#7b8f8e

Длилась уже третья неделя, как Джеймс запустил свои игры. В летнюю пору проводить такие квесты было особое удовольствие. Он очень любил лето: жарко, солнечно. Они с семьёй обычно отмечают день благодарения, но иногда не выходит собраться по причине вечной занятости мужчины. Джимми устало вздохнул, потягиваясь на кровати и смотря в потолок. Соревнования должны будут пройти через пару дней, и это время он волен тратить на всё, что угодно. Поэтому, вместо того чтобы ехать в Канаду, он решил остаться погостить в отеле «Люксор» — познакомиться поближе. Он чуть грустно улыбнулся, вспоминая чужое лицо. В памяти вновь возникли слова Влада. К сожалению, тот больше не хотел принимать участие в конкурсе. — Джимми, эм… я не хочу участвовать в конкурсе. — А… что? Стой, почему? — Ну, ты мне объяснял про людскую жадность, и я решил, что мне не нужны эти деньги. — Но подожди — я не обвиняю тебя ни в чём, так что можешь спокойно… — Не, не, ты не понял. Мне это не нужно. Я сюда из-за… м, тебя приехал. Решить некоторые… вопросы. Ха. Чтобы понимать друг друга в разговоре, Джимми потратил деньги на наушники-переводчик. Очень удобно. Он вспомнил лёгкую улыбку Бумаги и тоже улыбнулся. Их знакомство проносилось стремительно, как порыв ветра, и это захватывало дух. Джимми решил, что лежать на кровати и тупо пялиться в потолок — это не дело. Было бы лучше пойти и поболтать с Владом — например, о новых соревнованиях, которые он подготовил для участников. Он взял флешку с проектом, вышел из комнаты в шлёпанцах и закрыл за собой дверь. — Knock-knock? Is it open? (Тук-тук? Открыто?) — Да, Джимми, ты? Джимми застал Влада за ноутбуком — тот увлечённо что-то печатал, лёжа на кровати. Влад посмотрел на него и, потянувшись к прикроватной тумбе, достал из ящика кейс. Когда Джимми сел рядом, Влад протянул ему наушник, а второй вставил себе в ухо. — Ты по делу или просто? — Ничего такого. Просто хочу поделиться тем, что придумал в новом раунде. Думаю, будет весело. Можно вставить флешку? — он указал на ноутбук. — Угу. Ща тока сохранюсь. Бумага придвинул к нему ноутбук. Мужчина быстро нашёл проект «Downsview Park» — games» и открыл его. — Итак, сейчас я всё расскажу. Вернее, прочитаю. Эм… для нового раунда я решил разделить участников на ряды, — Бист обратил взгляд к экрану. — «Задача состоит в том, что один человек должен добровольно выбыть из соревнования. То есть, вернуться домой ни с чем. Выбыв, все остальные в ряду могут продолжить играть. Решение надо принимать моментально, так как в последних трех рядах без волонтера все разойдутся по домам». — Ага, так, понял… слушаю, слушаю… — Тебе не интересно? — Джимми подпёр щёку кулаком. — Да не, интересно. Продолжай, — пожал плечами Влад. — Хорошо, ладно. На втором этапе мои игры начинают напоминать игру в кальмара — в ней используются детские игры. Надеюсь ты понимаешь, о чём я. — Смотрел, знаю. — «У каждого участника, — он перелистнул слайд. — есть узкий красный блок на подиуме и набор других блоков различной формы. Цель состоит в том, чтобы сложить блоки на стартовую фигуру так, чтобы она не опрокинулась. Первые сто игроков, потерявших контроль над своими башнями, выйдут из игры». — Хуета какая-то, не находишь? Бред. — Почему же? — хмыкнул Дональдсон. — Ну… сходство с сериалом, эти штучки для детей… — Не вижу ничего плохого в сходстве. А детские игры — это же ностальгия! Многие с теплотой вспоминают, как бегали по дворам и играли в квесты. Вряд ли это можно назвать скучным! — А вот меня почему-то за «сходство» с тобой ногами пиздят. Якобы я постоянно повторяю. Я не повторяю — я вдохновляюсь! — Конечно вдохновляешься, — Джеймс потрепал парня по голове, улыбаясь, но заметил, что смутил его. Чёрт, ну зачем он распускает руки так рано? Рано? А что, Джимми разве чего-то ожидает? Он сглотнул, на минуту задумавшись. Влад незаметно наблюдал за ним, отмечая про себя, как красив сейчас Джимми — погружённый в свои мысли, серьёзный. Интересно, что его беспокоит? Наконец, Джимми пришёл в себя и вновь вернулся к теме. — Ну так вот. «В третьем раунде надо будет делить участников на большое количество рядов и предлагать взятку крупнее за каждый ход. Один человек из каждой группы может принять взятку, но если он это сделает, весь его ряд выбыв”-… — Э… Джимми, — остановил его Бумага. — Я… м… понимаю, это твой проект, всё такое, вот… Но, честно — мне не очень интересно. Я хочу с тобой провести время, но по-другому. Парень пытался звучать вежливо, чтобы не показаться хамлом и не задеть Джимми. К счастью, тот и не думал обижаться. — Я не против. Мне и самому надоело это читать… Нудно. Куда хочешь сходить? — Даже не знаю. Предложи чё-нить? — Мы можем потусить у бассейна, там музыка, бар. Только вот его открывают для… ЛГБТ-активистов… — ЛГБТ-активистов? — с подозрением спросил А4. Джимми рассмеялся, видя его недоумённое лицо. — Ты против? — Нет. Ты не подумай, я не гомофоб… Просто, почему именно к ним? — А больше никто и не устраивает вечеринки, по крайней мере на этой неделе. Так что, сходим? — Звучит сомнительно, но я в деле. Отдохну хоть. — Вот и договорились.

***

Вечером парни встретились в комнате у Джимми. Влад был одет в обычную чёрную футболку и шорты. Джимми подумал, что неброские вещи ему к лицу. Но он был уверен, что А4 предпочитает дорогие вещи: его одежду дешёвой не назовёшь. Влад заметил чужой интерес, и опустил голову. — Что-то не так? Я не похож на ЛГБТ-активиста? — он потянул за край футболки. Джеймс хмыкнул и скрестил руки на груди. — Не переживай, у тебя там отбоя не будет от желающих познакомиться. — Джимми, не пугай меня. Меня не устраивает перспектива быть выебанным в жопу, знаешь ли, — он смутился, чуть хмурясь. — Время, — мужчина проигнорировал его слова и легонько потянул за рукав, кивая на выход. Пока они шли, Бумага оценил лук Джеймса: тёмные очки для конспирации, кепка с опущенным козырьком, голубая гавайка, шорты и шлёпанцы. Ему нравился этот непритязательный стиль, но порой казалось, что Джеймс экономит на себе каждую копейку. На фотографиях он постоянно в чём-то простецком, хотя при этом швыряет миллиарды на свои игры, челленджи и шоу. Интересно, он миллиардер только в интернете и на бумаге? Миллиардер на бумаге. Джимми оплатил вход. Влад удивился: почему не предупредил о плате? Он бы тоже скинулся! Но его уже потянули дальше. — Мы же не будем плавать? — спросил Влад, на ходу оглядываясь по сторонам. У бассейна было много людей, которые весело разговаривали и пили коктейли. — А ты хочешь искупаться? — хмыкнул Дональдсон, не оглядываясь. — Чёт не тянет, — поёжился Влад. Купаться в одежде, да ещё и при Джимми — так себе идея. Вокруг играла тихая клубная музыка: что-то американское, незнакомое. Ему больше нравился русский хип-хоп. Они дошли до бара и мужчина усадил его на барный стул, садясь рядом. — Chocolate bar, please, and two shots… (Плитку шоколада, пожалуйста, и два шота.) — Whiskey, — Влад улыбнулся, замечая чужой взгляд, и пожал плечами. — Кое-что понимаю… для выпивки хватает. Ребята рассмеялись, привлекая взгляды посетителей бара. Бармен, привыкший к шумным компаниям, с лёгкой улыбкой поставил перед ними два стакана виски и блюдце с колотым шоколадом. — За нас! — Джимми поднял свой стакан, и они с Владом звонко чокнулись. А4 сделал глоток, и лицо его исказилось гримасой. — Бля, крепко! — выдохнул он. — Обычно я редко такое пью, предпочитаю коктейли… Но разговор затягивал, шутки сыпались одна за другой, и рука сама собой тянулась к стакану. Влад и не заметил, как они с Джимми убили уже половину бутылки. «И какого черта я согласился…» — мелькнула мысль, но тут же утонула в общем веселье. Музыка постепенно усиливалась. Влад на мгновение забеспокоился, что не расслышит Джимми, но тот, казалось, и не собирался говорить — просто отдыхал, наслаждаясь атмосферой, иногда одаривая его смущающей улыбкой. Цветная подсветка заливала столешницу яркими красками, но свет шёл снизу, оставляя лица в полумраке. Он видел очертания его лица, изгиб губ, но глаза… глаза терялись в чёрных очках, не давая заглянуть. Как жаль… Тонуть в их серости было так успокаивающе, словно возвращаться в тишину своей одинокой комнаты. Лёгкая грусть от воспоминаний о доме коснулась его. Он допил виски, поставил стакан. Всего месяц… а уже хочется обратно. Замечая по-грустневшего компаньона, Бист обернулся и положил руку ему на плечо. — Hey Vlad, is everything alright? (Эй, Влад, ты в порядке?) — Что?! Тебя плохо слышно! — замахал руками Влад, давая понять, что он и слова не разобрал. — Okay, fine, I get it… (Ладно, хорошо) — Джимми усмехнулся и, неожиданно взяв Влада за руку, выжидающе посмотрел на него. Как он и ожидал, на лице парня отразилось недоумение. Бист заглушил сомнения. Медленная музыка, льющаяся из колонок, казалась приглашением. И он принял его. Он встал и потянул парня за руку, заставляя встать со стула. — Куда ты меня тянешь, Джимми? — заплетаясь, спросил Влад. Стоило ему встать, как мир качнулся и пол разъехался под ногами. Тепло от руки Джимми разливалось по телу, зажигая огонь внизу живота. Он с удивлением прислушался к себе: ему нравилось, что Джимми решает за него. Эта покорность пьянила сильнее виски. Какая же он, однако, мазо-мышка. И когда он таким стал? — Would you care to dance? (Станцуем?). Бумага не расслышал, но кивнул, внутренне понимая, о чём идёт речь. В его состоянии сейчас можно было согласиться на что угодно. Его взяли за талию, кружа в медленном танце. Замечая, что парень шатается, Джимми придержал его, крепче стискивая пальцы. Взгляд Бумаги скользнул по толпе… и замер. Двое парней целовались, увлечённо и без стеснения. Парень судорожно сглотнул, словно забыв, как дышать, и резко отвернулся, уставившись на Джимми. Тот стоял слишком близко, почти вплотную, и он почувствовал, как к щекам приливает жар. Не хватало ещё, чтобы Джимми заметил его замешательство. — You know, I've always wondered… What's it like to love someone you don't even know? Have you ever thought about that? (Знаешь, мне всегда было интересно… какого это — любить того, кого даже не знаешь. Никогда не задумывался об этом?) — неожиданно подал голос Бист. Влад еле его слышал, поэтому просто окинул задумчивым взглядом. Вместо расспросов Джимми притянул парня ближе и закружил, вызывая у него лёгкую тошноту. Влад прижал ладонь к уху, чтоб не выпал наушник, и схватил его за плечо. — Huh? What's up? (А? Что такое?) Влад помотал головой, указывая на надутые щёки. Джеймс понятливо кивнул. — Let's go to the bathroom. (Пойдём в туалет). Он потянул его за руку, намереваясь отвести в более тихое место, но Бумага вдруг обмяк. Веки опустились, и Джимми почувствовал, как на него наваливается вся тяжесть чужого тела. Сердце ёкнуло, когда он едва успел подхватить его, не давая рухнуть на пол. — Damn… Did he pass out or something…? (Чёрт… Вырубился, что-ли?) Он схватил парня в охапку и потащил на выход, не обращая внимание на любопытные взгляды. Джимми искренне надеялся, что его не узнали.

