Наследие огня и крови

      Утром Тея проснулась от стука в дверь, за которым последовал веселый голос Аги, приглашающий позавтракать перед отъездом. Когда девушка, уже собранная к дороге, вышла из комнаты, она несколько тейн провела на лестнице, вслушиваясь в голоса снизу. Она не была уверена, что хочет сейчас столкнуться с Лиарой, и решила оттягивать этот момент как можно дольше, потому что совершенно не представляла, что ей сказать и как на неё смотреть. Её одновременно разрывали желание броситься в крепкие объятия девушки и готовность в любой момент прогнать её от себя так далеко, как это вообще возможно.       Снизу доносились только голос Аги и приглушенный шум с улицы. Тея нервно дернула плечом и расправила складки брюк, перед тем как быстро спуститься на первый этаж. В пустом зале, закинув ноги на край стола, сидел кудрявый парень и полушутливым тоном что-то втолковывал слуге-мальчишке, робко сжавшему двумя руками кувшин.       — Опять донимаешь своими деловыми предложениями? — без приветствия окликнула его Тея и села напротив него. Аги послал ей обаятельную улыбку и в прищуренных глазах пробежали озорные искры.       — Дорогая Тея, кажется, я провинился перед тобой, — нарочито виноватым тоном начал он. — Если ты тоже хочешь поучаствовать в выступлениях… — он замолк, когда на него упал ужасающе острый взгляд девушки, но на губах его только расцвела ехидная ухмылка. Тея сжала зубы.       — Принеси мне завтрак, — чуть повернув голову в сторону слуги, проговорила девушка, стараясь не позволить раздражению перерасти в злость.       — Ты со всеми такая грубая? — он улыбнулся ей и проводил сожалеющим взглядом напуганного мальченку. Она промолчала в ответ, и Аги принялся рассуждать вслух. — Хотя нет. К Лиаре ты, кажется, благосклонна. Насколько я понял, вы не так давно с ней знакомы. А значит, ты всё-таки умеешь чем-то расположить к себе. Хотя, кажется, ей тоже немало от тебя достается, — хмыкнул он и, качнувшись на стуле, опустил ноги на пол.       Тея замерла, услышав последнюю фразу, и взгляд её метнулся на парня. Злость тут же заискрилась на кончиках пальцев и в ладонях, но в груди всё сдавило от чувства ужаса, странного страха перед услышанными словами. И то ли Аги заметил этот испуг в её глазах, немой вопрос, заставивший трепетать сердце, то ли сам понял, как прозвучали его слова, потому что выражение его лица изменилось. Он, словно провинившийся ребенок, попытался оправдаться:       — Лиара вовсе не жаловалась на тебя, если вдруг ты так подумала. Я не совсем так выразился. Просто, понимаешь, когда я её увидел утром, она была очень, — он замялся, подбирая слова, — очень расстроенной. Или, скорее, грустной.       Он продолжал говорить, но Тея уже его не слышала. По всему телу пробежала дрожь, а на горле стянулась тугая петля и мысли в голове затрепетали, словно птицы, нещадно бьющиеся о стены, окружившие их. Неужели она действительно её обидела? Но как? И если Лиара расстроена из-за неё, то как это исправить? Что она сделала не так? И что теперь сказать, какие слова подобрать?       Она сжала кулаки, словно это могло помочь остановить волну беспокойства, накрывшую её по самую макушку. Ногти впились в мягкую кожу, но это чувство, столь противное, липкое и тяжелое, придавливающее к земле, — чувство беспомощности — не отступало. А за ним верным псом, прожигая каждую клеточку тела, следовала злость: на саму себя, на своё бессилие и на… свои чувства. Она вновь беспокоилась из-за Лиары, хотя ей давно следовало выкинуть эти глупости из головы, перестать волноваться по пустякам. Тея дернула плечом и встала из-за стола.       — Ты всегда так много говоришь? — с легким раздражением обратилась она к Аги и, не дожидаясь ответа, пошла к выходу. — Я не голодна. Можем выезжать.       