Вся правда о глэммарях

Перелет был недолгим. Они прилетели к вечеру. Фойе отеля в вечернем Вегасе гудело, как сцена после взрыва. Яркий свет, отполированные мраморные полы, сотрудники с выдавленными улыбками и ор фанатов за стеклянными дверями. — Нахуя столько крику, блядь, — проворчал Никки, волоча чемодан и прикрывая лицо очками. — Кто, сука, слил инфу, что мы прилетели сегодня? — Винс, — выдохнули Томми и Мик в унисон. — Эй, зато теперь у нас вход как у рок-королей! — ухмыльнулся Винс, снимая очки, чтобы послать фанаткам воздушный поцелуй. — Пусть знают, что мы снова в городе. Джанет шла сбоку, прижимая гитарный чехол к груди и пытаясь выглядеть так, будто всё под контролем. Но глаза её бегали. — Это чё, каждый раз так будет? — тихо бросила она Томми. — Добро пожаловать в Mötley World, детка, — ухмыльнулся он. — Нравится быть рок-звездой? — Ещё даже не началось, а я уже хочу напиться, — пробормотала она. У ресепшн их уже ждал вымотанный менеджер обливавшийся потом и жонглирующий бумажками у ресепшна. Рядом стояли охранники, отгоняющие особо буйных фанов от стеклянных дверей. — Всё, всё, всё, я зарезервировал, — торопливо проговорил менеджер. — Значит так! Сюиты на весь этаж. Каждому по номеру, плюс раздевалки и техпомещения. Вот, — он начал раздавать карточки. — Эй-эй-эй! — тут же влез Томми, перегибаясь через стойку. — Мне с моей девочкой, — он кивнул на Джанет, — нужна одна кровать. Самая большая, которая у вас есть. С вибрацией, если можно. И чтоб джакузи рядом. И без ёбаных соседей, которые жалуются, когда кто-то кричит от удовольствия. Мда, и плотно закрывающиеся шторы - мы ж не из монастыря, правда? Ресепшионистка застыла, менеджер охуел. — Томми, ты дебил? — прошипела Джанет, поворачиваясь к нему. — Схуяли мы в одном номере? — Да ладно тебе, — усмехнулся он. — Мы же с тобой одна команда, бэйба. В одной группе, в одном туре… в одной кровати. Экономим бюджет. Сплочённость коллектива, все дела. — Томми Ли! Не торопишься ли ты? — А ты типо не против?, — подмигнул он — Заткнись! — буркнула она, но карточку у менеджера всё же взяла. В этот момент снаружи толпа буквально взорвалась — к отелю подогнали прессу. — “Это официально!” — завизжал репортёр в камеру. — “Mötley Crüe только что прибыли в Вегас! Фанаты в экстазе, нас ждёт безумная неделя!” — Нахуй идите!, — крикнул Никки отмахиваясь от камеры, проходя мимо и демонстративно показав фак в камеру. — Я вас, блядь, не звал. — Кто пустил прессу в ебучее лобби?! — взревел менеджер, уже срываясь на охрану. — И уберите этих фанатов с дверей, налетели как навозные мухи! — Если они опять подойдут к автобусу, я реально кого-то пристрелю, — прорычал Никки, оборачиваясь. — Серьёзно. Я в говно. Мне нужен душ, бухло и тишина. Давай, шуруй! —————————————————- Другая дверь гостиницы открылась с грохотом. Влетел Никки, за ним Винс, а Мик медленно тянул чемодан, матерясь на каждый шаг. — Блять, и нахуй я вообще иду с вами, — пробурчал Мик. — Мне надо было в соседний отель. — Поменьше пизди, старина! — хохотнул Винс, развалившись в кресле и уже открывая мини-бар. — Мы же как семья. Психованная, упоротая семья. — Где моя комната, суки?! — орал Никки, таща за собой чемодан, который по дороге дважды сбил горничную. — Тебе с Винни, как обычно, — ответил менеджер, раздавая карточки от дверей. — Только не сожгите эту комнату, как в Сиэтле. И без мёртвых шлюх в ванной, плиз. — Она была не мёртвая! — отозвался Никки, подходя сзади. — Просто в коме от оргазма. — О, супер, снова мы с тобой, — простонал Винс. — В прошлый раз ты мою жопку так трахн... — РОТ ЗАКРОЙ! — Перебил Никки крикнув на весь коридор Винс засмеялся и толкнул дверь, исчез внутри. Никки задержался, бросил взгляд в сторону номера Томми и Джанет. Его лицо стало чуть более жёстким, но он ничего не сказал. Просто закрыл за собой дверь. В ту же минуту: Томми и Джанет. Дверь с глухим щелчком закрылась за ними. Томми сразу скинул куртку на пол, как будто она ему всю жизнь мешала, швырнул сумку на кресло и почти прыгнул на кровать. — ЕБАТЬ, — выдохнул он. — Че за хоромы? — О, так ты еще и таких хором не видал? — усмехнулась Джанет, снимая сапоги — Я серьёзно! — Томми хлопнул рукой по