Пес и птица

      Выйдя из машины, Ли Чаён передал ключ парковщику и поспешил к двери отеля. На встречу с семьей он выехал заранее, однако не смог верно оценить загруженность дорог. Видимо, это вселенский заговор по организации семейных встреч именно в этот день, иначе куда все спешат все эти люди? Опоздание, пусть и всего на пять минут, испортило настроение ещё больше. — Прошу вас, господин Ли, вам сюда.       Администратор ресторана проводил уважаемого клиента в VIP-комнату, забронированную для семейного обеда личным помощником Ли Тэ Хана, и с поклоном открыл дверь. Чаён вошёл и мысленно поморщился, вся семья уже была за столом, ждали только его.  — Чаён, наконец-то! — воскликнула Чве Тэсун, увидев сына.  — Извините за задержку. На дороге пробок больше, чем я рассчитывал.        Он сел на свободное кресло напротив отца и потянулся за стаканом воды со льдом, стоящим перед каждым гостем. Прохладная жидкость прокатилась по раскаленному пищеводу. Из-за постоянной тошноты и беспричинной рвоты у Чаёна от одного запаха еды начиналась изжога. — Сынок, меня волнует состояние твоего здоровья. Ты как будто похудел… Проблемы на работе? — с беспокойством спросила наблюдавшая за ним Тэсун. — Нет, матушка, всё в порядке, врач откорректировал мою диету, а то я немного набрал вес. Наверное, мы давно не виделись, вот вам и кажется, что я похудел, — ответил Ли Чаён с беззаботной улыбкой.       На самом деле мать была права, он потерял несколько килограммов за последние две недели, но объяснять что-то он не собирался, поэтому заранее придумал эту отговорку. Не говорить же, что он, доминантный альфа, наследник семьи Ли, весь такой из себя высокомерный породистый кобель, как кое-кто позволяет себе его называть, так переживает разрыв отношений с секс-партнером, что не может нормально есть и почти неделю спит урывками, потому что караулит своего бывшего возле его дома. Разумеется, Тэсун не поверила словам сына, её зоркие глаза не так-то просто обмануть, но она подумала, что её сын уже взрослый и сам разберётся. Поэтому не стала заострять на этом внимание, лишь тепло улыбнулась и заметила: — Конечно, нужно следовать рекомендациям врача, раз он считает, что нужно откорректировать твой рацион. Однако любые изменения не должны навредить тебе и твоему телу. Помни, чему учила матушка — здоровье превыше всего.       — Конечно, мама, — послушно склонил голову Чаён.       Вскоре дверь открылась, официант вкатил сервировочную тележку в комнату и начал обслуживать гостей, начиная с Ли Тэ Хана. Когда тележка подъехала к Чаёну, он задержал дыхание и, не удержавшись, отвернулся в другую сторону. Ему приходилось прилагать усилия, чтобы сохранять невозмутимое выражение лица. Он делал мелкие, поверхностные вдохи, стараясь удержать внутри мерзкий слизистый комок, который уже собирался где-то в районе солнечного сплетения и был готов попроситься наружу. — Восхитительно! — с восторгом воскликнула Ли Е Ён, принюхиваясь и оглядывая стол. Девушка, как и все члены семьи Ли, любила традиционную корейскую кухню и очень скучала по этим блюдам, пока училась за границей. Взглянув на брата, она заметила мелькнувшую на его лице гримасу. — Что-то не так, брат? — озадачилась она. — Нет, всё в порядке, — Чаён постарался, чтобы выражение его лица не противоречило словам. В этот момент ему в нос ударил запах кислого соуса, которым было приправлено блюдо на его тарелке, и он был благодарен отцу, который отвлёк от него внимание сестры словами: — Давайте поедим и насладимся обедом!       Попробовав первый кусочек, Чве Тэсун кивнула с довольной улыбкой. Ли Е Ён, которая всегда довольно придирчиво относилась к поданным ей блюдам, удовлетворенно отметила, что предложенная рыба очень вкусна. Только Ли Чаён, даже не взглянув на тарелку, с отсутствующим видом набивал желудок хлебом, запивая его водой. — Что ты делаешь, сынок? — мать обратила внимание на его странную «диету». — Всё такое вкусное, почему ты ничего не ешь? — Я уже несколько недель придерживаюсь диеты с низким содержанием натрия. Видимо, это повлияло на вкусовые рецепторы, для меня вкус этой рыбы немного резковат и непривычен. — Да? На мой взгляд, соли и специй не слишком много, и вкус хорош... Однако, если он не подходит тебе, ты не должен заставлять себя есть.       