Раздел 7
4 мая 2025 г., 08:46
Он проснулся из-за легкого чувства давления. Он опустил руку ниже, чтобы нащупать причину его дискомфорта и это оказалось что-то тяжелое и теплое. Странный вопрос, что бы это могло быть? С того момента как они стали жить вместе, эта самая причина с завидной регулярность не дает ему нормально спать. Чаён несмотря на своё альфачий, высокомерный характер, на удивление прилипчиво ведет себя по отношению к собственному мужу. И дело не только в постоянных обнимашках и прочих “липких” прикосновениях, но и в том, что Чаён словно собака постоянно утыкается носом в шею мужа или затылок. Гюху подобные замашки немного раздражают. Нет ему не мешает такие проявления нежности, ему не нравиться немного “первобытный” подтекст этого жеста. Места, о которые так часто трется Чаён — выбраны им не просто так. В этих местах наиболее выраженный запах из-за расположения железы, но у Гюхи её нет, и запаха его тело не выделяет, а потому его муж ничего собственно почувствовать не может, от чего на уровне инстинктов, Гюха порой чувствует себя неполноценным. Но почему он всё-таки позволяет ему делать подобное? Всё просто, запах можно не только почувствовать, но и передать. Соприкасаясь с местом расположение метки, Чаён словно метил своего мужа, намекая другим альфам, что Гюха занят.
Гюха отпустил руку мужа и устало потер лицо, он столько раз просил не липнуть ему во сне. Но каждое утро ситуация повторялось, как бы Гюха не крутился, он каждое утро просыпался на руке альфы вместо подушки. И хоть он его не просил это делать, но муж всё равно обнимал, крепко прижимая его к груди.
— Да, блядь, опять… — Раздраженно проворчал Гюха. Простынь, футболка были мокрыми Гюха взялся за мокрую ткань рукой и оттянул её. Тяжело вздохнув он нахмурился, с его соска капало молоко.
Доктор-шарлатан во время консультации несколько раз повторял, что мужчины-омеги практически не кормят детей грудью так как молока в их груди очень мало. И если словам врача Гюха склонен был не верить, но то же самое было написано и в книгах о беременности, которые он читал. Более того, что молока у мужчин омег очень мало, так оно довольно быстро пропадает. Если брать хронологические рамки, то кормить Гюёна он должен был от силы месяц, может чуть дольше. Но после родов Гюха с сожалением отметил, что статистика, по какой-то причине, на него не распространяется.
Первые признаки лактации проявились у мужчины примерно на третий день после родов. Ли Чаён, был первым, кто заметил, что это момент, которого он так долго ждал, настал. В тот день они пришли навестить Гюёна, который как раз находился в неонатальном отделении. Чаён обнимал своего мужа, стоя у него за спиной. Он коснулся его груди, его прикосновения были очень осторожными и нежными, поскольку грудь мужа в тот момент показалась ему болезненной и опухшей. Стоило ему совсем немного помассировать её и на коже сосков появились первые капли молозива. С этого момента для Гюхи словно открылись врата в ад. Поскольку Гюён вынужден был находиться в кувезе, Гюха не мог кормить его грудью самостоятельно, вместо этого ему пришлось сцеживать молоко, а это особый вид извращенного “удовольствия”.
Ощущения того, что из его груди что-то вытекает было таким же приятным и болезненным как подростковые поллюции и утренние эрекции. Примерно через три месяца количество грудного молока всё же резко уменьшилось, а потому Гюха возгордившись и расслабившись перестал в ночное время на период сна, подкладывать специальные прокладки для груди. Мягкие прокладки не только позволяли уменьшить давления на соски, но и отлично впитывал излишки грудного молока, которое вытекало из груди стоило Гюхе повернуться на бок и придавить её. Ну, совсем как сегодня.
Ранее, когда Гюён просыпался, его можно было покормить ночью, а после на утро такой ситуации можно было избежать. Чаён почувствовал, что мужа рядом нет и лениво потянулся. Едва он почувствовал, что Гюха сидит, его сон словно рукой сняло, потому как он понял, что произошло.
— Твоя одежда мокрая?
— Угу, опять...
— Я возьму молокоотсос.
Включив лампу над кроватью, Ли Чаён потянулся к прикроватной тумбочке и достал молокоотсос из нижнего ящика и передал его мужу. Встав с кровати, он вышел в ванную комнату откуда принес теплое, заранее подогретой до нужной температуры полотенце. Мягкими движениями, легко помассировав, с помощью теплого полотенца грудь, Чаен помог мужу подготовиться. Со Гюха лениво смежил веки и не желая тратить время приложил молокоотсос к груди, прежде чем включить.
— Помоги, помассируй ещё раз, больно.
— Хорошо. Расслабься, я помогу тебе.
Они закончили довольно быстро. Чаён отнес молокоотсос на кухню, прежде чем перелить сцеженное молоко в специальную тару. После он помыл отсос и поставил в небольшой ящик, напоминающей микроволновку запасное полотенце. Проверив, что установлена невысокая температура, а грязное, использованное полотенце бросил в машинку. Вернувшись в спальню, альфа увидел, что его муж заснул, лежа на боку. Он уже лег у него за спиной, примостившись поудобней, но в последний момент передумал. Его губ коснулась хитрая улыбка. Он перекинул одну ногу через мужа и “залез” на него сверху. Поднырнув рукой под футболку, он задрал её выше и оголив кожу груди, он обхватил губами сосок и принялся играть с ним губами. Всего спустя секунд десять, послышался недовольный ропот:
— Что ты делаешь? Ты хочешь, чтобы опять потекло молоко? Всё прекрати, я не хочу вновь промокнуть.
— Не волнуйся, ты хорошо всё сцедил. Но чтобы ничего не протекло, я собираюсь высосать остатки грудного молока, которые, остались в твоей груди. Не обращай на меня внимание, и просто спи дальше.
