Повелитель пыли

      Тихо.       До писка крови в ушах, до шороха дыхания, до стука сердца. В этой тишине было слышно всё. Раздражало.       Похоже, я успела отвыкнуть от неё за две недели.       Но я по ней скучала.       Сняв монокль, я упала на диван, уткнувшись лицом в подушку и закрыв глаз. Потом перевернулась на спину, уставившись в потолок.       Здесь никого не было неделю как минимум. Пыль накопилась. Типа, не так, как она копится в непоследственной близости со мной, а равномерно. А ещё овощи в холодильнике подпортились, но это я обнаружила потом.       Ожил телефон на журнальном столике. Я его проигнорировала. Я только вернулась с двухнедельной пытки проживанием с оравой детишек, можно мне немного тишины и спокойствия. Но телефон завибрировал снова. И снова. И снова. Раздался звонок. — Алло, — я нехотя подняла трубку. — Хокори! — возмущëнно раздалось с той стороны. — Зачем так орать, я слышу, — я закрыла глаза сгибом локтя свободной левой руки. — Чë случилось? — Кацуки похитили, вот что случилось! — как и ожидалось, Изуку был очень возмущëн этим фактом. И явно хотел, чтобы я с этим разобралась. — С отчëтом к боссу я приду завтра, так что умерь свой пыл, — я вздохнула. — За один день с твоим ненаглядным ничего не случится. К тому же, этим точно занялись герои, так что нам лезть в разборки с похищением опасно. Босс не говорил тебе об этом? — Хокори, — теперь меня назвали по имени уязвлëнно. — Ты мне всё расскажешь. — Разумеется.       Я отключилась. Последним сообщением в чате было «я к тебе домой приду», на что я ответила «не надо мне угрожать» и скинула стикер с показывающим язык кошкомальчиком. Что ж, он точно заявится ко мне вечером, так что стоило бы хоть немного прибраться, чтобы изобразить отсутствие полного упадка. И посмотреть, осталось ли в этом доме хоть что-то съедобное. — Значит они напали на лагерь с целью похитить тебя и Кацуки, чтобы потом переманить вас на свою сторону? — Изуку, зарылся пальцами в волосы. — Ага, — я с громким звуком хлебнула чай из бокала. — Именно так. — И по пути один из них решил, что Токоями тоже может стать хорошим злодеем и вместо тебя прихватил его? — Ну типа, — я прищурилась. — Меня даже не пытались хватать, у нас с Томурой соглашение. А ещё выражение «хороший злодей» звучит странно. — У вас с Томурой… ЧТО-О-О??!       Друг перешëл на громкость сирены и мне пришлось затыкать ему рот печеньем. Вкусным, апельсиновым. Пока Мидория возмущëнно глотал печенье, наконец соизволив хотя бы пригубить свой бокал чая, я рассматривала своё крайне уставшее отражение. Мы сидели в гостиной, на диване, пили чай и я делилась новостями. Можно было бы подумать, что у нас идиллия, если опустить то, что заявился ко мне Изуку совсем не в хорошем расположении духа, а я совершенно не хотела принимать гостей. Я хотела забраться под одеяло и уснуть. — А теперь ты подробно мне всё расскажешь, — серьëзно сказал Изуку, ставя едва ли опустевший бокал на журнальный столик. — Давай завтра, — я откинулась на спинку дивана. — Серьëзно, меня уже вырубает. — Но… Ох, боже, Хокори, ты скрыл от меня… От босса то, что у тебя какое-то соглашение с Шигараки Томурой, — он потëр лицо ладонями, уставившись в потолок. — Завтра утром я за тобой зайду. — Ага, — я моргнула. Медленно, ещё и ощущение такое, будто в глаз песка насыпали. — Потащишь меня на разбор полëтов. Как хочешь. Но… Разве я уже не докладывал боссу о том, что меня пытались ввязать во всё это ещё тогда, в больнице? — Так ты про тот раз? — А ты про что подумал? — Я подумал… А что насчëт инцидента в торговом центре? — А… Не, мы никаких новых соглашений не заключали.       