матрасу. — Тут, бля, можно умереть от кайфа. Или трахаться, пока не кончится кислород. — Ты про кровать или про себя сейчас? Он усмехнулся. — И то, и другое, детка. Мы с ней уже на одной волне. Джанет сняла кожанку и оглядела комнату: мягкий свет, кресла, большой телевизор, мини-бар, и… пыльный VHS-плеер. — Ух ты. Кто-то тут не обновлял технику с 1981-го, — пробормотала она. Томми подскочил, подбежал к тумбочке. — Погоди, а это что за кассеты? — Он вытащил стопку. — О господи, The Lost Boys, Fast Times at Ridgemont High, The Terminator… Porky’s?! — Джанет приподняла бровь. — Ты серьёзно? — Porky’s! Детка! Да это, мать его, классика! Мы с Никки под него впервые дрочили. — Он кинул кассету обратно и схватил другую. — Давай это. The Lost Boys. Джейсон Патрик, вампиры, 80-е, музон. Идеально. — Только если с вином, — сказала она и направилась к мини-бару. — Леди знает толк, — улыбнулся Томми. — Я знал, что ты в нашей банде. Они сели на диван. Томми нащупал пульт, вставил кассету, включил телевизор. Заставка VHS зашуршала, и на экране замелькали названия. — Подвинь свою тощую задницу, — сказала Джанет, садясь ближе. — Вообще без проблем, — сказал он и сразу же кинул руку на спинку дивана, как будто не специально. — Ты думаешь, я не вижу твои дешёвые приёмы? — Я не дешёвый, я олдскульный, — подмигнул он показав ей рок жест Она усмехнувшись повернулась к телевизору лицом Прошло минут двадцать. Они пили вино из пластиковых стаканчиков, смеялись над прической Кифера Сазерленда, обсуждали музыку и как тупо все выглядели в плащах и серёжках. — Бля, ну скажи, это было лучшее время, — сказал он, потянувшись. — Никаких телефонов, только спрей для волос и басуха в гараже. — И куча героина, — сухо ответила она. — Ну… — он замялся. — Без него было бы скучнее. Но ты права. Вон Никки вообще себя чуть не похоронил 3 раза. — Ты не такой, как я думала, — вдруг сказала она. — Я думала, ты просто шумный придурок с барабаной палочкой в жопе. Он удивлённо посмотрел на неё. — А я и есть шумный придурок с барабанной палочкой в жопе, детка. — Да, но… ты ещё и… — она замялась, — ну, ты умеешь быть добрым. Это странно. Он сделал паузу, потом почесал затылок. — У меня в жизни столько хуйни было… Иногда хочется просто быть нормальным. Хоть немного. — Ну… ты почти справляешься, — она улыбнулась. В какой-то момент она начала зевать. — Фух, я щас свалюсь, — пробормотала она, устроившись поудобнее. — Почему у тебя такие тёплые плечи? — Это оттого, что я горячий парень, — пробормотал он, стараясь не шевелиться. — Мм… — она уже почти засыпала. — Не уходи… Томми аккуратно потянул плед с дивана, накрыл её, потом обнял одной рукой, прижал ближе. Она уютно устроилась, её лицо упёрлось ему в ключицу. Он посмотрел на неё. Его рот растянулся в тёплой, почти детской улыбке. Видимо таких ощущений ему так не хватало — Я никуда не уйду, детка, — тихо прошептал он. — Джанет… - шепнул Томми — А-аа? - пробурчала Джанет — Я…я тебя люблю - Нервно проговорил Томми — Че?… — Я люблю тебя, Джанет! Джанет резко вскочила и взяв его за щеку — И я тебя, мазафака! - и поцеловала его в губы Он ещё держал её в объятиях, когда их взгляды снова пересеклись. У неё всё ещё сбивалось дыхание, глаза блестели, щеки горели. Он чуть-чуть отстранился, глядя в лицо: — Я сейчас с ума сойду, — выдохнул он. — Я тебя держу рядом, и… чёрт, мне нужно тебя, Джанет. Прямо сейчас. Она вздрогнула от его слов, пальцы вцепились в его плечи. — Да… — прошептала она. — Только закрой рот и снимай с меня всё к хуям. Он не стал тянуть. Почти в панике сдёрнул с себя футболку, запутался в поясе, застонал: — Да! Снимай! — выдохнул он, помогая ей стянуть с себя штаны. Она расстегнула лифчик, уронив его на пол, и тут же потянулась к его ремню, но он уже рванул с неё трусики, и, не глядя, швырнул их вверх — те зацепились за люстру. — Серьёзно? — хрипло засмеялась она. — Трофей, детка, — ответил он и впился в её губы с такой силой, будто не видел её год. Они рухнули на диван — его колени по бокам её бёдер, её ногти врезались в его спину. Томми буквально трясся от возбуждения, движения были хаотичными, нервными, будто он боялся, что её сейчас заберут. — Скажи, что ты хочешь