***

Затащив парня в номер, Бист из последних сил дотащил его до кровати. Влад был не хрупкой девушкой, а здоровым, крепким парнем, что создало определённые проблемы. Когда мужчина укладывал его, его самого повело, и он едва успел упереться руками в матрас по обе стороны от головы Влада, чтобы не столкнуться с ним лицом. Нависая над ним, Джеймс взглянул на спящего, отмечая длинные ресницы. Красиво. Его лицо было таким мирным и невинным… Влад спал крепко, и Джимми казалось, что тот ему безоговорочно доверяет — спит так, словно знает его всю жизнь. Странное чувство, не похожее на то, что испытывал сам Джимми. Он не всегда доверял даже самым близким: отцу, который их бросил; старшему брату Си Джею… А порой ему казалось, что и мать видит в нём лишь источник дохода. Что, не стань он тем, кем стал — он был бы для них никем — пустым местом. Дональдсон тряхнул головой. Нет, это всего лишь усталость и тревога. Он просто накручивает себя. . — Vlad, what the hell, why'd you black out like that? You only had, like, half a bottle of whiskey.» (Влад, какого черта ты отключился? Ты же выпил всего полбутылки виски). Джимми чуть коснулся его щёки. Он провёл по ней большим пальцем, подмечая румянец от алкоголя, затем погладил под подбородком, наслаждаясь прикосновениями. Появилось дикое желание поцеловать — наклониться ниже, ощущая запах перегара и духов. Но он не мог себе этого позволить, не сейчас. Они слишком мало знали друг друга. Он боялся его напугать… Да и вообще — не дело это, пользоваться пьяным человеком. Джимми же не такой, да? Еще недавно Джимми был просто щедрым филантропом — а теперь, казалось, он не в себе: его поступки становились всё более странными и нелогичными. Бесчеловечными, словно? Он нависал над ним, трогал… Нормально ли это? Это разве правильно, разве так себя ведут послушные мальчики-благодетели? Уж точно не пяляться на своих врагов, которые на их счёт ещё и хотели нажиться. Так почему же он теперь готов простить ему всё?! Так ещё и как сучка течёт, стоит тому лишь на него посмотреть… Губы, глаза, ресницы… Всё это есть и у девушек, но почему-то теперь хорошие мальчики хотят других — плохих мальчиков. Ах, перестань, Джимми, никакой он не плохой, Ты же простил его — за то, что он крал твои обложки. Так зачем же сейчас вспоминать это? Убрать влечение? Ради этого?! О нет, дорогой — не поможет. Ты всё так же будешь его хотеть. Не в силах отгородиться от Влада и перестать думать об этом, он сходил с ума. Бист не мог заставить себя подняться, выйти из комнаты, лечь и заснуть. Не вспоминая о нём и уж точно не занимаясь всякими дурными делами. Алло, проснись, чувак — ты как школьница-пубертатница, которая не может взять себя в руки. И это ты держишь в руках целые проекты, заставляющие людей обретать надежду и верить в себя? Это на тебя равняются миллионы, тебя смотрят дети, по твоим роликам учатся жить и обретают мотивацию? Это тебя плагиатят?! Тебя, того, кто сейчас на грани от того, чтобы не изнасиловать человека?! Боже, нет, он бы никогда… Только по обоюдному согласию. И ещё: им нужно познакомиться поближе. Да и изнасилование — это слишком громкое слово! Он просто… хочет его поцеловать! Но Джими — то, что Влад не похож на других, ещё не означает, что нужно сразу же бросаться друг на друга и пачкать постель. Да, это влечение — но только потому, что тебе не хватает человеческого тепла, любви и понимания. Он слишком долго был одиноким в толпе людей: все от него хотели только денег, денег, денег — «точка». А что он? Чего он хотел, приглашая этого парня к себе на игры? Джимми замер, смотря на Влада сверху вниз. Парень был безумно привлекательным: загорелая кожа, невинно приоткрытые губы — трудно его не заметить. Но ничего сделать с ним он не мог. Не мог — и всё. Поэтому давай, Джеймс, быстренько собрал свои манатки, и вываливайся отсюда, желательно на русском мате. А точнее — нахуй. Мужчина глубоко вздохнул и поднялся, неловко задевая Бумагу локтём. Тот замычал, но не проснулся, а лишь перевернулся на живот. Он разочарованно взглянул на него, понимая, что лечь рядом не может. А так хотел… Джимми обогнул кровать и взял авто-ключ, который положил на тумбу. Он вышел, блокируя дверь, дабы не зашёл посторонний. Не хотелось бы, чтобы Влада кто-то обворовал, или — не дай бог — что-либо хуже. Вернувшись в номер, Джимми рухнул на кровать прямо в одежде и мгновенно провалился в сон. Выпил он немного, но целый день на ногах вымотал его до предела. Уставал Джимми быстро — и от бесконечных обсуждений правок с командой, и от любой физической нагрузки. А тут ещё и постоянное напряжение: нужно было держать себя в руках, чтобы не сморозить какую-нибудь глупость перед новым знакомым. Когда он окончательно погрузился в царство Морфея, над городом поднялось солнце, знаменуя рассвет.

***

Владислав проснулся ни свет ни заря. Голова болела нещадно, а тело ныло так, будто его по кольям протащили. На самом деле проблема было в обезвоживании от похмелья — так что следовало бы принять какую-нибудь таблетку из аптечки, а после спокойненько пойти в душ. Ну и покушать. — Зачем я только напился?.. И как добрался? Голова раскалывалась, но воспоминания, словно назло, были яркими и чёткими. Он помнил, как прижимался к Джеймсу в танце, как тот обхватывал его за талию… Боже, как стыдно! От этих воспоминаний хотелось провалиться сквозь землю. Парень вывернул всю аптечку, пока не нашёл любимый аспирин, что гложил всякий раз после пьянки. Алкоголь Влад пил не так часто — он придерживался здорового образа жизни, поэтому даже половина крепкого пагубно на него влияла. Набрав воды из-под крана, он запил таблетку, подмечая неприятный вкус хлорки. — Вот тупые америкосы. Травят людей своей химией. Хотя у нас не лучше…– кажись от похмелья он стал злым и не прочь был побрюзжать, например, насчёт политики. Хотя с его больной башкой только политоты здесь не хватало. Он удивлённо посмотрел на себя в зеркало, видя бледное лицо и мешки под глазами. Вот уж не хотелось бы перед Джимми показаться в таком виде. А то подумает ещё, что он провёл ночь на кладбище, где был выебан злостным некрофилом. Ну потому что как ещё объяснить то, что он выглядит так паршиво? Пример тупой, зато понятный. Бумага тяжело вздохнул. Он сходил в туалет, чтобы не помереть от нужды, умылся и принялся чистить зубы. После принятия гигиены он залез в душ и хорошенько помылся, приводя себя в чувства. Влад вытерся махровым полотенцем и надел халат, наконец чувствуя себя лучше. Он взял с тумбочки фен, подключил его к розетке и высушил волосы, становясь похожим на одуванчик. — Так, расчёска. Где она?! Ага! Так, Владик, щас ты раздерёшь свои патлы, — он провёл расчёской по волосам. — А потом пойдёшь и пожрёшь, и можно будет… Да блять, почему я говорю сам, с собой как ёбанный шизик?!.. А-А-А! Рыча на самого себя, Бумага расчесал спутанные волосы, придав им хоть какой-то приличный вид, затем закинул расчёску и щётку в несессер и бросил тот на полку. Только бы не забыть принадлежности, когда будет отсюда уезжать. А когда он уедет, парень ещё не знал. Да и вообще уезжать не хотел, и по очень важным причинам. По причине одного х… Очень симпатичного и сексуального мужчины. — Сука, блять! Влад, о чём ты думаешь?! Какого сексуального мужчины?! Совсем ёбнулся?! Пребывая в полном недоумении от собственных мыслей, он яростно потопал на кухню, где из недавно купленных продуктов приготовил себе яичницу. А4 терпеть её не мог, но сейчас на более трудное блюдо сил не было — да и продуктов. Эх, рассольчика бы!.. Тогда б его голова мигом прошла! А ещё его немного мутило… Парень сел за стол и придвинул к себе тарелку. В этот миг до его ушей донёсся лёгкий скрежет. Испуганно вскочив, Влад на цыпочках подошёл к двери, сетуя в мыслях на то, что не взял нож. — К-кто там? Who's… Эм… it? Э… — Hey, Vlad, don't be scared, it's me! I just locked you in from the outside yesterday so no one could get to you! Sorry! (Эй, Влад, не бойся, это я! Я просто вчера закрыл тебя снаружи, чтобы никто не мог войти! Извини!) Влад понял, кому принадлежит голос, поэтому приободрился. Он не понял Джимми дословно, но догадался, почему он открывает дверь снаружи. Слова «locked» и «outside» были ему более-менее знакомы. Английский — база, база — английский. Хорошая подготовка для путешествия по чужой стране, ничего не скажешь. Через пару секунд Дональдсон отворил дверь и вошёл в комнату. Он улыбнулся Владу и взмахнул руками, в нетерпении ему кое-что рассказать. — It's unbelievable! Former contestants on my show are trying to sue me, claiming injuries, lack of food and water, no access to showers, and even «rape». Look, I know things can go wrong, but to make up such blatant lies and spread this kind of garbage just because they didn't win… They're all just money-hungry assholes, but I can't help but find it ridiculous! (Это невероятно! Бывшие участники моего шоу пытаются засудить меня, заявляя о травмах, отсутствии еды, воды и доступа к душу, и даже об «изнасиловании»! Слушай, я знаю, что всякое может случиться, но выдумывать такую наглую ложь и распространять подобную дрянь только потому, что они не выиграли… Они все просто жадные до денег мудаки, но это нелепо!) Влад опешил, слушая возбужденную речь мужчины. Тот размахивал руками и что-то яростно объяснял, видимо позабыв о языковом барьере. — Джимми, Джимми, стой! Сто-ой! — Джеймс запнулся и недоумённо посмотрел на парня. — Я понимаю, там, бля: лукид, мани, всё такое, но… Ai no andastan, — он потряс рукой. Джимми улыбнулся, кивая, и шагнул ближе. Он взглянул на парня и неловко рассмеялся. — Oh, sorry! I totally forgot. But, you know, your broken English is actually really cute. I don't mind it one bit! (Оу, прости… Я забыл. Но твой плохой английский звучит так мило, что я даже не против.) — Реали кьют, ага, спасибо. Тэнкс. Наушник надень, — Влад потыкал себя по уху, намекая. — А мы друг друга не андестенд! Джимми вновь кивнул и вылетел из комнаты. Бумага проанализировал вчерашний вечер, и понял, что второй наушник где-то у него в комнате — потому принялся искать. Нашёл он его на кровати, под подушкой. — Блять, он, наверно, разрядился… ё-маё, — Влад постучал ногтём по наушнику, и оглядел его. — Алё, брат, ты чё, как там — живой? Дверь сзади приоткрылась. Услышав шум, А4 обернулся и увидел вернувшегося мужчину. — I'm back, don't worry, they aren't dead. They're expensive, so the battery should last as long as I want. Otherwise, what's the point of the high price? Ha-ha-ha. (Я вернулся, не волнуйся, они не сдохли. Они дорогие, так что батарея должна прослужить столько, сколько я захочу. Иначе какой смысл в высокой цене? Ха-ха-ха»). — Так, ага. Очень хорошо тебя понял, — произнёс Влад со скепсисом в голосе, показывая большой палец. Джимми вновь мысленно хлопнул себя по лбу, вспоминая что парень его не понимает. Он показал на телефон и наушник, давая понять, что нужно подключить те друг к другу. Влад кивнул. Внезапно Бист замер, внимательно его разглядывая. Тот взглянул на него с недоумением, приподнимая бровь, и заметил, как чужой взгляд скользнул куда-то вниз. Влад ощутил себя так, будто его фантомно пощупали. По телу парня прошла странная дрожь, а внутри обдало жаром. Сердце бешено забилось. — Эм? Чё-то не так? Встретившись взглядами, Влад неожиданно понял, что ему нравится быть наедине с Джимми, раскрываться перед ним. И тонуть в глубине его серых глаз. — I would… a-a-a… love to take off that little robe from you…– произнёс мужчина, не сводя с него взгляда. Он пользовался тем, что парнишка ничего не понимает — вот гад. Но кто его осудит? — You must be so sweet underneath it. I just want to make sure of that myself. (Я бы с удовольствием снял с тебя этот маленький халатик… Ты, должно быть, такой милый под ним. Хочу проверить это лично.») — Любовь, маленький… сам? Чего? — Бумага выхватил все понятные ему слова, переводя их невпопад, отчего теперь сам Джимми почувствовал себя глупым. Как будто это ни Влад не понимал его, а он сам себя. В любом случае, даже без контекста эти слова заставили парня порозоветь. Интонация, с которой они были сказаны, смутила его. — Бля, ну Джимми!.. Я ж даже не понимаю, чё ты несёшь… Алё! Откуда я знаю — может ты говоришь, что меня отъебать хочешь, а! Не, не думал?! — Влад яростно затряс головой, смотря на Джеймса. Тот улыбнулся и кивнул. — Ты чё, издеваешься?! Хотя, бля… ты же не понимаешь… прости, — парень сбавил пыл, произнося последние слова уже под нос. Он упустил голову, пытаясь не смотреть на мужчину. Бист не понял, но всё равно рассмеялся, видя чужое замешательство. Он кивнул пару раз, похлопал парня по плечу, заставляя того вымученно вздохнуть, и, широко улыбаясь, произнёс: — I don't understand. Решив больше не мучиться, а наконец нормально поговорить, Джимми вежливо отобрал у Влада наушник. Махинации прошли успешно. Теперь можно было спокойно разговаривать. — Ну так о чём ты там говорил? — поинтересовался Бумага. Джимми вновь возбуждённо замахал руками, но его осадили. — Ты куда-то лететь собрался? Если нет, то прекрати махать руками. — Оу, прости. На меня подали в суд. — Кто?! — удивился Влад. — Бывшие участники игр. Они заявили, что на моих играх не были соблюдены нормы гигиены, а также голод, травмы, даже изнасилование было… Всё скажут, лишь бы испортить мне жизнь, — на одном дыхании выпалил мужчина, тяжело вздыхая. — Нет, но если вспомнить, как я себе руку поцарапал… — Извини. Тут я виноват. — Не, я вижу, как ты стараешься. Даже при всей своей неприязни к этим… э… дебилам ебаным, ты пытаешься предоставить все удобства. Так что не волнуйся, я думаю, ты сможешь выиграть суд. — Да уж я не волнуюсь. Просто… неприятно, когда одно и то же происходит снова и снова. Всегда уходят какие-то люди, которые чем-то недовольны. Они сами не могут справиться с заданиями, а потом винят в этом меня. Будто я виноват. — Да поблядоты они, внимание не обращай. Джимми кивнул, будучи не совсем уверенным, что мат переводится верно, но в любом случае — ему было понятно, что Влад хочет до него донести. Он встал, подошёл к электрическому чайнику, набрал в него воды и включил. — Знаешь… в детстве я всегда был наивным пацаном, который верил, что все люди добрые, и что мальчишки из соседних дворов отбирали у меня мяч не потому, что они плохие, а потому что у них не было своего мяча. Они просили на время, обещая вернуть, но никто не отдавал обратно. Мама покупала мне всё новые и новые мячи, и с каждым разом я всё меньше верил в людей. Как думаешь, что я сделал, чтобы они не отбирали больше у меня игрушки и мне не приходилось вновь просить маму тратить деньги? — Дал им сдачи? То есть, э… fite bak? (Fight back — дать отпор). Джимми рассмеялся из-за ошибки и помотал головой. — Нет. Я попросил маму больше не покупать мне мячи. Чем меньше ты имеешь, тем реже к тебе суются; если ты беден — ты по сути никому и не нужен. Они увидели, что с меня нечего брать, поэтому больше не подходили. Также и с этими людьми — они всем довольны, пока я могу им что-то дать, но когда они уходят ни с чем — либо злятся, либо игнорируют меня. Как и моя бывшая девушка. Когда она узнала, что я миллиардер только на бумаге… моё предложение с кольцом было тут же выброшено в помойку. Ну ты знаешь, я планировал то, что нужно мужчине в его двадцать шесть лет: свадьба, жена, дети. А теперь я ни с чем — у меня нет даже пейнтбольного шарика, которыми стреляют в людей. Зато они есть у других, и эти шары попадают в меня. — Оу… это так… грустно…– Бумага развёл руками, опуская голову. От такой проникновенной речи он растерялся, несколько раз упуская суть. Да уж, тяжело Джимми пришлось. — Извини, я не знаю, что сказать… — Да я понимаю. Не волнуйся. Ты не обязан отвечать на моё «философствование», я всё понимаю. Мне просто нужно, ну, выговориться. О, чайник вскипел. Тебе налить? Чай, кофе? — Ага. Чай. — А какой? С молоком, чёрный, зелёный, с сахаром, а-а, без сахара, с конфетами, или с сахаром… а, я уже спрашивал… или… — Да делай что угодно, мне всё равно. — Просто хочу, чтобы тебе было комфортно. Это меньшее, что я могу дать тебе сейчас, когда ты так старательно выслушиваешь моё нытьё — это не каждый выдержит. Спасибо, Влад. — Да не за что, — Бумага пожал плечами, задумчиво глядя в сторону. И что это с Бистом? Прошлое вспомнил, открывается перед ним… Может быть, он ему тоже… нравится? Ну, раз захотел открыться. Может быть у Влада есть шанс? Он потряс головой, пытаясь отогнать от себя обнадеживающие мысли, отчего привлёк чужое внимание. — Что такое? Я как то… тебя обидел? — А? Что? Не, нет. Всё нормально. — Скажи, я не слишком сильно навязываюсь? — в голосе Джимми было беспокойство. Влад посмотрел на него и увидел во взгляде напротив волнение и испуг. Джимми нервничал? Из-за того, что мог его как-то задеть??? — Нет, конечно нет. Ты чего?! Я же говорю — всё нормально. Просто в голову постоянно какой-то бред лезет, вот и пытаюсь тараканов устаканить. Успокоить, то бишь. — М, ясно…– кивнув, мужчина отвернулся, нашёл в шкафчиках заварку и сделал Владу чай. — Я схожу за кофе? Чувствую себя сонно. — Да, конечно. Джимми вернулся через пару минут с банкой Nescafe и заварил бодрящий напиток. Горячая вода окатывала внутренности, а адреналин шалил в венах. — Сахар? — Не-ет. Подай печенье, оно тоже в шкафу. Джимми рассмеялся и поставил чашки и пачку печенья на стол. Он сел рядом, отпивая горячий напиток, и проследил за чужой рукой. Дотянувшись до пачки, Бумага открыл её достал печеньку. Джимми облокотился на стул и его взгляд незаметно скользнул по чужому телу, видя оголённые ноги из-под халата. Лёгкая улыбка коснулась его губ. Красивый. — Ну так чё. Чё будете делать с этими уродами? — Какими? — удивился Джимми, уже видимо и позабыв об их недавнем разговоре. Ну, ещё бы. — Я про тех, кто на тебя в суд подал. Штраф платить будешь? — Нет, будем судиться, выяснять. Не думаю, что информация об изнасиловании это правда. Сам видел, что у меня везде охрана стоит. — Ну да, — хмыкнул Влад, отпивая чай. — Ты ж у нас личность звёздная, враги так и скалятся по углам. — Да они и в лицо мне смеются, — пожал плечами Дональдсон. — Жаль, ты уезжаешь. Мне было приятно с тобой общаться, новые друзья это всегда хорошо. А4 немного напрягся, слыша в наушниках слова «уезжаешь» и «друзья». Да не хотелось ему уезжать, остаться здесь подольше. А вот эта вот дружба… Блять, ну вот опять. Он немного сник, что не ушло от чужого внимания. Джимми обеспокоенно отложил кружку с кофе и чуть наклонился к парню, беря его за руку. — Хэй, что случилось? Ты как-то резко поник… Я сказал что-то не так? — Да нет, — голубые глаза замерли, смотря вниз, но Влад решил пока не волноваться и не убирать руку. — Я просто… просто неважно себя чувствую. Хуёво, башка вот болит. Похмелина ебаная, сам знаешь. То есть — похмелье. Последствия алкоголя… — Я понял, — осадил его Бист. — Давай ты тогда выпьешь таблетку и спать, хорошо?.. — Не, не хочу, — Влад всё же высвободил руку, но сделал это аккуратно: он извиняюще улыбнулся и сложил руки на столе. Это заставило мужчину ощутить тревогу. Бумаге не нравится контакт с ним? Чёрт… Нет, только не это… Ну что, что он не так сделал?! — Может сходим куда-нибудь? Это заставило Джеймса приободриться. Если зовёт гулять, а не отторгает — значит, просто пока не готов. Действительно, нужно познакомиться поближе. — Ну, мы можем сходить в ресторан… Как ты на это смотришь? Только через часика два, мне нужно кое-какие дела урегулировать. Да и наушникам нужна подзарядка, а тебе — крепкий сон. — Это свидание? — Влад усмехнулся, опираясь локтями на стол и поворачиваясь корпусом к собеседнику. — Возможно, — осторожно прощупывая почву, подхватил Джимми, мягко ухмыляясь. — Тогда с меня причитается за еду и алкоголь. — Сам за себя заплачу, — пафосно фыркнул Бумага, чуть вскинув голову. Это заставило Джимми прыснуть от смеха. — Чего?! — Да так, неважно. Жду тебя у себя через два часа, запомнил? — Ага. На, — Влад вытащил наушник и отдал его.