Он тяжело выдохнул.       Проводив Изуку, я сгрузила посуду в раковину, решив оставить всё на завтра, после чего, наконец, завалилась спать. И посреди ночи кровать рядом со мной прогнулась. Для начала в Даби полетел кулак, а потом я, собственно, догнала, что это Даби, и вовремя остановилась. — Блять, ты чë так пугаешь? — я села, возмущëнно смотря на парня, который сидел на другой половине кровати и так же возмущëнно смотрел на меня. — А ты чë так резко реагируешь? — Я две недели рядом с Минору проспал, у меня нервы ни к чëрту, — я потëрла лицо ладонями. — Честное слово, выйду с каникул — первым делом отправлюсь к директору, разговартвать о поведении этого извращенца. — Он… Приставал к тебé? — и в этом вопросе ясно было понятно, что Даби удивляет больше возможный объект приставаний, чем то, что Минета к кому-то лезет. — Нет, просто врезать ему — было самым простым способом успокоить, пока не сбежал подсматривать за девчонками.       Мы какое-то время молча смотрели друг на друга. Точнее, я смотрела на Даби, а видел ли Даби хоть что-то в тëмной комнате с задëрнутыми шторами — без понятия, но его голова была повëрнута в мою сторону. — Чаю? — наконец предложила я.       И вот я второй раз за вечер пила чай. В этот раз на кухне и в компании Даби. Он сидел на своём месте, слева, смотрел на меня каким-то особо-пристальным взглядом и из-за этого таки именно ПИТЬ чай было сложно. — Ну и чего пялишься? — я нахмурилась, поворачиваясь к нему. — Да так…       Даби протянул руку, зачëсывая мою чëлку назад и открывая лоб, я удержалась от того, чтобы отклониться назад. Он продолжил что-то разглядывать, провëл большим пальцем по левой брови.       А, вот оно что. — Не грусти, оно затянется за пару дней, — я попыталась опустить руку Даби, но у меня это не получилось. — Ну и чего ты? — Этот ублюдок попортил такое милое личико, эх, — горячий шершавый палец ещё раз прошëлся по моей ране, после чего Даби таки убрал руку, предварительно взлохматив мне волосы. — Да кому вообще важно, как я выгляжу, — пробурчала я, приглаживая чëлку. — Я что в геройской, что в злодейской версии в маске хожу. — Ну не знаю, Хагакурэ, например… — Хватит везде и всюду её припоминать! — я поморщилась. — Достало. С кем не начну разговор — всё сводится к обсуждению моих отношений с Хагакурэ! — Прости-прости, — Даби фыркнул, прихлëбывая чай. Наверное, тот уже остыл. — Но… Тебя правда не волнует внешность? — А должна? — Не знаю, у меня пол тела в ожогах.       Мы ещё какое-то время пили чай молча. Даби разогрел ладони, подогревая и чай. Мою чашку он тоже подержал в руках.       Думаю, по-хорошему нам нужно было поговорить о каких-нибудь важных вещах типа событий в лагере, мне нужно было уведомить его о том, что его клон мало того, что повесил на оригинал убийство злодея, так ещё и возможное убийство ребëнка приписал, обсудить ситуацию с подменой Хагакурэ или что-то в этом духе. — Меня вполне устраивает моя внешность.       Вместо этого случился очередной экскурс в мою чëртову прошлую жизнь. — Я, типа, даже счастлив, что она такая, какая есть, — пальцы против воли тревожно потянулись к левой щеке.       