Это на удивление оказалось проще, чем нужно было уговаривать. Гюён слишком маленький и у него пока свой режим, который слабо сочетался с режимом взрослого родителя. Малыш требовал еду словно по часам, каждые три часа, чем бы Гюха не был занят и как бы сильно ему не хотелось спать, он вынужден был откладывать все свои занятия и уделять ребенку необходимое внимание. Так что засыпал он быстро в любой позе игнорируя любого рода дискомфорт. Чаён не был в этом плане эгоистом, всякий раз находясь дома он помогал мужу всем чем мог: кормил из бутылочки и постоянно носил его вертикально пока Гюён не срыгнет, он купал его и укладывал спать, а смена подгузника у него выходила так же быстро, как и замена колеса у работника пит-стопа. Но одно дело долг родительский, а другое супружеский. Разве можно спокойно реагировать если у тебя во рту приятно пахнущая сладкая вишенка, которая наливается соком едва её чуть энергичней сдавить губами? Нет конечно, он подозревал, что от таких игр в штанах возникнет давление, но, чтобы так быстро.
Чаён чуть сильнее обхватил сосок губами, играя с его поверхностью самым кончиком его языка, стоило чуть сильнее потянуть, и он почувствовал несколько капель молока, что попали ему в рот. Всё-таки подобный способ гораздо эффективней всех самых дорогих и качественных приспособлений. Последнее молоко всегда на вкус было особенно водянистым и практически безвкусным. Тем не менее, остановиться он не мог, наверное, на форумах пишут правду и у альф возникают до бесстыдного извращенные фантазии, когда дело доходит до грудного вскармливания. А как иначе, вот даже сейчас отсасывая остатки грудного молока всё, о чем Чаён может думать, так это о том, что Гюхе такое тоже нравиться. А может причина его одержимости в том, что этот момент кормления грудью подходит к концу, а второго такого периода у них не будет. Как бы сильно они не любили Гюёна и как бы счастливы ни были сейчас, альфа понимал, его муж проходить через беременность и роды во второй раз не захочет, а значит о втором ребенке и мечтать не придется.
— Хм… — Дремая, Гюха нахмурился. Хоть он и очень сильно хотел спать игнорировать этого придурка слишком долго у него тоже не получиться. А потому он вяло заворочался, но его довольно крепко придавило.
Чаён наконец перестал мучать грудь и только потому, что молоко он высосал из неё до последней капли. Отпустив второй сосок, он чуть приподнялся, низ живота сильно ныл, опустив взгляд ниже, мужчина лишь нервно рассмеялся. Заебись, его член стоял колом и даже не думал падать самостоятельно. Выбор перед ним стоял невелик, либо отстать от мужа и решить свою проблему самостоятельно, либо…Либо…Либо…Либо…
“Кто в своём уме отказываться от уже готовой закуски, ум…” - Даже в мыслях это звучало особенно по извращенски, но Чаён никогда не смущался своего либидо и желаний, насколько откровенными или бестактными они ни были. Поэтому, долго не раздумывая, Ли стянул штаны, вместе с нижним нижнее бельем, обнажая член. Вообще он отреагировал гораздо раньше, едва Чаён взял в рот сосок Гюхи, но сейчас он буквально сочился преякулятом от предвкушения, как у истинного озабоченного извращенца.
Он уже хотел было протянуть руку между ног мужа, чтобы раздвинуть тому ноги и поудобней умостится, пока его не “послали”, но не успел. Гюха явно тем самым местом всё чувствует и в один момент широко открыл глаза.
— Если хочешь сбросить напряжение, просто потрись о него или вали в ванную разбираться сам.
— Гюха-я, раз ты не спишь, давай сделаем это всего разок. Я быстро позабочусь обо всём. нужно просто по-быстрому вставить…
Но Гюха был непреклонен, то что его глаза были широко открыты ничего не значило. За три месяца как они забрали Гюёна из больницы домой у Гюхи выработались новые привычки. Он мог и умел очень быстро просыпаться, стоило их сыну заплакать в кроватке, а делал он это очень часто до двух-трех раз за ночь. И так же быстро отключаться, хотя нет, это навык он освоил во время третьего триместра беременности. Так что Гюха знал только одно, раз в его груди прибыло молоко, вероятней всего подошло время кормления. Но поскольку младенцы каждые три-четыре месяца меняли свой график вероятней всего Гюён разбудит своего папочку где-то за час. И тратить эти драгоценный минуты на секс, даже самый охуенный он не станет.
— Или потрись или вали в ванную разбираться сам. Стану я ради такого просыпаться окончательно.
— Хорошо-хорошо, не ворчи. Я просто потрусь, но позже, ты мне всё компенсируешь...
В обычные дни с любым другим партнером Чаён не стал бы нежничать, но, если это касалось его любимого омеги, он всегда уступал. Широкая ладонь нежно сдавила яички настойчиво их массируя. Чувствуя, что член Гюхи, хоть вяло, но реагирует, он обхватил их вместе и жадно принялся двигать рукой сдавливая головки вместе, словно пытался слепить из них одну. Как бы сильно Гюха не хотел спать, он не мог остаться к холодным к приставаниям мужа, его грудь часто вздымалась, а с губ срывались сдержанные стоны. Стоило Чаёну посмотреть на умиротворенное выражение лица мужа, как вдруг почувствовал в своей руке усиление пульсации...
Ранее альфа никогда за собой не замечал привязанности к вещам или другим людям. Он никогда не дорожил какими-либо предметами, личными вещами, окружающими людьми, отношениями. Особенно если говорить о людях и отношениях, он никогда не зацикливался на том, что с кем-либо можно быть слишком долго близким. Для Чаёна отношения всегда были не более, чем партнерская сделка, подкрепленная контрактом и четкими рамками. В большей части случаев, его интерес естественным образом угасал после нескольких проведенных вместе ночей. Требование внимания, свидания, встречи, за исключением интимных, быстро утомляли. Но в один вечер, в один день перед ним появился этот парень и перевернул весь мир вверх ногами. С момента как Чаён первый раз трахнул своего друга детства Со Гюху прошел год, за это время он успел в него влюбиться, они зачали ребенка, Чаёну пришлось искать сбежавшего от него возлюбленного, они поженились, беременность и все её прелести коснулись обоих супругов. Рождение ребенка стало особенным моментом для них обоих. Даже совместная жизнь в одном доме с мужем и сыном была наполнена забавными моментами, которые просто не позволяют Чаёну скучать. Не зря Гюха каждый раз повторяет, что Чаён гребаный извращенец, ведь он с маниакальной одержимость ожидает прихода каждого дня и тех “приколов” которые будут его ждать.