***

Золоченые иероглифы на стенах мерцали в свете фонарей, создавая ощущение, будто они переносятся в иной мир. Вместо парадного входа с его суетой и вспышками фотокамер, Джимми направился к неприметной двери, скрытой в тени пальм. Он уверенно повёл Влада в обход главного входа «Люксора». — Не волнуйся, я все устроил, — бросил он через плечо. Короткий стук, и дверь открыл охранник в строгом костюме. — Mr. Donaldson? — уточнил он. — Да. Со мной гость. — This way, please (Проходите. Вас проводят). Их встретил администратор, который, не задавая лишних вопросов, повёл их по коридорам, мимо персонала и служебных помещений, в VIP-зону ресторана. — Your table is in the Cleopatra Room, (Ваш столик в зале «Клеопатра) — сообщил он, открывая перед ними дверь в небольшой, изысканно оформленный зал. В центре, у панорамного окна с видом на ночной город, стоял сервированный стол. — Have a pleasant evening, (Приятного вечера) — администратор удалился. — Вот и всё, — Джимми огляделся и снял тёмные очки и кепку. — Никаких посторонних глаз. — Охуенно, — выдохнул Влад. — Конспирация на уровне. Хорошо, что меня тут не знают. — А как иначе? Завидую тебе. Я очень известен. Ребята сели друг против друга за дубовый столик. Мельком Влад оглядел обстановку ресторана. Это был классический американский стейк-хаус: элегантный и утонченный. Тёмное дерево, приглушенное освещение, кожаные кресла, белые скатерти. Обстановка создавала атмосферу роскоши и уединения. — Итак… Закажем что-то? — произнёс А4, заглядывая в меню. Цены его не волновали, потому что деньги у него тоже были. Но чтобы за него платили!..– Джимми… Я сам за себя заплачу, если что. Не плати за меня, окей? — Но я… — Не стоит. Ты ведь и сам против меркантильных людей. Я под эти, как бы, стандарты подходить не хочу. Сам за себя буду платить, понял? — Ладно. Хорошо, я уважаю таких людей, — Бист оглядел стол и нашёл небольшую серебристую кнопку, спрятанную под краем скатерти. — Вот, — сказал он парню, — просто нажми, когда что-нибудь понадобится. — он дождался, когда к ним подойдёт официант, и, вежливо улыбаясь, произнёс: — Мне, пожалуйста, салат «Помидоры и бурраты по старинным рецептам» (Heirloom Tomato & Burrat), и шампанское. Влад? — Эм… Cobb… Salad, — стараясь звучать правильно, произнёс Влад. Джимми кивнул. Кажется, пока он говорил всё правильно — тем более, слова лёгкие — школьник справится. Через несколько минут тишины им принесли блюда и алкоголь, и мужчины принялись за еду. В этот момент к столику, словно из-под земли, возник Майк, телохранитель Джимми. Он едва заметно склонился к своему боссу. — Mr. Donaldson (Мистер Дональдсон), — тихо произнес он, — your lawyer called to say the documents are ready and will be sent to you within an hour. (звонил ваш адвокат и сказал, что документы готовы и будут отправлены вам в течение часа). Джимми кивнул: — Передай, что я очень ему благодарен. Майк так же бесшумно исчез, растворившись в полумраке коридора, ведущего к VIP-залу. Влад усмехнулся: — Твой Цербер на посту. — Привычка, — пожал плечами Дональдсон. — Спокойнее, когда знаешь, что никто не сунется без дела. Ты же знаешь — мы не простые люди. Знаменитости. — И это самое грустное, — с лёгкой печалью произнёс Влад, опуская голову в тарелку и скребя вилкой. Джимми посмотрел на него и решительно протянул руку, касаясь чужой ладони. Он нежно взял её, чуть поглаживая большим пальцем. Влад поднял удивлённый взгляд, встречаясь глазами. Это заставило Джимми удовлетворённо вздохнуть. Какой же красивый цвет таился в них — он тут же вспоминал море и небо, которое разливалось над его головой в дневную пору. — Не расстраивайся, Влад. Это неважно, зато так мы познакомились друг с другом. Тебя разве это не радует? — Радует, но когда ты говоришь, что мы друзья…– Бумага осёкся, с ужасом закрывая рот. Он испуганно посмотрел на Биста, и тут же уткнулся обратно в тарелку, думая, как сгладить ситуацию. — Ну, то есть, эм… Ну, мы мало, типа, знакомы, я… э… как бы, боюсь! Ну, типа, э, общаться с незнакомцами, типа, ну, вот, эм… а… и всё такое… э… Бист не смог подавить лёгкий смешок. Его забавляло, что парень пытается перевернуть сказанное. Но ему было приятно это слышать. Значит, Владу не нравилось слышать, что они друзья? Он чуть крепче сжал пальцы, стискивая его руку в своей. Приятно. Тут только они вдвоём, на столе еда, в стаканах алкоголь. И слегка приоткрытые розовые губы, коих бы он коснулся с удовольствием. В голове появилась яркая картинка, как он проникает в рот Влада языком, исследуя его долго, вызывающе. Да, Джимми был бы немного груб. Но что поделать, когда этот парень такой сладкий? Влад посмотрел на него широко открытыми глазами. Щёки порозовели от смущения, а колени чуть сжались. Так он сдерживал панику и волнение. Никто не вёл себя так с ним, никогда. И ни с кем не хотелось быть так близко сейчас, как с Джимми. Да… это был его «crush», его кумир, на которого он бы хотел глядеть часами. И не только глядеть. — Не хочешь сбежать отсюда куда подальше? — неожиданно заговорил Джеймс. — Только я, ты и море? Стрип, фонтаны Белладжио?.. — Я… я согласен, — Влад неловко улыбнулся, смотря на мужчину. Джимми улыбнулся ему в ответ, немного подумал и смело прикоснулся губами к нежной руке, не разрывая зрительного контакта. Он не сводил с него взгляда, заставляя парня смущённо отвернуться. Теперь Джимми знал, что между ними не просто нелепые разговоры или конфликт, а что-то гораздо большее. Тёплые губы чуть замерли на коже, смакуя её, и оставили мокрый след. Отпуская его ладонь, Бист кивнул на тарелку, предлагая продолжить. Вилка вновь заскрипела по тарелке. Нежное мясо курицы и ломтик авокадо наполнили этот вечер незабываемыми ощущениями. А мужчина напротив привносил в атмосферу элементы радости и беззаботности. Аккуратно вытерев рот салфеткой, Влад вызвал официанта и расплатился за них двоих. Это вызвало у Джеймса удивлённый взгляд, на что Бумага только усмехнулся и пожал плечами. — А шо такое? У меня есть финансы, я могу расплатиться. — Просто… очень удивлён. Обычно в ресторанах плачу я, особенно за мужчину. — И с многими мужиками ужинал? — резко выпалил Влад. В его голосе можно было услышать ревность. — За друзей и близких. А что? От этой самодовольной ухмылки Владу захотелось реветь. Какой же, всё-таки, Мистер Бист нарцисс. Хотя — это только на первый взгляд. На самом деле Джеймс был очень ранимым и трудным человеком. Он никак не мог найти своё место в мире, и его часто предавали друзья и родные. Просто… Джимми явно хотел немного подоминировать. Но Влад не хотел быть как все! Он тоже хотел платить за своего партнёра, делать ему приятно и, возможно, чуть-чуть командовать. Даже если Джимми не был его партнёром. — Экхм, ничего. Ты закончил? — Да, почти. Немного только… покормлю тебя десертом. — А? — взгляд Владислава стал растерянным. — Каким десертом? — Секунду, — Дональдсон нажал кнопку снизу, зовя несчастного официанта обратно. — Извините за беспокойство, но у нас новый заказ. Пожалуйста, принесите мини-Фрезье (торт). Можно оплатить заранее? — Yes, sure. — Ваши чаевые. — Thanks. — А почему ты заплатил сразу? — поинтересовался Влад, пристально смотря на Джимми. Тот пожал плечами, улыбаясь. — Чтобы ты не платил за меня. Я тебя пригласил, значит я и должен платить. Или мы решили поиграть в равноправие? Тогда мы оба мужчины, если ты не заметил. — И это самое главное, — тихо прошептал парень, от чего перевод до Биста не дошёл. Тот потыкал по наушнику, досадно хмурясь. — Вот же блядская машина. И за что я плачу? — За меня, — Влад прыснул, разводя руками. — А ты остроумен. — Канеш, главный клоун в стране. Взгляд Джеймса стал озадаченным. — Почему ты так про себя говоришь? Это же оскорбительно. — А чо такого? Все так считают. — Ну ты же не все. Ты должен себя любить, ценить и уваж-… — Да всё, всё, Джимми, харе. Ты же очень хорошо знаешь, почему я так говорю. Может быть люди и думают, там, что я ЧСВ, но вообще — я себя чмырю постоянно. Оскорбляю. Но а как, блин, по-другому? Свой творческий путь я заруинил, там… пиздил чужое… Хуйню, короче, делал. — Понятно, — Джимми сложил руки на столе, замечая как к ним подходит официант с тортом на подносе. Он поблагодарил его, и тот удалился. — Ты сомневаешься в себе. — Это потому что, эм… я не могу быть таким, как ты. Я не приношу… не привношу в русский контент ничего нового. Я, блять, как копирка!..– парень понуро опустил голову. — Ну, мы все вынуждены повторять друг за другом. Всё уже давным-давно придумано за нас, сам же знаешь. — Ну да… — Будешь? — неожиданно спросил Джимми, беря с красивого торта клубнику, что была посередине. Она была красная, сочная, так и манящая взгляды. Бумага удивлённо изогнул бровь. — Ну, окей…. — Открой рот, — мужчина вытянул руку, поднося ягоду к чужим губам, и улыбнулся. Влад удивлённо заморгал. Он не ожидал этого. Парень медленно приоткрыл рот, и в этот момент Джеймс почувствовал, как по нему прошли мурашки. Эти влажные, призывно раскрывшиеся губы, такого же сочного цвета, как и клубника, манили к себе. — Я просто хочу тебя угостить, ничего такого. — Ну, знаешь ли, — чувствуя, как яро горят щёки, А4 слегка потёр лицо, пытаясь не смотреть на Биста. Ему стало очень неловко. Одновременно с этим он заметил лёгкое волнение внутри себя, интригу и, совсем немного, возбуждение. На ум пришла пошлая аллегория, которая заставила его покраснеть ещё сильнее. — Это странно. — Есть? — То, что ты меня кормишь. — Ах, это, — Джимми вновь засмеялся, вызывая у Влада раздражение. Ну чего он вечно смеётся над ним? Как будто Влад реально клоун. Он что — не воспринимает его всерьёз? Уловив недовольный взгляд, Джимми осёкся, становясь более серьёзным. — Извини, у тебя просто… довольно забавная реакция. — Я, по-твоему, смешной?! Неприятно, знаешь ли, — закатил глаза парень, а затем отобрал ягоду и бросил её обратно. — Блять! — твёрдо завершил он свою гневную тираду. — Не хочешь? — расстроился Джимми. — Не… Не знаю, — было видно, что Бумага подостыл, чувствуя стыд за своё проведение. Но теперь он не знал, как исправить ситуацию. — Ладно… можешь меня… покормить. Он смиренно опустил голову, чувствуя, как заливается краской с головы до ног. Боже, ну что же с ним происходит? До того пока он не решил уехать из родной Москвы в эту чёртову Америку — всё было нормально. Ну отдыхал бы в каких-нибудь Сочах, ей богу подцепил бы какую-нибудь русскую девчонку. Но теперь он вынужден сидеть здесь, на этом дьявольском стуле в компании иностранца — мужчины! И давать ему себя покормить. Ну в какой момент всё пошло наперекосяк?!. Влад тяжело вздохнул и приоткрыл рот. Он сделал это шире, чем раньше, и немного высунул язык. Сделал он это, скорее, из злости, но данный жест выбил мужчину из колеи. Джеймс готов был поклясться в этот момент — у него встал. Моментально. Но он решил внимание не обращать. Ягода скользнула в чужой рот и Влад стиснул зубы, откусывая кусочек. Он медленно прожевал его, приковывая взгляд и не отпуская. — Сладко, — изрёк А4. Джимми был схожей мысли. Действительно — очень сладко. — Фуф… Ну что, прогуляемся? — Я не против. Можно посетить фонтаны Белладжио. Но мне нужно предупредить Майка. — Он что, всё время будет за нами ходить? — Да, Майк должен держаться неподалеку. Ты же знаешь, кто я. Чёрные очки и кепка — не самое надёжное укрытие. Владу было некомфортно, но он согласился. В любом случае, безопасность Джимми — это действительно очень важно, а за себя он не беспокоился. Кому он тут, в Америке, нужен?

***

— Ну охуеть — фонтан. Яркое солнце Лас-Вегаса отражалось от глади искусственного озера перед отелем «Белладжио», заставляя Влада жмуриться. Фонтан, как фонтан, — подумал он, наблюдая за вялыми струями, лениво вздымающимися в воздух. Днём, без подсветки и музыки, всё это выглядело как просто дорогая поливалка для газона. — Видишь, как сейчас всё спокойно? — начал Джимми, повернувшись к Владу с восторженным блеском в глазах, и немного приспустил очки на нос. — А вот ночью… О, ночью это совсем другое дело! Не представляешь, фонтан словно оживает! Он танцует под музыку! Знаешь, говорят, что идею взяли… — Джимми, — перебил Влад, зевая. — Всё это очень интересно, но… может лучше ночью посмотрим? Когда он «танцует»? Щас как-то совсем не круто. Дональдсон на секунду замялся, немного разочарованно глядя на Бумагу. — Ну, как хочешь. Тогда… что будем делать? — Слушай, а у вас тут пляж рядом есть? — спросил парень, вдруг оживившись. — Я так по морю соскучился, хочу просто погулять по берегу, подышать свежим воздухом… Глаза Джимми загорелись. — Пляж? Ну, океана тут, конечно, нет, это же пустыня… Но… — Значит поедем на пляж? — перебил его Влад. — Хорошо, — ответил Джимми. — Но… давай хоть пару фоток сделаем? На память? Типа, «А4, Мистер Зверь и фонтаны Белладжио». И надо будет заехать за плавками. Мы же не будем в шмотках купаться, это запрещено. Хоть мы в шортах и рубашках. И панамки нужны, и, э… полотенца. А4 закатил глаза, но улыбнулся. — Ну всё, всё, понятно. Ладно, уговорил. Тока быстро! И да, голову чёт печёт пиздец. Джимми выхватил телефон и стал энергично щёлкать, командуя: — А теперь сделай серьёзное лицо! Нет, лучше улыбнись! Смотри в камеру! Вот так! Попозируй! Красавчик. Влад смущённо улыбнулся, послушно вставая в позу. Он то притворялся озабоченным, то задумчивым. Джимми смеялся, фотографируя его, и удовлетворённо улыбался. В конце концов, они сделали несколько дурацких селфи, где оба широко улыбались на фоне безжизненного фонтана, не подозревая, что настоящая магия этого места раскроется лишь с наступлением темноты. Но сейчас им было просто весело вместе, и это было главное.

