Take on me

— И кто эти люди? Они от твоих работодателей?       Когда дела с полицией были улажены, Вегас, последние два часа машинально отвечавший на вопросы, наконец, может сам задавать их. Его не удивляет хладнокровие, с которым Пит отнёсся к ситуации, но если его муж вновь замолчит или будет давать витиеватые ответы, Вегас просто не вынесет этого.       Пит убирает руки в карманы брюк и смотрит будто бы сквозь него, отвечая: — Нет. Им я ещё пока нужен. — Тогда кто? У тебя есть идея? — Я почти подобрался к тем, кто виноват в смерти моих родителей. — Ясно. В погоне за призраками прошлого ты вот-вот лишишь нас настоящего.       Пит устало опускается на диван в гостиной. Вегасу ничего не остаётся, кроме как присоединиться к нему. — Это мои родители, Вегас. — Понимаю. Я же не умаляю их значимости. Но ты и так всё время ходишь по краю, если не сказать большего. — Ты напуган, верно? — Пит кладёт руку ему на колено. — Я же предлагал: давай покончим с этим. Не хватало только, чтобы ты пострадал. — Да, — честно сознается Вегас. — А кто бы не был напуган? Но знаешь, — Вегас переводит взгляд на потолок, — я боюсь не только за себя.       Пит убирает руку с его колена и уже обеими обнимает мужа. Вегас упирается лбом в его плечо, шепча сквозь тихий смешок: — Ненавидеть тебя было куда проще, чем любить.       Пит ухмыляется — Вегас не видит этого, но слышит. — Смешно, да? Наверное, думаешь: какой же ты жалкий ублюдок, Вегас.       Пит закрывает ему уши ладонями и поднимает его лицо от своего плеча. Вегас, не моргая, следит за его губами, которые шепчут признание. Вегас отнимает ладони мужа от своих ушей и говорит с улыбкой: — Что-что? Я не расслышал. — Я сказал, — Пит наклоняется к его лицу, — ты полный придурок, Вегас.       Вегас вертит головой, хихикая: — Нет. Там было другое.       Пит делает совершено невозмутимым лицо, поджимая губы. Тогда Вегас по-детски вытягивает губы и, приложив кулаки к щекам, изображает ими стекающие из глаз слёзы. Пит смеётся, закатив глаза: — Ну говорю же: полный придурок.       Вегас замирает на несколько мгновений. Немыслимо, но, оказавшись в реальной опасности, они сидят здесь и дурачатся как дети. И это то, чего Вегасу тоже не хватало.       А затем он выходит из короткого оцепенения, хватает Пита за плечи и накрывает его губы своими. Как только он прижимает их губы друг к другу, открывает рот и наклоняет голову в сторону, он чувствует, как приятная покалывающая волна начинает бежать по коже. Его рот такой тёплый, и он уже посылает покалывание по всему позвоночнику, когда их языки касаются — только прикосновение, но этого так много. Ему невыразимо хороших от самых мелочей: как дыхание Пита согревает его верхнюю губу, когда его нос касается носа Вегаса, как щекочут его ресницы. Или как он стонет, когда Вегас опускает руку ему на талию и ещё ближе прижимает мужа к себе.       Они целуются, хватают друг друга губами, пока не теряют счёт времени, уже не осознавая, как долго они сидят здесь. И всё-таки Вегас немного боится того, что произойдет, когда они остановятся. Что они скажут друг другу, что с ними будет дальше.       Неопределенность и опасность удручают, но Вегас сам предложил пройти этот путь вместе и он не желает отступать. Поэтому он продолжает целовать его, снова и снова.       Наконец, Пит отстраняется первым и кладет голову на спинку дивана. Его глаза широко раскрыты, и он облизывает губы, алые и распухшие.       Какое-то время они молча смотрят друг на друга, и Вегас затаивает дыхание в ожидании. Пока Пит не поднимает руку к его лицу, проводя пальцами по волосам, и спрашивает: — Тебе бы хотелось продолжения? — А тебе — нет? — усмехается Вегас, играя бровями. — Меня правда может не стать в любой момент. Ну, знаешь, не хочу, чтобы ты потом всё время сравнивал, убеждая себя: с Питом всё равно было лучше.       Вегас нащупывает диванную подушку за спиной и запускает её в голову мужа: — Кто из нас двоих придурок, так это ты. — Я серьёзно, Вегас, — Пит закидывает подушку за диван. — И я серьезно. Вообще скоро импотентом с тобой стану.       Пит заливисто хохочет: — Так и быть. Я оплачу тебе самого лучшего врача. — Издевайся, издевайся. Сам захочешь этого дела — не допросишься.       Пит пробует обнять его, но Вегас поднимается на ноги и демонстративно уходит наверх под непрекращающиеся смешки в спину.

***

      Когда сегодня Вегас покидает офис и садится за руль, он убеждается, что тревожное предчувствие, преследовавшее его с самого утра, не обмануло. Едва он опускает руки на руль, как ему в затылок упирается дуло пистолета.       Едут прямо. Затем ему в лицо суют записку с дальнейшим маршрутом.       Вегас едва сдерживает рвущуюся наружу панику, но в этой ситуации он вряд ли сможет выжить, если даст волю эмоциям. Он переживает за Пита, не понимая чего боится больше: того, что его не окажется там, куда они направляются, или того, что он уже там.       Когда добираются до места, Вегаса поражает горькое déjà vu: оно очень напоминает то, куда он когда-то привёз деньги в качестве расплаты за заказное убийство мужа.       Затем всё происходит, словно на ускоренной перемотке. Пока Вегаса всё ещё держат на мушке, появляется Пит, быстро расправляясь с похитителем и освобождая Вегаса. Но последний не успевает выдохнуть, потому что по закону жанра у похитителя есть сообщник, стреляющий в Пита.       Мир медленно угасает. Боль. Просто боль. Онемение. Слабость. Оцепенение. Всё меркнет. Становится блеклым. А затем — темнота.

***

      Вегас снова внутри déjà vu, в центре самых страшных воспоминаний из детства. Какие-то люди в чёрном подходят и выражают соболезнования. Правда, отец не стоит над ним грозовой тучей, а хлопает по плечу и ободряюще кивает. Вегас молча принимает слова утешения. Ему вновь стоит неимоверных усилий играть роль стойкого оловянного солдатика.       Когда прощание подходит к концу и закрытый гроб отправляют в печь крематория, Вегас покидает его последним. Он не хочет смотреть на дым, поднимающийся в небо.       Вернувшись домой, он, наконец, выдыхает и... улыбается. Скидывает чёрный смокинг и отправляет его в пакет для мусора. Наливает себе виски и ждёт. Когда проходит около двух часов, берёт ноутбук и заходит в даркнет. Открывает единственный чат и пишет: «Даже не представляешь, чем тебе придется расплачиваться со мной за всё это».       Через несколько секунд в ответ приходят четыре эмодзи: веточка лаванды, огонь, пёрышко и смеющаяся дьявольская рожица.       Вегас ухмыляется, закрывает чат, выходит из даркнета и открывает сайт авиакомпания, где бронирует место на ближайший рейс до Франции.