— Ха, ха-аа…
Чаён потянул Гюху за руку заставил его удерживать оба члена. Температура их тел в один момент стала повешенной, легкого трения было достаточно, чтобы интимные ощущения достигли пика, на руки попала мутная, горячая, склизькая жидкость преякулята. Альфа лишь крепче сдавил руку сжимая головку, только более ритмично двигая бёдрами, достигая кульминации.
— Ха-Ха. Ааа..
Сперма, которая извергалась их двух эрегированных пениса, капала на грудь Гюхе оставляя на коже влажный след. Разрядку они получили вместе, сперма смешалась и склизкими комками застыла на коже. Обтирая тело мужа, Чаён несколько раз случайно “задел” покрасневший сосок Гюхи, то дрогну в ответ на действия альфы, но ворчать не стал. Тогда мужчина чуть осмелел, совместная мастурбация — это неплохо, но такого ему точно недостаточно. Он склонился ниже поцеловать мужа, как вдруг сонное бормотание испортило весь настрой.
— Чмок и спи...
Чаён хмыкнул: “Серьёзно? Потрись, чмокни и спи…” Но возмутиться даже для вижу мужчина не смог. у кое-кого в отдельной спальне явно возникли другие планы на досуг не спящих родителей. Оба папы услышали тихое кряхтение. Гюха сонно нахмурился и принялся ворочаться, ему вначале нужно сбросить с себя мужа, потом быстро обтереться и желательно свежую рубашку надеть, пойти на кухню за бутылочкой и покормить сына, который явно соскучился по папочке. Чаён следил за этими копошениями с улыбкой на губах, а ещё он был рад, что сын явно с ним солидарен, они успели довести дело до конца не торопясь. Но мог бы поспать и по больше…
— Не вставай, я пойду к Гюёну.
Мужчина встал, взял пижамные штаны и вышел из спальни. Он зашел в комнату сына оборудованную в соседней с ними комнате. Дверь была приоткрыта, у них у кроватки стояла видео няня, но Гюхе было спокойней, если дверь была открыта, так ему казалось, что ему легче услышать ребенка, если тот проснется. Он нажал на выключатель у стены, зажигая мягкий свет настольной лампы в форме луны и подошел к кроватке.
— Ты проснулся, малыш? — Сняв тонкое одеяло, с изображенными на его поверхности зайчиками, Ли Чаён первым делом проверил подгузники. Заметив, что он влажный, мужчина взял сына и переложил его на циновку, чтобы переодеть. — Папа поменяет тебе подгузник в мгновение ока. Гюён, ты же не будешь плакать и дадим папе Гюхе поспать?
— Тьфу… Фу-фу
— Посмотри какой хороший, желтенький, яркий, как ты любишь.
Гюён потянулся к яркой погремушке зайчика, и едва он схватил её своими пухлыми ручками, как тотчас сунул погремушку в рот. Пока малыш чесал десенки о латексные, мягонькие ушки Чаён быстро и ловко сменил мокрый подгузник, бросив его в корзину-утилизатор и протерев промежность салфетками, ловко надел на него чистый. Ползунки были сухими и чистыми, а потому мужчине не стал их менять. Его движения были точными и быстрыми, Гюха порой недовольно поджимал губы в очередной раз признавая своё поражением и льстил мужу, недовольно признавая, что он определенно хорош во всех этих штуках, связанные с уходом за Гюёном. Это конечно альфе льстило, но он понятия не имел что нужно делать с ребенком и как себя с ним вести, он для него был таким крохотным и беззащитным, что у большого и брутальной альфы не было другого выбора, кроме как быстро учиться, как ухаживать и заботиться о своих мальчиках. Приходя с работы домой и вешая в гардеробный костюм, Чаён переставал быть директором, быть альфой, он становился заботливым отцом и любящим мужем, для которого не было никого важнее чем муж и сын. А потому и выбора иного не было, только быстро учиться и выполнять обыденные вещи с присущему ему великолепием.
Миссия по замене подгузника была выполнена быстро и качественно, но вместо того, чтобы уложить Гюёна обратно в кроватку, мужчина наклонился ниже к сыну внимательно его изучая. Он взял вторую погремушку синего цвета и поболтав её из стороны в сторону, улыбнулся видя, как сын тянется второй ручкой за второй погремушкой, видимо и её он намерен потянуть в его крохотный ротик.
— Нравиться? — На лице Ли появилась широкая улыбка. — А твой папа ворчал, зачем нам две, зачем две.
Чаён и правда рассчитывал, что его первенец будет похож на него внешне, а ещё что он унаследует его ген доминантность и будет альфой. Второе конечно пока не известно, его вторичный пол проявится позже, но малыш он довольно крупный, хотя и недоношенный так что всё возможно. А вот что касается внешности тут папы на удивление никак не могли договориться, отчаянно споря на кого же всё-таки маленький Гюён похож. Чаён, даже принес из главного дома, родителей свою детскую фотографию используя её как аргумент в спорах с мужем. А всё потому, что Гюха не верит, что в поликлинике все отмечают как малыш похож на его папу. На что Гюха ворчит в ответ, мол мнение строящих альфе глазок медсестер не в счет, а врачам он платит, вот те и говорят, то что их клиенты хотят услышать, потому что Гюён похож на него.
Порой их споры были исключительно для того чтобы подразнить друг друга. Ведь стоя возле кроватки сына или переодевая ему подгузник Чаён был просто счастлив, что его сын в порядке и что он здоров. Ведь для родителя нет ничего больнее, чем следить за их собственным ребенком через стекло больничной палаты. Те две недели альфа вспоминает с содроганием. Крохотное тельце его малыша было помещено в стеклянный бокс, и в него врачи втыкали иголки и капали раствор, чтобы помочь ему окрепнуть. Сейчас их сын перешел в стабильную фазу, он абсолютно здоров и у него нормальный вес и всё благодаря молоку Гюхи.
— Ты не голоден? — Что что, а аппетит у малыша был отменный, тот в точь как у его папы альфы.
— Ооооооо. — Каждый раз при слове еда, Гюён поджимал свои крошечные губы и широко улыбался своими розовыми деснами. От этой милой улыбки у альфы сердца в груди в лужицу превращалось.