***

— Это просто огромный бассейн? Серьёзно? У-у… я то думал мы съездим на море. — «Волновой бассейн» (Wave Pool). Ну это же пустыня. Ты будешь плавать? — Конечно. Джеймс купил пакет услуг в поездке, и теперь можно было не переживать о бронировании. Они прошли к бару и заказали напитки: смузи с киви, клубникой и бананом для Влада и French 75 для Джимми. Бармен радостно их поприветствовал, похвалил выбор и стал рассказывать о напитках, пока занимался смешиванием ингредиентов. Расплатившись, мужчины сели за свободный столик, медленно попивая напитки. — Ну и как тебе? — М? — не понял Бумага, поднимая голову, потягивая смузи из трубочки. — Ну, искусственный пляж. — А, это, ну… прикольно. Белый песочек, мьюзик. Нормально, — он равнодушно пожал плечами и отвёл взгляд. Бисту показалось, что парню скучно. С ним. Его лицо приобрело печальный вид. — Слушай… Я тебе наскучил? — решил спросить он прямо, чтобы не тянуть. Влад вновь посмотрел на него, замечая в серых глазах грусть. «Вот блять, чё я себя веду то так?» — он чуть не хлопнул себя по лбу. Парень выпрямился, отложил стакан в сторону и мягко улыбнулся. — Всё хорошо — я просто всегда такой. Не принимай это за свой счёт. Пожалуйста, — коротко добавил он и неожиданно схватил Джимми за руку, которая спокойно покоилась на стакане с френчем — и тут же удивился. Бумага не ожидал от себя такого, и как затравленный щенок теперь смотрел на мужчину. Тот молчал. — А… извини… Не знаю, что на меня нашло, — он попытался убрать руку, но его остановили. Джимми переплёл их пальцы друг с другом, тепло улыбаясь ему. — Д-Джимми? — Всё хорошо, я приму тебя таким, какой ты есть. А теперь — допивай свой смузи, и пошли поиграем. Любишь пляжный волейбол? — казалось, на этот жест Джеймс не обратил никакого внимания. Словно до него это было обыденно. На слове «поиграем» Влад успел подумать ни о том, но его размышления быстро осадили. Самое печальное, что он успел покраснеть. Парень спрятал лицо рукой, кивая. Блять, ни с одной девушкой так себя не вёл — чтоб прям краснеть, да ещё и вести себя, как придурок… Что с ним делает этот сексуальный и властный мужчина? «Да что со мной не так?! Почему я называю его «сексуальным?!» — Влад убрал руку от лица и увидел как Джимми лениво расстёгивает одну пуговицу на рубашке. Он чуть не простонал: «Ну что за пиздец… сколько можно?! Кто ещё тут боялся ЛГБТ-активистов?! Да я ещё голубее их…» Парень тяжело вздохнул и встал. Он допил свой смузи и взглянул на небо, видя бескрайний голубой океан. Искусственное «озеро» вдали манило, но ему так хотелось в гладь синих волн… Раствориться, как Русалочка, в морской пучине… Разбиться о рифы. Но здесь, в Лас-Вегасе, были лишь бескрайние пустыни из белого песка да голубой воды, пусть и хорошо сделанные. Везде сновали люди, были высажены тропические пальмы вокруг. Но всё это незаменимо с настоящим морем. Парни прошли к свободной площадке, бросая рядом рюкзаки. Джимми показал одному из организаторов скриншот о купленном пакете, в котором было всё включено, и им выдали волейбольный мяч. — Так ты умеешь играть? — спросил Джимми, прежде чем им придётся снять наушники. Не хотелось бы потерять единственную связь друг с другом, но ладно. — Да всё я умею. Я же спортсмен, — Бумага усмехнулся, подбрасывая мяч в руках. — Ну тогда готовься проиграть, спортсмен. — Если выиграю, то загадываю желание, — предупредил Влад, улыбаясь уже шире. — Хорошо, — Дональдсон согласился, улыбаясь в ответ. Он подошёл к нему и осторожно вытащил наушник из уха, отчего у Влада по телу прошла дрожь. Джимми завис, стоя немного ближе, чем следовало. Он настойчиво анализировал лицо Влада, пытаясь поймать взгляд. Он почувствовал чужое возбуждение, хотя это и было где-то на подсознательном уровне. — You… okay? — Д-да… Да… угу. Всё… всё нормально. I'm okay, — А4 сжал губы в тонкую полоску, мысленно себя ненавидя. Ну почему он не может замолчать?! Почему он реагирует на него… так?! — I hear your voice trembling… Is there something you are afraid of? Is it me? (Я слышу, как дрожит твой голос… Ты чего-то боишься? Меня?) — Джеймс взял его руки в свои и внимательно. Сердце кольнуло от той глубины, в которую его втягивали чужие глаза. Он будто бы проваливался — туда, в самую глубь. В пору было и самому дрожать от страха. — Vlad… (Влад) — Ой-ой, Джимми, хорош. Я же не понимаю, — Влад выпутался из его хватки, развернулся и убежал с мячом на другой конец площадки, скрывая дурацкую улыбку, которая расползалась по его губам. Это Джеймса немного озадачило. Он не понимал, нравится ли тому, что Джимми держит его за руку, или же наоборот — ему было неприятно?.. Спрятав наушники в кейс, Джимми убрал его в карман и отошёл подальше, видя как Бумага готовиться нападать. Он сделал лёгкую подачу, и мужчина быстренько подбежал к сетке — но не успел отбить. Он показал большой палец, одобряя подачу, и улыбнулся. Влад улыбнулся в ответ. — Great. Serve again. — Джимми кинул мяч обратно. — Here. (Отлично. Подавай ещё раз. Вот) Влад кивнул. Он выполнил новую подачу, и на этот раз Джимми отбил, выкидывая мяч на белый песок. Он похлопал самому себе и рассмеялся, когда парень закатил глаза. — Тоже мне…– прошептал Бумага, но тут же усмехнулся. — Бла-бла-бла, — крикнул он. — Так понятно? — Blah-blah-blah? Very good, — Джимми помахал мячом, намекая, что сейчас будет бить. «Вот же… лыбится, лыбится, скоро лыба треснет», — подумал Влад, не замечая, как болит собственный рот. Не ему говорить об этом. Так они и проиграли несколько часов, пока победу не одержал Джимми. Раунд был окончен. Солнце уже садилось, а ноги болели от усталости. Парни сели на песок, забивая на то, что могут испачкаться, и устало вздохнули. Они совсем выдохлись от такой активной игры, и уже совсем не чувствовали ног. Джеймс достал из портфеля бутылку воды и протянул её Владу, обессилено улыбаясь. — Here you are, (держи). Парень взял бутылку и стал жадно пить, чуть проливая на себя. Его губы увлажнились, а тонкая струйка потекла по шее. Джимми проследил за ней взглядом, видя как намокает тонкая рубашка. Он сглотнул, пытаясь сильно не палиться, и сделал вид, что глядит на бассейн. — М? — он указал пальцем на воду, намекая на то, что не прочь бы и поплавать. Бумага кивнул. — Обязательно. Дай только дыхание перевести, победитель, — сказал он с лёгким ехидством в голосе. Джимми показал большой палец, и Владу пришлось изображать жестами сказанное. Он скрестил руки и глубоко вздохнул, а затем выдохнул. — O-o, — мужчина понял и кивнул. — Ага. Они посидели на песке ещё немного. Алый закат окрашивал небо, показывая оттенки оранжевого и немного фиолетового. Ветер колыхал их волосы и одежду, давая отдохнуть от надоевшей жары и насладиться прохладой. Людей было очень мало, особенно вблизи воды, и Джимми чувствовал себя более свободно, не боясь, что его узнают и начнут расспрашивать. — Let's go, — кинул Джимми, осторожно вставая на ноги. Влад согласно кивнул. Они подхватили рюкзаки и двинулись к озеру, приближаясь к воде. Добравшись, ребята скинули рюкзаки на шезлонг, решив оставить тут и одежду. — Джим, если у меня шмотки спиздят, ты виноват будешь, — беззлобно прошипел А4, снимая панамку и бросая её на шезлонг. — И твои наушники тоже не копейки стоят. Ребёнок. — его пальцы немного скользили, когда он пытался расстегнуть пуговицу. Получалось плохо, будто парень нервничал. Движения были порывистыми и немного хаотичными. — Пиздец, ёбаный сюр… — Here, let me (Дай-ка я), — Бист протянул руку, прерывая его. Его пальцы накрыли пальцы Влада, направляя их. Жар от чужой ладони мгновенно опалил кожу. Парень замер, невольно затаив дыхание. Ему стало неловко, что они стоят слишком близко — но он совсем не знал, куда себя деть. Джимми, не отрывая взгляда от пуговицы, ловко справился с ней, а затем со следующей. Его пальцы двигались уверенно и спокойно, в отличии от чужой суеты. От этой близости, от сосредоточенного выражения лица Джимми и ощущения его тёплых пальцев на своей коже, Бумагу бросило в жар. Он почувствовал, как предательски краснеет, и отвёл взгляд, стараясь не смотреть. Влад молча ждал, не зная, куда деть руки, и старался не выдать охватившего его волнения. Заметив, что работа почти окончена, он пробормотал, пытаясь взять себя в руки: — С-спасибо… Я сам дальше… — What? — Джеймс не понял, и от этого стало ещё хуже. Надо бы ему объяснить, что лучше не стоит так влезать в чужое пространство. «Ой, ну тебе же нравится!» — мысленно закатил глаза парень. — «Строишь из себя недотрогу… перед ним. Он уже подержал тебя за руку и даже поцеловал её, а ты всё ещё!.. Вы всё ещё…» Он попытался отстраниться, и сам расстегнул оставшиеся пуговицы. Рубашка плавно спала с плеч, и Влад снял её, бросая рядом с панамкой. Там же оказались и шорты, и очки. Спиной он ощутил чужой взгляд, который медленно скользнул по нему. По телу прошла крупная дрожь, и он коротко выдохнул, нерешительно оборачиваясь. — Arei… are you ok? (Ты окей?) — неловко спросил он, смотря на то, как Джеймс снимает с себя рубашку. Мужчина справился намного быстрее, чем он, и этот факт почему-то заставил Влада сгореть со стыда. Ну почему он ведёт себя, как пубертатная девка?! Ну почему?!.. — Yes…– блять, если он не перестанет разговаривать таким тоном и не прекратит улыбаться, Влад прямо тут и откинется! Он прямо-таки хотел затопать от смущения — и одновременно восторга, будто был 16-летней фанаткой! И позорно потечь… Да, определённо потечь. Видя как на чужом лице появилось смущение, Джимми усмехнулся и окончательно оголил торс, затем стянул шорты и головной убор. Можно было сказать, что сегодня они были похожи по стилю, но сейчас вопрос шмоток мужчину мало волновал. Его больше интересовало — что будет, если он прикоснётся к Владу? Типа, если тронет там, где не надо. Стоило бы при себе оставить эти влажные фантазии. Он расстроено вздохнул, отворачиваясь и идя по песчаному пляжу. Чем дальше Джимми шёл, тем быстрее заканчивался песок и начинался бассейн. Приятная прохлада коснулась его ног, лизнула пятки. Когда он уже вошёл по щиколотки в воду, его окликнули, заставляя обернуться. — Подожди! Куда ты так быстро то? — Бумага старался его нагнать — чтобы тот не отстал, мужчина решил подождать. Он старался не смотреть куда-то помимо чужого лица, но было безумно тяжёло не остановиться на загорелой шее, в которую так и хотелось впиться зубами. Да уж. Сегодня ты материшь на чём свет стоит меркантилов, капиталистов и наглых плагиаторов, а потом… А потом этих самых плагиаторов раздеваешь. Так ещё и не в постели. И это самое обидное. Бист почувствовал, как внизу живота скатывается горячий узел, и кровь приливает к плоти. «WTF» — подумал он, решив идти — и идти быстрее! Нужно было скрыть своё возбуждение — поэтому он поспешно окунулся в воду, плывя туда, где никого поблизости нет. Когда Джеймс уже успел намочить плавки и окунуться пару раз с головой, Влад подплыл к нему, недовольно хмурясь. — Ну ты и еблан, Джимми! Подождать не мог? Джимми догадался, о чём он говорит, но вместо ответа лишь плеснул в него водой и широко улыбнулся. Влад возмущённо вскрикнул. — Джимми! Ну всё, блять…– зачерпнув побольше воды в ладошки, парень брызнул ей Джимми в лицо, но тот успел увернуться. — Да блять! — Such a bad boy… Do you deserve to be punished? (Такой плохой мальчик… Ты заслуживаешь наказания). — боже, Джеймс, что ты несёшь?! Ладно — он не понимает, он не понимает… Джимми бы дал себе леща, если бы его никто не видел. Но он не мог, поэтому приходилось умирать от стыда внутренне. Но он взял себя в руки и игриво посмотрел на парня, хоть внутренне и кипел — от позора. — Бэд б… что? — А4 изумлённо выгнул бровь, пытаясь понять смысл сказанного. Он подплыл к нему немного ближе, пытаясь не столкнуться телами. — У тебя лихорадка? Ты какой-то не такой. Эм… You… are… эм, sick? (Ты болен?) Экхэ, — он закашлял в противовес своему вопросу. — No, I am not sick. Listen… you know something? (Нет, я не болен. Слушай… знаешь что?) — неожиданно Бист подплыл ближе, резко наклоняясь к чужому уху. — I still think you deserve to be punished. How would you feel about a couple of spanks? (Я всё ещё думаю, что ты заслуживаешь наказания. Как относишься к парочке шлепков?) Me, you, tied up on a hotel bed… Utterly and completely mine. (Я, ты — связанный, на кровати в отеле… Полностью мой), — он опалил его ухо горячим дыханием, медленно поднимая обе руки и сжимая чужие плечи. Влад уловил смысл последних слов, но даже без перевода страсть и возбуждение, с которыми говорил мужчина, были безошибочно ясны. Вместо страха по телу Влада разлилась волна тепла. Он замер — не сопротивляясь, а, наоборот, подаваясь навстречу этим сильным рукам. Сердце забилось быстрее. Но это был не страх, а какое-то сладостное предвкушение. Жар в бассейне теперь казался продолжением жара, который исходил от них двоих, обволакивая парней, словно кокон. Дыхание Джимми щекотало кожу, и по телу Бумаги побежали мурашки. Он неосознанно прикрыл глаза, отдаваясь во власть момента. Мысли исчезли. Осталось только острое, пьянящее чувство близости чужого тела — власти, которой он, как ни странно, жаждал. Влад, ты вновь исполняешь роль мышки. Вместо того, чтобы оттолкнуть его, он, сам того не ожидая, слегка подался вперед, чуть теснее прижимаясь к чужим рукам. Губы парня слегка приоткрылись, словно в безмолвном вопросе… или приглашении. Он чувствовал, как напряжение между ними сгущается, становясь почти осязаемым. Вся его поза, всё его существо словно кричало: «Да». — Д-Джимми… что ты делаешь? — лёгкий шёпот сорвался с его губ, словно это не он сейчас ждал поцелуя и тянулся к нему. Мутным взглядом Влад наблюдал за ним, видя в глазах напротив желание. Он будто растворялся в их серой мгле, обуянный потаёнными мыслями, желанием — желанием принадлежать. Вместо ответа — очевидно на вопрос, который он не понял — Джеймс наклонился и немного подул на его плечо, поднимаясь к шее и проводя по ней носом. — It's getting warm in here, isn't it? (Здесь жарко, не правда ли?) — тихо произнёс он, опуская руки на талию и крепко сжимая её. От вкрадчивого тембра у А4 подкосились бы колени — но он был в воде. Поэтому ему оставалось лишь вымученно вздохнуть. Ладно. Была не была. Решив больше себя не мучить, он потянулся к чужим губам, прикрывая веки, но его остановили. Парень удивлённо открыл глаза. — М? Ты… Дональдсон покачал головой, намекая, что лучше не здесь. Он показал рукой куда-то в сторону, и, оглянувшись, Влад понял, что за ними мог следить не только охранник, но и левые люди. И вправду — не стоит устраивать скандал из-за одного только желания. Но как же оно было велико! Через пару минут они оказались на берегу, доставая полотенца и вытираясь. Улыбаясь, Джимми потрепал Влада по мокрым вихрам, вспоминая, как они плескались водой. Не сговариваясь, мужчины уселись на шезлонги, чтобы немного просохнуть. Вещи покоились на другом шезлонге, а ветер становился всё прохладнее. Подтянувшись, мужчина схватил шорты и вытащил из кармана кейс с наушниками. Да уж — с его стороны это было глупо — класть их на видное место, пусть даже и в карман. Заряд должен был сохраниться — но если нет, то не страшно. Казалось, они полностью понимали друг друга, хоть разговаривали на разных языках. Вот таким, наверное, и должно быть полное единение с партнёром, что было совсем не похоже на прошлые отношения Джеймса. Он протянул один наушник парню, другой вставляя себе в ухо. — Работает? — Ага. Они ещё немного помолчали. Солнце уже зашло за горизонт, и нужно было возвращаться. Всё вокруг закрывалось, а также темнело — что дарило ощущение тревоги. — Пойдём? — спросил Джимми. — Да, я уже замёрз. Хочу домой. — Хорошо.