Не то, чтобы у этого тела была такая привычка. Она была у сознания. Моего сознания. Ужасная привычка чесать и трогать лицо, когда нервничаю или задумываюсь. Что-то типа часотки Шигараки. Вот я и нашла ещё одну нашу схожесть, в этот раз — связанную с моим прошлым, а не внешностью. — В прошлой жизни… В прошлой жизни у меня была крайне проблемная кожа, — Даби фыркнул, вероятно, проведя параллель со своими ожогами. — Я серьëзно. В седьмом классе моё лицо было больше похоже на сплошной синяк, чем на человеческое выражение, — я нахмурилась. — «Седьмой класс»… Ты не из Японии, да? Штаты? Европа? Бывшее СНГ? — Не уводи меня от темы, — я откинулась на спинку стула, скрещивая руки на груди. — Так вот… Ещё и расчëсывал весь этот ужас постоянно, оно кровило и мешало жить, а тут… Тут у меня чистая мордашка, — я усмехнулась. — И без всякого лечения. — Только трещины под глазом и бровь рассечена, — Даби снова протянул руку и отвëл от моего лица волосы. — Я всё понять не могу, ты так сокрушаешься о моих ранах или любуешься ими? — Всё и сразу, — меня снова потрепали по голове и Даби поднялся из-за стола, отправляясь к раковине и оставляя в ней бокал. — Пошли, дорассказываешь в комнате. — Да что рассказывать-то, — я последовала за ним. — Теперь у меня идеальное тело, идеальное лицо и идеальная кожа. — А начинка всё та же.       Я плюхнулась на кровать, снимая монокль и убирая его на тумбу, Даби устроился где-то рядом. — Это «идеальный набор самых разнообразных загонов по самым разнообразным темам», — занудно протянула я, откидываясь на подушку и укутываясь в одеяло. — Спокойной ночи. — Ага, спокойной, — и, тем не менее, Даби продолжил: — Не хочешь наведаться в Лигу, когда мы будем уговаривать твоего одноклассника вступить к нам? — Ты хочешь, чтобы он меня узнал и мы с тобой оба оказались в опасности? — Шигараки и так знает, кто ты. Он обрадуется, если ты явишься, — меня погладили по голове, я повернулась на правый бок, подвинулась ближе к Даби. — А чтобы тебя не узнал Бакуго… Ты разве не можешь прикинуться парнем из якудзы? Типа, как вчера, с красным глазом и этим тоном голоса… Ты был похож на сумасшедшего. Не думаю, что взрывной пацан так быстро тебя узнает. — Завтра я обсужу это с боссом, — я закрыла глаз. — А теперь — спокойной ночи, Даби. Всё остальное мы можем обсудить завтра.

***

      Утром поговорить с соседом по квартире не получилось — он ушëл раньше, чем я проснулась. Ну да, каникулы, как-никак, надо же хоть в один из таких дней поспать до полудня. В прочем, проснулась я всё равно не сама. — Почему ты ещё спишь? — на пороге заспанную и крайне недовольную меня ждал такой же недовольный, но совершенно не сонный Мидория. На самом деле он выглядел так, будто не спал всю ночь и всё это время занимался только тем, что нервничал. — А почему ты выглядишь так, будто тебе в жопу шило вставили? — тем же тоном отозвалась я, оставляя дверь открытой и возвращаясь в квартиру.       Изуку последовал за мной, закрыв за собой дверь.       Я, не слишком торопясь, привела себя в человекоподобный вид, поела холодные такояки, остававшиеся со вчерашнего ужина, выхлебала чашку чая и только потом пошла собираться на ковëр к боссу. Всё это время Изуку хвостиком ходил за мной. — Ты так и будешь таскаться за мной всюду, а? — наконец не выдержала я. Этот пристальный взгляд раздражал. Он хочет прожечь в моей спине дыру? — Я просто слежу, чтобы ты не уснул находу, — ворчливо отозвался Мидория, всё же отворачиваясь, когда я начала переодеваться.       