Видя, как Чаён разговаривает с сыном, а потом глупо на него таращится в ожидании ответа, Гюха недовольно ворчит: «Что ты хочешь от ребенка, который даже не может ответить?» На такие колкости Чаён не обращает внимания, зная, что это всего лишь проявление ревности. Пусть Гюха больше времени проводит с сыном, пусть он его носил в своём животе, и он прошел через период родов, их связь как омеги и его дитя крепче. Видя, как альфа вторгается в их гармоничные семейный отношения, он нервничает и соответственно ревнует.
Ли Чаён, вопреки более распространенному мнению о холодности альфы, и в доказательство своих слов, каждый раз показывает, что он сделает всё, что нужно, чтоб бы быть к своему ребенку ближе. Он нежно его обнимает словно это он его кормит грудью, давая ему бутылочку с грудным молоком. Он долго носил его на плече давая малышу возможность срыгнуть, даже порой не замечая, что сын безнадежно портит дорогую брендовую одежду. Альфа словно не замечает ничего вокруг них двоих, нежно носит сына на плечо, тихонько похлопывая того по спинке. Каждый раз, когда их взгляды встречались, они тихо хихикают. Чаён сам выбирает для сына красивые вещи, буквально захламляя детскую комнату.
Сейчас Гюён отчаянно борется со сном через силу открывая глазки, широко зевая и тихо агукая. Он был послушным сыном и не плакал, взамен этот сильный взрослый не отпускает его с руки и окутывает приятным запахом, таким же какой был в его темном домике, в животике папы омеги. Чаён не мог сдержать чувств, жалея только о том, что не взял с собой телефон, память в котором ломилась от милых домашних фото. Но как тут можно удержаться, его сыночек, всё ещё такой крохотный, его макушка удобно ложиться в изгиб локтя, а попка помещается в широкой ладони. Он всё ещё кажется альфе слишком невесомым, хотя врач утверждает, что мальчик прекрасно набирает вес. А это т умильный момент, когда он начинает широко зевает, сообщая миру, что ещё немного и он заснет — это так мило, что кажется из глаз вот-вот потекут не слезы, а мед.
Малыш уснул, Чаён неохотно положил его в кроватку и укрыл одеяльцем. Не спешил выключать свет мужчина облокотился о бортик кровати и внимательно изучал лицо спящего Гюёна. Сейчас видя, как тень длинных ресниц падает малышу на щеки, Чаён не мог не отметить, что спящий малыш очень похож на папочку…
***
Каждый тяжелый вздох разрывает его легкие. “57, 56, 55, 54” — Мысленно концентрируется на обратном счете мужчина, делая очередной быстрый шаг, когда отсчет дошел до цифры ноль, он без колебаний нажал кнопку “STOP,”. На дисплее отобразились показатели пульса, частоты дыхания, пройденного расстояния и скорости движения. — Хаааа-хаааа…Хаааа… После 40 минутной ходьбы без остановки с периодическими эпизодами бега он чувствовал, что его сердце готово вот-вот лопнуть у него в груди. Отдышавшись, Гюха смочил горло, сделав несколько больших глотков воды из спортивной бутылки. Тыльной стороной ладони он вытер губы и немного раскачиваясь из стороны в сторону направился в душ. Его тренер, увидев, что подопечный направляется в сторону душевых поспешил подойти и уточнить ход тренировки: — Господин Со, вы закончили? — Конечно. — Сорок минут кардио на последки, понимаю немного тяжело, но вы сами настаивали на интенсивной тренировке, чтобы как можно быстрее вернутся в форму, верно? — Конечно. — Хорошо, приятно работать с такими ответственными подопечными. Не забудьте следить за рационом. Увидимся завтра. Гюха учтиво склонил голову и медленно поплелся в душ. Он сам просил интенсивней, как же. Просто он оказался куда более самонадеян чем ему казалось изначально. До встреч с Чаёном зал единственное место где Гюха привык себя изнурять до потери сознания. Но восемь месяцев беременности его избаловали. Так что, стоило ему хотя бы немного проявить малодушие и сократить время кардионагрузки или уменьшить число подходов, его личный тренер появлялся возле него словно призрак и с невозмутимым видом нажимал на кнопку. Его садистский голос и нарочито вежливая улыбка намекали, что разжалобить его не удастся. Его твердое: “Господин Со, вы должны сделать…” дальше звучало число, которое Гюха нехотя, но вынужден был сделать. Вообще, в страданиях омеги виноват его муж, который нанял Гюхе не просто хорошего тренера — лучшего. Кажется, его не раз показывали по телевизору и у него был свой собственный блог, посвященный фитнесу. Приняв душ и вымыв волосы, Гюх почувствовал, как приятная ломота в теле отступает и конечности вновь ощущались легкими. Высушив волосы и одевшись, мужчина бодрой походкой направился на парковку. Сегодня ему нужно пораньше вернуться домой, все дело в том, что в это прекрасный теплый день он, вынужденно, пригласил к себе домой своих друзей. Почему вынужденно? потому что до сегодня ему каким-то чудом удавалось на пушечный выстрел не подпускать этих мудаков к его, с их слов: “уютному семейному гнездышку”. Но вчера, ни с того ни с сего Пак Чхан Ун, прервал из бесполезного трепа и спросил: «Парни, сегодня я особенно опечален и виной этом наш друг Гюха. А всё дело в том, что мой племянник родился несколько месяцев назад, а я до сих пор не видел его лица?» Брошенное шуточное обвинение в один момент приобрело масштабов катастрофы, потому как опечаленными вдруг оказались все, и они не стеснялись выражали свою грусть и печаль, давя на чувство вины Гюхи. Давить там особо было не на что, виноватым то он себя как раз не чувствовал, но они от него не отвернулись, когда узнали, что он мужчина-омега и что он беременен, так что как бы, пришлось. Ему пришлось проявить гостеприимство и пригласить друзей в их с Чаёном дом. “Бип-бип-бип” Едва он вошел домой и пошаркал в гостиную надев тапочки, на встречу вышла няня, держащая на руках Гёна. — А кто у нас здесь? — Паа-паа… — Малышу