Скупо улыбнувшись, Ли Чаён для вида поковырялся в своей тарелке. Даже отменно приготовленные овощи альденте, поданные к лобстеру, не пробудили его аппетита. Так и не съев ни кусочка, он отставил подальше от себя блюда из морепродуктов, от одного взгляда на которые у него начинался приступ тошноты. Чтобы не нервировать мать, попытался проглотить кусочек мяса, однако… Традиционный вкус любого корейского блюда — это сочетание острых приправ, специй и перца. Словно Чаён пытается протолкнуть лавовый шарик по своему измученному стеклом пищеводу. Чувствуя себя учеником шпагоглотателя, он отправлял в рот кусок стейка и горько сожалел о своем решении согласиться на семейный обед, вместо того чтобы найти повод отказаться и остаться дома.  «Я лучше притворюсь, что всё в порядке, чем буду тревожить их своими проблемами».        Ли Тэ Хан сделал глоток вина и, посмотрев на сына, который сидел напротив него с почти нетронутой тарелкой, слегка нахмурился.  — Похоже, тебя что-то не устраивает? — Нет, всё отлично, просто я не голоден, — Ли Чаён решил более себя не мучить, отложил вилку и попросил большой стакан холодной воды со льдом и лимоном.        Дождавшись, когда и остальные члены семьи закончат есть, глава семьи Ли перешёл непосредственно к причине организованного им семейного совета. — Скоро состоится совет директоров.       После утверждения кадров президентом, являющимся главой любой дочерней компании, кадровые корректировки руководителей и сотрудников проводились одна за другой, и подразделение электроники не стало исключением. Увидев пустой стакан отца, Ли Е Ён встала, не дожидаясь официанта. Изящно взяв бутылку сухого вина обеими руками, она учтиво наполнила бокал главы семьи. Прочистив горло ещё раз и сделав несколько глотков, Ли Тэ Хан продолжил: — Я стану генеральным директором DS…       Интонация давала понять, что оговорки здесь нет и решение уже принято. Новость была неожиданной. Даже Ли Чаён, который обычно остаётся невозмутимым во многих ситуациях, на этот раз не мог скрыть удивление. — DS, а не CE? — Вице-президент Чунг подал в отставку по личным причинам. Кроме того, через несколько лет произойдут большие кадровые перестановки, и многие пойдут на повышение. Ты должен быть готов к предстоящим событиям. Поэтому я считаю, что сейчас самое время воспользоваться моментом.       Ли Тэ Хан относился ко всем изменениям компании исключительно с точки зрения прагматизма, есть кадровые моменты, которых нельзя избежать. Он готовился к этому не один день, со временем то же будет ожидать его сына.       Ли Чаён прекрасно знал об этом. Поскольку это сфера, которая по своей сути показателем «генератора» показатели продаж, на которые приходится почти три четверти от общей производительности компании. Чтобы подняться до кресла генерального директора СЕ, нужно было какое-то время занимать одну из руководящих должностей в DS. Лишь после этого совет директоров готов будет поддержать повышение по карьерной лестнице.       Новость, озвученная Ли Тэ Ханом, была немного неожиданной, однако не стала таким уж сюрпризом. Как и сказал глава семьи, это был всего лишь вопрос времени и этапности, через которую должен пройти каждый руководитель. Проблема заключалась в том, что следовало на повестке дня дальше. — С завтрашнего дня в Чанчжэне будет проводиться форум по полупроводникам. Мероприятие вполне подходящее, чтобы «засветиться» и произвести впечатление, так что ты поедешь со мной. Я упомянул об этом заранее на совещании исполнительного комитета, так что президент Цзинь позаботится об предстоящем регламенте. — Завтра? — Понимаю, это немного неожиданно, но не стоит упускать хорошую возможность, соберутся партнеры как действующие, так и будущие. Так что на этот раз сделай так, как я говорю. Поездка трехдневная, ты должен быть в состоянии съездить без каких-то проблем по работе.       Это было не просьбой или предложением, а просто констатацией факта. Чаён, как бы ни хотелось ему этого, понимал, что отец прав и ему необходимо поехать. Он склонил голову. — Я вас понял, отец.