Странный, столько раз зашивал меня, а сейчас смущается. Или это потому, что я не на медицинском столе? — Не усну, — я фыркнула. — Кстати, если босс разрешит, я наведаюсь в Лигу в ближайшие два дня. — А?! Но как?! — он тут же повернулся обратно. — По личному приглашению от члена организации, разумеется, — от моей ехидной усмешки он аж скривился. — Не грусти, ничего твоему Бакуго не будет. И вообще, почему ты не хочешь доверить его спасение Всемогущему, к примеру? — Потому что… — Изуку замялся. — Потому что… — Ладно, не важно, — вот только в его мотивации разбираться мне ещë не приходилось. Учитывая то, что потом было с Бакуго, с Мидорией будет так же, если не хуже, — он в итоге ничего не поменяет.       В штабе было странно тихо. На входе нас встретил не привычный тощий и острый на язык парень, а какой-то совершенно не разговорчивый мужик под два метра. По коридорам никто не ходил, вообще, мы с Изуку были единственными, кто нарушал тишину. — Босс тебе ничего особого не рассказывал? — я наклонилась к Изуку, закидывая трость за спину и закрепляя её там. — Может, у нас сегодня проверка какая, а я тут… Ты же в курсе, что мне нельзя появляться в клане, когда сюда пытаются заглянуть герои и полиция? — Хватит задавать так много вопросов, — друг толкнул меня ладонью в лоб. — Я не знаю. Но мне бы точно сообщили, если бы что-то произошло.       После стука в дверь кабинета Чисаки мы ничего не услышали. Ни «войдите», ни «подождите». Это напрягало. — Сегодня неприëмный день что ли? — протянула я. — Вроде бы нет, — нахмурился Сенрëку. — Проверь помещение на наличие людей. — Хочешь, я вообще весь ближайший километр проверю? — Шитанаши, — он потëр лицо ладонями, не обращая на то, что сдвинул маску. — Делай, что нужно.       Я фыркнул.       Что ж, в ближайшем километре определëнно были люди кроме нас с Зелëнкой. В кабинете было пусто, но вот в медблоке… В медблоке была целая толпа. — Тебе пора на работу, — я хлопнул друга по плечу. — Медблок скоро лопнет от количества посетителей. — Это не всегда связано с моей работой…       Мы направились туда.       В помещении и правда было много людей. И практически все они были ранены. Якудза сидели на диванчике возле двери, на полу, спинами подпирая оборудование, на медицинском столе и рядом с ним. И между всеми этими людьми тихой тенью шнырял Крот. Пыль отметила, что в дальней части помещения, за стеклянной и фанерной перегородками, есть ещё трое человек, один из которых — ребëнок. — Я в комнате подожду, работай, — я хлопнул Сенрëку по плечу, направляясь в сторону неприметной двери.       Идти сейчас к боссу было бы чистым самоубийством — там ж одновременно и Эри и коматозный прошлый босс. Если там ещё и я буду, у Кая может что-то перклинить. А мне оно надо? Мне оно не надо. И, тем не менее, я отслеживал ситуацию пылью. Просто так, на всякий случай.       За мной пришли только через три долгих часа, за которые Эри успела сделать упражнения по какому-то предмету (выводить её из той комнаты при такой толпе не «самых надëжных» людей было бы тупо, поэтому Кай приказал Хроностазису принести учебные материалы и усадил девочку за стол в углу), но пришëл не Сенрëку, а Крот. И привëл Коту. — А? А он тут что делает? — я бегло осмотрел мальчишку и посмотрел на медика. — У нас люди закончились, что ли? За ним некому присматривать? — Верно, — отозвался Крот, мягко, в отличие от его тона, подталкивая Коту в мою сторону. — А теперь займись его образованием. — Эй! Из меня херовый учитель!       Я попытался возмутиться, но Крот уже закрыл за собой дверь. Мы с пацаном остались вдвоëм. Я откинулся на спинку кресла, принявшимь медленно крутиться. — Ну и как тебе тут? — Не так плохо, как я представлял, — Кота сел на кровать, положив стопку тетрадей и учебников рядом с собой. — Хотя могло бы быть и лучше. — Уже видел Эри? — я повернулся к нему, наклоняя голову к правому плечу, чтобы чëлка не закрывала глаз.       