Изо рта вырвалось облачко белого пара, когда Тея вышла на улицу, и щеки обожгло порывом холодного ветра. Она поежилась, запахнув куртку потуже, и двинулась к внутреннему дворику. С неба, кружась, падали крупные хлопья снега, слипшиеся и влажные. Нисса и Мэй, запряженные в телегу, лениво потряхивали головами, будто пытаясь избавиться от этого надоедливого снега. Нимрис, бросив короткий взгляд на Тею, уже забиралась на козлы, заметив приближающихся спутников, а Лиара, повернувшись спиной к подходной дорожке, закрепляла на повозке плотную ткань, чтобы укрыть их поклажу от влаги. При виде девушки в Тее тут же вспыхнуло желание окликнуть её, убедиться, что Аги ошибался и Лиара не расстроена и, как обычно, ответит ей ласковым взглядом, но она тут же подавила в себе этот порыв, вновь мысленно отчитав себя. Эта привязанность, словно кандалы, пригвоздила её к другому человеку, обвив тяжелыми стальными цепями — страхом и бесконечной тревогой — и всё в ней, каждая её частичка рвалась на свободу, прочь от этого тягостного томления. Она поджала губы, стараясь отогнать мысли о Лиаре, и, выдавив спокойную улыбку, подошла ближе к повозке.       — Доброе утро! — беззаботно бросила она и запрыгнула на козлы к черноволосой девушке. Ее спину обжег взгляд Лиары, и Тея обхватила обеими ладонями деревянную доску под собой, глубоко впившись в древесину ногтями, немалым усилием воли не позволив себе повернуться к ней лицом.       — Доброе утро, — сдержанно ответила Нимрис и, как только дождалась Аги, послала лошадей вперед легким ударом хлыста.       Парень, только усевшись на мягкий тюк, без раздумий взялся за лютню. Но его уверенный и мягкий голос тут же утонул где-то за гранью её сознания. Она не могла себя заставить повернуться назад и в то же время ей приходилось прикладывать усилия, чтобы продолжать смотреть вперед, ведь там, позади неё, сидела Лиара. Но она не услышала её голоса, не поймала её улыбку, она чувствовала лишь холод, будто эта светловолосая девушка стала ее личным солнцем, которое теперь спряталось за чернеющей тучей.       Она вздрогнула, когда чья-то рука слегка потрясла её за плечо, и оторвала наконец взгляд от носков своих коричневых сапог. Повозка уже покинула город и катилась по бесцветной скучной дороге, вдоль которой поодаль тянулись невысокие деревья.       — Тея. Если ты не выспалась, можешь прилечь сзади. Там найдется место и для тебя, — проговорила Нимрис, и по её тону Тея догадалась, что та обращается к ней уже не в первый раз.       — Не надо, — резко ответила девушка и сразу пожалела, что не сдержалась, заметив изогнувшуюся бровь собеседницы. Она выдавила улыбку. — Я просто засмотрелась на пейзажи вокруг. Ну что, продолжим наш увлекательный диалог?       — Ты имеешь в виду вчерашний допрос? — холодно заметила Нимрис.       — Если тебе приятнее думать именно так… — заискивающе проговорила девушка и усмехнулась, когда за спиной резко оборвалось тихое пение.       — Предлагаю игру, — невозмутимо ответила воровка. — Один вопрос задаешь ты, второй я. Согласна? — она прищурилась, следя за выражением лица Теи. Мелодия зазвучала вновь, простая, но приятная на слух. Девушка качнула головой и её бронзовые локоны подхватил ветер, открыв бледное лицо.       — Ты первая!       — Благодарю, — спокойно отозвалась Нимрис, намеренно проигнорировав хитрую улыбку Теи. — Мой первый вопрос будет о вас с Лиарой. Вы назвали свои имена и поделились планами, но до сих ничего о себе не рассказали.       — Если ты хочешь узнать о нас обеих, то это будет стоить два вопроса, — небрежно бросила девушка в ответ.       — Расскажи о себе.       — Я целительница.       — И всё? — с нажимом переспросила девушка. — Я могу отвечать на твои вопросы таким же образом, но, боюсь, тогда игра не понравится ни одной из нас.       — Я была главой деревни, в которой жила, — после долгого молчания продолжила Тея, опустив голову. — И целительницей, и служительницей Атеи, богини-прародительницы. До тех пор, пока на деревню не напали адепты Кириана. Они выжгли всё, до чего смогли дотянуться, и убили каждого, кто там был, — в её голосе не было печали или сожаления, но и равнодушный тон у неё сохранить не вышло, голос дрогнул при упоминании своего прошлого титула. Её взгляд пересёкся со взглядом черных глаз, полуприкрытых веками, и Нимрис медленно отвернула голову.       — Ты сказала, что помогаешь Лиаре в её походе против Кириана. Хотя, оказывается, у тебя есть собственные причины для мести ему.       — Это вопрос? — уточнила Тея и откинулась на невысокую спинку сиденья.       — Нет, размышления вслух. Твоя очередь. Можешь спрашивать.       — Хм. Почему ты сбежала из дома? Надоело есть из золотой посуды? — ее глаза сверкнули в предвкушении ответа. Черные, с синим переливом волосы, собранные в хвост, опали волной с плеч на спину, когда Нимрис откинула голову назад и выпустила облачко пара с длинным выдохом.       — А ты до ужаса любопытная, — отозвалась девушка, смотря ввысь. И хотя это было сказано без злобы или даже упрека, скорее как наблюдение, Тея недовольно поджала губы перед тем, как ответить.       — Мне хочется понять тебя. Неужели это так плохо? — девушка поймала косой взгляд черных глаз. Нимрис ответила не сразу.       — Мои родители действительно принадлежат к одному из знатных родов Люмерона. Они очень влиятельные, богатые и крайне…жестокие люди. Я не помню и дня, чтобы не застать сцены наказания кого-нибудь из прислуги или унижения мелких аристократов на очередном приеме. Это было невыносимо. Меня они никогда не наказывали физически, — добавила Нимрис, заметив взгляд Теи, — и на самом деле практически не замечали, пока мне не исполнилось десять лет. По достижении этого возраста в Леменордисе принято устанавливать статус наследника.       — Знаю, — коротко ответила девушка.       — На меня легло множество обязанностей, появилось больше правил, больше требований. Теперь я не могла просто скрыться в одной из свободных комнат, в подвале или кладовой, как раньше, и проводить полдня за книгой о дальних берегах Эдрис, загадочном Кшыфане или таинственном острове. Я стала официальной наследницей рода Тиавель — пленницей в собственном доме, без права выбора.       — Выходит, ты просто сбежала от ответственности? — её тон был слегка разочарованным и в то же время звучал так, будто она ожидала услышать то, что в итоге не оправдает её заинтересованности.       — Я не говорила, что мой поступок был благородным, и не собираюсь убеждать тебя в этом. Я выбрала путь, который показался мне более привлекательным, чем жизнь под гнётом жестоких родителей. Меньше всего мне хотелось стать такой, как они.       — И как? Получилось? — голос предательски дрогнул. Хотя, казалось, эта история совершенно её не впечатлила, но что-то кольнуло сердце. Будто это её собственный ребенок покинул её, посчитав недостойной матерью. Решив не дожидаться ответа, она мотнула головой в сторону девушки. — Давай, теперь твой вопрос.       — Насколько ты сильная ведьма?       — Волшебница, — поправила её Тея, скривив губы в улыбке. — А что, испугалась меня?       — Зачесть это в качестве твоего следующего вопроса? — парировала Нимрис, прищурив глаза. Тея фыркнула.       — Достаточно сильная, чтобы одолеть любого человека, — произнесла она и из-под ресниц вспыхнули светло-карие глаза. Нимрис застыла, вглядываясь в её черты лица, будто пытаясь понять, врёт её собеседница или шутит.       — Хочешь сказать, ты сильнейшая из живущих волшебников?       — Думаю, можно выразиться и так, — хмыкнула Тея.       — Неужели у тебя припрятан камень чар? — с легкой иронией поинтересовалась Нимрис, изогнув бровь.       — Припрятан… что ты сказала? — всё её лукавство вмиг исчезло, уступив место взволнованной серьезности.       — Камень чар, — повторила девушка, нахмурив черные брови.       — Где он? Что ты знаешь о нем? — она развернулась всем телом в сторону собеседницы и схватилась левой рукой за спинку сиденья. Краем глаза она заметила, как Лиара поддалась вперед, явно заметив её замешательство. Нимрис слегка опешила от неожиданности, но быстро взяла себя в руки, нисколько не изменив свой спокойный тон.       — Я знаю, что многие считают камень чар вымыслом. Однако в моей семье сохранились записи времен поклонения богам, и я не сомневаюсь, что он действительно когда-то существовал. Ты разыскиваешь его? — это был первый ее вопрос, в котором по-настоящему чувствовалась заинтересованность.       — Пока… возможно. Ты знаешь, где он сейчас? Кому принадлежит? Хотя постой. Мы ведь говорим об одном камне, верно? Черном, с мутными приливами?       — Я знаю только об одном камне чар. Никогда не слышала, чтобы их было несколько. Но мой предок действительно описывал его внешний вид похожим образом.       — Так он принадлежит кому-то из вашего рода? Он на Малом материке? В Леменордисе?       — Я не знаю, где он сейчас, — Нимрис растерялась от такого количества вопросов и удивленно уставилась на Тею. — Последнему упоминанию о камне чар более ста лет, а после Темных годов его вовсе стали считать не более чем мифом.       — Он настоящий, — ответила Тея, — и если знать, как его использовать, то с его помощью можно одолеть даже божество, — она встретилась с напряженным взглядом Лиары, внимательно следящей за их разговором. Она заметила, как сжались кулаки воительницы, а губы сложились в тонкую линию. Но Тея не посмела задержать взгляд на ней больше чем на тал и развернулась обратно лицом к дороге. Вновь раздалось тихое мелодичное пение, и девушка только сейчас заметила, что мелодия оборвалась, когда они заговорили о чарах. Нимрис еще молчала какое-то время, явно обдумывая услышанное перед тем, как продолжить диалог.       — Скажи, почему тебя зовут Тея? Во времена Культа богов было запрещено давать детям их имена. А после их низвержения это кажется необычным.       — Как я сказала, я служительница в храме Атеи-прародительницы. Я получила имя Тея, когда во мне связались человеческая жизнь и воля богини, — она говорила ровным голосом, словно произносила заученную давным-давно фразу, но губы её дрогнули на последних словах.       — Я и представить не могла, что где-то еще сохранились последователи богов. Неужели до сих пор есть люди, верящие в них?       — Есть, — голос Лиары раздался из-за спины, и Тея вздрогнула от этой непоколебимой уверенности в её тоне. И всё внутри сжалось, когда она повернулась, чтобы увидеть пронзительный взгляд серых глаз и понять, что Лиара говорила не о Теосе, она верила в неё, жалкую богиню, потерявшую всё. Она вновь отвернулась, опустив голову и спрятав лицо за темными завитками волос. Она не заслуживает этого, не заслуживает её…       — Если хочешь отыскать камень чар, то тебе стоит начать поиски со столицы. Уверена, там найдутся люди, знающие о нём больше меня, — молвила Нимрис и добавила после паузы: — У тебя есть ещё вопросы? — в ответ Тея отрицательно покачала головой, не проронив ни слова.       — Давайте закончим на сегодня расспросы, — с какой-то досадой в голосе проговорил Аги, — а то все стали такими хмурыми.       — Боюсь, я случайно расстроила наших попутчиц. Надеюсь, они не будут держать зла.       — Всё в порядке, — негромко сказала Лиара, видимо, решив не дожидаться ответа Теи.       — Эй, Нэм, — уже весело окликнул парень подругу, — давай-ка первым делом, как прибудем в Горту, отправимся в «Серебряные кубки». Я ужасно соскучился по флаэрийскому вину.       — Ты ведь первым делом хотел отыграться у Астер, как вернемся в город.       — И снова сидеть в «Зеленой ведьме»? Я не вынесу. Там ужасная выпивка, — с грустью отметил Аги, и лютня в его руках издала плачевный звук. — Постойте-ка! С нами ведь две очаровательные спутницы. Вы прежде бывали в столице?       — Кхм, нет, — ответила Тея и краем глаза заметила, как Лиара покачала головой.       — Прекрасно! Тогда я беру на себя обязанность показать вам лучшие места города, — торжественно объявил Аги. — Нэм, мы просто обязаны сводить их в «Медный котёл»!       — Не торопи события, Аги, — с ласковой усмешкой ответила Нимрис, — давай сначала доберемся до города.       — Ах, теперь мне сложно остановить своё воображение. Я уже чувствую на языке этот дразнящий сладковатый вкус их вишневого пива. А их фирменный пирог с бараниной… — он мечтательно прикрыл глаза, — жирный и пряный. Хозяин «Котла» говорил, что сама принцесса Лиота похвалила этот пирог. Может, это всего лишь байка, но он точно лучший во всей Горте. Даже во всей Эдрис!       Одно за другим посыпались названия улиц, заведений, имен. Аги рассказал о тавернах, где можно найти лучшую выпивку от недорогого пива до изысканных вин и крепкого алкоголя, о вкуснейших блюдах в городе и самых приличных постоялых дворах с милейшими служанками и вежливыми хозяевами. Поведал об игорных клубах и роскошных танцевальных заведениях, ювелирных лавках с превосходнейшими камнями и искусно выполненными украшениями, о самых богатых и знатных семьях и о тех, с кем связываться не стоит. Его рассказ плавно перетек от блестящих торговых рядов, пестрящих всевозможными товарами, до злачных переулков и темных закутков, в которых можно отыскать практически любую вещь. Упомянул он и о мрачных местечках в Синем квартале, в которых, к сожалению, ему приходилось раньше бывать. Содрогнувшись от неприятных воспоминаний, Аги решил поделиться историей об одном дельце, которое они с Нэм провернули несколько лет назад, но тут же услышал недовольное фырканье со стороны Теи. Нимрис перевела на неё прищуренный взгляд.       — Аги, прибереги эту историю. Думаю, Тея не сможет оценить её по достоинству.       — По достоинству? — девушка снова фыркнула. — Вы хвалитесь тем, что грабите людей.       — Мы воруем только у богатых, — весело ответил Аги.       — Как благородно, — ехидно отозвалась Тея, натянув фальшивую улыбку. Парень рассмеялся.       — Я знал, что ты поймешь, — Аги с довольной улыбкой проигнорировал рассерженный взгляд Теи, брошенный через плечо, и продолжил свой рассказ.       К вечеру они подъехали к небольшой деревеньке, которая ничем не отличалась от тех, что они проезжали мимо днем. Одноэтажные бревенчатые домики, рассыпанные между дорогой и лесом вдалеке, шумная детвора, гоняющаяся друг за другом, миролюбивые и добродушные лица сельчан. Постоялый двор, хоть и был самым большим зданием в деревне, вмещал в себя лишь маленький обеденный зал с четырьмя узкими столами и четыре комнаты. На просьбу хозяина разместить их тот лишь развел руками, сказав, что свободная комната всего одна. Но он готов предоставить два одеяла, чтобы лечь на полу. Нимрис кивнула и протянула ему несколько золотых монет.       — Я сплю на кровати, — выпалил Аги, как только открылась дверь в комнату. — Всё-таки я весь день трудился — развлекал вас историями и песнями в дороге.       — Ничего, я не против лечь на полу, — проговорила Лиара и бросила в угол свою дорожную сумку.       — Я… тоже лягу на пол, — пробормотала Тея, переведя взгляд с не очень широкой кровати на паренька.       Нимрис вошла внутрь и, оглядевшись, присела на кровать. Её утонченная красота шла вразрез с простотой убранства: тонкая блеклая занавеска на окне, серое шерстяное одеяло и грубо вытесанная мебель. Эта девушка явно была создана для более изысканной жизни.       — Куда ты? — вдруг спросила Нимрис и, проследив за её взглядом, Тея обернулась.       — Хочу прогуляться, — ответила Лиара и скрылась в темном коридоре. Тея хотела её окликнуть, но сомкнула губы и сделала шаг назад, вглубь комнаты.       — Кажется, вам стоит поговорить, — мягко окликнул её парень.       — Аги, не стоит вмешиваться, — сурово остановила его Нимрис.       — Ах, Нэм. Ты, конечно, права. Но мне так больно смотреть на них, — парень плюхнулся на кровать, раскинув руки, и устало вздохнул.       — Кхм, я… я тоже прогуляюсь, — выдавила Тея и, оглядев парня с девушкой, быстро покинула комнату, пока не получила еще один непрошенный совет или не передумала.       