***

Наконец ребята добрались на такси до отеля, уставшие и грязные от солёной воды. Когда они оказались в тамбуре, Джимми остановил Влада, придержав его за рукав. — А?! — недоумённо воскликнул он, оборачиваясь. Рука, которая хотела поднести ключ к замку, замерла. — Что? Наушник? Сейчас… — Нет, — осадил его мужчина. — Может… посмотрим фильм? Прежде чем расходиться…– он не знал, как подвести всё к разговору о том, что между ними теперь происходило. Там, в воде, Джимми чувствовал себя намного смелее, поддавшись эмоциям. Но теперь ни он, ни Влад не спешили это обсуждать. — Можно, — пожал плечами парень. — Почему бы и нет? Но мне нужно помыться. Да и тебе… не помешало бы. — ухмыльнулся он. — Конечно. Они зашли в комнату. Бумага включил свет, легонько зевая, и бросил рюкзак на пол. Одежда была влажная, как и плавки. Им некогда было переодеваться в чистое — бассейн почти закрылся, поэтому пришлось ехать так. Влад ушёл в ванную, а Джимми решил немного удалиться — предварительно сняв наушник, чтобы не ходить с ним повсюду. Стоило бы их вообще подзарядить, но потом. В его голове возникла мысль, что сегодняшний вечер на просмотре фильма не ограничится — более того: он надеялся, что они вообще его смотреть не будут. В голове то и дело мелькали слегка приоткрытые губы, что уже были готовы ему отдаться; а также томно прикрытые глаза и такое желанное тело… Он был в нескольких секундах от того, чтобы сорваться. И совсем забыл о том, что вокруг люди, и что он — известный миллиардер, которому такие ошибки на публике себе позволять нельзя. Но Влад — не ошибка. Влад скорее дарование, которого он не заслужил. А его голубые глаза это повод задуматься — заслуживает ли вообще Джимми чего-либо в своей жизни, кроме как поклоняться им и стоять на коленях, лишь бы почитать их красоту и невинность. Да уж, перед этим взглядом он был самым настоящим грешником. Помимо дикой потребности помыться и сменить одежду, Бист хотел зайти в одно место, дабы приобрести важные атрибуты. Ещё — стоило бы купить шампанское. Хотя… спаивать парнишку и делать это на пьяную голову… Нет, пускай всё пройдёт в осознанном состоянии. То, что А4 согласиться — не было никаких сомнений! Вот такие анализы он провёл в своей голове — и был в них полностью уверен. Джимми надел кепку и очки, вышел из номера и по геолокации отыскал фармацевтику — она была недалеко. Он решительно вошёл, огляделся, подождал, пока женщина перед ним закончит, встал у прилавка, откашлялся и произнёс, стараясь звучать по другому, дабы его не узнали: — Hi there, I need a pack of Durex condoms and a bottle of anal lubricant. Yes, that's it. Hmmm… Is this a good one for sensitive skin? Great. (Привет, мне нужна пачка презервативов Durex и флакончик анальной смазки. Да, это то, что нужно. Хм… А эта подойдет для чувствительной кожи? Отлично), — он уточнил насчёт смазки, чтобы на всякий случай не сделать Владу больно, заплатил за покупку и поблагодарил продавца.