Кота промолчал. Я сощурился, ещё раз крутанулся в кресле. — Что они тебе сказали? — Что я должен доказать, что меня можно пустить к ценному ресурсу, — он цыкнул. — Ты не говорил, что он рассматривает людей только как ресурс. — А, ну… ты и не спрашивал? — я развëл руками. — А ты ожидал семейную теплоту? — Разумеется нет! — Кота резко поднял глаза на меня. — Вот и хорошо, а то мне было бы неловко, — я наклонился вперëд и похлопал его по голове, после чего причудой подозвал к себе учебники и тетрадки, рассматривая их. — Давай займëмся твоим обучением. Писать-читать-считать умеешь? — Читать… Немного.       Я цыкнул. Значит те слова, которые я выводил пылью перед ним, могли и не быть поняты. Вот облом. — Считать? — Тоже немного. Я знаю как определять время! — Какой молодец, — я отвернулся к столу, кладя на него всю эту макулатуру.       Следующие часа полтора я занимался тем, что пытался не злиться. Да, Кота был сообразительным малым, понимал всё довольно быстро, но… Но меня бесила сама необходимость объяснять что-то. Какого вообще чëрта я должен учить ребëнка школьным предметам? Червяк разума подсказывал, что на меня это взвалили в первую очередь потому, что я же Коту в Шие Хассайкай и притащил, так что он входит в мою зону ответственности. Чëрт. Но это не отменяло моего возмущения! — Давай сделаем перерыв, — я выдохнул, разгибаясь и отчëтливо слыша, как хрустнул позвоночник. Присел на корточки перед тумбой-холодильником. — Посмотрим, что там Сенрëку пьëт последние две недели. — Сенрëку, это тот парень с жуткими глазами? — Кота очень старательно завозился, чтобы повернуть кресло, в котором сидел, не прибегая к помощи рук.       Я поднял на него глаз. Кота не отвернулся. — Это ты про того парня с чëрно-зелëными вихрами, который вечно в костюмчике, рубашечке и со скальпелем? — протянул я, таки открывая холодильник и обнаруживая там склад жестяных банок.       И я даже не знаю, огорчаться мне, что это не пиво, или так же огорчаться, что это энергетики, а значит Сенрëку плотно ебашит по своему сердцу. Вот сдохнет так, а мне потом с последствиями разбираться. В прочем, это лучше, чем если бы он кололся, глотал или нюхал. — Да, — кивнул Кота. — У него глаза жуткие. — И почему же? — я всё же достал одну банку, даже не посмотрев на вкус.       Плюхнувшись на скрипнувшую кровать, я открыл энергетик и посмотрел на пацана, ожидая пояснений. — А ты не заметил? — на мою вопросительно поднятую бровь он поëжился. — Они… Они в темноте светятся.       Я фыркнул, закашлялся, но продолжил смеяться. Кота возмутился: — Я серьëзно! — он почти подпрыгнул в кресле. — Я видел его! Он вскрывал кого-то… И его глаза были… — Так, — я опустил маску на подбородок, выдохнул, хлебнул. Шипящее, сладкое и не пиво. Что ж, в целом тоже неплохо. — Вдох-выдох и объясни мне всё спокойно, — я отполз к стене, согнул колено и упëрся в него локтем руки с банкой. — Что ты видел?       Кота вздохнул, положил ладони на колени и уставился в пол. — Сенрëку вскрывал какой-то труп, пел что-то. Потом он посмотрел на меня взглядом… Таким, как будто анализировал что-то очень-очень интересное… Что можно разобрать на запчасти, а потом с таким же взглядом продолжил резать того человека, — пацан ещё раз вздохнул. За время рассказа он успел сильно побледнеть. — И… У него глаза светились… Внутри. Как будто на фотографии некачественной… Красные точки были в зрачках… — Вот как.       