***

      Ли Чаён глубоко вздохнул и выпрямился над раковиной. Сколько бы раз он ни полоскал рот, горький привкус никуда не исчезал. Последние дни он появлялся всё чаще, как и слизисто-гнилостный комок под ложечкой, который весь сегодняшний ужин рвался наружу с каждым куском еды. Понимая, что более не выдержит, Чаён зашёл в уборную. Отдав недавно съеденное фаянсовому другу, он прополоскал рот и умылся холодной водой. Руки слегка подрагивали, а по телу то и дело прокатывались волны слабости от недоедания и периодической рвоты. Чаён поднял глаза и посмотрел на своё отражение в зеркале над раковиной. От привычной дежурной улыбки не осталось и следа. На него смотрел бледный уставший человек с нахмуренным лбом, лиловыми отметинами под глазами, потухшим взглядом и заострившимися чертами лица. Волосы растрёпаны и влажные у самых корней, галстук ослаблен, его концы переброшены назад, белоснежная шёлковая рубашка, расстёгнутая до уровня груди, вся в мокрых пятнах. Однако обычно педантичного и чопорного альфу сейчас ничуть не заботил его внешний вид. «И так уже четыре недели. Согласен, частично это связано с Гюхой, но так дальше продолжаться не может! Едва пытаюсь хоть что-то съесть, сразу же спазмы в животе и тошнота. Только и надеешься, что не вывернет наизнанку. Даже если есть часто и понемногу, порой не помогает», — раздраженно подумал Чаён. Его состояние и правда можно было частично объяснить неврогенным гастритом, поскольку его симптомы обостряются только тогда, когда человек находится в состоянии стресса. Неужели это исчезновение секс-партнёра так сильно повлияло на высокомерного господина Ли? Или же есть что-то ещё, что не даёт ему покоя?       Семейство Ли закончило с основной частью обеда, а глава семьи поделился с родными всеми новостями, которые хотел им сообщить. Теперь, когда официальная часть подошла к концу, родственники могли спокойно выпить чаю и обсудить последние события. Чаён же, воспользовавшись возможностью, покинул комнату под предлогом важного звонка, чтобы на самом деле заглянуть в уборную и покурить.       Поправив одежду и подхватив с пуфика небрежно валяющийся там пиджак, он вышел из уборной в фойе отеля. Его чувствительный нос уловил множество ароматов: как те, что доносились из ресторана, так и те, что были привычны для таких мест — ароматы дорогих духов посетителей и химические нотки чистящих средств, бытовой химии и антисептиков. И хотя Чаён только что расстался с тем немногим, что ему удалось проглотить и его желудок был абсолютно пуст, его вновь затошнило. Не желая снова переживать неприятное, Чаён коснулся портсигара и быстро направился к входной двери. Курение не всегда было для него панацеей, последнее время вместо любимого аромата дорогих сигарет его успокаивал крепкий дым более доступных табачных изделий. Сам Чаён не мог курить такие сигареты, но иногда, пересекаясь с коллегами на перекуре, он стал замечать за собой эту новую странность. — Господин Чаён?       В его сторону шла миниатюрная девушка, нервно теребившая в руках жемчужный клатч. Сигарета была убрана на место, альфа вымученно улыбнулся. К нему, изящно семеня своими маленькими ножками, приближалась Сон Наён. Та самая омега, дочь делового партнера главы Ли, с которой Ли Чаён должен был встретиться и, возможно, в будущем обручиться. — Здравствуйте! Давненько я вас не видела, — сказала девушка с лёгкой застенчивостью. Она не стремилась к встрече с альфой, но это были обычные слова вежливости, которые необходимо было произнести.       Ли Чаён с неохотой смягчил выражение лица и приветствовал её. Он понимал, что это всего лишь дань этикету, и как Наён старалась быть любезной, так и он должен был соответствовать заданным правилам и поддерживать разговор. — Здравствуйте, госпожа Сон! — Я рада, что смогла с вами заговорить, я знаю, как вы обычно заняты, господин Ли. Скажите, вы здесь по делам? Вы уже пообедали? — девушка быстро произнесла эти слова, неловко поправив волосы. Она явно нервничала в присутствии Чаёна, хотя со стороны её поза и жесты могли показаться кокетливыми. — Конечно, спасибо, что спросили, — альфа начал терять терпение, хотя, согласно неписаному правилу, ещё несколько стандартных вопросов, и можно будет закончить этот формально-вежливый разговор.       Похоже, Сон Наён тоже так думала, а может быть, она просто заметила, что Ли Чаён, всегда холодный и высокомерный, сейчас выглядит и ведёт себя немного странно. Девушка опустила взгляд и, разглядывая свои пальцы, наконец, решилась задать вопрос: — Господин Ли, простите, за бестактность, но вы хорошо себя чувствуете? У вас, кажется, немного нехороший хороший цвет лица... — Всё в порядке, — холодно процедил альфа.        