***

Когда Влад вышел из душа на кухню, Джимми уже был готов смотреть фильм. Влад заметил, что тот переоделся, и понял, что он отлучался. Парень подошёл к нему, хотел спросить что-то — но потом вспомнил, что не надел наушник. Он подошёл к зарядному устройству, отключил кейс, достал наушник, надел, подошёл к Джимми, передал ему второй и поинтересовался: — Ходил в душ? — Да. Хотелось отмыться от сегодняшней суеты. Ты как, в порядке? Не хочешь спать? А то вдруг я тебе мешаю… — Да нет, — Бумага сел рядом, отодвигая стул, и сложил руки на столе. — Можем посмотреть в спальне какой-нибудь фильм. Только как будем смотреть? И какой фильм? Русский с английскими субтитрами, или английский с русскими субтитрами? — Да хоть французский, неважно. Тебе как удобнее? — Давай посмотрим какой-нибудь ужастик, например… Можно с русскими сабами, не принципиально. А у тебя есть любимый фильм ужасов? — Я не люблю ужасы, мне больше нравятся триллеры. Ну или комедии… — Хм, — Бумага пожал плечами. — Я подозревал. Хорошо хоть не сопливые мелодрамы. Или эротику. — Ну, я не против… такого, — на лице Биста появилась лёгкая улыбка и он незаметно поднял руку, кладя ту поверх чужих ладоней. Влад опустил взгляд, немного краснея. Ну вот, опять неловкая ситуация. И что ему делать? — Эм… Ну ты бы ещё гей порно предложил посмотреть! — он попытался разрядить ситуацию шуткой, выдавливая смех. — Почему такой акцент на категории? — Джимми рассмеялся, закрывая глаза. Владу захотелось хлопнуть себя по лбу. Ну блять, ну что он опять несёт, а?! — Всё-всё. Давай посмотрим обычный, сука, фильм. Жр-… Ой, то есть — есть хочешь? — Не отказался бы. А что у тебя есть? — Мы можем что-нибудь заказать. Ты серьёзно думаешь, что я что-то готовлю? Я же миллионер. Мультимиллионер, на секундочку. — Конечно мультимиллионер, — Джимми рассмеялся, поднимая руку и тыкая его пальцем в щёку. Он сделал это слегка, совсем невесомо, но даже это заставило Влада вновь смущённо опустить нос. Да что ж такое… — Эм…– он поспешно встал и вышел из комнаты, возвращаясь с телефоном, который оставил в ванной. — Давай закажем пиццу? — Можно. С ананасами? — Ну вообще-то, это очень вкусно. А те кто обсирает, ну… это просто тупые долбоёбы, которые даже не пробовали. — Точно, хм… Есть в твоих словах правда, — задумчиво склонил голову Дональдсон. — Заказывай. И колу, только в баночках. — Ес, сэр. Мужчины рассмеялись, чувствуя себя хорошо вместе. Они уже успели привыкнуть друг к другу, как будто бы общались много лет. Вот это настоящие, родственные души? Через пятнадцать минут заказ был доставлен в номер. Парни расположились на кровати, поставив перед собой ноутбук, чтобы Владу было легче читать субтитры. Рядом лежала пицца, а колу пришлось поставить на пол. Их совсем не беспокоило, что можно испачкать простынь. Да уж, возможность испачкать её просто жирными пятнами от еды — самое меньшее, чего стоило бы бояться. — Мне наушник-то снять? — Как хочешь. Если не хочешь комментировать фильм, можешь снять. — Да и так нормально. Они замолчали, потому что уже начиналось. Слух тронула напряжённая музыка, характерная триллерам. А4 устроился поудобнее, кладя подбородок на руку и откусывая кусочек пиццы. Она была горячая и приятно сладкая. Джимми отхлебнул напиток. Если честно, его сейчас мало интересовал фильм — но как поменять ситуацию в другое русло, он не знал. Потому что боялся как-либо напугать спутника или сделать что-то не так. Он знал, что Влад, вроде бы, не против, но… всё равно сомневался. Вдруг оттолкнёт, разозлится, или вообще сбежит? Мда… Ему почти тридцать, а он ведёт себя, как маленький! С учётом того, что Влад, вроде бы, старше. Откуда он это знает? Как будто бы странно приглашать к себе своего оппонента, не зная о нём почти всё… то есть — многое. Где он живёт, с кем общается, какой образ жизни ведёт. Звучит как сталкерство, но на деле… просто обычный интерес. Мужчина придвинулся ближе, не отрывая взгляд от экрана. Он протянул руку, чтобы взять еду, и случайно столкнулся с чужой. Взор тут же метнулся в сторону, и их взгляды встретились. Джимми неловко улыбнулся. — Извини… эм… Как тебе фильм? — Он только начался, хз. Не знаю. — А, точно… Хорошо, прости… — Не извиняйся, постоянно это делаешь. Меня такое не задевает, бро, — Влад пожал плечами, вновь возвращаясь к просмотру. Джимми же задумался. Не слишком ли он робок? Действительно: ведёт себя с ним, как с хрупкой девушкой, которую боится разбить. Извиняется за обычные вещи, старается подбирать слова… А потом чуть ли не целует, и говорит всякое… Бр-р! Может быть рискнуть? — Влад…– чуть тихо позвал он, кладя ладонь ему на плечо. — М? — не оборачиваясь, произнёс тот. — Влад. Посмотри на меня, пожалуйста. — Ну что случилось…– А4 повернул голову, смотря на мужчину с недоумением. — Джим, мы если будем постоянно отвлекаться, я ничего не пойм-…– он удивлённо округлил глаза, чувствуя, как на его лицо легла тёплая рука. — Джеймс? — Почему же так официально? — голос Джимми был нежным и тихим. Он наклонился, заглядывая Владу в глаза. Джимми рисковал. Грань между ним и Владом могла исчезнуть в любой момент. — Разве мы просто коллеги?.. Враги? Мы же вышли на новый уровень? Разве нет? — Подожди, — А4 отпустил запястье Биста и подался ближе. — Ты чего, — он слегка склонил голову. — думал, я против? Решил… поиграть, Джим?.. Я думал — мы оба понимаем, к чему всё идёт… Чего ты боялся? — Я… — Джеймс растерялся. — Я не боюсь! Просто ты вел себя… как ни в чём не бывало… — Ну лично я решил, что ты не готов — и не стал навязываться, — Владислав улыбнулся, щёлкая его по носу. Любому другому такое не сошло бы с рук — но Джимми лишь удивленно смотрел на Влада. Он всё понял, и просто… ждал?!.. Бист почувствовал себя глупо. И чего он только боялся?.. Сам ведь это всё начал! Ну уж, знаете. Намного проще говорить всякую дичь, зная, что тебя не понимают. Больше он не колебался. Джимми прижал Влада к кровати, нависая над ним сверху. Его взгляд, полный желания, скользнул по лицу парня, задерживаясь на губах, а затем — на открытой шее. Влад ахнул, когда Джимми поцеловал его — сначала в шею, а затем, поднимаясь выше, нашёл его губы. Поцелуй был медленным, тягучим. Их губы подавались друг другу, как в немой борьбе. — Хочу тебя, — тихо прошептал Джимми в поцелуй, не давая Владу опомниться, и вновь поцеловал его. — Хочу безумно… — Джимми…– хрипло выпалил Влад. Голос выдавал его с потрохами, указывая на возбуждение своего хозяина. — Джимми, мы… Я никогда не… не занимался… анальным секс-…ом, — ему было пиздец как неловко это говорить — но предупредить было надо. — Не бойся, тебе просто нужно ещё раз сходить в душ и в туалет, — Джимми отстранился и заботливо погладил его по колену. — Я уже купил… всё необходимое. — Что?! Так ты не боялся… Вот гандон! — Презервативы? Тоже купил. — Да я не про это! — воскликнул парень, отталкивая его. Он недовольно надул губы и отвернулся. — Ты меня дразнил, притворялся, что якобы боишься… меня. А на деле… — Да нет же, — Дональдсон рассеялся. — Я действительно боялся сделать что-то не так… Что ты посчитаешь меня за какого-то извращенца… — Да так оно и есть! — Аха… А насчёт презервативов… Я просто… надеялся, что ты не против… И что я тоже…– он сделал глубокий вдох и выдохнул: — нравлюсь тебе… От таких искренних и глубоких слов Бумага растрогался и обернулся, притягивая Биста к себе. Мужчина тут же, не теряя времени, заключил его в поцелуй — жадный и настойчивый. Это Влада сильно удивляло — но он решил не обращать внимания, просто отдаваясь во власть момента, и в его загребущие руки. Через пару минут они оторвались друг от друга, и Джимми кивнул на дверь, ведущую в ванную комнату. — Э… думаю…– Влад замялся. — Мне… Мне… э… не нужно… туда… — Что значит не нужно? Ещё как нужно! Иначе тебе будет очень больно! Анальный секс, знаешь ли, штука не из приятных, и если как следует не опорожнить кишечник и хорошенько тебя не растянуть… — Джимми, харе! Прекрати! — покрываясь краской с головы до ног, А4 остановил его, неловко шлёпая по ноге. — Ну зачем так подробно?! Твоей прямолинейности рельсы позавидуют! — Ой… прости…– мужчина виновато опустил голову. — Я идиот. — Всё нормально, — парень устало сжал переносицу. — Да и тем более, я… уже… — А? Уже? Что уже? — Блять, не вынуждай меня это говорить… — То есть… То есть, ты?!.. Извини, извини, всё, я — понял, — Джимми постарался не улыбаться, но довольная ухмылка так и лезла на лицо. Он понял, что не один ждал от этого вечера чего-то большего, и осознание буквально… будоражило его, заставляя тараканов внутри бешено отплясывать серенаду. — Хорош ржать! — А4 было очень неловко, хоть он и пытался это скрыть. — Что будем делать то? — А что ты хочешь? — Ебаться, блять!.. Не знаю… Продолжить? Неожиданно Джеймс приблизился к нему. Он наклонился к уху, где отсутствовал переводчик, и горячо зашептал: — Помнишь, что ты должен мне желание? Я выиграл. Выиграл, и хочу воплотить в жизнь то, что предлагал на пляже: я, ты — связанный, на кровати в отеле… Полностью мой, — повторил он ранее сказанное. Влад сглотнул, тяжело дыша, и нервно вздрогнул. Он задышал ещё чаще, чувствуя как в ушную раковину проник чужой язык, тщательно исследуя её и будто бы наполняя собой. Блять — ну вот, точно извращенец. Джимми отстранился и с улыбкой посмотрел на него. Улыбка была довольной, хотя внутри мужчина всё ещё чувствовал себя неважно. Он боялся, что его оттолкнут и пошлют нахуй. Что его возненавидят. — Я ничего не понял, — делая акцент на второе слово, произнёс Влад. Его тёмные брови нахмурились, а взгляд выражал упрямство. — Что-что? Можно по русски? — Всё-то ты понял, — заключил Дональдсон, делая «неоспоримые выводы». — Я же знаю, как наушники работают. Секунду, — он внезапно подскочил и вышел из комнаты, оставляя А4 наедине. Это дало парню возможность на передышку, а с этим неприятное волнение — Джимми обиделся? Он разозлён? Недоволен? Но тот быстро вернулся, держа в руках ремень. Влад коротко выдохнул, чувствуя, что сейчас будет несладко. Хотя это как поглядеть. Его щёки вспыхнули румянцем, а тело непроизвольно дернулось назад, пытаясь уберечь себя. Парню совершенно не хотелось, чтобы его тут связанного трахали — да даже мысли об этом вызывали внутри ужасную панику. — Не… не надо! Я… не… хочу! — Желание, Влад. Ты проиграл. — Это изнасилование! — Если ты против, — Джеймс остановился, возвышаясь над ним и мирно смотря в глаза. — мы не будем. Я могу уйти. — Да нет! — от резкого ответа Бумага растерялся, останавливаясь. — Просто… это обязательно? — он указал на ремень в чужих руках, стараясь унять лёгкую дрожь. — Нет… Что ты, совсем нет! Боже, прости…– голос Джимми вновь стал виноватым, и он осторожно сел рядом, кладя рядом ремень. — Я просто подумал… я хотел пошутить. Просто меня немного… занесло, прости. Влад выдохнул. Всё понятно. — Джимми, ты такой… дурак, — он примирительно улыбнулся, принимая положение сидя, и притянул мужчину к себе. Они тепло обнялись. — Ладно уж. Желание так желание — только дверь закрой. — То есть… Ты согласен?! — Джимми разорвал объятия, смотря на парня горящими глазами. — Нет, ну вы посмотрите на него, — вместо ответа произнёс Влад, и закатил глаза. — Шутник. Извращуга ты! — Я люблю тебя, — чмокнув его в щёку, Джимми подорвался и закрыл номер на замок, а затем вернулся обратно. В это время А4 с трудом приходил в себя из-за чужих слов, и не мог понять — Джимми это сейчас серьёзно, или так — опять шутит? Может, это проблемы с переводом? Да нет, не должно быть… Он… любит его? Правда любит?! — Джеймс… ты… — Да? Что такое? Я сказал что-то не так? — забеспокоился Дональдсон, внимательно на него смотря. — Извини, я не должен был так реагировать… Я действительно хочу тебя, то есть — хочу с тобой… Ну — ты понял. Я могу и без связывания… — Да я не про это, — осадил его Влад, махнув рукой. — Ты… любишь меня? — А? — Или ты на эмоциях? Джимми замер на несколько минут, зависая. Всё это время он переваривал вопрос, перематывая в голове недавние события и собственные слова. Наконец до него дошло, что Влад имел ввиду. — Ой… Я это сказал, да? — на его лице появилась натянутая улыбка. Влад беспокойно на него уставился, пытаясь прочитать мысли. Неужели…– Да. Я люблю тебя. — Подожди. Ты не можешь знать наверняка, что кого-то любишь. Особенно человека, которого знаешь всего три, мать его, недели!!! — Но я люблю тебя! — Ты не можешь! Боже, блять… Джимми! — парень схватил его за плечи и слегка потряс. — Очнись! Ты слишком много себя накручиваешь. Не знаю, может, это какое-то помутнение, или, тьфу — подростковые гормоны, там, шалят у тебя — да, у взрослого мужика. Но ты не можешь так просто взять и полюбить меня. — Ой, да мне похуй, — Бумага был не уверен, что перевелось всё правильно, но ему не дали нормально подумать. Джимми взял его за руку и нежно поцеловал, внимательно смотря в глаза. — Ты — единственный, кто меня понимает и с кем я теперь хочу быть. И просто так…– он немного помолчал, размышляя, стоит ли продолжать. Но всё-таки решился: — ты от меня — не уйдешь. Боже. Он точно тронутый на голову. Бумага тяжело вздохнул. Вот уж не думал, что так привяжет к себе этого мужчину. Так ещё и самого известного в мире. И ни ему, ни его репутации это не помогало. Более того — создавало ненужные проблемы. Тем временем Бист и не думал его отпускать. Он сильнее сжал чужую ладонь в своих руках, и потёрся об неё щекой, выглядя как влюблённый пёс. Больше он не видел на своём пути ни предрассудков, ни преград — а только возможность быть с тем, кто его понимает. Принимает таким, как есть, и не гонится за его