби чувствовал, как по затылку пробегает табун мурашек, а волосы поднимаются дыбом от ужаса. Причуда того ублюдка всё ещё действовала на Ичиго, сводя его с ума галлюцинацией. Даби не увидел в комнате ничего кроме кровати с подключëнной к ИВЛ Хайко. — Он был прав…       Пока Даби разбирался с Хокори, Шото осторожно отошëл и заглянул в комнату. Хайко всё ещё лежала на кровати, всё ещё без сознания, но и только. Никаких костей и паутины, о которых бормотал Хокори, не было.

***

— И что здесь произошло?       Старатель возвышался над всеми присутствующими, сверкал сталью бирюзовых глаз и тяжело дышал. Даже Яваракай-сенсей с торчащими ушами на его фоне выглядел не настолько высоким, что уж говорить о Шото и Хокори, второй из которых, к тому же, лежал на больничной койке и не подавал признаков жизни кроме слабого дыхания.       Когда Шото обернулся, Тойя держал в руках телефон Ичиго и искал кого-то в контактах. Неужали знает пароль? Или у Ичиго вообще пароля на телефоне нет? В таком состоянии он бы вряд ли мог его дать. Даби нажал кнопку звонка, с той стороны ответили почти сразу же, после чего Тойя в трëх коротких предложениях описал ситуацию, а через полчаса в коридоре появился мужчина в медицинском халате и с серебристым чемоданчиком в руке, следом за ним шли две медсестры. Доктор остановился рядом с уже не реагирующим почти ни на что Ичиго, присел, открыл чемоданчик, достал какую-то ампулу и шприц, только тогда Шото заметил, что с медсëстрами появилась и каталка, на которую в скором времени Тойя положил введëного в сон Ичиго. Они спустились на этаж, вкатили Ичиго в пустую, но явно подготовленную палату с шестью кроватями, после чего положили на дальнюю, ближайшую к окну. Яваракай-сенсей обсуждал что-то с Тойей, они стояли в коридоре и Шото их не слышал, так как стоял рядом с кроватью и смотрел как медсëстры снимают с его друга обувь и монокль, укрывают одеялом. А потом брат, явно недовольный, вошëл в палату, жестом попросив медсестëр отойти, они вышли к доктору. — Я должен уйти. — Почему? — Шото резко обернулся. Он думал, что Ичиго достаточно важен для Тойи, чтобы тот подождал его пробуждения. — Состояние Хокори сложное, Док вынужден вызвать нашего старика, так как он временный опекун, — взгляд Тойи был прикован к лежащему на кровати подростку. — Сейчас я коротко перескажу тебе то, что уже сказал Доку, обсудишь с ним до прихода Старателя, чтобы не расходиться в фактах.       Шото сглотнул.       А теперь Старатель слушал их с Яваракай-саном общую версию причины такого состояния Ичиго. Они с Шото шли в больницу, на них выскочил какой-то незнакомый тип, во все стороны разящий подозрительными серыми волнами, попал в Ичиго, но тут же извинился, после чего пропал из виду, а потом, придя в больницу, Ичиго… — Значит, попал под ментальную причуду, — сделал вывод Старатель, растирая лицо ладонью. Он был в гражданском, без огня. Кажется, его вызвали в законный выходной, если бы не Ичиго, Шото бы даже позлорадствовал. — Шото, потом дашь мне описание этого человека. Доктор, — он развернулся к Яваракай-сенсею, — вы сможете поставить его на ноги за две недели? — Но… Это ведь ментальная причуда, — опешил Шото. — Разве Хокори восстановится всего за две недели? Ты ведь должен знать, насколько для него важна Хайко-сан! — На Фестивале у тебя должен быть достойный соперник, — оборвал его Старатель. — Или ты хочешь побеждать слабаков? Я тебя этому учил?       Шото смог только зло цыкнуть и отвернуться обратно к Хокори, который всё ещё спал. Шото даже был рад, что он не слышит всё это. — В общем, я ожидаю, что вы сможете вылечить Ичиго Хокори за две недели, — кивнул доктору Старатель, после чего вновь посмотрел на Шото. — Ты моë лучшее творение, Шото. Ты обязан победить на Фестивале, но я хочу, чтобы ты превзошëл не кого-то, а Ичиго Хокори. — Твоё лучшее творение мертво, — пробормотал он. — Что? — Я сказал: твоё лучшее творение — мертво! — Шото с ненавистью взглянул на отца и выскочил из палаты.       