всего три месяца, но он уже довольно бодро агукал повторяя за взрослыми звуки. Гёюн всегда улыбался стоил ему посмотреть в лицо его папы. Его беззубая улыбка не оставила равнодушной никого. Гюха потянулся к сыну и взял его на ручки. — Ты же не плакал и не доставлял тётушке проблем, да? Мой сыночек хорошо провел время, игра, да? — Паа… Уууу Произношение было нечетким, но он, казалось, что он сказал «да». Родители склонны считать собственных детей маленькими гениями, и Гюха был не исключением. Гюён всё же был очень смышленным ребенком, потому как он точно приметил, стоит ему улыбнуться или похлопать в ладоши — эти взрослые что: носят его на руках, кормят молочком и меняют подгузник очень радуются и окутывают его нежным запахом, дарящим ему чувство защищенности. А ещё, они расслабляются и теряют бдительность, и он может сделать, кое-что забавное. Гюён, перестал хлопать в ладоши и поймал длинный палец, направленный в его сторону. Едва ему удалось ухватиться за него Гюён тотчас засунул большой палец взрослого себе в ротик. У него частенько чесались десна, а палец куда лучше пустышки. — Не соси пальцы, сынок. Со Гюха пошел прямо в детскую комнату и забрав палец, дал сыну пустышку. К сожалению, он забыла вытереть пальцы со слюной, а потому так и сидел не в силах его вытереть. Для игры мужчина облюбовал цветной коврик в детской, он сидел, скрестив ноги держа ребенка между ними. В его руках ритмично трепетала погремушка. Это было в рамках утренней “квоты” на проведение времени с сыном. Когда он тряс погремушками напевая песню любимой рок-группы он в какой-то мере был похож на басиста. Их игру с сыном прервав входящий вызов от «Медвежонока». — Что хотел? — Ворчливо произнес Гюха. — Эй, какой рост у Гюёна? — Что? — Какой рост у Гюёна? Около 60 см? Это была довольно точная догадка, в прошлый их визит к врачу в медкабинете произошло взвешивание и измерение Гюёна, и его рост составлял 60,7 см. Малыш лежал и весело дрыгал ручками. — Почему ты вдруг спрашиваешь меня, о таком? — Бён Чхоль отправил меня в детский магазин, купить детскую одежду для племянника. А здесь столько дополнительных сложностей, вот я и решил уточнить. — Просто приходите, ничего покупать не нужно. — Гюха взглядом уперся в дверцу шкафа в спальне сына. Это было ужасно, Чаён просто одержимо ведет себя в магазине, после его прогулок по супермаркету полки шкафа буквально ломятся от покупок. — Ли Гюён — наш первый племянник, и нам хочется что-то купить ему в подарок. Так что не пизди, какого малыш роста? — Медвежонок рассмеялся, на удивление это напыщенный мудак считал себя остроумным. Гюха тоже вспомнил забавную историю и не сдержался. — Зачем ты смотришь на одержу с маркировкой 60 см, почему бы тебе не купить что-нибудь с надписью 6 м? — Эй-эй, что ты такое говоришь, какие ещё 6-м? Эй ублюдок, ты вообще отец или как? — Ты, заткнись, ублюдок… — Гюха посмеялся, он так и думал, что друг попадется на его шутку. — 6 м. —Это не рост ребенка, а месяцы жизни. Если на одежде бирка 3 м, то это на ребенка возрастом 3 месяца, а если 6 м, то на 6 месяцев. Конечно Гюха не признается, что он знает такие тонкости, не потому, что он отец, а потому что он был в точно такой же ситуации. Он точно так же, как и Медвежонок подумал, что “м” — это рост, а не возраст. — Если вы собираешься, что-то купить то выбирай на возраст 6-12 месяцев. — Эй, Гюёну же сейчас три месяца, почему ты просишь меня купить, на взрослого ребенка? Разве он дорос до такого, оно же ему велико будет. — Я не потому прошу купить одежду большего размера. Сейчас у него так много всего, что нужно надеть. Если вы купите ему подарок большого размера, я надену его в следующий раз. — Оки-оки. Принято. Медвежонок сбросил вызов. Гюха закатил глаза, вроде как разговаривали минуты три, а казалось прошло более часа. Минут через тридцать, в дверь позвонили. Домработница открыла дверь и впустила гостей господина. Они ворвались словно ураган. Пак Чхан Ун, возглавлял эту колону едва войдя в гостиную он проигнорировал общий интерьер и убранство, его привлек маленький ребенок, удобно умостившись на руках у его друга. Малыш радостно улыбнулся, чувствуя внимание к себе, сердца хмурых взрослых тотчас были растоплены. — Гюён-а! Дяди здесь! — Эй чувак, я что невидимка? Не хочешь поздороваться? Но мужчина не слушал, он был очарован и хотел взять племянника на руки. Гюха жестом остановил его, требуя, чтобы друзья первым делом вымыли руки. Трое мужчин послушно выстроились друг за другом перед уборной, как послушные дети. Ким Ган Сан, который мыл руки последним, по какой-то причине вышел первым и протянул руки прося дать ему ребенка. Как оказалось, друзья Гюхи не более чем взбалмошные мальчишки, которые сыграли в “Камень, ножницы, бумагу”, пока мыли руки и он выиграл. — Детка, дай его мне, хочу обнять племянничка. — Будь осторожен, не урони его. — Конечно-конечно давай его мне. Со Гюха недоверчиво передал сына в руки друга и его удивлению не было предела. Как оказалось, Ким Ган Сан был очень осторожным и умелым, о был хорош во всём: у него была уверенная, статичная поза, он удобно держал на руках ребенка, при этом он покачивал его из стороны в сторону. — Здравствуй, Гюён-а. — Он говорил достаточно тихо, чтобы не напугать ребенка, а его наглая морда казалось до безобразия счастливой. Малыш долго рассматривал нового взрослого, и он казалось ему тоже нравился, потому как спустя несколько секунд, его маленький ротик расплылся в счастливой улыбке. — Он такая маленький и милый. Я прямо засмущался. Да. Но я не интересуюсь детьми… — Бухахаха! — шутка не особо смешная так что кроме мудака Пак Чхана Сана особо никто не рассмеялся. Пока Ким Ган Сан знакомился с сыном их друга, парни осматривали дом Гюхи. Их друг никогда не был гостеприимным и к себе