Я упëрся затылком в холодный бетон. Красные зрачки у Сенрëку? Может, причуду пробудил? Я вспомнил, как в шутку спрашивал его о причуде, когда Сенрëку… Тогда ещё просто Изуку позвонил мне и сказал спасать Бакуго. Видимо и правда причуду пробудил. Вот только почему мне не рассказал? И… Значит, босс его не из-за беспричудности приметил? К тому же, интересно, что у него за способность, если это она. — И что теперь? — Думаешь, он демон? — я посмотрел на Коту. — Да и у меня тоже глаз красный и в темноте светится. — Не всегда, — покачал готовой мальчишка, а потом до него дошëл смысл вопроса и Кота весь сжался. — Он что, правда демон?       Я рассмеялся. — Не-ет, ну как уж Сенрëку не обзывали, а демоном — ни разу, — я усмехнулся, хлебнул энергетик. Эта штука и правда дарила заряд бодрости, схожий с эйфорией. — Ну или он не рассказывал. Сенрëку не демон. Просто… Это проявление его причуды, — я приложил указательный палец левой руки к губам растянутым в улыбке. — Но об этом — никому.       Кота вздрогнул и порывисто кивнул, а я сделал мысленную заметку поговорить об этом с Изуку. Это для пацана я назвал сумасшедший взгляд Сенрëку причудой, а вот как оно на самом деле — ещё предстояло выяснить.       Мы продолжили заниматься. Точнее, Кота отвернулся обратно к столу и продолжил заниматься, а я уставился в стену напротив и время от времени прихлëбывал энергетик. Эта штука постепенно начинала нравиться мне всё больше, хоть и не заменяла алкашку. Но не при ребëнке же бухать, верно? — У тебя… Тоже такой взгляд был, — в какой-то момент сказал Кота, мне даже сначала показалось, что послышалось. — Когда ты с тем злодеем дрался. — Да? — я открыл глаз, смотря на спинку кресла, полностью скрывающую Коту. Если он думает, что ему так безопаснее со мной говорить, что ж, его право. Главное, что разговартвает, а не молчит, как Эри. — У меня тоже зрачок красный был? — Нет, у тебя весь глаз светился. А ещё ты смотрел… Так, — как «так» Кота не пояснил. — Никто из тех, кого я здесь видел, кроме вас двоих, так не смотрит.       Я лишь промычал что-то в ответ, велев пацану возвращаться к заданиям.

***

— Эй.       Меня ткнули в щëку чем-то холодным, я завозился и с трудом открыл глаз. Видно никого не было — только бетонный потолок и одинокую лампочку на шнуре. Пришлось поворачивать голову.       Рядом с кроватью на корточках сидел Кота и тыкал в меня пальцем. Тетради и учебники ровной стопкой были сложены на краю стола. Я потëр лицо ладонями и с тяжëлым вздохом повернулся на правый бок, вставать не хотелось. — Чего у тебя пальцы такие холодные, — я потрогал руки и нос пацана. Он, очевидно, замëрз. — Ничего, — Кота отшатнулся, чуть не падая, но вовремя цепляясь за край покрывала. — Ты почему уснул? — Потому что не привык… К такому, — я покачал пустой банкой от энергетика, которая, как оказалось, всё это время лежала рядом со мной. Ну хоть не разлил ничего. — Всё сделал? — Всё, — мальчишка вернулся к креслу и забрался в него. — Проверяем? — Не, этим пусть Сенрëку займëтся, — я всё же сел, причудой осматривая ближайшие помещения.       Получалось так, что Сенрëку заканчивал штопать последнего пациента, параллельно разговаривая о чëм-то с Кротом и боссом. Эри спала за столом, положив голову на скрещенные на тетради руки. — Сюда никто не заглядывал? — Нет. — Чë, правда? — я даже проверил, не закрыл ли случайно дверь на замок. Нет, дверь была открыта. — Капец они мне доверяют. — А не должны?       Я встретился с удивлëнным и настороженным взглядом. — По части воспитания подрастающего поколения — не должны.