Он был зол, ненависть бурлила в нём лавовым ядром и успокоиться не получалось. Сначала довëл Тойю, а теперь взялся за них с Хокори? Ублюдок! И как у него только наглости хватает говорить это с таким серьëзным лицом?!       Яваракай-сенсей нашëл его на крыше, сидящим на кроточках и прижигающим правую руку не обращая внимания на застилающие глаза слëзы. Шото заметил мужчину не сразу, только когда вместе с палëным запахом собственной кожи почуял сигаретный дым. Закашлялся. — Что, не нравится? — доктор и не подумал отвернуться, так и стоял оперевшись спиной о бортик крыши и дышал дымом, держа сигарету в правой руке, очень близко к Шото, но явно не специально. Наверное. — Нет. — Дышать собственным мясом тебе больше нравится, как я погляжу, — Шото сморгнул остатки слëз, посмотрел на правую руку. На оставшиеся от пальцев круглые следы-ожоги упали солëные капли. Он дëрнулся от резкой боли. Мужчина рассмеялся. Не зло, а как-то устало, как будто уже видел такое.       Они молчали. Яваракай-сенсей курил, Шото сидел и смотрел куда-то вперëд. Не важно куда. Сигарета подошла к концу, врач достал портсигар и вынул ещё одну. Шото не особо задумывался, когда протягивал горящие пальцы вместо зажигалки. — Куришь? — затянувшись и благодарственно кивнув спросил мужчина. — Нет. — Брат курит?       Шото поднял голову.       Брат курит. Шото видит его курящим при каждой встрече. Это у него Шото научился зажигать сигареты от пальцев. У него он научился контролировать пламя. Не у отца. — Даби твой брат, верно? — продолжил задавать вопросы Яваракай-сенсей. — Его зовут Тойя. — В нашей ситуации будет уместнее называть Тойю Даби. — Откуда вы знаете?       Доктор затянулся, перевëл янтарно-жëлтый глаз на Шото. Не такой, как у Ичиго, но такой, как у его подруги. Парень вспомнил, что Яваракай-сенсей отец Куки. Но это было не важно. Не сейчас. — Знаю что?       Действительно. Знает, что Тойя и Даби — один человек? Знает, что Тойя-Даби — брат Шото? Знает, что это «погибший» сын Старателя?       Шото не смог ответить. — Я зашивал его, когда мне принесли его лет… Сколько лет назад это было? — доктор затянулся. Этот жест показался Шото очень знакомым. — Вот тебе сколько? Шестнадцать? — Шото кивнул. — Значит, это было… Лет двенадцать назад? Кошмар, я уже такой старый.       Яваракай-сенсей тихо рассмеялся. Ему не было смешно, ему было грустно. — Под лучшим творением Старателя ты подразумевал своего брата, верно? — и парень снова кивнул.       Доктор смотрел на него холодными янтарными глазами, больше не излучающими того понимания и принятия, с которым смотрели раньше. По спине Шото пробежал табун мурашек. Неужели этот человек тоже как-то связан с криминалом, в котором увязло практически всё окружение Шото? И как он раньше этого не понял? Разве стал бы обычный врач лечить и покрывать преступников? Он… Как-то связан с организацией, о которой однажды случайно упомянул Изуку? Та самая, на которую работает Ичиго? — Причуда Даби куда мощнее, чем он думает, но в его сейчашнем состоянии опасно раскрывать все карты, — Яваракай-сенсей покачал головой, докуривая и туша окурок о бортик крыши. — Было бы неплохо, если бы он сам случайно обнаружил, что может больше. Глупый мальчишка. А ты не смей никому говорить, даже Хокори.       Шото опустил голову. Разумеется он никому не скажет. Он ведь даже не знает, что именно доктор подразумевает под «бóльшими возможностями» причуды Даби. Есть пламя сильнее того, которым управляет его брат? Такое вообще возможно? Шото уже пробовал касаться синего пласени — удивительно, но он обжëгся, хотя брат зажëг не самое сильное, так как не желал обуглиться ещё больше, чем было. — Пойдëм, обработаю тебя.       Яваракай-сенсей оттолкнулся от бетонного ограждения крыши и направился к лестнице. Шото не сразу понял, что это было обращено к нему, а потому поднялся на ноги только когда мужчина был уже возле двери на лестничную площадку.