домой никого не приглашал, мог чего они не видели в маленькой квартире. Так что дом за городом впечатлял, хотя чего ещё ждать, от мужа Ли Чаёна. — Эй, это потрясающе. Так ты теперь живешь, здесь? Круто, чувак. Взгляд Пак Чхан Уна остановился на одной из стен гостиной. А именно его заинтересовала большая фотография в рамке на стене гостиной. На фотографии были запечатлены двое мужчин в белых свадебных костюмах. Фотография была сделана в студии накануне свадьбы. Кроме этой фотографии в доме было полно различных рамок с любительскими и студийными фотографиями. Большая часть фотографий принадлежала Гюёну. Гюха часто фотографировал сына, и Чаён несколько раз оплачивал услуги профессионального фотографа и студию, по большей мере такие фотосессии были приурочены к месяцу рождения сына. Но было и множество фотографий спящего Гюёна и Гюхи, которые засыпали в самых разных местах квартиры и самых разных позах, но всегда рядом. Фото были очень милыми, а потому Чаён терялся в выборе лучшего кадра. — Я забыл их снять. Не смотри. — Его уши покраснели в порыве смущения. Он нервно посмотрел в сторону и потер шею, делая вид, что ничего такого. И только буркнул. — Если ты завидуешь, ты завидуй молча. — Ты нормальный, чувак. Говоришь забей, а сам демонстрируешь свою идеальную жизнь, конечно мы завидуем. — Не остался от шутки Юн Бён Чхоль, разглядывая одно из фото. — Заткнись. Говорить такое в присутствии ребенка. Пак Чхан Уна широко улыбнулся и протянул руки к ребенку: — Пойдешь к дяде, малыш! — Будь осторожен. — Ким Кан Сан осторожно передал ребенка другу, строго разговаривая, так словно это он отец ребенка. Как только он взяла на руки ребенка, он тотчас почувствовал запах сухого молока, которое исходило от малыша. Уголки рта Пак Чхан Уна, который и так улыбался еще до того, как взять ребенка на руки изогнулись с такой силой, что казалось он пытается дотянуться или до мочек ушей. — Гюён-а. Я твой дядя — Чхан Ун. Зовите меня дядя. — Уууу — Какой ты милаш. Что скажешь, дядя красивый? Правда? ты ещё такой маленький, но я вижу какой ты милаш. Эй чувак, тебе повезло, что твой сын копия Ли Чаён, а то бы унаследовал твою кислую мину и всю жизнь страдал бы. — Пак Чхан Ун расхохотался, н встретившись взглядом с Гюхой осекся. — О чем ты говоришь? В смысле он похож на Чаёна, посмотри получше, Гюён копия я. — Если бы ребенок был похож на тебя, он бы заплакал и поднял шум, как только бы мы вошли, чувак. Не так ли, Гюён-а? Это раздражало, но возразить было нечего. Гюха злился, что ещё кто-то отмечает настолько очевидную вещь, как сходство их сына с папой-альфой, а ведь эти мудаки толком его не знают. Гюха недовольно ворчал ещё и потому, что даже родители, к которым он нередко ездил с сыном отметили, что Гюён очень нежный и улыбчивый ребенок. В то время как Гюха всё время хмурился, а когда с ним начинал разговаривать кто-то посторонний он ещё и пугался, и громко плакал. Честно говоря, Со Гюха с трудом опровергал заявление о том, что ребенок больше похож на Чаёна. Быть может Гюха плохо помнит этого всегда тихого парня, который предпочитал разговорам и играм чтение книг. Но будучи уже взрослым Чаён проявлял чувства нежности и по-настоящему искренне улыбался только этим двоим. — Эй, дай его мне. я тоже хочу подержать его на руках. — Юн Бён Чхоль, который ждал своей очереди, с озабоченным выражением лица не удержался и протянул руки к ребенку, прося Пак Чхан Уна предать малыша ему. С недовольным выражением лица Чхан Ун протянул Гюёна Медвежонку. Тот с таким трепетом сморен на малыша словно это его сын, а е ребенок его друга. — Ку-ку, малыш, Ку-ку!!! — Весело произнес Медвежонок. — Уууууу — Ребенок поджал губу и немного выпятил нижнюю. — Дядя Бён Чхоль, что-то не сработало. Попробуй ещё раз, да? — Ууууууу Но счастье Бен Чхоля было мимолетным. Когда парни держали ребенка, он выглядел счастливым. А вот как только его на руки взял Юн Бён Чхоль, улыбка малыша медленно исчезла, его нижняя губка всё сильнее оттопыривалась, и он разразился громким криком. — Отдай его мне. — Пак Чхан Ун, стоял ближе всех, и он первым забрал ребенка, который слегка успокоился, но всё ещё продолжал всхлипывать. Мужчина нежно погладил ребенка и с издевкой бросил Юн Бён Чхолю, едкое замечание. — Бу-ха-ха! Чувак — это просто ржака. Малыш плпчет, каждый раз, когда смотрит в лицо Юн Бён Чхоля, верно? — Гюён, такой маленький, а уже так хорошо разбирается в людях. — Представь какое страшное выражение лица у тебя, что даже ребенок испугался. — Заткнись, придурки. А пока парни подкалывали Медвежонока, Гюха забрал сына и отнес его в детскую. — Тсс. Всё- всё малыш, успокойся. Грозный дядя Медвежонок тебя напугал? Да? — Гюха похлопала сына по спине, успокаивая, но плач и икота не прекращался. Малыш ёрзал, вытирая глазки сложенными кулачками. Пока Гюха успокаивал сына, в дверь постучали. — Господин, можно войти? — Конечно. Дверь отворилась, в детскую вошла няня. Просто посмотрев на неё, Гюха увидел не просто женщину, помогающую ему с детьми, он увидел спасительницу. Женщину способную сохранить его душевное спокойствие. — Господин, я позабочусь о Гюёне, а вы возвращайтесь к гостям. — Гюха колебался, друзей он и правда не видел уже довольно давно, но разве ему не следует остаться и проконтролировать, чтобы успокоился. Няня умело покачивала малыша из стороны в сторону — это имело хороший результат, вскоре ребенок успокоился и перестал плакать. Гюха с тревогой смотрел на сына, но когда он широко зевнул, тревога постепенно сошла на нет. — Господин, кажется всё нормально скорее всего он просто хотел спать. Я уложу его. — Спасибо. Молча поблагодарив няню, Гюха тихонько открыл дверь и вышел. Тыльной стороной ладони он вытер пот со лба: еда, сон и плач являются частью повседневной жизни ребенка, но