этого, — прошептал он, глядя ей в глаза, тяжело дыша. — Скажи мне, Джанет. — Да, Томми, — выдохнула она. — Жёстко. Только не останавливайся. Он взял свой набухший член, и проведя по ее киске вошёл в неё резко, с хриплым стоном, и её тело выгнулось ему навстречу. Она закусила губу, пытаясь сдержать крик, но он царапал её изнутри так, что было невозможно молчать. — Вот так… вот так, детка… — выдохнул он, ритм становился бешеным, он навис над ней, прижимаясь лбом к её виску. — Сильнее милый… — прошептала она, царапая его спину. — Я хочу, чтоб у меня потом дрожали колени… Он зарычал и ускорился, а она уже вскрикивала в такт — хрипло, срываясь. Их тела хлопали друг о друга с мясистым звуком, руки хватались за всё подряд: диван, волосы, шею. В другой части этажа, в общей комнате, где валялись гитары, пустые бутылки, грязные носки и какой-то старый бонг, Винс развалился на диване, уткнувшись в порножурнал Club International. На развороте — блондинка с силиконом, ногами за шею и надписью “You want me, daddy?”. — Хех, да, детка, я бы тебя… — пробормотал он, переворачивая страницу. Рядом сидел Никки, в мятой майке, с гитарой на коленях и блокнотом, весь в своих мыслях. Он что-то строчил на полях: «She said love me like hell, then she fucked me like fire…» — зачеркнул. «Louder than sin, deeper than lies…» — тоже вычеркнул. — Чё за херня, — буркнул он, щёлкнув ручкой, — всё звучит как будто для Бон Джови. Надо жёстче. Он зачеркнул всё и откинулся на спинку стула, зарывшись руками в волосы. Винс, не отрываясь от страницы с какой-то блондинкой, пробормотал: — Ты там не переебался с метафорами, поэт? И тут… — Аааа, Томми!.. давай!.. ещё!.. — донеслось сквозь стену. — О боже, да, так!.. да, сучка!.. Винс замер. Журнал медленно сполз с его рук. Он повернул голову в сторону стены. — Какие кайфовые звуки мать вашу - протянул он. Никки усмехнулся, отложив блокнот. — Запишем это в книгу, — пробормотал он, потирая висок. — Глава двадцать третья: «Как Томми ебал прямо в саундтрек к The Lost Boys». Винс захохотал и откинулся на подушку. — Ты уверен, что кто-то вообще будет читать эту грязь? Никки ухмыльнулся. — Поверь, ещё как. Мы же Motley Crue, мать твою. Это будет грязь, бро. — О да. Дерьмо с ароматом спермы, блэкджека и кокаина. В этот момент дверь номера распахнулась, и влетел Мик, с лицом в ахуе. — БЛЯДЬ! — выпалил он. — Я думал, это вы тут кого-то ебёте! Никки, даже не поднимая глаз, ответил: — Мы слишком заняты творчеством. А вот у Томми там, по ходу, премьера. Винс поднял журнал, как тост: — За молодых и горячих. Хотя я думал, они только под утро трахнутся. Мик фыркнул, махнул рукой и ушёл, бурча: — Надо было брать беруши, блядь. Не тур, а порнофестиваль. Никки вернулся к своему блокноту, приговаривая: — Вот бы мне такой драйв в припев… Too fast for love… but loud as fuck. Винс закурил и кивнул: — Вставляй в альбом. Или в саундтрек к их следующему траху. Тем временем… Он вдруг вытащил член, развернул её лицом вниз, грубо опустил на колени, рывком прижал бедром. Она хрипло задышала: — Томми… — простонала она, уткнувшись в подушку. Он снова вошёл — глубже, с силой, как будто хотел вбить себя в неё навсегда. Схватил за талию, второй рукой прижал лопатки. — Сучка такая. Ты такая, блядь, горячая… Я блять схожу с ума от тебя… — простонал он, наклоняясь и кусая её за плечо. — Томми! Не останавливайся! — закричала она. И он не останавливался. Минуты теряли смысл, в ушах гудело. Стоны, удары, их смешанное дыхание — всё сплелось в дикой, животной симфонии. В какой-то момент он обнял её сзади и зашептал в ухо: — Я с ума схожу от тебя, Джанет. Ты даже не представляешь… Она повернулась к нему, вся дрожа, глаза стеклянные: — Я вся твоя Томми! Кончи в меня! Он в последний раз резко толкнулся, и их тела сотряслись в экстазе. Он кончил внутрь. Джанет закричала на весь коридор от кайфа. Вытащив свой член, вся сперма вытекла из нее наружу на диван. Она медленно повернулась к нему лицом, боясь посмотреть в глаза. Он медленно обнял её, тяжело дыша, сжав в своих руках, как будто боялся, что она исчезнет. — Ах..ах..Джанет… - простонал Томми задыхаясь — Томми… — Я люблю тебя детка… - прошептал он поцеловав ее в губы