деньгами, зарабатывая на жизнь сам — и даже за него платит! Владик — его мечта, что наконец-то сбылась. От этого чувства свободы, от ощущения вседозволенности, Джимми понесло окончательно. Он будто не замечал за собой некой одержимости этим человеком, словно его разум был затуманен. Да так оно и было. Владу стоило хотя бы сказать ему об этом, но парень отчего-то молчал. Может, он и не хотел говорить? Окончательно потеряв всякую способность думать, Джеймс забрался на кровать с ногами, взял ремень, и одним взглядом попросил Влада поднять руки. Тот намёк понял. Он поднял руки, и футболка быстро оказалась рядом. Преодолевая смущение и матерясь про себя, он свёл руки вместе, видя как ремень крепится на тонких запястьях. Глаза грустно прошлись по паре незаметных шрамов — совсем белых и старых. Не хотелось бы, чтобы Бист их увидел. Тот его замешательства не заметил, лишь немного отодвигаясь назад и заводя чужие руки за голову. Джеймс восторженно посмотрел на парня, оглядывая его тело с головы до ног. Всё его. Всё — абсолютно. — Тише. Не бойся, — приложив палец к чужим губам, Джимми прикоснулся к нему на подобии поцелуя, и поднял на Влада взгляд. — Всё будет нормально. Я не насильник. — В-верю…– хрипло прошептал парень в ответ. — Ты просто немного… странный? — Ха-ха. Возможно, — Джеймс рассмеялся, а затем потянулся к тумбе и достал оттуда лубрикант и смазку. — Я беспокоился, поэтому взял специальную, — он помахал флакончиком. — для чувствительной кожи. — Герой, — А4 закатил глаза, но всё равно улыбнулся. — Не удивлюсь, если ты ещё неделю назад заказал мне хвост с пробкой. — Учту на будущее. — О нет… Джимми рассмеялся, а затем аккуратно снял с парня шортики, наслаждаясь этим моментом. О да — какой же это был момент… Скоро, уже совсем скоро он сможет им овладеть. Да ладно, чего уж там — трахнуть, удовлетворяя своё мерзкое желание. Благодетелям не подобает такое испытывать и так себя вести… Ой, да похуй. Мужчина довольно оскалился и медленно, чуть лениво, провёл рукой по ноге парня, скользя снизу вверх. Он погладил колено, немного сжал его и двинулся дальше, к бедру, путешествуя по коже. Влад коротко выдохнул. Эти дразнящие касания заставляли его сердце глухо биться, а тело мелко дрожать, словно он олень в плену охотника. Маленький мальчик боится, что от него откусят кусочек? Пальцы зацепились за края трусов, стягивая их будто робко — с некой долей стеснения и неловкостью. Но Владик знал, что тот притворяется — ведь Джимми сейчас решителен, как никогда. — Не страшно? — поинтересовался Джимми, открывая смазку и выливая ту себе на руку. — Я погуглил, как и что, можешь не беспокоиться. — Ты что — из тех, кто учится по интернету? — хмыкнул А4, пытаясь расслабиться и не чувствовать себя так неловко. Конечно — он ведь был голым. Кто бы на его месте чувствовал себя спокойно? Он поудобнее устроился на кровати и шумно вздохнул. — А? Не понял, — мужчина раздвинул его ноги и осторожно ввёл внутрь один палец. Влад весь сжался, ожидая боли. — Расслабься. — Не могу! Я… боюсь. — А ты не бойся. — Хорошо! Уже взял и перестал! — от парня так и лился сарказм, и его можно было понять. Конечно — это был его первый раз. — Я уже пробовал, и мне было боль-но! — Поэтому расслабься, — взгляд Джимми стал серьёзнее. Он успокаивающе посмотрел на Влада, потянулся и нежно погладил его по щеке свободной рукой. — Иначе ничего не получится. — А может я и не хочу… чтобы… э… получалось…– постепенно Бумага затих, бубня слова себе под нос. Просто ему не хотелось обидеть Джимми или как-либо задеть. — Я постараюсь. — Я люблю тебя. Знай это. И вот опять он… Влад обречённо вздохнул, но кивнул, пытаясь успокоиться. Он ощутил, как внутри него стало до омерзения тепло, когда чужой палец согнулся, делая это снова и снова, касаясь стенок. Было немного щекотно. На сухую наверняка дико неприятно, но к счастью — он не пробовал. — Всё нормально? — поинтересовался Бист, смотря на А4 с беспокойством. Тот кивнул. Лицо парня ничего не выражало, поэтому Бисту тяжело было понять, что тот чувствует. — Тогда я добавляю второй? — Угу-у, — по этому мычанию Джимми понял, что партнёру не совсем и всё равно. Он медленно вставил второй палец, чувствуя, как Влад выгнулся. — Айщ! — Что такое? Тебе больно??? Я могу… — Всё… Всё нормально, — Влад закрыл глаза и помотал головой. По его лицу растёкся нездоровый румянец. — Продолжай! — Ладно-ладно, — Джеймс испуганно дёрнулся и продолжил, следя за реакцией тела. Сначала парень лежал спокойно. Он не дёргался, не как либо кричал, а просто тихо терпел, пока мужчина внутри него «командовал». Джеймс осмелел. Пальцы двигались быстро — но аккуратно, чтобы не больно. Смазка очень хорошо помогала, но он добавил ещё немного, чтоб наверняка. Когда Джеймс добавил третий, Влад вскрикнул, чувствуя как на анус давит напряжение. Его немного пугала эта заполненность. А что будет, когда внутри него окажется член? Пиздец. Он так не боялся, даже когда лежал в гробу. Хотя и пробыл там недолго… Но всё равно — страшно. — Тебе больно?! — его реакция не прошла незамеченной. А4 вновь замотал головой. _ Нет, нет, не надо терпеть, сразу скажи… — Джимми! Всё — нормально! — в охрипшем голосе слышалась злоба, и Джимми поспешил согласиться, возвращаясь к делу. Влад не хотел его пугать, но его уже достала чужая нерешительность. Делаешь — делай. От чужой спешности парень почувствовал, как всё внутри него расширяется, а ногти неловко царапают стенки. Он недовольно цокнул и попросил: — Осторожнее! Боже, Джимми… Ну ничего ты не можешь. — Ладно, тогда давай так, — уже устав от собственных ошибок, Джеймс, вытащив пальцы, наклонился и, сжимая двумя руками ягодицы, проник внутрь языком, не обращая внимания на смазку. Язык стимулировал простату, имитируя круговые движения. Рука взялась за член, старательно двигаясь. Он делал всё, чтобы парню стало приятно. И ему стало. Да, очень стало. Буквально вставило от прилившей крови внутри, ощущения чего-то доселе неизвестного и приятного. Он застонал, выгибаясь, и почувствовал, как от его движения ремень сдавил запястья сильнее. Только от боли стало ещё приятнее. Неожиданное открытие заставило Влада замереть. Неужели он реально мазохист? Да нет, не может быть. Ох… боже… Чужой язык задвигался быстрее, и ему стало не до этого. Сочетание различных стимуляций — сфинктера и члена, дарили Владу массу приятных ощущений, а лёгкая боль — чувство дикого удовольствия. Ну что за ёбаный бред!.. — Влад… тебе хорошо? — Джимми оторвался от дела и задал вопрос голосом, полным возбуждения. Мужчина был весь красный и вспотел, поэтому ему периодически приходилось вытирать лицо. Невыносимо хотелось раздеться. — Да…– бездумно ответил Бумага. Он уже не соображал — ему хотелось просто трахаться. — Хорошо… Тогда ты же не против, если я…– выпрямляясь, Дональдсон стянул с себя футболку и, не глядя, выкинул её на пол. — тебя трахну. — Да пожалуйста, — Влад улыбнулся, вызывающе двигая бёдрами, и лизнул уголок губ. Если бы он только видел себя со стороны — обязательно бы убил. Но Джимми бы не позволил — ведь ему… нравилось. Мужчина улыбнулся и разделся полностью. Он раскрыл пачку, достал один презик и разорвал квадратик. С трудом надев поганый латекс на головку, стал скатывать его вниз. — WTF, — Джимми скорчил недовольную мину, пытаясь натянуть его. — Да брось… ничего же не будет. — Всё равно, — он отмахнулся, и вновь попытался надеть. Когда это наконец удалось, Джимми налил смазку на руку и нанёс её на головку, смазывая ствол. — Говори, если будет больно. — Ну, больно будет, ясен хуй. Ток я сомневаюсь, что мне не понравится. — Что? — не понял Джеймс. — Ничего… Давай уже. — Нетерпеливый малыш, — хмыкнул мужчина, раздвигая чужие ноги и пристраиваясь. — Иди нахуй! Какой я тебе…– Влад вздрогнул, чувствуя, как в него входят. — Оу, Джеймс… — Меня так удивляет, как ты резко меняешься, — внезапно выпалил Бист, наклоняясь и целуя его в колено. Он нежно лизнул его языком, смотря на парня исподлобья. Тот охнул. — Ты сначала грубишь мне — а через секунду уже готов сделать всё, что я скажу… — Не всё, не утрируй! — Неужели? — он толкнулся сильней, и Влад громко вскрикнул, чувствуя как член скользит внутри него. Это была она. Ни с чем не сравнимая боль. О да… — Джимми…– он всхлипнул и дёрнулся, желая быть ближе. Чтобы член проник весь, без остатка, и насытил уже его этой блядской болью. Да, Джимми. Накорми меня. Утоли мой голод. — Что — Джимми? — Да… — Что да? — Дональдсон вошёл ещё глубже, чувствуя прилив адреналина в крови. — Джимми, да! — по лицу Бумаги потекли слёзы, а рот открылся в немой просьбе. Гордость не давала попросить, но Джимми это было и не нужно. Он не хотел его ломать — просто дарить удовольствие. Руки крепко сжали бёдра парня, и он задвигался внутри. Горячо, липко, хорошо… Вот какие ассоциации пришли в голову Джимми, когда он трахал его. Восторг заполонил голову от вида, который представал перед ним: утопающий в удовольствие, голый и связанный Влад А4… Не устоять — да кто бы смог? Джеймс простонал вместе с ним в унисон. Он чувствовал, как стенки сжимали его, когда Бумага немного напрягался, и чем глубже он в него входил — тем быстрее хотел двигаться. Но не решался. Пока парень сам не попросил. — Б-быстрее… пж! — Что? — Быстрее! Джимми закивал, как болванчик, и решил двигаться, уже не боясь. Он поменял позу, ложась на Влада, и прижался к его губам своими. Поцелуй потонул в коротких стонах, становившихся всё громче, постепенно переходя в крики. На секунду мужчина подумал о том, что их услышат, но тут же забыл, растворяясь в парне полностью. Господи, да — это же то, что ему нужно! Влад это единственное, что ему теперь нужно. И было нужно всегда. И он его не отпустит. Пускай сколько угодно подают в суд или стреляют в него своим пейнтболом. Бесполезно. Он задвигался ещё быстрее, лихорадочно целуя А4 куда придётся: в лицо, шею, уши — отчего случайно выпал наушник. Решив, что они им больше не нужны, Джимми быстрым движением вытащил второй из своего уха и положил пару под подушку в надежде, что не придётся потом искать их по всей кровати. — Джимми, Джимми… о-о, сука… — Vlad… Fuck… — М-м, — Влад вцепился в его спину ногтями, впивая их до боли, и Бист вскрикнул. Он ответно сжал челюсть на чужой шее, замирая, и оставил на нежной коже след. — Б-блять… — S-sorry…– схватив его за плечи, Джеймс стал грубо вбиваться в парня, слыша звенящий гул и видя туман. По комнате разносились шлепки и голоса, полные звериного безумства. И если бы кто-то сейчас проходил мимо — обязательно бы понял, что его обладателям очень, очень хорошо. — Н-н-н, м-м, Д-Д-Джим-м-ми! — в ритм толчков произносил Влад, пытаясь выговорить имя. Его шатало взад и вперёд, а изо рта вырывались хриплые стоны. — Я… Ах! Парень зажмурился. Джимми понял, поэтому обхватил его член одной рукой, другой держась за плечо. От резких движений Влад зажмурился, чувствуя боль — зверь совсем не щадил его, он выбивал из него всю суть, превращая тело в ошмётки, а душу перековывая в нож. И этим ножом он готов был разреза́ть его плоть — а затем залезть внутрь него, зашить изнутри и остаться там навсегда. Стать единым и целым организмом. Джимми коротко поцеловал Влада — словно перед смертью, напоследок — и дал кончить, крепко сжимая руку на плече. Парень задохнулся от смеси удовольствия и боли, и задёргался, дрожа от оргазма. Он совсем забылся и не заметил, как его подняли и положили на сжатые вместе локти, и на колени. Во рту оказался член — уже без презерватива, и он неосознанно сжал губы. Когда Влад пришёл в сознание, его уже отпустили, спуская в руку — но немного всё-же попало на плечо. И, совсем чуть-чуть, на шею. Джимми виновато посмотрел на парня и пошёл за каким-нибудь полотенцем. Салфетки забыл — вот дурак. Он тщательно вымыл руки, стоя над раковиной, затем схватил первое попавшееся полотенце, намочил его и вернулся обратно. Бумага сидел на кровати, всё ещё приходя в себя. Выглядел он очень потрясённым. — Are you okay? You look a little rough… (Всё хорошо? Ты выглядишь неважно) — Окей всё. Не вол-…нуйся, — Влад выдохнул и поднял на него взгляд. Он вымученно улыбнулся. Тогда Джимми забеспокоился ещё сильнее. — Oh God… sorry, I couldn't help it… I'll… Are you okay? Do you feel sick, nauseous??? Oh, sorry, you don't understand… (Боже… прости, я не сдержался… сейчас я… Тебе плохо, тошнит??? Ох, прости, ты же не понимаешь…) — Да, андест… Фуф… Джимми, я — устал. Сними с меня это, — он потряс связанными руками, и мужчина моментально расстегнул ремень. Он стыдливо стал гладить его запястья, замечая на них синяки. — Да не… Всё окей — я же сказал. It's okay. Good? (Всё окей. Хорошо?) — Good, good…– мужчина рассеянно сел, разглядывая парня. Он боялся, что сделал что-то не так — или слишком многое себе позволил… — Sorry for the sudden (Извини, что так неожиданно)… — Глоть-глоть, — Бумага показал на рот, и зачмокал, криво улыбаясь. Джимми смутился. — Всё заебись, — он подался к нему ближе и запештал на ухо: — просто в следующий раз проси. Ты же хороший пёсик, Джимми? Гав! — What the fuck! — Бист засмеялся и поспешил отстраниться от парня, хватаясь за ухо. — What're you, a dog (Ты что, собака?) — Г-р-р, да! Сейчас укушу! Ребята весело покатились по кровати, смеясь и ругаясь, хоть друг друга и не понимали. Джимми пытался отбиться от Влада, который норовил его укусить — а Влад же, в свою очередь, наоборот — старался цапнуть мужчину разок другой. Вот так и прошёл этот интересный вечер, наполненный разными приключениями и признаниями. Ладно — просто охуительным сексом. И никто не поспорит же. Да?