даже три месяца спустя слыша, как сын плачет, Гюха все еще нервничает. Мужчина вернулся в гостиную, в которой находились его друзья, сидящие рядом на диване. — Ты один, а где ребенок? — Тетушка укладывает его спать. — Чувак, я думаю Юн Бён Чхолю следует запретить вход. — Заткнись, пожалуйста. Медвежонок чувствовал себя подавленным, пока эти двое продолжали подкалывать друга, Гюха предложил перейти в беседку на заднем дворе. Домработница заранее настроила барбекю -гриль, поэтому вечеринку можно было не откладывать. Кроме мяса, гостям подготовили ещё и алкоголь. Со Гюха потянулся за банкой пива, он хотя ещё и продолжал кормить ребенка порой позволял себе немного алкоголя, главное было соблюдать временные интервалы. — Уммм. Мясо чертовски вкусное. — Когда я открыл упаковку, я увидел, что это говядина высшего класса, верно? — Эй, если ты будешь так заморачиваться с угощениями, к нашему приезду, мы будем встречаться здесь каждую неделю. — Угрожаешь? В шутку сказал Гюха в несколько глотков осушил банку пива. Вопреки его ворчанию, он был рад, что пригласил друзей к себе домой. Да они шумные и шутки у них тупые, но он его друзья и сегодня они это доказали. На самом деле, были моменты, когда он чувствовал себя особенно подавленным и расстроенным. Он не понимал, что с ним происходит, незапланированная беременность перевернул его жизнь с ног на голову. Он пытался себя успокоить, повторяя словно установку, что рождение ребенка на его жизнь не повлияет, но ещё он понимал, что рождение сына — это не конец, а новое начало. Единственное, что его расстраивало, что слова Моран оправдались всего лишь на половину. После того как он прошел тяжелый период восстановления после операции, он и правда записался в зал и довольно быстро вернулся к своему первоначальному весу. Отеки спали, словно их и не было, он вернул тонус мускулам и рельеф телу. Единственное, что не поддалось восстановлению — это его идеальный живот. Мышцы кора были слишком растянуты после беременности, а из-за большого шрама в нижней части живота они плохо тянулись и утратили свою эластичность. У Гюхи были и другие причины для депрессивных мыслей. Он был счастлив, что у него есть ребенок, но порой его накрывало чувство беспомощности. Он просто боялся, что может не справиться с воспитанием сына, его переполняли тяжелые эмоции, такие как «вина» или «ответственность». Иногда ему кажется, что он и вовсе живет без конкретного плана. Конечно у него есть супруг, который связан с ним юридическими обязательствами. Вместе они обязаны нести ответственность за сына, по крайней мере, в течение последующих двадцати лет. Почему-то эти мысли казались ему пугающими. Тем не менее, оказалось, что он не одинокий, вокруг него были те, кто помогают ему здесь и сейчас. Жизнь оказывается непредсказуема, поэтому он знать не знает, что принесет им завтрашний день. Но, к счастью настроен Гюха оптимистично, так что в будущем вероятней всего с ними всё будет в порядке. — Где господин Ли? — Спросил Юн Бён Чхол Гюху. Мужчина вместо ответа только рассмеялся. — Зачем спрашиваешь? — Разве он ушел, не для того, чтобы мы чувствовали себя неудобно? — Нет, всё нормально, у него несколько встреч на сегодня назначено. Частично соврал Гюха, Чаён уж точно не стал бы испытывать смущение от общения с его друзьями. Просто Гюха не особо хотел ближе их знакомить, так что пригласил друзей именно в тот день когда Чаён был точно занят. Он не стесняется собственного мужа, дело в этих придурках. Во время свадебной церемонии они вели себя прилично. Но сейчас же эти твари явно расслабились, хуйню они не стесняются вслух проговаривать. Гюха то к их шуткам привык и не особо вслушивался в их бесполезный треп, так, например, если они сморозят ему какую-то херню, он может пропустить её мимо ушей, матюкнуться или съязвить что-то такое же пошлое. В любом случае Гюха никогда не парился на тему их неуместных заявление, например, таких как это: — Эй-эй, разве доминантный альфа это не другое. Разве это не чувствуется так словно тебя вот-вот может порвать нахрен? Слыша чушь, которую сморозил Пак Чхан Ун, Юн Бён Чхоль оживился, словно попал в свою “струю”. — Если ты не знаешь, то не нужно пиздеть. Если ты начнешь выделять феромоны то тебя заметят, не важно альфа или омега. — Вот что ты имеешь в виду, птичка. — Если у вашего друга нет намека на здравый смысл, вы должны ему помочь. Они продолжали трепать всякую хрень, которую уже какое-то время никто не слушал. Пока парни бесцельно спорили Ким Кан Сан, раскладывал на гриль, куски сырого мяса. Гюха нахмурил лоб, ему резко захотелось выпить, но увы у него лимит — одна банка. Потому отложив её в сторону, он встал: — Я пойду в ванную. Оставив друзей Гюха вернулся домой. Едва он вошел в гостиную, к господину подошла домработница. Гюха вежливо улыбнулся и сказал: — Всё в порядке, я позвонить хочу. — Да господин. Достав из кармана мобильный Гюха набрал номер мужа. — Привет. Чем вы там занимаетесь? Твои друзья пришли? — Да так болтам, мясо жарим. — Он чуть заметно поморщился и из вежливости спросил. — Что ты делаешь? — Я разговариваю с тобой по телефону. — Гюха ничего не ответил, словно чувствуя раздражение мужа Чаён уже более серьезно ответил. — Всё-всё не злись. Встреча закончилась я ненадолго зашел в номер освежиться и пересмотреть записи. Гюха который хотел было уже сбросить вызов, вернул телефон к уху. — Разве ты не планировал встретиться со своей мамой за обедом? — Пришлось отменить, со мной связался секретарь и сообщил о незапланированной встрече. Я позвонил маме и перенес обед с ней на другой день. Что делает Гюён? Я хочу позвонить по видеосвязи. — Он спит. Увидишь его завтра, когда вернёшься домой. — Нет — это слишком долго. Когда твои друзья уйдут? — Ещё не знаю, мы мясо как раз жарим. Я позвоню тебе, позже, после того как проведу их. — Хорошо. Гюха-я, я тоже скучаю по тебе. Я скучаю по тебе, детка. — ьГюха смущенно потер шею, и как? Как он так каждый раз может смущать его, говоря такие смущающие вещи та бесстыдно и непринужденно. — Э-э, я хочу тебя видеть, детка. — Верю, прямо чувствую искренность в твоих словах, позже при встрече скажешь мне это еще раз. Я вешаю трубку. На этом они попрощались. Гюха глянул на своё отражение в зеркале и процедил сквозь зубы ругательства. Вот почему каждый раз так? почему даже живя с этим придурком вместе, он до сих пор не научился принимать эти нежности без смущения. Гюха открыл кран и набрав в ладони воды окунул в них пылающее лицо. Конечно он научился прекратить огрызаться в ответ на признания, но его уши каждый раз пылали стоило Чаёну сказать что-то столь смеющее и нежное.***