Он уже устал объяснять свою бледность. Каждый встречный проявляет беспокойство о его внешности, цвете лица, телосложении, весе и здоровье. Создаётся впечатление, что все хотят продемонстрировать свою вежливую заботу, после вопроса о его самочувствии дав очевидный совет обратиться к специалисту.       Сон Наён, девушка неглупая, уловила раздражение в тоне альфы и быстро заговорила, словно пытаясь объяснить свою позицию и убедить его, что её вопрос был вызван не праздным любопытством или обычной вежливостью. Она поспешила объяснить причину, по которой решилась остановить его, обратив внимание на столь неожиданные обстоятельства. — У меня не было возможности поблагодарить вас за отказ от той встречи. Только благодаря тому, что вы первым отказались от предстоящей помолвки, мне удалось отговорить отца этой затеи. В знак признательности я хотела бы как-нибудь угостить вас. Возможно, вы согласитесь поужинать со мной в удобное для вас время?       Ли Чаён с облегчением взглянул на Сон Наён. Та встреча с госпожой Сон показала ему, насколько дети могут отличаться от своих родителей и как сильно они могут не разделять их амбиции. Сколько бы он ни думал об этом впоследствии, он не жалел, что согласился на её предложение и отказался от встречи и последующей помолвки. Девушка была красива, учтива и покладиста, из подходящей его положению семьи. Однако она была слишком безамбициозна, в отличие от президента Суна, который хотел использовать брак дочери для увеличения финансового состояния своей семьи.        Кроме того, с Гюхой в будущем тоже могли возникнуть проблемы. Чаён уже узнал, откуда его любовник узнал о предстоящей помолвке, и близость источника информации ему очень не понравилась. — Я благодарен за предложение, но вынужден вам отказать. Если президент Сун, ваш отец, узнает о нашем разговоре или же ему сообщат о нашем ужине, то это может иметь для нас обоих негативные последствия. Так что давайте забудем об этом, вам не нужно меня благодарить, ведь это было выгодно и вам, и мне.       Сон Наён, несколько смутившись, кивнула и слегка улыбнулась. Будучи воспитанной девушкой, она не любила быть в долгу, но её собеседник был прав: если отец узнает об их договоре, это может обернуться неприятными последствиями для обоих. — Да, вы правы, большое спасибо. — Тогда, с вашего позволения, госпожа Сон, я оставлю вас.       Попрощавшись с девушкой, Ли Чаён зашагал прочь.       По дороге к парковке он снова ослабил узел галстука, удавкой стянувший его шею. Вдохнул холодный воздух, почувствовал, как жар, наполняющий его легкие, немного поутих. На мгновение даже показалось, что он может дышать свободно, полной грудью. Сев в свой седан, он откинулся на сидение и устало сдавил пальцами уголки глаз. Новости были не из лучших. Придётся ехать в командировку, а самочувствие нестабильно, нужно как-то приводить себя в порядок. И Гюха, чтобы его!.. С ним нужно встретиться и поговорить, вот только как?       Чаён осторожно вывел машину с парковки и направился к дому, стараясь сосредоточиться на вождении и игнорировать отражение зомби на месте собственного в стекле окна. На перекрёстке пришлось ненадолго остановиться на красный сигнал светофора, пропуская пешеходов и встречные машины. Сегодня была суббота, выходной день, потому гуляющих пешеходов было особенно много. Взгляд блуждал по движущейся толпе. Шанса встретить просто так Гюху не было никакого, но глаза сами искали знакомый силуэт. По какой-то неведомой причине взгляд зацепился за маленького мальчика, который переходил дорогу, держась за руку матери. Нет, Чаён не был извращенцем, его внимание привлекло то, что ребёнок держал в руке — упаковка мягкого мороженого.       Время замедлилось, стихли звуки, мысли словно затаились. Во рту медленно скапливалась густая слюна, живот снова свело спазмами, а желудок болезненно заурчал от голода, пока взрослый альфа неотрывно следил за ярким пакетиком в руке малыша. Он продолжал смотреть на ребенка, пока на светофоре не изменился сигнал и клаксон стоящего позади него авто не привел его в чувство, заставив сдвинуться с места.        