***

— Ну поехали со мной. Что тебе терять? Будешь как один из организаторов. — Чего?! Бист, ты хотя бы себя слышишь?! Какой я организатор! Это твои игры! Нет, я не поеду! — Ну пожалуйста… Я не хочу, чтобы ты тут один оставался. Джимми заныл, легонько тряся парня за плечо. Влад пытался скрыть улыбку, хмурясь и отворачиваясь, но всё равно не сдержался. — Ага! Ты улыбнулся! Всё, значит — поехали. — Джимми! — А4 осадил его, беря за руку. — Мне там делать нечего. Да и люди не поймут. Вернее — они всё поймут, как надо, а тебе это надо? — Да мне всё равно! Pohyi мне — вот, — он старательно выговорил полюбившееся слово, вызывая у Влада только приступ хохота. — Чего?! — Да ничего, всё нормально, — держась за живот, сказал парень. — Просто… твоё произношение… оно такое… — У тебя не лучше! — не обиделся Джеймс и пихнул его плечом. — Особенно это «Д-Джимми, плз», — он заулыбался, передразнивая Влада, отчего тот замолчал и покрылся краской. — Что, не смешно? — Скоро кое-кто будет с трудом ходить. Приготовься. — А ты со мной поедешь? Тогда приготовлюсь. — Ох, Джимми, — Влад тяжёло вздохнул и сложил руки на столе, обречённо качая головой. — Ты не понимаешь. Это ведь так важно — репутация. Я не готов жертвовать твоей репутацией из-за своих хотелок. Прихотей. Только из-за того, что… люблю. — Оу, — Джимми умилился последним словам, и взял парня за руки, крепко их сжимая. Он сидел на стуле напротив. — Я тебя тоже люблю. — Ты меня вообще слышишь? — Слышу. Конечно слышу. И всё понимаю. Влад, всё будет хорошо, обещаю. Если мне нужно будет, они тебя все примут. Родители, друзья, близкие — все. А если не примут…– он прижался губами к его рукам, долго целуя. — я убью их. — Джимми! Бля, чё ты несёшь… — Но это правда! Если надо будет… — Не надо. Джимми. Не стоит ради меня… так… ну, ты понял, — Бумага убрал руки и встал, подходя к мужчине вплотную. Он заключил его в объятия, вызывая удивление. — Всё хорошо. Я подожду тебя здесь. Я никуда не уеду. — Влад…– Джимми печально вздохнул. Влад разорвал объятия и взял его лицо в свои руки, внимательно в него вглядываясь. — Всё будет хорошо. Не бойся. Мы ведь любим друг друга, да? — Да… Конечно да. — Вот и отлично. — Но… — Без но. Всё — собирайся, а я тебе помогу. Всего три недели. Джимми вновь вздохнул, но согласился. Ладно! Три недели — это ведь не так много, как кажется, да? Он посмотрел на Влада и взял его за руку, счастливо улыбаясь. Важно, что теперь он был рядом — а это самое главное. И его одержимость — это неважно. Правда ведь? Телефон, лежащий рядом на столе, зазвонил. Джимми поднял его и посмотрел на дисплей. Звонила Элеонора — его менеджер. Наверное по поводу того, что его все ждут. Стоило бы поторопиться — съёмка не может проходить без ключевого лица. Кто-то ведь должен представлять шоу. И кто, как ни его организатор? Он бы с удовольствием напихал каждого, кто его там ждёт, деньгами по пачке, лишь бы они оставили его в покое. Но… так делать было нельзя. Поэтому Джеймс сейчас спокойно соберётся, сядет в авто и уедет, оставив свою мечту с самим собой наедине, как самая последняя мразь. Но ведь это не конец? Он вернётся, он… Джимми ещё сильнее стиснул чужую руку в своей и улыбнулся, вставая, а затем заключил Влада в поцелуй, крепко прижимая к себе. Ну что ж, у них ещё есть время. — Эй, я тебя же ещё не отшлёпал. А я ведь обещал. — В смысле?! Когда ты такое обещал? — Обещал, обещал! Иди сюда. — Нет! Ну не тут же! — А почему бы и нет? — Нет, значит нет! Джимми, убери руки! Быстро! Вот еблан… — О да, малыш, открой ротик. Угу, вот так… — Ненавижу теб-… — И я тебя люблю.

Знаешь, я весьма мерзкая личность

Потому что среди всего того мрака, что

Мы зовем жизнью, я своим эгоизмом

Привязал тебя к себе сверхпрочным канатом

Ты мог бы сейчас быть там, где хочется,

А не ждать трамвая три часа на морозе

Почему ты не оставишь меня с моим одиночеством?

Неужели тебе не хочется всё это бросить?