Парни наконец свалили. Гюха не мог отрицать очевидного, он был рад, что парни пришли, ведь он неплохо провел с ними время. Парням тоже всё понравилось и дом, и угощение, приготовленное Гюхой, но сильнее всего их обаял Гюён. Если верить их словам малыш копия Ли Чаёна. На циферблате настенных часов, висящих в гостиной, стрелки показывали восемь часов. Зайдя в детскую Гюха увидел, что Гюён не спит, по его расписанию его скоро пора будет кормить. Зная насколько он бывает неспокойным, мужчина взял заранее подготовленную бутылочку, он сел вместе с сыном на диван. Малыш не сводил взгляда с отца, на его личике расцвела беззубая улыбка. Зная какой тревожный и капризный становится Гюён когда голодный, мужчина решил покормить его немного раньше. — Давай поедим, малыш, ты не против. — Против малыша не был. Гюха взял подушку для кормления и положив её на колени уложив на неё сына и предложил ему бутылочку. Гюён довольно хрюкнул и обхватив бутылочку руками тотчас сунул соску в рот, жадно потягивая молоко. — Хаам… С его губ вырвался долгий зевок — это был долгий день. Каждый день по утрам Гюха интенсивно тренируется в спортзале, обильно потея. Сегодня он ещё и встретился с друзьями, они много смеялись и болтали о всяких пустяках. конечно он иногда их оставлял, чтобы проверить Гюёна. Быть может поэтому он чувствует себя настолько усталым. — Хаааа. —Его глаза медленно закрывались, голова стала невероятно тяжелой. В состоянии полудрема, мужчина услышал тихий плач сына. Вздрогнув всем телом, он осмотрелся и обнаружил, что причиной недовольства сына был он. кажется он задремал и соска бутылочки выскользнула у него изо рта и упираясь в щеку. — Прости-прости. Гюха вытер щечки сына от молока, дал ему соску, которую тот принялся жадно сосать. Гюха несколько раз тряхнул головой, но в сон его клонить не перестало. Он хмурил лоб, тряс головой, и из всех сил концентрировался на кормлении сына, увы… Ничего не помогало. Пока он боролся со сном Гюён поел и выплюнул соску. Поставив на стол пустую бутылочку Гюха немного походил по гостиной держа сына вертикально, похлопаю его его по спине. После того, как Гюён срыгнул, Гюха направился в спальню и лег вместе с сыном на постель. Положив под спину несколько подушек Гюха сел так чтобы Гюёну было удобно у него на плече и он мог срыгнуть после еды. — Гюён, малыш. Давай наберем номер и немного поговорим с папой. Хорошо? Ты не против... “Тррр- Тррр-” Воспользовавшись тем, что машина ненадолго остановилась на светофоре, Ли Чаён позвонил мужу, но ответа не было. Чувство тревоги его не покидало, он нервно постучал по бедру, и как только сигнал светофора сменился, он нажал на педаль газа. С наступлением ночи даже малейший звук становился необычайно громким. Ли Чаён, быстрым шагом пересек гостиную, направившись к спальне. Открыв дверь перед ним открылась невероятно умильная картина. В доме было тихо. Если Чаён не задерживался на работе сверхурочно или не отправлялся в командировку, няня и домработница уходили с работы в 7 вечера, потому звонить к ним с целью узнать, что с Гюхой и почему он не отвечает бесполезно. Так что, когда Гюха перестал отвечать на его сообщения и звонки он не мог сдержать своего волнения. Так что распахнув дверь в спальню и увидев в чем причина отсутствия связи, он не мог сдержать улыбку. С его губ сорвался вздох облегчения. Со Гюха, полулежал на кровати в их спальне, крепко удерживая двумя руками Гюёна, который крепко спал на груди у папы. — Тсс, мой хороший, не пугайся — это папа. Чаён взял сына, который от прикосновения отца проснулся и принялся кряхтеть и хныкать. Альфа осторожно покачал сына, пока тот, вновь крепко не заснул. Убедившись, что сын спит Чаёен тихо перенес его в детскую и уложил в кроватку. Выйдя из спальни, он, оставив дверь приоткрытой. Вернувшись в спальню, он застал мужа в той же неудобной позе. Первым делом он хотел спросить мужа почему они ему не позвонит, но видимо они оба слишком устали просто отключились от усталости. Он осторожно придержал Гюху за шею и уложил его поудобнее в постель. Альфа направился в гардеробную, переодевшись в пижаму, он вернулся в спальню. Гюха тихо храпел, всё-таки он слишком устал, что даже не заметил возвращение мужа. Мужчина щелкнул выключателем, в спальне воцарился мрак. Ли Чаён лег на кровать обнял мужа, Гюха сонно заворочался ложа голову на вытянутую руку мужа. Он часто использовал рук Чаёна вместо подушки. Тепло их тел медленно распространялось. Чаён крепко обнял любимого утыкаясь носом ему в макушку. Спать не хотелось, потому не вглядывался в темноту, думая о том, как всё-таки он рад, что его жизнь так резко изменилась: любимый муж, лучший н свете сын. Разве не в этом счастье. Гюха сонно заворочался, переплетая ноги, просовывая из между ног мужа. Он перекинул руку отнимая альфу ответ. Чаён улыбнулся и смежил веки, пусть спать он не хочет, но Гюён скоро проснется поесть, нужно хотя бы немного подремать.