Чаён поспешно нажал на педаль газа и снова тронулся в путь, а перед глазами, словно галлюцинация, плавало изображение белого мороженого. Он стал замечать его на каждой рекламной высоте и находить похожий иероглиф в каждом слове рекламы и объявлений. Чаён не любил сладкое и обычно не ел десертов, однако сейчас что-то изменилось. У него текли слюнки от одной мысли о том, как холодное лакомство со сливочной текстурой, сладковатое, с легкой кислинкой, медленно будет таять у него во рту, окутывая приятной прохладой его пылающие внутренности. Тошнота внезапно отступила, оставляя как напоминание голодные спазмы в желудке, которые возникли впервые не из-за отвращения и рвоты, а от проснувшегося аппетита.       После недолгих удивлённых колебаний Чаён принял решение. В последнюю минуту изменив маршрут, он направился не домой, а в ближайший универмаг. Вернувшись домой, он закинул спонтанные покупки в холодильник и поплёлся в душ смыть с себя раздражающие запахи. Не вытираясь, накинул шёлковый халат. Прежде чем сделать то, о чём он мучительно думал последнее время, Чаён решил наконец перестать упрямиться и решить вопрос привычным способом. Он не хотел поступать так, но его терпение было на исходе, так что кое-кто сам виноват. Найдя в телефоне нужный контакт, он нажал на кнопку вызова. — Господин Чаён? Слушаю вас. — Я хочу, чтобы ты нашёл для меня одного человека. — Пожалуйста, назовите его имя и имеющиеся у вас данные. — Со Гюха, двадцать восемь лет. Я пришлю тебе его домашний адрес и номер мобильного телефона. — Вас интересует только его местонахождение или ещё что-то? — Узнай для меня имена всех девушек и женщин, с которыми он недавно познакомился или общался. В частности, меня интересуют все те, с кем он контактировал в течение последнего месяца. Нужна подробная информация, где и когда они познакомились и как часто встречались. — Понял, молодой господин. Я передам в службе безопасности ваше поручение, в течении нескольких дней вы получите подробный отчет. Это всё? — Нет. Установите камеру, чтобы можно было в любое время проследить активность по его адресу. Я хочу знать, когда он приходит домой. Наверное, лучше установить несколько камер, одну направив на входную дверь, а вторую на окна на тот случай, если он не покидает квартиру.       Это был предел терпения альфы. Он приложил немало усилий, чтобы встретиться с секс-партнером, который явно избегал его. Чаён терпеливо ждал от Гюхи благоразумия, дал ему время остыть и привести мысли в порядок. Усмирил свою гордость, пытаясь вновь начать диалог и всё обсудить без лишних эмоций. Жертвуя собственным распорядком, каждый вечер сразу после работы приезжал к его дому и несколько дней подряд терпеливо ждал хотя бы тени Со Гюхи.       И всё это время его съедали безжалостные мысли о том, где именно мог пропадать его незадачливый бывший секс-партнёр. Мысли, от которых сжимались кулаки и скрежетали зубы. Если он не ночует дома, это может значить только одно: он с ней, в её доме. Доме той самой женщины, которая беременна от него. И, получается, что Со Гюха не только намерен признать ребёнка и нести ответственность за его дальнейшую судьбу, но то, что они готовятся… Нет, так далеко он в своих мыслях не заходил, веря, что свободолюбие и эгоизм Гюхи возьмут верх над чувствами долга и ответственности. И даже если и нет, даже если он решит жениться… В любом случае это всё не имеет значения! Их отношения не могут вот так закончится! Неизвестность не давала ему покоя и лишала способности мыслить рационально Чаён более не мог ждать, он должен найти Гюху любой ценой и выяснить всё как можно быстрее. — Подключи камеры к моему телефону. — Да, сэр. Как только установим камеры, я отправлю вам ссылку на облачное хранилище, где будут записи камер. Вы сможете не только подключаться к камерам в режиме онлайн, но и просматривать записи в любое удобное время.       Независимо от того, какие распоряжения давал Чаён, начальник службы безопасности всегда выполнял их безоговорочно. Он был ценен не только благодаря своей способности действовать быстро и качественно, не задавая лишних вопросов, но и тем, что не докладывал главе о личных просьбах молодого господина.        Чаён отложил телефон и запустил пальцы в волосы. Как же он устал! Недосып, голод, постоянное чувство тошноты… Но мысли терзали его гораздо сильнее.  Достав коробочку фруктового мороженого, он лениво помешал ложкой содержимое и, сам того не замечая, съел всё до последней капли.       Через полчаса пришло сообщение от начальника СБ господина Чунга о том, что камера установлена. Вскоре последовало второе, со ссылкой на облачное хранилище. Не мешкая Чаён перешёл по ней, однако ничего нового он не увидел.