Сумерки сгущались с каждым тейном и слабый свет от фонаря над входом в конюшню на заднем дворе лишь очерчивал силуэты, позволяя остальному миру утопать во мраке. Лиара стояла спиной к дорожке, скрестив на груди руки и задрав голову вверх, так что Тея оставалась незамеченной, пока сама не подала голос.       — Любуешься звездами? — она пыталась казаться расслабленной, но голос всё равно дрогнул.       — Да. И хочу побыть одна, — в её тоне не было злобы, но совершенно непривычная холодность и отстраненность пропитали её голос. Тея вся сжалась при этих словах, но не посмела отступить.       — Я хотела поговорить с тобой. И извиниться. Кажется… я тебя обидела, — она виновато потупила глаза и нервно потерла ладони то ли от холода, то ли от волнения.       — Кажется? — Лиара опустила голову и повернулась к Тее, испытывающе глядя на неё. Черты лица её было не разглядеть в темноте, но по одной только позе можно было догадаться о настрое девушки.       — Я… я, — слова застряли в горле от накатывающей тревоги. — Прости! Но я даже не понимаю, что сделала не так! — она сама удивилась, сколько в её голосе отразилось мольбы и сжала зубы. Между ними повисла тишина.       — Иногда мне кажется, ты даже не пытаешься понять, — наконец ответила девушка.       Упрёк. Нет, разочарование. Вот что это было. Тея почувствовала, как горло сдавило от подступающих слёз, а в голове не было ни одного подходящего слова. Её пальцы машинально ухватились за рукав рубашки, когда Лиара попыталась обойти её. Она встретилась взглядом с серыми глазами девушки и отступила, выпустив ткань из ладони.       — Если честно, Тея, я лишь всё больше убеждаюсь, что ты никогда не бываешь со мной искренней. Мне казалось, что я понимаю твои чувства, но, очевидно, это не так. Я совсем не хочу навязываться тебе. Поэтому, прошу, перестань играть со мной.       Её голос сквозил болью и сожалением, от чего в груди сдавливало ещё сильнее. Она не могла заставить себя произнести хоть слово, пошевелиться, даже посмотреть на Лиару. Она молчала, склонив голову, и чувствовала, как всё сильнее жжёт глаза, а колючий ветер ползает по коже, словно рой насекомых. Обида, злость, беспомощность — всё навалилось на неё неподъемной тяжестью, сдавило, словно каменные плиты, перекрыв воздух. И когда шаги девушки затерялись в густой темноте ночи, Тея рухнула на колени, не желая больше сопротивляться отчаянию, позволила слезам обжечь кожу щек и шеи, а мелким камням впиться в мягкие ладони до крови.       Вот так просто? Она потеряла её…так просто?       Тея не сразу заметила, что всхлипывает в голос, что холод промерзшей земли вытянул из неё тепло и всё тело её дрожит под порывами ледяного ветра. А когда она немного пришла в себя и вытерла рукавом соленые дорожки с кожи, заметила, что за набежавшими тучам скрылись луна и звезды и на двор опустилась непроглядная тьма. По спине пробежали мурашки, и Тея тут же зажгла на ладони крошечный огонёк. Его теплый свет отогнал волну паники, и, не тратя времени, она вернулась в комнату.       Тея не издала ни звука, открывая и закрывая дверь, но остаться незамеченной у неё не вышло: Нимрис бросила на неё взгляд через плечо перед тем, как положить голову обратно на подушку. Рядом с ней, уткнувшись головой в плечо девушки и скомкав почти всё одеяло в ногах, посапывал Аги. Тея бесшумно скинула верхнюю одежду и легла на шерстяное одеяло, разложенное на полу вдоль кровати. Она повернулась на правый бок и замерла: по другую стороны от кровати лежала Лиара. Глаза постепенно привыкли к темноте, и Тея различила её светлые волосы, рассыпавшиеся по подушке, и оголенные плечи. Было бы достаточно несколько раз перекатиться под кроватью, между деревянными ножками, чтобы прикоснуться к ней и вдохнуть запах её кожи. Тея закусила губу и перевернулась на другой бок, стараясь не давать волю слезам. Три чужих размеренных дыхания быстро прогнали мысли из головы и она наконец уснула.